35

— Ну хочешь, сделаем кудряшки? — пытаюсь отвлечь дочь от горестных мыслей. — Можно распустить или в два высоких хвоста убрать.

— Нет, — сердито говорит Настя и шмыгает носом.

— Или я могу заплести тебе косу ободком, а сзади распустим. Заколки твои любимые вставим, блёсточками розовыми присыплем. Под новое платье будет супер.

— Мама, неважно, какая у меня прическа, если я улыбаться не смогу.

Вздыхаю и разворачиваю её кресло к себе.

— Настя, у всех когда-то выпадали молочные зубы. Это нормально. Это естественный процесс.

— Но почему именно перед днём рождения? — хнычет она, и я вижу, что любимый остренький носик краснеет. Вот-вот заревёт.

Надо спасать ситуацию.

— Так, давай успокаивайся. Не забыла, что ты ресницы накрасила? Сейчас всё по щекам потечёт. Придут твои подружки, а ты вся чумазая будешь, ещё и глаза красные. Мне кажется, это куда хуже, чем выпавший зуб.

Она распахивает глаза и часто моргает, чтобы улетучились уже появившиеся признаки влаги. Кажется, сработало. Дочь несколько раз глубоко вздыхает, как я учила её, если нужно быстро успокоиться, и снова поворачивается к зеркалу. Растягивает рот в улыбке и, увидев зияющую дыру, снова опечаливается, хотя уже и не так сильно.

Передний верхний молочный зуб шатался у неё уже около недели. Она старалась его не трогать, чтобы не выпал до дня рождения, но по закону подлости именно это вчера и произошло. Настя укусила яблоко и увидела на нём кровь. Не столько самой крови испугалась, как когда поняла, что зуб-то в яблоке и остался. Рёву было… Даже Семёну пришлось звонить, чтобы помог успокоить. Так он ещё и подтрунивать начал, мол, язык прикольно показывать можно.

Вот и сегодня с самого утра вместо того, чтобы радоваться празднику, Настя бесконечное количество раз бегает к зеркалу посмотреть, какая у неё теперь “безобразная” улыбка.

И смешно, и грешно, как говорится.

— Мам, а папа точно приедет?

— Уже едет, Настя, вечером придёт.

— Жаль, — вздыхает.

Так получилось, что именно сегодня Семёну нужно было уехать в Сочи. Точнее вчера. Что-то с работой связано. И перенести было нельзя. Он и сам расстроился, ведь это его первый день рождения дочери. Но к вечеру должен успеть.

После той ночи мы с ним ведём себя так, будто ничего не произошло. Это и странно, но одновременно с этим и легче так. Но тем не менее, я не раз ловила себя на том, что внутри что-то сжимается, когда Семён оказывается слишком близко. Я давлю это, стараюсь не обращать внимания, сознательно обращаю своё внимание на то, что его самого это совершенно никак не тревожит. Но всё же не замечать совсем не получается.

В дверь раздаётся звонок.

— Ты у меня самая красивая! — целую дочь и прижимаю к себе. — Беги встречать гостей. Наверное, тётя Люда с Сашкой и дядей Асланом.

Настя вскакивает, одёргивает платье и несётся к двери, а я за нею.

— Привет, моя дорогая племяшка! — Люда обнимает Настю, когда я открываю дверь, расцеловывает её в обе щёки. — С днём рождения тебя! Ты красавица просто — вы посмотрите!

Люда треплет Настю за щёки и немного щекочет, Саша тоже поздравляет сестру и протягивает большую коробку. Очередная стотысячная кукла. Ну и цветы, конечно, Настя как истинная женщина их просто обожает.

— Аслан приедет позже, — сообщает Люда на мой немой вопрос. — Его попросили срочно проконсультировать пациента.

Мы идём с ней на кухню, пока Сашка и Настя убегают в её комнату, раскладываем по тарелкам угощения, украшаем атрибутикой. Через полчаса должны прийти подружки Насти.

Уже к часу дня у нас дома образуется настоящий слёт маленьких фей. Настя и её четыре подружки из детского сада, наряженные, с прическами и даже легким макияжем порхают у стола с капкейками и фруктовым желе.

Бедный Сашка, ему сейчас совсем нелегко. Ему-то и с одной Настей непросто, а теперь и подавно. Поэтому мы отправляем его с планшетом в мою спальню немного посмотреть его любимую передачу «Ребятам о зверятах» и отдохнуть от трескотни маленьких принцесс.

— Она так выросла! — говорит Люда, пока мы с ней раскладываем по тарелкам бутерброды, пиццу, овощи, хотя что-то мне подсказывает, что последнее сильно в ход не пойдёт у детей. Но скоро приедет Аслан, и мы втроем сядем за праздничный обед, пока дети играют. — Так приятно видеть её здоровой, Вася.

— Да, — улыбаюсь, — сердце трепещет видеть, как её мечта о танцах сбывается. Она вся аж сверкает.

— Мы обе знаем ещё одну причину, почему Настя вся светится, — говорит Люда серьёзно. — Как всё-таки хорошо вышло, что Семён появился в её жизни.

Да, хорошо. Пусть мне так сложнее, но ради дочери я смогу с этим жить.

Опускаю глаза. Люда смотрит внимательно, даже слишком. Будто в душу заглянуть пытается. Мы с ней почти не разговариваем на эту тему, и я знаю, что она тревожится. Но мне непросто говорить об этом даже с ней.

В дверь раздаётся звонок.

— А вот и Аслан, — говорит Люда, подсовывая испачканные руки под кран.

— Я открою, — говорю, переставив на обеденный стол салат. — Как раз посмотрю, что там дети.

Одновременно со мной к двери подбегает виновница торжества в ожидании новой порции поздравлений.

Но за дверью оказывается совсем не Аслан. Там с двумя букетами роз — белыми и красными, стоит Марио.

— Марио! — восклицаю удивлённо. — Прилетел? Вот так сюрприз.

— С днём рождения, сеньорита, — он лучезарно улыбается и протягивает белые розы Насте.

— Мама, это кто? — она принимает розы, но отвечать незнакомцу не спешит.

— Это Марио, — касаюсь её плеча, давая понять, что всё в порядке. — Он мой друг.

Такое определение цепляет Кортеса, я это замечаю, хотя он вида пытается не подать. Но ведь он же должен понимать, что она — ребёнок. Не пускаться же мне в объяснения прямо сейчас, что он мой… собственно, кто? Друг и есть.

— Красивые цветы, спасибо, — сдержанно отвечает Настя и, аккуратно положив букет на туалетный столик, убегает к девочкам.

Вижу, что она осталась не в восторге от этой встречи. Да и я, признаться, тоже. Нет, я бы хотела увидеться, но ему стоило предупредить, ведь тут мог бы быть Семён. Это было бы… достаточно сложно. Зачем это напряжение на дне рождения ребёнка? А оно бы непременно возникло.

— Ой, а я думала, это мой муж, — Люда смотрит с удивлением, выглянув в гостиную.

Про Марио я ей не рассказывала, вот и пришло время познакомиться лично.

— Ой, а вот и Аслан! Ну наконец-то, уже заждались. У него же торт, вообще-то, — говорит Люда, когда раздаётся ещё один звонок в дверь.

Но это тоже не Аслан.

— Папочка, ты приехал! — пищит Настя и со всех ног несётся к двери, в проёме которой за двумя букетами цветов и огромным динозавром как в любимом мультфильме Насти, спрятался Семён. — Смог пораньше!

О нет, кажется, день рождения Насти запомнится не только ей.