57. Яна

Вечером я опять одна. Вика не смогла приехать. Эта пустота без Никиты давит. Я сижу в ванной, чтобы не видеть его игрушки, но и тут воспоминания — его любимая пенка и тоже игрушки. Я беру одну из них в руки и сижу вместе с ней.

Раздается звонок в дверь. Я никого не жду. Поэтому даже не поворачиваюсь на звук. Но звонок повторяется снова и снова. С какой-то маниакальной настойчивостью. Потом слышны удары в дверь.

Кто бы там ни был, он не уйдет.

Встаю, опираясь о стену, и иду в коридор.

— Кто? — спрашиваю каким-то глухим, незнакомым голосом.

— Это я, Роман. Яна, с тобой все в порядке? Что случилось?

И я открываю дверь.

На лице Романа испуг. Он быстро осматривает меня. Он что, думает, что я…?

— Там неправда в справке написана! Неправда! — опережаю его вопрос. — Тот случай был ошибкой. Но…

Не решаюсь рассказать ему все.

— Да, я знаю, Яна, — он проходит и закрывает за собой дверь. — Знаю. Не надо. Не вспоминай.

— Как забыть?! — вопрошаю я. — Ты же видишь, это все вот к чему привело! Никита…

Роман подходит ко мне и забирает у меня из рук игрушку. Обнимает за плечи и прижимает к себе.

— Все будет хорошо, Яна, — говорит успокаивающе.

— Зачем ты пришел? — спрашиваю я, немного придя в себя и вытирая слезы.

— Проверить, все ли с тобой в порядке.

Я опять открываю рот, чтобы оправдаться, но он кладет указательный палец мне на губы. Просит молчать.

— И обсудить с тобой дальнейшие действия, — добавляет он. — Пошли, — ведет меня в комнату.

Сажает на диван. Сам встает у окна.

— Для начала, я думаю, нам надо помочь Олегу выйти из тюрьмы, — говорит Роман. — Вместе вы быстрее справитесь с этой проблемой. Я про Никиту.

— Роман, — перебиваю его я. Он быстро переводит на меня взгляд. — Прости, но я спрошу. Зачем ты все это делаешь? Зачем помогаешь мне?

— А что? Просто так помочь нельзя? — улыбается Роман. — Яна-Яна, ты слишком долго жила в мерзости и лжи и совсем разочаровалась в людях. Я помогаю тебе, потому что хочу. И да. Мне ничего не надо взамен. Не беспокойся, спать с тобой я не собираюсь.

Я закусываю губу. Роман сейчас озвучил то, о чем я не решалась спросить, но на что намекала и Вика, и Олег.

Роман замечает мою реакцию, усмехается:

— Я понимаю, сложно поверить, чтобы кто-то чужой так беспокоился.

— Обо мне и близкие-то не беспокоятся, — вздыхаю я.

— Ладно, вроде решили? — спрашивает Роман. — Давай теперь по делу поговорим. Теперь же нам ничего мешать не будет?

Смотрю на него, он улыбается уголком губ. И я киваю.

— У меня есть несколько вопросов касательно того ужина и аварии, в которую ты попала.

— Откуда ты знаешь? — удивляюсь я.

— Знаю, Яна, знаю. Я все о тебе знаю. Даже больше, чем ты думаешь.

Я опять пугаюсь его слов.

— Неважно, — бросает он и возвращается к своим вопросам.

Я рассказываю ему все, что знаю и помню о тех двух событиях.

— Так, ладно, — говорит Роман. — Я же могу оставить тебя одну?

Смотрит пристально на меня в поисках ответа на свой вопрос.

Киваю.

— Яна, ты нужна Никите. Думай об этом. Хватит глупостей.

— Роман, можешь идти. Все в порядке.

— Хорошо. Я заеду завтра.

Когда он уходит, я сажусь за компьютер. Еще во время разговора с Романом мне в голову пришла одна мысль и не давала покоя.

Я ищу информацию. Информацию о том, куда распределяют детей в подобных случаях.

Нахожу данные. Оказывается, в городе всего три таких интерната для временного пребывания детей, которые ждут отправки в детдома. В одном из них точно Никита.

Скорей бы утро!

Прежде чем лечь спать, захожу в комнату Никиты. Тут все так, как и было еще при нем. Я не убирала разбросанные игрушки, как обычно это делаю. И все равно больно здесь находиться. Даже после разговора с Романом. Поэтому быстро выхожу и иду к себе.