Глава 40

Сквозь легкий сон слышу дыхание рядом, прямо у уха. Долгое, ровное. Ощущаю, как рука Загорского уже скользит по моей талии, по голому бедру. Неспешно, почти невесомо. Он гладит меня, изучая заново. Бережно, с ласковой уверенностью. Его тело прижато ко мне, и я чувствую, как его твердая, горячая эрекция касается моей поясницы.

Я не двигаюсь, не открываю глаз — просто позволяю себе раствориться в этом утре. Но потом его губы касаются к моему плечу, затем к шее, и я уже не могу не отреагировать. Кожа покрывается мурашками. Поворачиваюсь к нему, глаза еще наполовину закрыты, но губы уже ищут его губы. Он целует меня нежно, но с той самой жадностью, которую не спрячешь.

— Ты такая теплая, — шепчет он, прижимаясь лбом к моему. — Проснулся и понял, что просто не могу больше лежать, не касаясь тебя.

— А я проснулась, потому что ты вон как «касаешься». Не только руками и губами… — улыбаюсь сквозь сон, качнув бедрами.

— Невозможно устоять, — мурлычет он и скользит ладонью вверх, по спине, по шее. — Я с ума схожу от тебя.

Он вдруг перекатывается надо мной и я оказываюсь под ним. Его взгляд совсем близко, его дыхание на моих губах. Мы снова целуемся — глубоко, с протяжным стоном, будто снова узнаем друг друга через прикосновения и близость. Его движения становятся настойчивее, тело горячее, и все, что между нами, вспыхивает мгновенно.

Я тону под ним, принимаю каждое движение, каждую ласку с доверием и желанием. Опять нет спешки, но есть безумная страсть.

С каждым толчком из моего горла вырывается стон. Я впиваюсь ногтями в его плечи, стону, чувствуя, как по всему телу разливается тепло. Мне хорошо рядом с Загорским. Безумно хорошо.

Все заканчивается так же быстро, как началось. Мы долго лежим, уткнувшись друг в друга.

— Душ? Иначе мы просто расплавимся тут, — улыбается.

— Только если ты опять будешь мыть меня… как вчера, — улыбаюсь в ответ, провожу пальцем по его щеке.

— Мыть — да. Только боюсь, после снова захочу испачкать.

Мы смеемся. Миша утаскивает меня в ванную, где уже горячая вода стекает по телу. Он прижимает меня к холодной стенке душа, и мы снова целуемся так, будто не виделись годами. Будто не минуты назад занимались любовью. Его руки снова находят мои изгибы. Подхватив меня под ягодицы, приподнимает и я моментально обвиваю ногами его торс. И в этом потоке воды ощущения и желание обостряется с новой силой.

— Ты с ума сводишь меня, — шепчет он, вжимаясь сильнее. — Даже вода не остужает.

— Не остывай, — отвечаю, обнимая крепче. — Я хочу тебя, Миша.

— Не знаю, как прожил без тебя столько лет. Больше никогда не отпущу, слышишь? Никогда не задену тебя, обещаю. Не сделаю глупостей.

— Не отпускай. Я не уйду, как в прошлый раз. Обещаю.

В этот раз секс под душем торопливый, вспыльчивый, как пожар, который невозможно потушить. Мы почти не говорим — только слышу наше дыхание, чувствую его губы.

Когда, наконец, выбираемся из ванны, мокрые, раскрасневшиеся, одеваемся в спешке, смеясь. Миша сушит мои волосы, ежеминутно утыкается в них носом и вздыхая. Потом вовсе тянет меня обратно в спальню. Обнимает сзади, целует в плечо.

— Мне тебя мало.

Я не сопротивляюсь. Мы снова валимся на постель, в объятиях, смеёмся, целуемся. Только я знаю, что секса больше не будет. Потому что у нас совсем нет времени…

Дверь спальни распахивается с грохотом.

— Мам! Па-а-ап! — Тамерлан вбегает босиком, с мятой пижамой, с растрепанной головой и блестящими глазами.

Мы не успеваем даже встать, как он плюхается на кровать, устраивается точно между нами.

— Можно я тут полежу?

Миша смеется, тянется, чтобы поцеловать его в макушку.

— Конечно можно, шеф. А потом одеваемся, завтракаем и по делам.

Я улыбаюсь, глажу сына по спине и, перекатившись, обнимаю его с другой стороны. Он зевает, утыкается мне в плечо, подтягивает одеяло.

— Можно я с вами поеду?

— В этот раз нельзя, — отвечает Миша. — Мы уедем по делам в другую часть города. Ты устанешь. В следующий раз обещаю, возьмем, тебя с собой.

Тами не спорит. Через некоторое время встаем, сын идет в ванную. Умывшись и переодевшись, спускаемся вниз.

За завтраком Тамерлан смотрит на меня серьезно и неожиданно заявляет:

— Мама, можно мне записаться на футбол?

Я слегка улыбаюсь, удивленная, потому что раньше не замечала у него особого интереса именно к этому виду спорта.

— Ты так хочешь? Так сильно хочешь на футбол?

— Мам, я хочу, как во дворе Роминого дома, помнишь? Тогда ребята гоняли мяч, а меня не брали, потому что я маленький, — сын забавно морщит нос.

Я перевожу взгляд на Мишу, и он, конечно же, кивает.

— Сынок, окей, если ты так хочешь, можем записать тебя на футбол. Но учти, что скоро у тебя школа начнется. Как ты будешь успевать? Будешь ли вообще заниматься уроками или все внимание уйдет на мяч? И знай, что я буду строгой, потому что хочу, чтобы ты учился и был отличником.

— Мама, я буду учиться, — отвечает Тамерлан, не теряя решимости. — Дядя Егор сказал, что вы учились, поэтому сейчас работаете в большом офисе.

Миша поднимает чашку, улыбается.

— Окей, если будешь учиться и слушаться маму, то почему бы нет? Футбол — так футбол, запишем тебя.

— Спасибо! — визжит сын, спрыгивая со стула. — Я пойду посмотрю, как там мой котенок!

Тами уходит.

Мой телефон, лежащий на столе вдруг оживает, и на экране появляется имя Ромы. Я ловлю взгляд Миши.

Раньше, когда его имя звучало, или Загорский видел, что он звонит, я замечала в глазах Миши ярость и злость, но сейчас только легкая ревность, словно он просто немного удивлён. Никакой злобы, никакого недовольства.

— Я сделал ему предложение. Он должен был сегодня приехать в мой офис.

Я приподнимаю бровь, ошарашенная:

— Какое предложение? Зачем ты его приглашал?

— Предложил хорошую работу, — отвечает спокойно, пожав плечами.

— Какую работу? Чем он может заняться в твоем офисе? Откуда вообще такая идея? Никогда бы не подумала, что ты пригласишь Рому работать с тобой. И тем более там, где работаю я.

Миша смотрит на меня серьёзно. Усмехается.

— Я понял, что он нормальный мужик. Если будет действовать с умом, у него есть хорошее будущее. Я предложил ему работать охранником.

— Охранником? — переспрашиваю удивлённо.

— Да, — кивает. — Возможно, со временем он станет главой службы безопасности. Умный парень, я успел с ним встретиться и поговорить тет-а-тет. Если будет думать головой, многого добьется.

Я, конечно же, не протестую, потому что Рома действительно хороший парень и он заслуживает всего самого наилучшего. И даже рада, что Миша принял такое решение. Роме нужна была стабильная работа и он ее нашел.

Мы встаем, собираемся и выходим из дома. На улице Тами играет с котенком, что-то ему говорит, а домработница с улыбкой наблюдает со стороны.

Сегодня у нас полно дел в офисе. Обещаем Тамерлану, что завтра или послезавтра обязательно запишем его на футбол, но сейчас его отвозим к бабушке и дедушке. А папе и маме нужно срочно идти на работу.

Тамерлан с радостью соглашается, и после того, как мы его привозим, направляемся в офис.

Сижу рядом с Мишей в машине, смотрю в окно, но взгляд все равно возвращается к кольцу на пальце. Оно светится от солнца. Я провожу по нему, не веря, что это на самом деле происходит.

Еще совсем недавно я не могла представить, что все так сложится. Что буду рядом с ним, очередной раз приняв его предложение стать его женой. Миша — это не просто моя первая и единственная любовь. Это любовь моей жизни.

Была, есть и будет.

В кабинете Загорского обсуждаем последний проект и заодно готовимся к встрече с новыми партнерами. Я пересаживаюсь на место, когда секретарь сообщает, что к нам пришли. Стук в дверь и входит Рома — в черном костюме, деловой, уверенный в себе.

Рома протягивает ладонь Мише, и тот спокойно, уверенно ее пожимает. Все происходит просто, по-мужски. Без лишних пауз и подводных течений.

— Рад видеть, — с легкой улыбкой говорит Миша.

— Я тоже, — отвечает Рома. Звучит искренне.

Хоть стараюсь сохранять деловой тон, чувствую, как внутри тянется тонкая нить удивления. Все это по-прежнему кажется чуть нереальным — еще недавно они не могли находиться рядом, смотрели друг друга как на врага, а сейчас... все иначе.

Я чуть подаюсь вперед, с интересом глядя на него:

— Неожиданно было узнать, что ты принял предложение Миши.

— Не смог не принять, — он садится в кресло напротив, куда Миша жестом указывает. — Он выдвинул такие условия, что отказать было бы… скажем так, неразумно.

Рома держится уверенно, но без напускной бравады. В его голосе спокойствие взрослого мужчины, который знает, чего хочет, и, кажется, впервые за долгое время не спорит с тем, куда ведет его жизнь.

— Ожидаемо от Загорского. Он это умеет, — усмехаюсь, опускаясь напротив и скрещивая руки на груди.

— Убеждать? Уговаривать? — Рома улыбается. Его взгляд скользит вниз. Он замечает кольцо, но ничего не говорит напрямую. Только кивает, чуть тише добавляя: — Судя по всему, ты тоже не смогла устоять.

Я чуть улыбаюсь в ответ — спокойно и без напряжения.

— Видимо, у нас с тобой схожий вкус в принятии важных решений.

Миша смотрит на меня с улыбкой. В его взгляде не ревность, не сомнение. Спокойствие. Уверенность во мне.

— Как Тамерлан?

— Отлично, спасибо. А твоя мама как? Сделали операцию?

— Да. Тоже хорошо.

Меня удивляет, что Загорский тихо наблюдает за нами.

— Я принес все необходимые документы, которые ты просил, — обращается Рома к Мише. — Сказали, могу приступить на работу послезавтра.

— Знаю, да. Расторг договор с тем… мутным человеком?

Рома переводит на меня взгляд, усмехается, снова смотрит на Мишу.

— Он близкий друг моего отца.

— Отец такой же мутный. Не ведись. Ты мне, по сути, никто, но… Тебя ценит Саша и мой сын. Поэтому… Со мной не пропадешь. Если, конечно, не пойдешь против.

— Я согласился не для того, чтобы идти против. Да и то, что они мутные, я и сам прекрасно знаю.

— Держись от них подальше.

— Будет сделано, босс, — со смешком произносит Рома. — Ладно, пойду ознакомлюсь с компанией, с твоего позволения.

— Конечно. Попроси Ирину устроить тебе экскурсию.

— Окей.

Рома уходит, а Миша хлопает на свое колено. Мол, иди сюда.

— Что такое? — оказавшись в объятиях Загорского, я кладу голову на его плечо. Дышу, дышу… — Откуда столько информации о нем?

— После тех слов в парке не мог равнодушно отнестись к нему. Решил помочь. Заодно избавил его от боев, к которым он готовился. Это было беззаконно.

— Рома тебя не разочарует. Я уверена.

— Меня сейчас волнует другое.

— М? Что именно? — подняв голову, заглядываю в его глаза.

— Когда мы распишемся? Я хочу в ближайшее время. Ты же не против?

— Не против. Только давай это будет тихо. Только ты и я. Ну и Тамерлан.

— Как пожелаешь. Главное, чтобы ты снова стала моей женой.