23. Иван

Режим сбился у Ярки. Понимаю, что вовремя он не ляжет. Ну и ладно. Играю с ним в какую-то приставку, ужинаем вместе. Гувернантку отпускаю, как и своих сотрудников, а сам время с сыном провожу.

Виталину за весь вечер ни разу не вижу. Как я и говорил — вилла большая. Здесь можно вечно прятаться.

Я дожидаюсь, пока сын уснет и только потом иду в кабинет, в котором уже лежат все нужные папки, ноутбук. Настоящий мини-офис. И мини-бар, как я потребовал, обустроили. Наливаю виски на два пальца, усаживаюсь в удобное кресло. Работать особо не хочется, но заставляю себя проверить пару моментов. Делегирование делегированием, только моя компания давно была бы не моей и вообще, хрен пойми где находилась, если бы я не умел брать на себя ответственность. И не контролировал хотя бы ключевые моменты.

Когда понимаю, что уже за полночь по местному времени, встаю. Я обещал сыну завтра насыщенный день, рабочие вопросы тоже будут, так что неплохо бы выспаться. Но сначала освежиться. Специально выбрал виллу с длинным бассейном, чтобы можно было нормально поплавать, а не в теплой булькающей луже полежать. И даже попросил тренера найти — не для меня, а для Ярика. Он плавать умел, но не сказать, что технично. И для укрепления здоровья это самое оно. Морская вода все-таки слишком прохладная, чтобы полноценно там купаться — баловство. А в бассейне пусть тренируется.

Уже когда во двор выхожу слышу, что там кто-то плещется. И испытываю укол раздражения, что не один буду. Но не могу не похвалить себя, что хоть в трусах пришел. Мало ли, может гувернантка с подходящим ей именем Алевтина там плавает…

Нет, это не Алевтина.

С минуту я стою и смотрю на Виту, которая с грацией тюленя выплескивает воду из бассейна. Как завороженный, блядь. Потому что из воды показывается то узкая спина, то округлая задница, то грудь, прикрытая простым треугольником. Она кайфует — я смотрю. И что-то вся моя уверенность, что мне нравятся бабы с формами, улетучивается.

Девчонка видит меня и едва не захлебывается. Сразу пытается сбежать. А я… у меня инстинкт охотничий немедленно просыпается. Вообще весь из инстинктов состою сейчас. В голове разливается туман похоти, в плавках — парус, а в руках чуть ли не тремор. Так хочется схватить эту мокрую русалку, которую сейчас прибило к противоположному бортику.

Ныряю за ней и буквально в два гребка догоняю. Торможу себя только в последний момент, потому что осознаю, насколько неадекватно выглядит мое нападение. Она и пощечину может, и коленкой между ног — и будет права, в общем-то. Но инстинкт не дает мне уйти в сторону.

Нет, я не собираюсь ее хватать. Просто немного… ближе стать. Немного ближе… Совсем ненадолго.

Да, такая вот дурь у меня в голове. Сам удивлен. И Вита смотрит испуганно, удивленно, волосы от лица убирает, и замирает… потому что я настолько близко, что попытайся она вывернуться — обязательно окажется в моих объятиях.

Не трогаю, не касаюсь, но руки кладу на бортик по обеим сторонам от ее лица. Нас пара сантиметров разделяет. Если она качнется немного — ее губы к моим прилипнут. Вздохнет глубоко — и острые соски, размер которых я слишком хорошо запомнил, коснутся моей груди.

А если шевельнет ногами…

— Ты только по ночам будешь выходить теперь? — говорю хрипло. Слова между нами хоть какое-то расстояние создают. Они просто необходимы, иначе…

— А у меня здесь есть расписание? Обязанности? — она настолько многозначительно кивает в мою сторону подбородком, что сразу понятно становится, о каких обязанностях спрашивает.

Мокрая, напуганная и, одновременно, дерзкая. Охуенное сочетание. Мне кажется я вижу отблеск собственной похоти у нее в глазах, но готов ли я проверить прямо сейчас? Девчонка явно подавлена была весь день, боится всего, и тут я, в роли хозяина дома и положения.

Но так сладко почти вжиматься в нее, не прикасаясь…

— Никаких. Все по твоему желанию. И ты ведь хочешь…

— Что? — пищит.

— …плавать ночью? Другие ощущения, да? Вот и плавай. Продолжай. Бассейн большой, мы не помешаем друг другу.

— Наплавалась уже, — бурчит и опускает взгляд, — И не такой уж и большой, раз мы впритык стоим…

Говорю же, охуенная. Все-таки кошка, не ежик. И теперь я понимаю, что в ней притягивает. То, что я вообще никому не разрешаю в своем окружении: ни мужчинам, ни женщинам. Вот эта вот готовность дерзить и пререкаться. Умение шипеть и выпускать коготки, находясь в заведомо проигрышном положении. Настаивать на своем, даже если сама дура. Наперекор идти, бутылки бить, защищаясь, если кто посягает на ее свободу…

Хреновые для спокойной взрослой жизни умения. Но в ее кошачий характер вписываются идеально. Пожалуй, несмотря на всю дурь и многочисленных тараканов в ненормальной головке, мне не слишком-то хочется ее дрессировать.

— Это не впритык, — Дразню ее, да. В голове почему-то фейерверки и искры. Как будто не порцию виски выпил, а бутылку. Но что делать, если хочется? — Показать, как может быть ближе?

— Нет! — звучит полузадушенно.

— А чего так? — все еще смеюсь внутренне. Хотя лицо держу — уж слишком нравится, как она шарит глазами по нему, в попытке понять, серьезно я или нет. Домогаюсь или нет. Орать уже или нет?

А что если она раздумывает, насколько уместно будет оказаться в моей постели?

— Не хочу! — припечатывает. Зло, сурово — И ты сам говорил — все по желанию!

Она ведь редко на ты переходит. В моменты наивысшей точки кипения. Наверное, я перегнул. Надо немного сгладить. Не хватало еще, чтобы она подумала, что я и насильником могу заделаться. Чуть отклоняюсь. Но руки пока не убираю, так и держу в невесомом кольце.

Последнее слово за мной должно остаться.

Голову наклоняю и смотрю на нее пристально.

— Точно не хочешь? Уверена? Разве тебе не хочется почувствовать шелковые простыни под влажной кожей? сначала немного прохладно, но потом, когда сверху накрывает горячее тело, эта прохлада уже очень желанна… Голову откидываешь, выгибаешься, шею подставляешь свою… Укусы предпочитаешь? Поцелуи? А может языком — от основания до подбородка, собирая мокрые капли, которые упали с волос? Ах нет, ты же говорила, любишь пожестче. Тогда может ладонь на твоем горле? Так, чтобы обхватить пальцами, сжать немного, не до боли, нет, но до ощущения беспомощности…

Я руку от бортика отрываю и к ее шее тяну…

Приходит в себя, взвизгивает, выворачивается, едва не зарядив мне по паху, и одним движением по лестнице взлетает. Несется в дом, как есть, не вытершись даже.

А я вздыхаю.

Дурак, чего уж. Сам настолько отчетливо представил, что ей только что преподнес на блюдечке, что не уснуть мнепосле таких фантазий. С таким стояком. Шоумен, блин…

Вздыхаю еще раз и ныряю.

Может пара километров в быстром темпе помогут эти картинки из головы выбить.