Глава 17

Кристина Кристина шла рядом с Рэмом, который расспрашивал про Землю. Казалось, ему интересно все. Сначала Кристина с удовольствием делилась знаниями, но вскоре накатила тоска, захватила тело и разум. Она стала чаще отводить взгляд. На глаза набегали слезы при воспоминании о маме и Сонечке. Они уже почти неделю ищут ее. – Хочешь осмотреть замок? – спросил Рэм. – С удовольствием, – ответила Кристина. Они прогуливались по замку снизу вверх, заходя только в некоторые комнаты. Остальные, по мнению Рэма, не стоили внимания. Он рассказывал о предназначении помещений и делал акценты на отличительных особенностях интерьера. Кристина с трудом воспринимала его речь: в своих мыслях она уже кружила Сонечку на руках, а та задорно смеялась. В этой небольшой светлой комнатке для Сонечки была бы идеальная детская. Бежевые стены выполнены из деревянных панелей. На них бронзовые замысловатые узоры с экзотическими цветами. Малышка ведь девочка – цветочки очень любит. И пол выглядит теплым. Наверняка из дерева. Как бы отлично он прогревался солнцем в дневное время через два огромных окна. Играть на таком полу – сплошное удовольствие. Можно постелить пушистый ковер. Низенький белый столик тоже бы пригодился: за ним распивали бы кукольные чаи. Какое здесь зеркало! Загляденье. Сонечка бы от него не отходила. Кристина невольно улыбнулась, представляя малышку в этой комнате. – Вижу, тебе понравилось, – с улыбкой произнес Рэм, не спуская взгляда с лица Кристины. – Очень, – прошептала она. – Пойдем тогда еще одну покажу. Тоже миленькая. Они прошли до конца коридора и оказались в полукруглой комнате. Вот это да! Мама бы плясала от радости. Ее страсть к круглым помещениям порой сводила папу с ума. Она много лет пыталась уговорить его сделать на даче нечто похожее, но у него так и не дошли руки. Теперь маме просить некого, и дачу они продали. – Не нравится? – тихо поинтересовался Рэм. Кристина смущенно отвернулась. Ничего от него не скроешь. – Нет. Комната прелестна, просто вспомнила кое-что, – нехотя ответила она, положив руку на грудь. Через платье почувствовала цветочек-кулончик. Стало легче, и она сосредоточилась на осмотре. Нежно-лазурные стены, стеллажи из светлого дерева, два уютных кресла и диван, обитые темно-зеленым бархатом. В стене – камин с широкой полочкой и изящной решеткой. Большая люстра на потолке в форме цветочных лепестков и высокий торшер с тканевым абажуром. Куда их трешке до хором замка! Но будь сейчас у Кристины выбор, она бы не раздумывая променяла эту чужую роскошь на скромные стены дома. Ничего, она потерпит несколько недель. И вы, родные, потерпите еще немного. Кристина скоро вернется. Кристина повернулась к Рэму. Не важно, по чьей вине она оказалась здесь. Главное – Рэм ей помогает. Как же она благодарна! Кристина впилась в мужчину взглядом. Сегодня он неплох. Выглядит посвежевшим, словно в спа-салоне побывал. Одет прилично и чисто. Обычно чумазый да злой. Сейчас же он милый и обходительный. Взгляд Кристины затуманился. Еще он высокий, поджарый и на лицо ничего. За исключением носа, конечно. Но, если посмотреть на мужчину с другого ракурса, то тоже весьма привлекателен. А как Рэм двигается! Мама дорогая! Словно пума на охоте: неторопливо и плавно, но в каждом шаге затаилась угроза. Кристина, не моргая, следила за шагающим к камину Рэмом. Он провел по полке ладонью и начал говорить. К лешему его болтовню! Сильные большие руки притягивали взгляд. Они нежно заскользили по статуэтке в форме девушки. Вот бы Кристине оказаться на ее месте… Вау! Стоп! Что сейчас такое было? Кристина удивленно захлопала глазами. Туман развеялся, и она испуганно смотрела на Рэма. Он что ее приворожил? Сама бы она мысли о близком знакомстве и на пушечный выстрел к себе не подпустила. Кристина быстро опустила голову. Кажется, Рэм ничего не заметил. Позору бы натерпелась. – Столько комнат! – наигранно воскликнула Кристина, пытаясь скрыть смущение. – Наверное, у тебя бывает много гостей? – Не очень, – замялся Рэм. – Понятно, – протянула Кристина и замолчала. Как же скучно бродить одному по этим пустым хоромам. Рэм выглядел немного расстроенным. Их разговор зашел в тупик. – Хочешь, покажу мою любимую комнату? – встрепенулся Рэм. – Конечно, – с облегчением и энтузиазмом ответила Кристина. Она бы и на конюшню пошла, чтобы разрядить обстановку. Они двинулись в обратный путь. Боги! Сколько в замке чертовых лестниц. И чего Рэм портал не открыл? Жмотяра. Тащись теперь с третьего этажа, минуя извилистые коридоры. Казалось бы, прогулка должна взбодрить, но у Кристины случилось наоборот: неимоверно захотелось спать. Она всеми силами сдерживала зевки. Неудобно выйдет: Рэм распинается, а она зевает, аж челюсть щелкает. – Библиотека! – торжественно объявил Рэм и открыл большие резные двери перед Кристиной. Вот это масштаб! Кристина даже перестала зевать. Сколько книг! Все стеллажи до потолка забиты ими. Читать Кристина любила, но учеба на юридическом факультете надолго отбила желание этим заниматься. Сколько же кодексов она перечитала и вызубрила. Брр! Они с Рэмом зашли внутрь, и ноги Кристины утонули в мягком ковре. Шикарная вещь! Как они умудряются сохранить его нежно-бежевый цвет? Кристина осмотрела стены: светильников хватит, чтобы осветить небольшую улицу. Хозяин дома бережет глазки и в темноте не читает. Широкий диван, заваленный подушками, и уютные массивные кресла понравились Кристине больше всего. С каким бы удовольствием она сейчас приземлилась на эти мягкие подушки. А вот тот пледик выглядит заманчиво пушисто. – Можешь приходить и читать что захочешь, – благодушно разрешил Рэм, вырывая Кристину из сладкой мечты о диване. – Конечно-конечно. Спасибо, – как могла обрадованно поблагодарила Кристина. Сюда она придет только в состоянии полнейшего безделья. Рэм окинул довольным взглядом комнату и уже двинулся к одной из полок. Но остановился, услышав позади громкий зевок Кристины. Вот блин. Все-таки не удержалась. Рэм на секунду замер, затем развернулся. На его лице застыла вежливая улыбка. Похоже, Кристина его обидела. Сам виноват, мог бы хвастаться и покороче. – Пойдем на улицу, – любезно предложил Рэм. Кристина с удовольствием согласилась. Ей срочно нужен свежий воздух. Может, хоть в сон перестанет клонить? Чего ее разморило до безумия? Раньше за собой дикой любви ко сну не замечала. Еще нужно растрясти сегодняшнюю пищу. При воспоминании об обеде, Кристина мечтательно прикрыла глаза. Как же чудесно она в обед поела! Чистый восторг! Наконец-то! Оказалось, в этом мире полно вкусной еды, ну кроме десертов. Почему Рэм мало съел? Наверное, он из малоежек. Недавно она и самой такой была. Теперь же с Кристиной творится нечто невообразимое. Ее часто разрывает сосущее чувство голода, словно в животе поселился прожорливый гремлин. Однако вполне объяснимо: накопленный стресс отступает и организм восстанавливается. Хорошо хоть бегать начала, а то от такого количества еды ее раздует, как шарик. Утром в саду было приятно. Тихо и прохладно. Самое то для занятий. Вставать рано, но теперь это не проблема. Сама бы она ни в жизнь не проснулась в такую рань, но Кристина выпросила у арты Халлен местный будильник. Потрясающая вещь! Устройство выглядело как небольшой камень с кристаллом внутри. Его следует крепко сжать в руке и мысленно пожелать нужное время подъема. И ты проснешься ровно в этот час. Никаких тебе скучных мелодий и возможностей отложить подъем еще на десять минут. – Как я понимаю, сад ты уже успела обежать…, – Рэм смутился и поправил себя, – осмотреть, конечно. Значит, лично за ней подглядывал. А она его не заметила. Интересно, где он прятался? – Я заработался до утра, вот случайно и увидел тебя из окна кабинета, – начал оправдываться Рэм и быстро отвернулся. Смутился что ли? С чего бы это? – Если ты не возражаешь, то я каждое утро буду тренироваться в саду. – Конечно, – ответил Рэм. – Хочешь ко мне присоединиться? – вежливо предложила Кристина. – Пожалуй, воздержусь, – поспешно отказался Рэм и спросил: – Хочешь глянуть на замок со стороны? Кристина с охотой согласилась. Это же целый замок! Их с сестрой детская мечта, включающая принцесс, драконов и прекрасных принцев. Рэм открыл портал и протянул руку Кристине. Она с радостью дала свою: хорошо, что не заставил тащиться пешком. Они вышли из портала. Рэм остановился. – Отсюда отлично видно замок целиком, – произнес он, и в его голосе сквозила неприкрытая гордость. Кристина обернулась и с трудом удержалась от удивленного свиста. Снаружи замок выглядел словно сказка. Четыре этажа, пятый угадывался под острой крышей. Темно-серый камень, барельефы, высокие окна и несколько балкончиков. Круглые башни начинались на уровне третьего этажа и устремлялись вверх, заканчиваясь острыми шпилями. Кристина повернулась к Рэму. На его лице застыла довольная мальчишеская улыбка. Он наслаждался произведенным эффектом. – Знаешь, – задумчиво проговорил он, – я никому не признавался, но я всегда был влюблен в этот замок. Однажды я побывал здесь еще при старом хозяине и мечтал, что замок когда-нибудь станет моим. Кристина затаила дыхание. Впервые Рэм поделился чем-то личным, не хотелось разрушить момент. – Но в те времена мне даже мечтать о нем было непозволительно, – грустно сказал Рэм, погрузившись в свои воспоминания. – Почему? – тихо спросила Кристина. – Я был простым сборщиком эсмэ. Им не полагается. Только высшие маги имеют право здесь жить и следить за Приграничьем. – Что это такое? – Хочешь, покажу? – воодушевился Рэм. – Еще можем посетить деревню. Кристина сдержала обреченный стон. Какого лешего она спросила?! Она уже присматривалась к мягкой травке и думала о том, как бы хорошо выспалась на свежем воздухе. Но разочаровывать хозяина дома она не посмела. Только бы не пришлось тащиться пешком. Слава Богам, Рэм открыл портал, и они вышли на накатанную дорогу посреди деревни. Кругом стоят аккуратные домики. Вокруг них разбиты чудесные садики. Кристина оглянулась по сторонам. А где люди? Подозрительно тихо. Ни звуков домашних животных, ни ругани соседей. Тишину нарушают лишь трели птиц и шелест листвы деревьев от ветра. Какая благодать. Лесок рядом – можно пойти погулять. Прям база отдыха. – Где мы? – с интересом спросила Кристина. – Одна из деревень для рожениц, – гордо ответил Рэм. – Где они все? – У них послеобеденный сон. Думаю, скоро придут. – Куда? – поинтересовалась Кристина. – Видишь то здание? – спросил Рэм, кивнув на большой дом в конце дороги. – Дом для досуга. Там собираются арты. Общаются и занимаются любимыми делами. Я часто бываю в подконтрольных мне деревнях и разговариваю с будущими мамами: важно узнать обо всех их нуждах и вовремя помочь. Кристина удивленно вскинула брови. Вот так новости. Рэм, оказывается, заведующий роддомами. Кто бы мог подумать? – Как я поняла, таких деревень несколько. Почему они так называются? – спросила Кристина. – Видишь ли, – пустился Рэм в объяснения, – почти все будущие мамы в Ливосе заранее приезжают в деревни вдоль Приграничья. Они проводят в них последний месяц беременности. Здесь они отдыхают, настраиваются на роды и напитываются энергией от Приграничья. – Получается, ты один за всех беременных Ливоса отвечаешь? – изумилась Кристина. – Нет, конечно, – улыбнулся Рэм и с увлечением продолжил рассказывать: – Ливос разделен на пять округов. Дортостан – мой округ, Велиостан, Малиастан, Улистан и Зортостан. В каждом округе свой эмиссар. В его обязанности входит забота о людях и защита отведенной ему части Приграничья. Эмиссар обязан следить за тем, как собирается эмри, большую часть которой пересаживают на отведенную территорию Приграничья. – Что-то я запуталась, – обреченно произнесла Кристина. – А как связаны беременные дамы с пересадкой… что там было? – Эмри, – снисходительно пояснил Рэм. – Вся магия нашего мира построена именно на ней. Ее называют энергией жизни. Она высвобождается в момент родов. Маг собирает ее и пересаживает в земли Приграничья. – Зачем? – все еще не понимая правил этого чудного мира, спросила Кристина. – Чтобы поддерживать Барьер в текущем состоянии. Кристина обреченно опустила голову. Теперь и какой-то Барьер нарисовался. Ей всего не понять. – Я тебе расскажу о Барьере позже, – ответил Рэм и остановился, поворачиваясь к Кристине. – Попробую объяснить попроще. В нашем мире две энергии: смерти и жизни. С энергией смерти ты встречалась в Фордоке. Помнишь? Кристина кивнула. Отвратительное местечко. – Энергия смерти разрушительна. Если ее много и сборщики не успели ее вовремя собрать, то она в состоянии уничтожить энергию жизни. Так как роженицы живут прямо на территории Приграничья, их малыши впитывают эмри. Если бы сюда добралась энергия смерти, то последствия были бы самые печальные. Сейчас здесь находится сто две женщины. Кристина нахмурилась. К чему он ведет? И почему так осуждающе пялится на нее? – Кристина, – тяжело вздохнул Рэм. – Энергия смерти человека, решившего добровольно уйти из жизни, невероятно опасна. Ее в десять раз больше обычного. Если бы я в ту ночь не успел… Рэм замолчал. Кристина открыла рот от изумления. Что он такое несет? Считает ее несостоявшейся убийцей младенцев? Придумать что-либо ужаснее, наверное, нельзя. Сумасшедший мир! Как ее только угораздило вляпаться в это безумство?! Ведь и не скажешь ничего. Начать оправдываться и попытаться рассказать, что сама не понимает, как так вышло? Или извиниться и покаяться? А может, возмутиться, что она не местная и знать не знала про их энергию смерти? Понятно теперь, почему Рэм в Фордоке требовал обещание не повторять ту ночь. Раньше последствия не мог объяснить? – Поэтому тем утром я был зол на тебя, – устало сказал Рэм. – И в Фордок отвел лишь потому, что здесь ты представляла опасность. – Чего ж там не оставил? – с прищуром спросила Кристина. – Мы же с тобой поговорили и все обсудили, – доверительным тоном ответил Рэм. Кристина хмыкнула. Так ему и поверила. Разве поставил бы он под угрозу жизнь нерожденных детей в противовес словам чужачки? Ох, заливает мужчинка и не краснеет. – В Фордоке ты со мной что-то сделал? Повлиял на меня? – в лоб спросила Кристина. – Нет, конечно! Я никак не навредил ни твоему телу, ни разуму, – уверенным тоном ответил Рэм. Ох, чует юридическая душонка Кристины какой-то подвох. Больно уж формулировки размытые. – Честно, – поднял руки Рэм, – я тебе никак не вредил. Теперь я буду чаще бывать в замке, и мы с тобой сможем подружиться. Значит, он решил установить за ней слежку? Ну что же, понять можно. Она бы и сама на его месте так поступила, если бы отвечала за жизнь младенцев. – Ладно, – миролюбиво сказала Кристина, – я тебе еще раз обещаю, что сделаю все, от меня зависящее, чтобы не допустить подобного. Рэм довольно кивнул, Кристина улыбнулась. Не только он один умеет разбрасываться расплывчатыми фразами. Ведь откуда ей было знать, что той ночью она могла нанести непоправимый вред людям в Приграничье? А если у нее снова в голове что-то щелкнет, и она за ножом пойдет? Поэтому пусть Рэм следит за ней на здоровье, хоть помочь успеет. От нервных разговоров у Кристины разыгрался аппетит. Интересно, долго они тут проторчат? Видимо, да, раз Рэм так неспешно вышагивает по своему роддому. Кристина плелась рядом. – Расскажи мне немного о том, как у вас устроены браки. Эти женщины замужем? – завела Кристина нейтральный разговор, чтобы убрать неприятный привкус последней темы. – Конечно, замужем, – недоуменно ответил Рэм, как о чем-то само собой разумеющемся. – У нас девушки до двадцати семи обязательно выходят замуж. А там как получится. Либо живут в браке и воспитывают ребенка, либо в разводе. – Почему именно до двадцати семи? – удивилась Кристина. – По закону Ливоса каждая арна до этого срока обязана найти мужа. – Что значит обязана? – перебила его пораженная Кристина. – А если не успеет? Любви сложно объяснить, что она должна прийти не позднее двадцати семи лет. – При чем здесь любовь? – тоже удивился Рэм. – Она не решающий фактор. Любовь – если повезет. – И что с теми, кто не успеет? – спросила Кристина. – Тем ищут вакантного жениха, занесенного в специальный список. Девушка может выбрать любого. Каждая арна осознает свой долг перед Ливосом, ее задача – выйти замуж в детородном возрасте и родить одного или нескольких детей. Кристина ошарашенно замерла. Он сейчас серьезно говорит? Патриархат чистой воды! – Чему ты так удивляешься? – не понял Рэм. – У вас по-другому? – О да! Еще как! – с облегчением ответила Кристина. Вот же нравы у них! Хорошо, что она надолго здесь не задержится. Ей годков-то уже двадцать четыре, значит, выдадут замуж и детей затребуют. Мужчины в Ливосе прекрасно устроились. Спихнули вопрос пополнения суперважного эмри на женщин. Крутитесь, как хотите, но малыша выносите да положите. – Хорошо. Допустим, это так, – зацепившись за тему, не могла успокоиться Кристина. – А если девушка не хочет замуж или по каким-либо причинам не нашла себе мужа после двадцати двух. Что с ней будет? – Таких арн выдают замуж без их согласия. Специальная комиссия сама выбирает ей супруга, – как ни в чем не бывало объяснил Рэм. Кристина хмыкнула. Так и знала, что тут ее бы давно замуж сплавили. Вот почему Рэм спрашивал, сколько ей лет. Надо было ответить, что девятнадцать. Эх… – Непривычная у вас система, – постаралась Кристина завуалировать свое негодование. Громко лучше не возмущаться. Мало ли, Рэм обидится и пожелает ее замуж сплавить. Увольте. – А что будет, если выбранный муж окажется неблагонадежным? Алкоголем или рукоприкладством увлекается? – аккуратно спросила Кристина, желая потушить в себе огонь любопытства. – В Ливосе женщина неприкосновенна, – твердо заявил Рэм. – У нас хорошо работает система защиты. Но и без этого ни один мужчина не посмеет поднять на женщину руку или оскорбить ее. Несмываемый позор. Кристина уважительно кивнула. Ну хоть в чем-то тут не оплошали. – Но ведь не у каждой пары рождаются дети? – не удержалась Кристина от нового вопроса. – Не всегда, – подтвердил Рэм. – Но к этому прикладывается много усилий. Если женщина здорова, то она обязательно родит. Если же в течение пяти лет у пары не появляется ребенок, то муж может развестись и снова жениться. – А женщина? Что с ней? – Она признается неспособной к зачатию. Комиссия выплачивает ей компенсацию и запрещает впредь выходить замуж. Кристина оторопела, пялясь на Рэма. Вот это нравы! А может, все не настолько плохо? Может, мужчины у них благородные… – И как часто мужья требуют развода в случае бездетности? – спросила она с надеждой. – Почти всегда, – как ни в чем не бывало ответил Рэм. – Мужчины тоже понимают свой долг перед Ливосом. Ну дела! Они тут все помешаны на своем долге. Хотя кто она такая, чтобы судить их мир. Видимо, эмри для них настолько важна, что любовь запихали в самый дальний и тёмный уголок. От столь эмоциональных тем у Кристины снова появилась ноющая боль в груди. Следует избегать стрессов. Еще инфаркт ей не хватало получить. Вещь опасная – отца за три дня в могилу свела. За разговором Кристина не заметила, как они подошли к двухэтажному зданию. Рэм открыл дверь, и они вошли в просторную гостиную. Комната для отдыха весьма комфортная. Уютная, светлая, со множеством удобных диванчиков и кресел. На некоторых из них сидели женщины с рукоделием в руках. На их лицах расплылись дружелюбные улыбки. Раздались приветствия в адрес Рэма. На Кристину же они поглядывали исподтишка с удивлением в глазах. Можно их понять: Кристина смотрелась тут словно отощавший после зимней спячки бурый медведь среди плюшевых полярных медвежат. Рэм подошел к каждой женщине и с нежной улыбкой поприветствовал. О как он может! Кристине таких улыбок не полагалось. Рэм сделал Кристине жест, предлагая присесть. Она выбрала самое дальнее кресло и с удовольствием устроилась в нем. Какое мягонькое! Видимо, весть о приезде эмиссара быстро распространилась, так как комната начала наполняться женщинами с большими животами. Кристине стало неуютно среди такого количества беременных. Вдруг кто рожать удумает? Кристина переводила взгляд с одной женщины на другую и недоумевала. Чего они так сильно похожи друг на друга? Все как на подбор красивые до жути. Небольшого роста, с изящными фигурками. По тем, кто стоял к Кристине спиной, и не определишь, что беременны. Движения плавные и спокойные, словно в каждую из них залили тягучее масло. Идеальная кожа, прямые, разного оттенка блонд, волосы. Глаза светлые: голубые или серые. Кристина припомнила, что в замке женщины тоже подобного типажа. А вот местные мужчины, по наблюдениям Кристины, отличались друг от друга солидно. Всяких хватало: высокие и низкие, блондины и брюнеты, с темными и светлыми глазами. Привычное разнообразие царило среди них. В дамах же было нечто неестественное. Они неуловимо отличались от мужчин и выглядели, словно дальние родственницы или как будто они с другой планеты прибыли. Неужели никто этого не замечает? Женщины щебетали, собравшись вокруг излучающего любезность и внимательность Рэма. На их лицах застыли счастливые улыбки. После экскурса в местный институт брака Кристина теперь понимала, чего они лыбятся. Каждая из них могла оказаться разведенной не по собственной воле. В Ливосе что, излишек женщин, а мужчины на вес золота? Как они еще до многоженства не додумались? Под разговоры и смех беременных Кристину начало клонить в сон. Наверняка Рэм тут надолго: ничего не случится, если она вздремнет немного. Кристина с удовольствием медленно закрыла глаза. Сонное блаженство. Среди сна она почувствовала, как ее трясут за плечо. Чего от нее хотят? Не открывая глаз и находясь на полпути из царства Морфея, она буркнула: – Чего? – Ты храпела, – раздался над ухом голос Рэма. – Ох, прости, – встрепенулась Кристина и протерла глаза. – Ты уже закончил? Рэм со смешком хмыкнул и кивнул. Наконец-то они могут возвратиться в замок. Там ее ждет ужин. Ням-ням. Мысли закружились вокруг блюд, живот радостно порыкивал, рот наполнился слюной. – Хочешь посмотреть, как роды проходят? – с воодушевлением спросил Рэм. Кристина чуть в голос не застонала. Только родов ей сегодня и не хватало! Он хоть знает, сколько уже времени? Ужин, Рэм! Ужин! Но пришлось натянуто улыбнуться и обреченно кивнуть: негоже обижать хозяина дома. Тем более, когда в его руках твоя судьба. – Тогда давай поспешим, – заторопился Рэм. – Здесь неподалеку начались роды. Как раз успеем. Бега еще Кристине на голодный желудок не хватало. Главное – зачем? Посмотреть, как женщина корчится от боли? На улице уже, между прочим, начало темнеть. Домик, слава Богам, оказался действительно рядом. Рэм размашистым шагом миновал светлый коридор и вошел в комнату, откуда доносилось медленное пение. Кристина скрестила пальцы. Только бы не отпевание! – Что за звуки? – с опаской спросила она Рэма. – Роженица поет песню, которая помогает ей дышать и тужиться, – спокойно ответил Рэм, наверное, не раз слышавший эти подвывания. В комнате стояла большая кровать, на которой лежала хрупкая женщина и пела. Тужилась и пела. Рэм быстро подошел к кровати и обратился к стоявшей рядом акушерке: – Все в порядке? – Да, господин эмиссар, – ответила женщина. – Малыш на подходе. Роженица запела так громко, что Кристина подпрыгнула на месте. Акушерка склонилась к роженице и помогала ей дышать. Минута – и комнату огласил крик младенца. – Сегодня я сам, – сказал Рэм подошедшему мужчине в синей форме. Малыша закутали и передали в руки Рэму. Он сел на стул и тихонько проговорил: – Кристина, подойди. Кристина несмело встала рядом. На лице Рэма расцвела радостная улыбка. Он покачивал малыша. Не поднимая головы, он обратился к Кристине: – Положи руку мне на голую кожу. Кристина медленно протянула ладонь и легонько коснулась одним пальцем шеи Рэма. – Смотри, – прошептал он. Вот это да! Кристина разинула рот от вставшей перед ее глазами картины. Младенец источал нежно-голубые нити, и они оплетали всю комнату. От их вибрации помещение наполнилось чудесным звоном. Нити медленно двигались к Рэму. Они оплетали его тело и впитывались в него. Закончилось представление быстро. Кристина убрала руку. Волшебство! Рождение само по себе чудо. Когда родилась Сонечка, Кристина долго не могла поверить, что теперь этот крохотный красный человечек – часть их семьи. В тот момент она живо представила, каким ребенком станет племяшка. Предположения оказались верны. Сонечка – прекрасная малышка: милая, нежная, но озорница. Поскорее бы ее увидеть! – Поздравляю, у вас чудесная девочка, – сообщил Рэмос женщине в кровати. Он бережно вернул ребенка матери. – Нам пора, – сказал он Кристине и открыл портал. Она облегченно выдохнула. Наконец-то они идут к Рэму домой. Но в месте, куда они переместились, не было ни замка, ни ужина в нем. Куда ее Рэм притащил?! Кристина закатила глаза. Пристрелите ее уже! А лучше Рэма. Чего он такой активный? Обычно выжатый, как лимон, а сегодня энергичный, словно ему аккумулятор вставили. Кристина осмотрелась. Вот здорово! Теперь они по лесам будут на ночь глядя шариться. Рэм кивнул Кристине и махнул рукой, направляясь по тропинке в глубь леса. Кристина с интересом осмотрелась по сторонам. От растений исходил слабый свет. Люминесценция? Очень волшебно. – Рэм, – обратилась Кристина к спине Рэма. – Почему все светится? – Это зона Приграничья. Здесь много эмри. Даже обычный человек видит его. Кристина понятливо кивнула головой, рассматривая светящийся грибок, и чуть не врезалась в спину Рэма. Он присел на корточки. – Положи руку, чтобы видеть, – сказал он. Кристина послушалась, снова коснувшись его шеи. Рэм положил ладони на землю и прикрыл глаза. От его рук во все стороны ручейками расползалась эмри. Она впитывалась в почву, проникала в растения и ползла по деревьям. – Так приживается эмри, – прошептал Рэм. – Она проникает в землю, ползет по Приграничью к Барьеру. Интересно, что за Барьер? Наверное, это тот светящийся огромный пузырь, который она видела из окна. Свечение из рук Рэма уже пропало, а Кристина все еще держала свою ладонь на его шее и нежно поглаживала кожу. Какая теплая и приятная. Интересно, как она пахнет? Из туманного озабоченного состояния Кристину вывел недоуменный взгляд Рэма. Что с ней такое!? Какого лешего ее опять накрыло? Позорище! – Прости, залюбовалась… – пробормотала Кристина, отдергивая руку. А внутренний голос закончил фразу: «тобой». Пошел прочь, гаденыш! – Вернемся в замок? – предложил Рэм. – Или… – В замок, – не дав договорить, перебила его Кристина. Ее желудок уже прилип к спине. Вооружившись тромбоном, он издавал такие жуткие звуки, что Рэм с улыбкой спросил: – Ты, наверное, проголодалась? Кристина сдержала громкое возмущение. Еще как, она готова сожрать слона! – Немножко, – скромно ответила она. Рэм неожиданно весело хмыкнул и открыл портал. Кристина сиганула в него первая. Какой Рэм молодец, доставил ее прямо к двери комнаты. Вдруг повезет, и ее уже ожидает ужин? – Кристина, спасибо за сегодняшний день, – чинно произнес Рэм. – Был рад провести с тобой время. – Я тоже, – сказала Кристина дежурную фразу. Рэм слегка поклонился и направился вниз по лестнице. Кристина облегченно выдохнула и поспешила в комнату. Чтобы она еще раз поперлась на столь длительную прогулку без корзинки с едой и мягкого пледика? Нет, спасибо! Ужина пришлось дожидаться. Стук в дверь и голос арты Халлен прозвучали как самые прекрасные звуки на свете. Экономка вошла в комнату, нагруженная тяжелым подносом, и, пыхтя, установила его на стол. – Ар Вермонт распорядился подготовить вам вкусной еды, – едва слышно цокая, произнесла арта Халлен. – Премного ему благодарна, – отмахнулась Кристина, осматривая свой ужин. Он обещал быть прекрасным. С трудом дождавшись ухода экономки, Кристина голодным зверем набросилась на еду. Блаженство! Сыто улыбаясь, Кристина подошла к календарю и аккуратно зачеркнула первый день. Осталось двадцать девять. Взгляд упал на браслет на запястье. Как он снимается? Она вертела, крутила украшение во все стороны, но снять не смогла. Даже зубами пробовала. Тщетно. Он, словно наручник, опоясывал руку. Ох, непростая вещица! Но если Кристина прямо спросит у Рэма о браслете, вряд ли тот расскажет. Ну и пес с ним! Кристина плюхнулась на подоконник. Вдалеке светился лес. Теперь она знает, почему. Но если бы и не знала, то не горевала бы по этому поводу. Ее цель – умотать отсюда скорее. Сейчас бы музыку послушать. Кристина с тоской посмотрела на наушники и плеер. Разряжены в хлам. В голову пришла неожиданная идея. А если спросить у Рэма про электричество? Музыка бы очень скрасила ее пребывание здесь. Этим она и займется в ближайшее время. Еще нужно разведать про местные сладости. То, что принесли ей сегодня, никуда не годится. Безе, бисквит, воздушные сливки, конфитюр, карамель и шоколад – вот чего так отчаянно жаждал монстр в животе. Что уж говорить про мамин тортик на каждый их с сестрой день рождения. Как же хочется его! Поскорее бы отведать. Как только вернется Кристина домой, первым делом они с мамой состряпают торт. А потом большими ложками втроем его съедят. Столько, сколько влезет. Кристина разделась и легла в кровать. Она будет гнать от себя грустные мысли. Отныне ее сердце и голова наполнены оптимизмом и ожиданием возвращения домой.