Глава 21

– А где мы будем ее запускать? – задается логичным вопросом сын, когда батарейки наконец попадают в нужный отсек и миниатюрная копия настоящей машины начинает глухо рычать при каждом включении и прокручивать колеса.

– Действительно, – тоже задумывается Зураб, – можно на улицу выйти. Ты как? Согрелся?

– Я не мерзляк, – трясет головой сын и я улавливаю в его голосе новые нотки.

Нотки, которых раньше никогда не было ни в общении со мной, ни даже с Колей. Сын хорохорится. Пытается выставить себя в лучшем свете. Он ведет себя, как еще недавно вела себя я, пытаясь играть в лучшую маму на свете.

– Если замерзнешь, скажи. Я накину на тебя свое пальто.

– А как же вы?

– Я тоже не мерзляк, – улыбается Зураб так, что у меня вновь щемит сердце.

Не надо ему так улыбаться рядом с нами. Лучше бы оставался холодным и сдержанным. Лучше бы…

– Тебе купить десерт? – поворачивает ко мне голову, и я вздрагиваю, когда наши взгляды сталкиваются в зеркале заднего вида, – или может бургеров? Ты все еще любишь бургеры?

«Я все еще люблю тебя» тут же вспыхивает в голове ужасная мысль.

– Мама говорит, что бургеры вредные, – перебивает сын.

А я закусываю губу. Конечно, говорю. Что еще говорить, когда денег на подобную еду просто нет. Да даже этот стаканчик кофе я бы ни в жизнь себе сама не позволила. За последние несколько лет я привыкла считать копейки, иначе бы просто не выжила.

– Иногда можно, – снова улыбается Зураб, – пойдем купим твоей маме еды, а тебе картошку.

– Класс! Я никогда ее не пробовал.

– Зураб, а ты не хочешь, прежде чем забирать моего сына и куда-то его вести, спросить разрешения у меня?

– Твоего сына? – медленно перекатывает он слова на своем языке.

Смотрит так, что не смутился бы только бетонный столб и то не факт.

– Конечно моего! – продолжаю гнуть свое.

Главное не сворачивать с пути. Быть убедительной. Тогда он поверит. Обязательно поверит. Должен поверить. В конце концов у него скоро свадьба, зачем ему весь этот геморрой. Наиграется и бросит. Главное, чтоб сын не успел за это время привязаться.

– Нет, не хочу, – подхватывает ребенка и утаскивает за собой, – но можешь пойти с нами, если, конечно, хочешь. Вместе мы будем похожи на настоящую семью.

Подмигивает. А у меня в горле пересыхает. Смогу ли я выиграть в эту игру?

– У тебя уже есть семья, – кидаю не сдержавшись.

– Если ты про мою невесту, то мы еще не женаты. Или забыла, что значит не-вес-та. У тебя ведь тоже когда-то был жених, которого ты бросила.

– Все из-за тебя!

Не выдерживаю и тяну руку. Не знаю, что хочу сделать? Треснуть его как следует по красивой наглой физиономии. Или наконец коснуться этих острых скул, которые манят словно магнитом. Таких мужественных и сейчас немного заросших. Хотя в офисе он обычно гладко выбрит.

Но дверь уже захлопывается. А мне остается смотреть вслед. Наблюдать как они заходят в огромный торговый центр, и Зураб держит Митю за руку. Внимательно следит, когда вместе переходят дорогу. Ведет себя как отец с большим стажем. У него действительно есть опыт в воспитании маленьких детей. Он действительно был бы замечательным папой.

Отмахиваюсь от очередной назойливой мысли и остаюсь сидеть в машине. Сама себе напоминаю нахохлившегося обидевшегося воробья. Но следом за ними не бегу. Просто не могу себя заставить переступить черту и вылезти из машины. Одна мысль, что так мы действительно будем похожи на настоящую дружную семью этим пятничным вечером зарулившую после работы в торговый центр, все внутри переворачивает.

Странно, но за сына тоже особо не переживаю. В конце концов Зураб не маньяк какой-нибудь. Да он изменился за несколько лет, но не думаю, что настолько кардинально. Делать ему нечего, как только воровать чужих детей. Нет. Нет. Так только в романах бывает. В жизни отцы не крадут ребенка только потому, что стерва мать отказывает в общении.

Тут же в голове всплывает несколько подобных случаев, мелькавших когда-то в ленте новостей. И я снова начинаю нервничать. Начинаю лихорадочно оглядываться. Ну, где они уже там? Даже ручку двери тяну на себя.

Опять дурацкое воображение рисует картины, как меня лишают родительских прав. Ведь Зураб и правда может сына сначала выкрасть. Сделать тест днк. А потом подать в суд. Использовать все свои связи и деньги. Справедливость не для этого мира. Такую истину я усвоила еще в детдоме. Не стоит ее искать.

Сама уже во всем сомневаться начинаю. Минуты тянутся часами. Кажется, прошло всего пять, а ощущение, что целая вечность. Уже хочу выйти. Нарушить данное самой себе слово. Но два знакомых силуэта наконец вновь появляются на противоположной стороне дороги. Чего они так долго?

Первое что бросается в глаза, когда они приближаются, странный цвет Митиной куртки. Она была темной, вытертой, выстиранной до состояния тонкой тряпочки. А сейчас больше похожа на дутый матрас с яркими салатовыми полосами. Приглядываюсь сильнее и ахаю. Просто слов не остается.

Выскакиваю из машины и, пока сын пытается запустить свою игрушку прямо на парковке, благо место позволяет, и она не забита, подлетаю к Зурабу.

– Зачем ты купил ему новую куртку?!

С трудом удается сдержаться, чтобы не орать. Стараюсь только ради сына. Мать истеричка – только этого ему не хватало.

Я была спокойна в разных ситуациях. Когда он первый раз упал и разбил себе лоб в кровь. Пришлось даже повязку накладывать со специальным склеивающим пластырем. И теперь в том месте небольшой белесый шрам.

Я была спокойна, когда он впервые подрался в садике, ответив кулаками на обидные слова про безотцовщину.

Я была спокойна даже тогда, когда меня кинули на одной из работ, не заплатив за месяц и пришлось брать кредит в сомнительной организации, чтобы просто свести концы с концами.

Но сейчас меня трясет. Трясет изнутри от негодования и возмущения. От того как беспардонно Зураб вмешивается в мою жизнь. В нашу жизнь. Как делает это легко и естественно.

Но самая главная причина в том, что где-то глубоко, очень-очень глубоко, там куда не дотянется даже яркий красно-желтый свет догорающего на небе солнца, мне это все нравится. И вот с этим я действительно не могу смириться.