Глава 19

София

Согласно квадратным метрам, которые уже несколько лет принадлежат мне, салон у меня небольшой, но мне этого вполне достаточно, чтобы быть счастливой. Главное, что внутри светло и уютно. И это я не только про салон. Огромную роль играют посетители, именно они повышают градус настроения как свой, так и мой. Ну а мне, как хозяйке цветочного рая, только за радость дарить приятные эмоции людям.

Увы, но я с детства верю в правило бумеранга. Все обязательно вернется. Поэтому я стараюсь не только угадать предпочтения, но и подарить приятную улыбку в виде скидки или небольшой акции, которые тоже довольно часто провожу в салоне. Это помогает привлечь новых клиентов, да и мне, как матери-одиночке, несомненно, приятный бонус.

Ладно, бывшей матери-одиночке. Пора признать, что Карим не оставит дочь и мне не даст покоя. Придется смириться с его паршивым характером, так я называю его баранью упертость.

Город наш далеко не столица нашей необъятной родины, но даже в нем есть не менее потрясающие места, которые так любят горожане. Взять хоть пешеходную улицу длиной в пять километров. С утра и до позднего вечера она кишит людьми. Именно на ней расположен мой небольшой цветочный салон. По-моему, идеальное место. Парковка рядом, машину есть где поставить, и улица проходящая.

В салоне есть все, что может пожелать девичья душа, и все, чтобы облегчить выбор подарка для своей второй половинки мужчинам. Букеты всевозможных форм и расцветок занимают специально отведенную для них нишу, а вот комнатные цветы в красивых кашпо разного размера и цвета расположены по всему периметру салона, превращая его в зеленый рай. Хочешь букет в красочной коробке-шляпе? Не вопрос. Лучшие флористы города организуют все в кратчайшие сроки.

Помимо разнообразия цветов, от которых порой пестрит в глазах, в салоне есть масса других вещей, что, несомненно, радует гостей. Стеллажи цвета слоновой кости украшают статуэтки и мягкие игрушки разного размера. И вся эта красота великолепно сочетается с нежно-сиреневыми стенами. Цвет дерева играет особую роль в интерьере: рабочий островок в стороне, отдельно от основной площади, огромная витрина во всю стену, а также множество стеллажей и стремянок, украшающих интерьер, делающих его светлее, мягче. А зелень и палитра цветов придают нежности.

— Амира, не паясничай, пожалуйста, — улыбаюсь, представляя, что натворила дочь. Какой бы серьезной ни была в своем возрасте, все же она в первую очередь ребенок, который обожает разного рода шалости. В нашей семье не проходит ни дня, чтобы не прозвучало простого, но такого емкого: «Амир-а-а-а!» — означающего апокалипсис. — И не терроризируй Барсика. Деду это не понравится.

— Поздно, мамочка. Деду это уже не нравится, — заканчивает с сомнительной интонацией в голосе Амира, вызывая мой смех.

— Дочь, пожалуйста, оставь кота в покое, — вздыхаю, представляя как папочка делает мне выговор за кота. Не своей любимой внучке, в которой души не чает, а МНЕ, своей дочери, которая не привила в своей дочери должных манер. И так всегда, когда Амирка гостит у деда. Она постоянно что-нибудь да учудит, а влетает мне, как нерадивой матери. Хотя я таковой не являюсь.

Дело в том, что у папы не просто кот Барсик. А самая настоящая «священная бирма». Если углубляться в историю, то про эту породу кошек сложено много легенд, а еще буддисты почитали их и позволяли жить в храмах. Они верили, что кошки сопровождают дух умершего и помогают ему в трудном пути. К счастью, Барсик в семье любим не из-за прошлого своих предков. Во всем виноваты его небесно-голубые глаза, которые заставляют влюбиться в это пушистое создание, стоит только их увидеть.

Мне было пятнадцать лет, когда на одной из выставок, на которой оказалась вместе с классом, я увидела маму Барсика. Величественная и красивая, грациозная и уверенная в себе, она завораживала. Я влюбилась в ту кошку за считанные секунды, сразу захотелось купить ее, но все, на что оказалась способна, — это договориться о котенке.

В тот же день с превеликим трудом я умудрилась выклянчить у отца разрешение на котенка, а еще через год Маркиза подарила мне Барсика. И сейчас этого старичка без зазрения совести тискает моя дочь, а он даже не в силах ей сопротивляться. И спрятаться тоже. Она везде его находит, хотя дом у отца немаленький.

Ладно, я постараюсь сильно кота не трогать, если ты пообещаешь, что скоро приедешь за мной.

— Ух, маленькая шантажистка.

— Я приеду за тобой, — вскидываю голову, смотрю на часы, которые висят над входной дверью и особо не привлекают к себе внимания гостей, и замираю, видя, как в салон направляется девушка. — Часа через два приеду. Все, мне пора работать, — сбрасываю звонок и крепко сжимаю телефон в руке, на тот случай, если придется звать на помощь. Девушка выглядит слишком агрессивно. Ее совершенно не спасает красота и дорогие шмотки на стройном теле.

— Добрый день. Не правда ли, на улице сегодня замечательная погода? — здоровается, натягивая на лицо искусственную улыбку.

Стоит сказать, что так она похожа на гиену, но я молчу, крепче сжав в руке телефон. Своя шкура дороже, а ее можно и потерпеть. Остается надеяться, что это ненадолго.

— Здравствуйте. Да, вы правы, — улыбаюсь, пряча под маской безразличия нервозность. — Сегодня действительно замечательная погода.

Бросаю взгляд в окно. За стеклом прекрасная погода, солнечно. Люди не спеша гуляют по пешеходной улице, дети бегают и кричат, внося свою лепту.

— Я тоже так думаю, как и много другое думаю. — Ну вот.

Я прямо предчувствовала, что по мою душу. Не зря минуту назад мне стало нехорошо. Чуйка на неприятности выработалась у меня с раннего детства, только толку от нее? Я все равно периодически влипаю в проблемы и не знаю, как выбираться из них без последствий. И не всегда они зависят от меня, часто я оказываюсь не в том месте не в то время. Вот даже сейчас. Сегодня должна была выйти Лена, замечательный флорист, но у нее произошло ЧП — мама попала в больницу. Пришлось отпустить и заступить на смену самой, потому что у другого продавца, согласно рабочему графику, сегодня выходной день.

— Простите? — моя уверенность быстро убегает на Северный полюс и прячется за глыбами льда.

— Мне бы букетик, — мило поет блондинка, глазами пуская в меня смертельные пули. Ежусь, но глаз не опускаю. Еще чего не хватало. Мама всегда говорила, что проблемы нужно встречать лицом к лицу. По-моему, у меня сейчас проблема, вот прямо передо мной. Стоит и скалится белоснежными винирами.

— Для кого букет? Какой праздник? — веду себя как истинный флорист, знающий свое дело как никто другой. Эх, еще бы на провокации не вестись, цены бы мне не был. А с этим дела у меня плохи, Юлька может подтвердить.

— Я бы не назвала это праздником. Понимаете, тут такое дело, даже не знаю, с чего бы правильнее начать и как помягче обо всем рассказать. Понимаете, на моего мужчину наехали со всех сторон, можно сказать, обложили. У него просто не было выбора, его силой вынудили заключить фиктивный брак. Увы, в нужный момент меня не оказалось рядом, и я не успела занять место невесты.

— От меня вы что хотите? — бросаю вызов, мысленно ликуя.

Отец всегда говорил, что я сообразительная девушка, пусть и немного ленива местами. Но сегодня прямо нечто, а не день. Она, одна из любовниц Карима, сама пришла ко мне, на своих двоих. Ее никто не заставлял и уж точно насильно не тащил сюда.

Осталось узнать ее имя — и вуаля, можно смело сказать, что первый салон у меня уже есть.

— Чтобы ты оставила его в покое! — взвизгивает, притоптывая каблуком. — Иначе в следующий раз я не букет для тебя закажу, а венок.

— Это угроза? — нет, только не это. Неужели Адашев спит с этой блондинистой курицей? У нее же ничего нет, кроме мозгов. И шмоток, купленных очередным папиком, а еще силикона во всех местах, куда его только можно впихнуть, в том числе и на попе. Фу, ничего естественного. Красиво, ага, но только на любителя. А Адашев далеко не дурак, чтобы такое-е-е любить.

— Предупреждение!

Каюсь, чувство брезгливости подкралось незаметно. Осело в глубине души и вопит теперь во все горло, умоляя бежать от этой мегеры как можно дальше. Моргаю, довольно глупо надеясь, что сие творение пластического хирурга развеется сию минуту, но нет. Она стоит напротив, все так же упираясь руками в отточенные физическими нагрузками до идеала бока, и испепеляет меня ненавидящим взглядом.

Смотрю на нее, кое-как сдерживая счастливую улыбку. В данную минуту мне ее искренне жаль. Нет, ну серьезно? Адашев же ее размажет. Эта дамочка, по ходу дела, не в курсе брачного договора, хотя я очень сильно сомневаюсь, что Карим стал бы посвящать в тонкости своего брака любовниц. И вообще, что-то мне подсказывает, что она бывшая.

Фу, до чего же она противная.

— Я вас услышала, но давайте вернемся к самому началу нашего разговора: вам нужен букет или все же нет? — уверена, моя улыбка похожа на оскал и способна заставить оппонента засомневаться в моем психическом состоянии.

— А к-какие цветы л-любите вы? — неуверенно мямлит бывшая любовница моего мужа. Почему бывшая? Да потому что он ни за что в жизни не простит ей потерю салона. А еще она не так уверена в себе, как хочет показать. Кариму нужна равная, а не это… чудо силиконовой долины.

Вот он, тот самый вопрос, который махом выбивает меня из колеи. Замираю с веточкой рускуса в руках и не знаю, что сказать в ответ такого, чтобы не обидеть. Быстро прокручиваю в голове странный разговор с дамой, нахожу схожесть ситуаций. Будто в замедленной съемке поднимаю голову и вижу до безобразие довольное лицо девушки. Ох ты же черт. Она серьезно думает, что смогла сделать меня? Наивное силиконовое создание.

— Мне нужен букет для будущей бывшей жены моего мужчины, — сверкает белоснежными винирами.

Нет! Этого просто не может быть. Только не со мной. Неужели я дожила до того, что любовницы Карима теперь будут приходить ко мне в салон и открыто угрожать? Ох и ответишь же ты за это представление, мой милый муж. Да так ответишь, что на всю свою жизнь запомнишь, каково это, изменять жене. Пусть и фиктивной.

— Хорошо. Какие цветы предпочитает будущая бывшая жена вашего мужчины?

Сыграть роль дурочки, чтобы спровадить грымзу из своей зоны комфорта, — легко. Главное улыбаться как дурочка и не показывать, как меня зацепила эта ситуация. А зацепила она меня не на шутку. Еще немного — и розами, вон теми, на длинных ножках и с острыми шипами, съезжу по физиономии соперницы. Что? Я сказала соперницы? Да упаси боже. Буду я еще соперничать с этой… силиконовой долиной.

— Я же сказала, твои любимые.

— Не кричите, пожалуйста. И да, я не совсем понимаю, кто вы, — играть так играть.

Нет, ну в самом деле, почему бы и нет? В четыре годика я мечтала стать великой актрисой. Примеряла мамины наряды, тырила с Юлькой на пару ее украшения. И играла, представляя себя на красной дорожке в платье от великого кутюрье. Я не до конца понимала, что делала, но точно знала, что актеры и актрисы ходят по такой дорожке, и радовалась этому, как сладкому подарку от Деда Мороза на Новый год. Кажется, мой час-икс настал.

— Я Дана Антонова, девушка Карима Адашева. А ты? Ты мерзавка, — покрываясь красными пятнами от переполняющей ненависти, девушка тычет в меня наманикюренным пальцем и плюется ядом в лицо. Отступаю на шаг назад, чтобы яд не попал на мою нежную кожу. Мало ли что может случиться, может, он смертельный. — Которая посмела его увести. У меня! Да ты вообще знаешь, кто я? Я…я…

— Я не понимаю, о ком вы говорите, — качаю головой, едва держа себя в руках. Еще немного — и вцеплюсь в ее глотку и перегрызу на хрен. — Прошу вас, покиньте салон, если не собираетесь ничего брать.

— Ты еще пожалеешь!

Идиотизм чистой воды.

Какого черта она вообще ко мне приперлась — раз, как меня нашла — два. И каким местом думает Карим, позволяя своим подстилкам такое безобразие? Открываю бутылку воды, которую всегда держу под рукой, делаю жадный глоток. В голове вагон и огромная, просто переполненная тележка мыслей. С чего начать и как выкрутить ситуацию в свою пользу? В принципе, воспользоваться ситуацией не составляет труда. А вот как красиво преподать урок мужу, пожалуй, надо чуток подумать.

На ощупь нахожу телефон, набираю номер Карима и жду. Монотонные гудки наталкивают на нехорошие мысли. Вплоть до измены. Сжимаю губы, закручиваю крышку на бутылке и представляю его… на кровати с этой Даной. Карим не спешит отвечать, будто играет со мной. Всхлипываю, растирая слезы, что странным образом катятся по щекам. И когда я успела накрутить себя до такого состояния? Жизнь с ним под одной крышей превратила меня в размазню.

— Алло, — раздается хриплый баритон на том конце провода, и я вздрагиваю. Мурашки табуном проносят по телу, и пальчики на ногах поджимаются.

Так, София, немедленно возьми себя в руки и прекрати распускать слюни на фиктивного мужа. Плевать, что вы переспали и, скорее всего, это была лучшая ночь в твоей скучной и унылой жизни. Такого больше не повторится, он четко дал это понять. Поэтому вытираем слюни и в бой.

— Ты помнишь наш уговор? — стараюсь, чтобы голос звучал холодно, но на последнем слове тело предает и выходит шепот.

— О чем ты? — Прикрываю веки и делаю глубокий вдох, понимая, что он ни хрена не понимает. И, походу, мне сейчас придется все растолковывать, как маленькому несмышленому ребенку.

— Контракт. — Ну давай же, не тупи.

— Хм, — звучит задумчиво. — Что-то случилось?

— Случилось. Пункт с любовницами помнишь? — В ответ тишина. Гробовая такая, интригующая. О да, заранее предвкушаю сладкое послевкусие от разговора.

— Это тот самый, где я отписываю тебе салон, если ситуация выйдет за пределы допустимого? — в голосе звучит сомнение, которое я одним махом разбиваю вдребезги.

— Ага, а подпункт помнишь? Ну, тот самый, если одна из твоих любовниц нагрянет ко мне в гости? — прикусываю нижнюю губу и расплываюсь в улыбке, представляя ошалевшее лицо Карима. Как-то раз мне довелось увидеть его в растерянности, признаться, это было что-то с чем-то. Сейчас я бы многое отдала, чтобы воочию лицезреть картинку под названием: «Карим и шок».

— Софа, только не говори, что… — выдает хрипло Карим, но я перебиваю, не позволяя ему дальше сводить меня с ума своим голосом.

— Дана. Ее зовут Дана!

— Твою… — Вот это вопль! Отстраняю телефон от уха, смотрю неверящим взглядом и только после бросаю коронное и емкое:

— Салон на Петроградке. У тебя два дня.

Сбрасываю, злорадно улыбаясь. Ох, Дана, не на ту ты напала. Я будто заранее чувствовала, что меня ждет, и решила подстраховать свои нервишки. А зная Карима и его необъяснимую любовь к красивым машинам, он эту Дану в порошок сотрет.