Глава 24

Перед выездом я несколько раз просила Ши Хэ поднести зеркало: проверить, не выбилась ли прядь из причёски, не помялись ли рукава, не успела ли Ми-Ми коготками зацепить накидку на плечах. Всё выглядело безупречно, но я будто сидела на циновке, под которую насыпали игл.

Отец встретил меня у выхода с женской половины, одобрительно кивнул и повел к повозке.

— Дары уже положили? Может, стоило взять больше? — спросила я.

— Не переживай, Лань-Лань. Есть регламент даров, и мы сделали всё, как положено. Если возьмем больше, то нас могут обвинить в задабривании и подкупе.

— Но ведь так и есть.

— Вовсе нет. Сейчас мы действуем строго по регламенту.

Я поднялась в повозку, Ши Хэ шмыгнула за мной, и мы выехали за пределы поместья.

Наш план был шаток, если это вообще можно было назвать планом. Мы были похожи на выброшенного на берег карпа, который бьётся из последних сил и надеется одним прыжком вернуться в родную реку. Нынешние события не были внесены в старые записи, а без их подсказок я оказалась не такой уж изворотливой, как привыкла о себе думать.

Вскоре повозка остановилась у знакомого дворца. Мы вышли, отец передал стражникам именную табличку, и нас впустили внутрь. В этой части дворца я не бывала, заходила с другой стороны, но желания разглядывать здешние красоты не было.

Первые ворота. Вторые. Третьи… Красные створки, медные шляпки гвоздей, каменные львы, неподвижные стражи с алебардами. Наверное, существовал и более короткий путь, иначе хозяин дворца сбился бы с ног, шествуя от ворот до собственных покоев.

— А он согласится нас выслушать? — в очередной раз спросила я.

— Наследный принц — достойный человек. Он чтит наставления Кун-цзы и не станет гневаться без причины.

Ни в прошлой, ни в этой жизни я не встречала наследного принца, поэтому не знала, чего ожидать. Но мы с отцом пришли с просьбой, которая не красила семью Ли. Я собиралась получить плату за спасение его жизни, сделав вид, будто императорских даров не существовало. От одной этой мысли хотелось спрятать лицо.

Наследный принц не стал смущать нас приглашением во внутренние покои. Вместо этого он велел устроить чаепитие в садовой беседке, где уже ожидали его супруга и наложница Муюнь. Слуга провёл нас по вымощенной камнем дорожке к беседке, где пахло влажным камнем, свежим чаем и едва уловимо лекарственным отваром. На столе стояли тонкие фарфоровые чашки, белые с голубыми прожилками, бронзовая курильница в форме журавля выпускала тонкую струйку дыма. Муюнь поклонилась и пригласила нас за стол. Недавние потрясения не прошли для наложницы даром. Она всё ещё была прекрасна и свежа, как лотос ранним утром, но прежняя манерность и избалованная детскость исчезли. Теперь перед нами сидела благовоспитанная госпожа.

А вот наследный принц выглядел гораздо хуже. Я знала, что ему около тридцати пяти лет, но сейчас дала бы ему не меньше сорока. Его красивое благородное лицо исхудало и пожелтело, волосы заметно поредели, что было заметно даже из-под шапочки, тонкие желтоватые пальцы едва заметно дрожали.

— Господин Ли, юная госпожа Ли, прошу, без лишних церемоний. Садитесь, попробуйте чай. Его привезли с гор Тубо, в нём удачно сочетается прохлада снегов и терпкость высоких трав.

— Наследный принц оказал нам честь, позволив навестить в сии нелегкие времена, — ответил отец. — Мы наслышаны, что здоровье наследного принца пошло на поправку, и сердца наши наполнились радостью.

— Юная госпожа Ли, — тепло обратился он ко мне. — Этот принц слышал, что твоя проницательность помогла моему девятому брату увидеть истину и раскрыть коварные замыслы той женщины. Этот принц знает, что отец-император прислал небольшие дары, но до сих пор не поблагодарил юную госпожу Ли лично.

Я виновато опустила взгляд. Мне и в голову не приходило, что истинной отравительницей окажется наложница Чэньси.

— Эта недостойная опасается, что наследного принца ввели в заблуждение, преувеличив мои скромные заслуги. Я не нашла ни способа, ни причины хвори. Мои глупые слова лишь подтолкнули светлый ум девятого принца к раскрытию истины.

— Даже самое высокое дерево начинается с малого семени. Слова юной госпожи Ли упали в нужную почву, так что она не должна отрицать свои заслуги. Но, признаться, этот принц в растерянности, ибо не знает, что порадовало бы юную госпожу Ли. Почетное прозвание и лавки даровал отец-император, кроме того, этот принц слышал, что Павильон небесной глазури приносит немалый доход. Ткани, украшения, почет — всё это уже есть у юной госпожи Ли.

Я растерялась, не зная, подходящий ли сейчас момент, чтобы просить за девятого принца. В разговор вмешалась наложница Муюнь. Она начала разливать чай и как бы невзначай сказала:

— Господин, для девушки из благородного дома нет дара лучше доброго брака. А юная госпожа Ли, насколько мне известно, ещё не связана помолвкой.

Наследный принц внимательно посмотрел на меня, словно пытался отыскать невидимый изъян, который мешал мне найти мужа. По горящим щекам я поняла, что покраснела, и опустила голову еще ниже.

— Этот недостойный осмелится заметить, что сведения благородной наложницы Муюнь уже не вполне верны, — сказал отец. — Недавно в наше поместье залетел гусь и принёс на крыльях сватов.

— О, и кто же этот счастливый господин? — наследный принц видел все подводные течения и понимал, что за браком дочери правого министра следило слишком много глаз. — Наверное, в прошлой жизни он спас Поднебесную, раз ему выпала честь обручиться с юной госпожой Ли!

Удивительно, но слова наследного принца почему-то успокоили меня. Я чувствовала, что за его церемонной речью скрывается подлинно острый ум и живое чувство юмора. Вот он действительно старший брат девятого принца и по сердцу, и по уму.

— По скромному мнению этого недостойного, тут вышел честный обмен персика на сливу, — рассмеялся отец. — Этот достойный юноша пока не знаменит, и род его не славится на всю Поднебесную, зато собственным талантом он занял первое место во втором этапе экзаменов.

— Да, такому мужу не нужны ни род, ни знатность, он сам заслужит и славу, и почет, — согласился наследный принц.

Чай сменился дважды. Тени от бамбуковых решёток вытянулись по каменным плитам, в саду стало прохладнее. За приятной беседой время пролетело быстро, и к самому важному вопросу мы подошли лишь под вечер. Госпожа супруга отпросилась уйти из-за опасения простудиться под вечерним ветерком, а наложница Муюнь прислуживала за столом и не вмешивалась в беседу.

— Эта недостойная слышала, что наследный принц и девятый принц были дружны. Осмелюсь спросить: верит ли наследный принц, что девятый принц мог написать то письмо?

Тотчас благожелательная улыбка наследного принца слетела с лица. Он коротко бросил Муюнь:

— Выйди!

Она одним движением подобрала юбки, поднялась на ноги и исчезла.

— Этот принц опасался, что господин Ли и юная госпожа Ли пришли просить за моего девятого брата. — Теперь перед нами сидел не любезный хозяин чаепития, а подлинный сын императора, человек, привыкший, что одно его слово меняет чужие судьбы. — Этот принц на самом деле поддерживал неплохие отношения с девятым братом. Несмотря на низкое положение его матери и тяготы, обрушившиеся на него после её смерти, девятый брат всегда вел себя достойно и не терял лица даже в трудных ситуациях. Этот принц также понимает, что юная госпожа Ли по природной добросердечности жалеет моего девятого брата и видит в нем только хорошие черты. Но задумывался ли господин Ли обо всех недавних событиях с точки зрения девятого брата?

Отец выпрямился, сложил руки в рукавах и чуть склонил голову, показывая, что готов выслушать наставления наследного принца со всей внимательностью.

— Этот принц осознает, что моя смерть выгодна каждому из братьев. Моё положение было слишком прочным. Никакие заслуги братьев не заставили бы отца-императора сместить меня.

— Но ведь девятый принц спас наследного принца! Разве это не доказывает его невиновность? — воскликнула я.

— Он спас меня в слишком удачное время. Чуть раньше — и последствия отравления были бы легко излечены, чуть позже — и я бы умер. Девятый брат обнаружил яд тогда, когда я должен был выжить, но вряд ли бы сохранил положение наследника. Полагаю, господин правый министр также осознает шаткость моего положения. Уважаемый цилинь никогда не примет неполноценного императора.

— Но покушение на меня? Зачем… — я осеклась, догадавшись, что скажет наследный принц.

— Покушение на юную госпожу Ли сначала поставило меня в тупик, — спокойно объяснял он. — Никто не получит выгоду от столь отчаянного поступка, ведь это сразу дает понять, что за той женщиной стоял истинный вдохновитель. Я даже заподозрил четвертого брата, только он достаточно глуп для этого. Но после я услышал, что девятый брат передал своих воинов господину Ли для защиты поместья. Поверьте, любой принц хотел бы запустить людей в поместье правого министра, особенно такого, как господин Ли, потому что его преданность императору не имеет границ.

— Я… я не верю, что девятый принц хотел меня убить.

— И этот принц тоже. Два опытных стрелка неожиданно нападают на благородную девицу в ее же доме и не могут убить? — Наследный принц чуть усмехнулся, но в его усмешке не было веселья. — Ни один здравомыслящий человек не поверит в это. Всего одно ранение — болезненное, кровавое, но не смертельное. А сколько всего стрел было выпущено?

— Одиннадцать, — хмуро ответил отец.

— Этот принц не считает себя несведущим в военном деле. Ни один опытный воин не поклянётся, что сумеет увернуться от десяти стрел из одиннадцати.

— Но прием… Неужели девятый принц устроил это представление, чтобы отвести от себя подозрения? — сделала я последнюю попытку оправдать его.

— Какова была цель того приема? — поинтересовался наследный принц.

— Вы… выбрать будущую супругу.

— Она была выбрана?

— Н-нет, кажется.

— Мой девятый брат избежал брака с девицей, которая не дала бы достаточной опоры в борьбе за положение наследника. Впрочем, — рассмеялся наследный принц, — это всего лишь мои досужие размышления. Такие же рассуждения я провел по каждому из братьев, но пока девятый брат кажется мне наиболее подозрительным.

Я не нашла, что возразить. Каждый довод наследного принца был ровным и гладким, как глазурь мастера Яо. Я всё ещё верила, что Юн Хао невиновен. Уже не так твёрдо, как утром, но верила.

Наследный принц поднялся. Даже это небольшое усилие отняло у него немало сил: на побледневшем лице выступила испарина, пальцы вцепились в край стола. И всё же он держался с достоинством принца и сохранял вежливую улыбку.

— Кажется, этот принц всё же придумал, как отблагодарить юную госпожу Ли. Этот принц исполнит одну просьбу юной госпожи Ли, если она будет в пределах моих сил и не нарушит долга перед отцом-императором. Достаточно будет прислать письмо.

Отец рассыпался в благодарностях, я тоже пробормотала несколько слов, и мы покинули дворец наследного принца.

Все наши планы рассыпались прахом. Он не станет вступаться за Юн Хао. Более того, его слова посеяли во мне сомнения. Неужели я снова ошиблась? Может, такова моя судьба — тянуться к лжецам и лицемерам? Сюэ Сюэ до свадьбы тоже казался искренним и добрым. Не зря же издавна родители выбирали мужа для дочери и жену для сына.

— И всё же эта поездка прошла не зря, — сказал отец, когда мы сели в повозку. — Наследный принц пообещал выполнить твою просьбу — за такое многие бы заплатили сотни тысяч лянов и ещё благодарили бы Небо.

— Отец тоже думает, что девятый принц виновен? — жалобно спросила я.

— Лань-Лань, видимо, совсем не ценит своего старого отца, раз полагает, что тот глупее наследного принца? В тот день, когда девятый принц пришел в наше поместье, я учел такую возможность. Но, опираясь на твои воспоминания, я счёл, что четвёртый принц и молодой господин Сюэ куда больше похожи на виновных. Если бы девятый принц являлся таким низким человеком, он непременно оставил бы след в твоей прошлой жизни. Такие люди не проходят мимо чужих судеб бесследно.

Я улыбнулась и схватила отца за руку. Он, конечно, высказал далеко не все доводы. Но уже одно то, что отец верил мне и верил в Юн Хао, согревало сердце.

* * *

С тех пор как девятого принца закрыли в его дворце, слухи немного поутихли. Расследование продолжалось, но народу почти ничего не говорили. Отца отстранили от службы под благовидным предлогом заботы о его здоровье, и теперь он больше времени проводил дома.

Сватовство, тем временем, продолжалось. Прославленный гадатель сверил даты рождения — мою и господина Го, объявил, что брак будет удачным, и выписал несколько благоприятных дней для свадьбы. Об этом нас радостно уведомили те же сваты, явившиеся уже со вторым гусем. До помолвки оставался всего один шаг — принесение помолвочных даров. Именно к этому этапу перешла некогда семья Сюэ, пропустив все предыдущие.

Чтобы не нарушить ранее данное слово, отец устроил небольшой вечерний прием под предлогом любования цветением первых хризантем. Позвали только самых близких друзей нашей семьи — всего двадцать человек, среди которых оказался и будущий зять семьи Ли — господин Го Вэньцзюнь. Речь уже не шла о выборе среди нескольких юношей, это были лишь неофициальные смотрины.

Мама выбрала для пира небольшой дворик во внешней части поместья, где как раз расцвели хризантемы всех оттенков — белые, золотистые, винно-красные, бледно-лиловые. Она велела развесить фонари, поставить низкие столики и натянуть просторный шёлковый шатёр. Все блюда соответствовали времени года: хризантемовое вино, прозрачный куриный бульон с тонкими лепестками, рыба, томлённая в горшке с листьями хризантемы, и маленькие пирожные в форме распустившихся цветов.

Мы с мамой встречали гостей у входа во дворик: кланялись, обменивались приветствиями и приглашали пройти под шатёр, укрыться от косых лучей вечернего солнца. В основном, это были старые сослуживцы отца, поддерживавшие его ещё со времён чиновничьих экзаменов, поэтому я сразу поняла, что молодой человек, идущий возле отца, и есть тот самый Го Вэньцзюнь. Других юношей среди гостей не предполагалось.

Внешность его меня не разочаровала. Господин Го был высок, худ и немного неуклюж, что бывает с юношами, которые уделяют больше внимания книгам, чем людям вокруг. У него было чистое открытое лицо с застенчивой улыбкой и беззащитный растерянный взгляд, словно он не до конца верит тому, что видит перед собой. Может, долгое сидение над старыми свитками испортило ему зрение?

Словом, первый талант второго этапа экзаменов походил на крупного нескладного щенка, которого хотелось почесать за ушком. Мое сердце ни на миг не забилось сильнее, зато я чувствовала себя в безопасности. Такой муж не станет изводить жену придирками. Скорее всего, в прошлой жизни Сюэ Сюэ попросту обманул его, притворившись благонравным и честным человеком. Казалось, что господина Го любой сможет обвести вокруг пальца.

— Юная госпожа Ли, этот недостойный счастлив наконец быть представленным лично, — застенчиво сказал мой жених, и на его щеках появились ямочки.

А я застыла, оцепенев от внезапного проблеска памяти. Теперь я вспомнила его по-настоящему — не как пустое имя в старых записях, а как человека, однажды уже изменившего ход моей судьбы.