2.3

Максим

Всю дорогу, что мы ехали до моей квартиры, я старался не обращать внимания на Дашу, которая завернулась в капюшон и видимо погрузилась в свои мысли настолько, что забыла о моем присутствии. Ну, по крайней мере, она ни разу ни взглянула в мою сторону. В отличие от меня. Я ругал себя за свою слабость и не понимал какого хера я переживаю за девчонку, которая собралась спать со мной за деньги.

Ее это вообще не напрягло. Судя по редким всхлипываниям, расставание с Игнатовым отразилось на ней намного сильнее, чем реальность, в которой ее придется поменять партнера по постели. Ей было все равно, а я злился, как сумасшедший. Меня бесило, что я не увидел в ней алчности и лицемерия сразу при знакомстве. Мне она показалась наивной и скромной. До нее я таких меркантильных стерв видел за километр, а ей удалось обвести меня вокруг пальца, даже не напрягаясь.

Я злился на себя. На себя, потому что оказался простым дураком. Мне, например, не было жалко денег, которые я передал Игнатову, но неимоверно выбешивало, что я решил вдруг быть ее рыцарем, вообразив ее своей принцессой. Ей, кроме денег, нахер не нужны рыцари, а я дебил. По мне дурка плачет.

Когда приехали, я себя накрутил так, что готов был растерзать ее и себя. Ее за охеренную артистичность, себя за охеренную глупость. А Даше по барабану. Она за мной след в след, не спрашивая ни о чем. Это как же надо себя не уважать, чтобы из одной в постели в другую, вот так не заморачиваясь ни на чем.

А в лифте, на меня вдруг накатила такая жалость к ней. Хотел, чтобы посмотрела в глаза, но она забилась в угол, как побитая овечка, которую ведут на заклание, чем еще больше меня разозлила. А потом, раздевшись, убежала приводить себя в порядок.

И в тот момент, я, правда, не планировал ничего в отношении нее. Я даже с ней спать не собирался в принципе, но не в ближайшее время точно. Хотел сделать ей так же больно. Хотел тоже быть бездушным. Слава богу, это делать я умел. В моем окружении обычно чувства принимали за слабость, а такого я допустить не мог. И когда увидел ее в отражении окна с опущенными плечами, решил размазать по стенке. Хочешь денег – будут тебе деньги. Огласил ей условия, и даже получилось холодно и равнодушно. Только когда повернулся и увидев ее заплаканное лицо, от неожиданности вздрогнул. Маленькая, худенькая, губы дрожат. Ребенок, ей богу, но точно не шлюха. В руки себя взял, напомнил себе, как она оказалась в моей квартире, и охренел когда услышал ее язвительное:

- Не жалко такие деньги отваливать за бревно?

Смотрю на нее и не верю ни глазам, ни ушам своим. Я ей в цвет говорю, когда и как буду ее иметь, а она боится, что бревном может оказаться. Неужели она не помнит, как между нами только, что воздух не воспламеняется. Или мне показалось? Идея показать ей, какое она бревно, возникла спонтанно. Единственное, уточнил было ли что-то у нее с Игнатовым. Не то, что бы меня это остановило бы, но знание того, что она с ним все-таки попрощалась, убило бы во мне все хорошее, что я еще не успел искоренить в отношении ее. Видел по глазам, что не врет, поэтому просто снял джемпер и футболку и направился к ней.

Восхищение я увидел сразу. А еще растерянность и испуг. Что вообще никак не соответствовало ее поведению. Она даже пыталась сопротивляться, но интерес и желание, похоже, взяли над ней верх.

Клянусь, я не собирался с ней спать, и даже до оргазма доводить тоже не собирался. Хотел немного подразнить. Но меня просто понесло, когда раздел ее, сам же посадил ее на эту проклятую барную стойку и увидел эту грудь с темно-вишневыми сосками-горошинами. Я не удержался. Чувствовал себя шестнадцатилетним мальчишкой, которому впервые удалось увидеть женские сиськи. Мне кажется, меня даже потрясывало, когда я обхватил это адское искушение губами. Она была такой красивой, такой желанной, такой отзывчивой.

- Сука, - в джинсах все каменное, и я злился за это на Дашу.

Не знаю, когда меня отпустило, но наслаждаться намного приятнее, чем наказывать. И от наслаждения отказаться труднее. Я, кажется, даже давал Даше шанс остановить меня, но не хрена не увидел отказа в ее глазах. Смятение и отчаяние вперемешку с желанием, сколько угодно, но не отказ. А ее протяжное «Максииим» снесло мне голову окончательно. Рядом могли снаряды взрываться, я бы ни за что не остановился.

Ее раздвинутые бедра, подрагивающий живот, и стоны, настоящие, с надрывом – я даже про презервативы чуть не забыл. Это был чистый кайф. И у нее тоже. Ее оргазмы были бомбическими и на все сто уверен, неподдельными. Я видел сотни оргазмов, где мои партнерши кончали, или имитировали, что кончают, но, чтобы вот так, отдавая себя всю без остатка, так, чтобы я не мог контролировать себя, это впервые.

И слушая бешеные ритмы ее сердца, я испугался. Ну, вроде, никогда не был трусом. А здесь реально зацепило. Именно в этот момент я понял, что Дашка с момента, когда села в мою машину, врала мне каждую секунду рядом со мной. Не бывает такого улетного секса со шлюхами. С чувствами и взаимным притяжением. Она, к примеру, ради денег могла имитировать, но я своими глазами видел, что произошло между нами, и тут даже имея опыт во много лет, хрен такое изобразишь. Или могла быть равнодушной. Да все что угодно, но только не отзывчивость и отключение мозгов. И если я вдруг ошибаюсь, то мне лучше застрелиться, потому что оказаться обведенным вокруг пальца во второй раз – это уже диагноз.

Вообще, я не хотел отпускать ее, но мне нужно было что-то делать с моим озарением. И пока я ничего ни придумал, решил пока что придерживаться выбранной линии поведения. Я старался не грубить, если только немного циничности, но Даша сама все отлично сыграла. Смущалась, краснела, вызывая дикое желание обнять ее и зацеловать до полусмерти. А этот номер с джинсами. Я охренел. Но, должен признать, это было сексуально, несмотря на то, что я получил только что разрядку после ее трехмесячных отказов. И не хрена ни о чем не жалел.

Единственное, что меня смущало, так это что, я впервые в жизни, хотел рвануть за девушкой, которая после секса покидала мою квартиру. Никогда и ни за одной, а здесь с трудом себя сдерживал. Хотел вернуть ее и не отпускать. А еще через полчаса понял, что хочу ее. Снова. И если доживу до субботы, то ей предстоит тяжелая ночь.

Первое, что нужно было решить, это вопрос с Игнатовым и Дашкиной безопасностью. В этом мне обещал помочь Матвей. Созвонившись с ним, узнал, что Игнатову помог отец, и он покинул страну частным рейсом в неизвестном направлении. Люди Князя вышли на него, но доказать, что на видео был именно Игнатов сложно. Им нужны свидетели, а ему в случае объявления таковых, хорошее алиби. Но этот вопрос был на повестке дня уже у его папы-депутата. Единственное, оставалась Дашка, и на нее тоже вышла преступная разведка. В целом ей ничего не грозило. Может допрос с пристрастием, но это не устраивало меня. Вот поэтому здесь впрягся Матвей.

В свое время он успел даже поработать на местного авторитета, взломав пару сайтов и провернув несколько нехилых переводов денежных средств. Что, куда и как Матвей переводил, он не распространяется, а мне это и не нужно. Меня и так устраивает мой спокойный сон. А трижды по доброте душевной Матвей смог через свои связи предупредить Князя о готовящихся облавах. За первый слив Князь его оставил жить, за второй дал свободу, а третьим Матвей загнал его в долг. И вот теперь мой друг хотел воспользоваться этим долгом, тем самым обеспечив Дашке безопасность. Вообще, Матвей мужик, я чертовски ему благодарен только за одно то, что он мой друг. А за то, что помог совсем незнакомой девчонке по моей просьбе, использовав свой шанс на возможную помощь, мне просто с ним вовек не расплатиться.

Пока решал с Матвеем этот вопрос, из головы не выходила Алексеева. Не мог я ее выкинуть из своих мыслей. Стоило только закрыть глаза, как я снова видел ее распластанной на этой барной стойке, и словно в реальности, слышал ее стоны. И вот никак не вязался у меня это гребанный договор с ее поведением. Недолго думая, я набрал начальника собственной безопасности отца. Все-таки проверить Дашу имело смысл, ну хотя бы ради своего спокойствия. Иначе я сам себя изведу своими домыслами и догадками.

Но мне не повезло. Юрий впервые за три года взял отпуск и улетел куда-то отдыхать с семьей, оборвав все связи с внешним миром. И с одной стороны его можно было понять, а вот с другой для меня снова облом. Придется ждать его возвращения. У него, конечно, были толковые замы, но для меня Юрий был единственным, кому я мог доверить свои личные просьбы с уверенностью, что он не доложит отцу о моих проблемах. А мне сейчас, ох, как не хотелось вмешивать сюда папу.

Весь вечер, был занят, а ближе к ночи я начал сходить сума. Мне невыносимо хотелось увидеть Дашу, и не ждать никакой субботы. Я с трудом сдерживал себя, чтобы не позвонить ей. Ее номер телефона у меня, к сожалению, или к счастью, сохранился еще с Нового года, когда я спер его с телефона Насти Яроцкой. Что бы отвлечься я достал договор и принялся читать его раз за разом, пока буквы не начали расплываться перед глазами. И чем больше читал его, тем больше понимал, что эти херовы бумажки испортили все, что было между нами с Дашей, лишив нас какого бы то ни было будущего.

В течение трех месяцев до сегодняшнего утра я знал другую девушку. Красивую, нежную, умную, верную этому придурку Игнатову, скромную и немного наивную. Вряд ли эта девушка могла измениться за полчаса, которые провела с Игнатовым. И всему ее блядскому поведению по-любому есть достойное оправдание. Если уж меня Игнатов смог убедить, то ей вообще мог втереть все, что угодно.

Поэтому с этой минуты я решил играть по своим правилам. И первое, что я счел правильным и необходимым – так это избавиться от договора. Решил – сделал. Просто взял и порвал его на кусочки.

Я не боялся Игнатова. Это он сейчас должен бояться. Дашину безопасность я обеспечил. Осталось выяснить причины ее согласия спать со мной. Если на это есть уважительная причина, значит, мы поговорим с ней, и все расставим по своим местам. Если все же окажется, что она спит со мной, преследуя свои меркантильные цели, то я просто разорву с ней какую-либо связь и забуду о ее существовании. И вряд ли она свяжется со мной, требуя исполнения несуществующего договора. Ведь в ее экземпляре обо мне нет ни слова. А если все же рискнет, то у меня есть пара способов осадить ее.

Время до субботы тянулось медленно, и спасибо работе в офисе, которой было непочатый край, я пережил это время. С нетерпением и приятным ожиданием отправлял Даше сообщение. С самого утра настроение было на запредельной высоте. Даже мама, которая позвонила и сказала, что приедет вечером в гости не смогла испортить мне его. Я просто перенес нашу встречу с Дашей на более позднее время.

И каково же было мое удивление, когда в дверях я увидел Дашу именно тогда, когда мама находилась в ванной. Будь это кто-то другой, я бы проводил, не задумываясь, но с Дашей этого делать не стоило. Хрен знает, что она там себе навыдумывает, и натворит еще чего-нибудь, что я потом вряд ли разгребу.

В принципе, я не видел ничего страшного, если мама познакомится с Дашей. Дашка точно испугается. А вот мама может развеять все мои сомнения по поводу ее непонятного поведения. Дело в том, что у мамы своя сеть салонов красоты. И у нее работают лучшие стилисты в городе, которых приглашают на различные показы мод и конкурсы, туда, где нужно массовое создание образа. И в своей жизни мама перевидала столько моделей и актрис, светских львиц и просто охотниц за тугими кошельками, что от нее вряд ли можно скрыть жажду наживы за маской непорочности и целомудрия. Ей будет достаточно одного взгляда на Дашу, чтобы понять, что она из себя представляет. Хотя я не знал, как представить девушку, но не стал заморачиваться. У меня нормальная мама, и вряд ли будет зацикливаться на этом.

И вроде все отлично складывалось, но все же что-то пошло не так.

Во-первых, Даша стояла безумно красивая. Я хотел ее поцеловать. Вот так сразу. Захватить малиновые губы в плен и пофиг, что мой порыв могла увидеть мама.

А, во-вторых, то, что сделала Даша, вышибло из меня весь воздух. Она прошла к центру комнаты и просто разделась. Несмело, чуть дрожа от волнения, не обращая внимания на мое рычание, но блядь, так эротично, что я отреагировал, как здоровой мужик – охеренной эрекцией в трусах. Но это все полбеды. На ней было одето нижнее белье из ряда, что сносит мозги в один выстрел. Тончайшее воздушное кружево подчеркивало все ее изгибы. Она стояла ко мне полу боком, и я чуть сума не сошел, когда увидел ее упругие ягодицы с этим поясом для чулок и этими веревками. Мне кажется, у меня слюна закапала на пол. И мысленно я ее поимел во всех позах. Реально я этого не сделал только потому, что все-таки каким-то чудом помнил, что где-то здесь моя мама.

И, видит Бог, я не хотел, чтобы Дашка оказалась в таком виде перед мамой, но случилось, то, что случилось. Как я и ожидал, Даша на грани инфаркта, мама сразу включила свой профессионализм и сразу же выдала то, что я хотел услышать. Оценив Дашу и не найдя в ней ничего отталкивающего, мама сразу же включила сваху. Я знаю, что она давно ждет, когда я уже буду хотя бы встречаться с кем-то на постоянной основе, и своими словами сейчас намекала, что совсем не против Даши. А вот моя интригующая покупка совсем испугалась, и чуть не умерла от страха.

Но все это прошло мимо меня. Единственное, что я хотел, так это чтобы мама ушла. Нет, я очень люблю ее, и общение на моей кухне с этими двумя девочками мне даже очень нравилось, но сейчас стоя за барной стойкой и корча довольные и милые рожи, я просто скрывал свой стояк. Я знал, что под моей футболкой у Даши бомба для меня, и очень хотел досмотреть ее представление.

С утра я планировал какое-то совместное времяпрепровождения и возможно даже разговор, который приоткроет завесу тайны, но Даша меня переиграла. И, сейчас, проводив маму за дверь, я чуть ли не танцевал.

Даша сидела ко мне спиной. Напряженная и видимо расстроенная.

-Ну, что, мышка попалась?

Даша вздрогнула и повернулась ко мне, широко раскрыв свои глаза.

- Максим, прости, я не хотела, чтобы так получилось.

Я дурел рядом с ней. Запах шоколада заполнил мои легкие, и держать руки в одном положении удавалось лишь только напоминанием, что я не зверь.

- Повторишь для меня свое представление?

- Нет!

- Макс! Давай поговорим. Я действительно не хотела, и твоя мама, она ведь подумала, что я…

- Даш! Она ничего не подумала. Все нормально, кроме одного. Я не могу сейчас говорить. Я не услышу тебя. Потому что хочу. Ты будешь говорить, а я глазами такое с тобой буду вытворять. Давай потом.

- Я не буду больше так раздеваться.

Я легко прикоснулся губами к шее, и Даша, тут же, пытаясь скрыть глубокий вдох, вцепилась в мою футболку. Кажется, у нее тоже не получится пока что поговорить со мной.

И я, конечно, мог бы ее выслушать, но вот именно сейчас не хотел. И это не из-за моих сексуальных фантазий и прочей горизонтальной лабуды, я, в конце концов, не зверь с неконтролируемыми инстинктами. Но я боялся услышать правду. А еще больше очередную ложь. Та версия событий, которая сейчас развивалась между нами, меня устраивала полностью. До момента пока я не свяжусь с Юрием и не прочитаю его отчет о Даше. Что бы вступить с ней в диалог, мне нужна информация. И пока ее не будет, разговор по душам не состоится.

Поэтому подхватив девушку на руки, я понес ее на диван. Аккуратно положил ее, а затем стянул с себя футболку.

И снова ее этот жадный взгляд. Такой горячий. Мысль, что я нравлюсь Даше, приятно греет душу. А еще румянец на щеках. Черт, она стесняется, а меня это так заводит. Не мешало бы раскрепостить ее. Сейчас она для меня так открыта и понятна, что я не хочу ничего сверхъестественного, но разве чуть-чуть подразнить. Поворачиваюсь к ней боком, уверенно расстегиваю джинсы, отклячиваю свой зад, и как в порнофильмах медленно тяну их вниз. Для убедительности облизываю губы. Брови Алексеевой ползут вверх, и я вижу, что она с трудом сдерживает улыбку. Откинув джинсы ногой, я протискиваю пальцы под боксеры, и виляю задницей, давая понять, что их я тоже собираюсь снять.

- Нееет, Головин! Только не это, - Даша смеется и мне нравится ее смех.

- Тогда твоя очередь, - предлагаю я.

В ее взгляде вижу немой вопрос, и я почти уверен, что она снова смутится, и даже пошлет меня, но она встает на ноги, прямо на диване, и, закрыв глаза, тянет медленно мою футболку вверх, постепенно открывая свое красивое тело в соблазнительном белье. И мне казалось, что я запомнил все за те пару минут, что она стояла передо мной, но я ошибался. Она охеренна настолько, что мои трусы не скрывают моего восхищения.

Я подхожу к ней и кладу руки на ее стройные бедра. Даша вздрагивает и запрокидывает голову. А мои пальцы изучают ее кожу, играя с тонким кружевом на чулках. Не могу долго сдерживаться и тянусь губами к развилке между ее ног. Но вместо поцелуя, слегка кусаю нежную ткань, захватив немного кожи. Даша стонет, ее ноги подгибаются, и она медленно оседает передо мной. Ее руки скользят по моей груди, и я больше не способен на прелюдию.

Опрокинув девушку на спину, я прижал ее своим телом к дивану, а губами наконец-то захватил малиновый соблазн в плен. Похоже, она тоже хотела этого поцелуя, потому что сразу выгибается мне навстречу и запускает руки в мои волосы. Для меня больше ничего не существует кроме ее рта, и упругого тела под моими ищущими руками. Все мысли покидают мою голову, и все на что я способен, так это хотя бы немного сдерживать себя и просто не разорвать на ней все эти сеточки, веревки, и завязки.

Опускаю голову к ее груди, оставив влажный след языком, и вытащив подбородком части ее груди, впиваюсь ртом в уже затвердевший сосок. Дашкины стоны меня подгоняют, и я почти готов сорваться, но такое удовольствие нельзя комкать, поэтому, продолжаю изучать ее тело, но только уже языком и губами.

- Не хочу снимать все это, хочу прямо так, - я не спрашиваю. Просто констатирую факт. Вряд ли я выдержу и не сойду с ума, пока сниму все кружевное искушение.

Поэтому переворачиваю Дашу на живот, подтягиваю ее бедра ближе к себе, заставляя встать на колени. И, о боже, когда я вижу ее в такой позе прямо перед собой, мне окончательно сносит крышу. Я очень хотел поласкать ее языком между ног, но я так хочу ее, что боюсь кончить прямо в трусы. Поэтому отодвигаю промокшие насквозь трусики в сторону и проникаю в Дашу пальцами. Блядь, она такая мокрая, что я самодовольно улыбаюсь. Нет ничего лучше, чем знать, что девушка так течет от твоих ласк. Даша в свою очередь всхлипывает и насаживается на мои пальцы. Похоже мы оба на грани. Я снимаю боксеры, и вовремя вспоминаю про защиту. Не то, чтобы я не доверяю Даше, просто привык всегда предохраняться. Поэтому мухой лечу к джинсам, быстро нахожу заранее приготовленные презервативы и тут же возвращаюсь.

А дальше происходит то, чего я с нетерпением ждал все эти дни. Я наконец-то в Даше. И мы даже на мгновение замираем от нахлынувших чувств, а потом я беру то, в чем нуждался, старясь отдать девушке часть своих ощущений.

Это снова был улетный секс. Я снова потерялся во времени и пространстве. И меня радовало, что все это было взаимно. Отдышавшись, я скатился с девушки, давая ей возможность вдохнуть, и оперевшись на руку спросил:

- Готовить умеешь?

- Угу, - мурчит Даша.

Ее волосы разметались, она разомлевшая и, я как какой-то влюбленный подросток, любуюсь ей. Никогда за собой такого не замечал.

- Пять минут, и идем на кухню, - я действительно проголодался.

Даша меня снова удивила. Очень вкусный ужин их морепродуктов и корейской лапши, немного овощей и бутылкой вина от меня, был отличным продолжением вечера.

Пока Даша готовила, я засел за ноутбук, в попытке доделать сегодняшнюю работу. Получалось хреново, потому что я слишком часто отвлекался на девушку, которая хозяйничала на моей кухне. В моей футболке и только что оттраханная мной.

- Давай поговорим, - предложила Даша, когда мы уже сидели за барной стойкой и сделали по несколько глотков вина.

- Давай. Но только ни о нашем договоре, ни о договоре с Игнатовым, - мне нравился вечер, и я не хотел портить его разговором, как я уже говорил, не владея информацией об этой девушке.

Даша вскинула брови.

- Тогда о чем?

- Давай по три вопроса друг другу. Ответы должны быть содержательными. Единственное условие, они не должны касаться вышеназванных тем. Ты первая.

- Окей, - соглашается Даша, - у тебя есть мечта?

- Конечно, и не одна. Из тех, что могу озвучить, например, каникулы-путешествие по Европе автостопом с друзьями. И вроде возможность есть, но как-то то времени нет, то друзья заняты. Ну, или, хочу тату. Не знаю, какую и где, но в ближайшее время обязательно ее исполню. А у тебя?

- Это твой вопрос?

Я киваю.

- Не знаю, - Даша жмет плечами и грустно улыбается. - Когда-то хотела стать модельером. Хотя теперь вряд ли что-то получится.

И опять я удивлен. Не ожидал от нее такого. Слишком серьезная мечта. Я уверен был, что услышу про шубу, тачку, отдых на островах, но точно не это.

- Почему?

- Ну, наверно, надо было раньше об этом думать. Сейчас уже поздно.

- Ты так говоришь, как будто тебе восемьдесят, и ты страдаешь провалами в памяти. По-моему никогда не поздно начать заниматься любимым делом.

- Может быть, - соглашается Даша, - но в любом случае сейчас это невозможно. Да и мечта должна остаться мечтой. Ведь без мечты человеку не жить.

- Исполнить одну, затем стремиться к следующей.

- Это уже не мечты. А желания.

- Типа моих?

На что Даша с улыбкой поджимает губы, как бы говоря, что я сделал правильные выводы. И я готов с ней спорить и доказывать свою точку зрения, но не решаюсь продолжить эту тему. У меня на нее другие планы на эту ночь.

- Ладно. Давай следующий. А то мы тут сцепимся до драки.

- Твой любимый праздник?

- Не знаю. Скорее мне все равно, что за праздник, главное, чтобы собраться с семьей. Я люблю эти шумные посиделки. Хотя и сбегаю с них частенько, едва поздоровавшись со всеми. Но за два года в Англии, я понял, что очень люблю свою семью и хочу, чтобы они всегда были рядом со мной, - я мысленно переношусь в нашу гостиную дома, и по телу разливается приятное тепло. Не знаю, от приятных воспоминаний, не знаю, от внимательного взгляда сидящей напротив девушки.

- Теперь ты.

Даша после вина раскраснелась и окончательно расслабилась. Хотя отпила совсем немного.

- Твое отношение к алкоголю, сигаретам и наркотическим веществам.

- Всему нет, - отвечает Даша. – С алкоголем не сложилось сразу. Поэтому редко и совсем немного. Курить никогда не пробовала.

- Даже с подружками?

- Нет. Учеба в школе занимала все мое время. И я редко куда-то выбиралась, чтобы нахвататься дурных привычек. А из подруг у меня только Кристина. Но ее это тоже не интересовало.

- И даже ни разу не хотелось попробовать?

- Никогда.

- Наркотики?

- Ну, если с алкоголем и сигаретами не сложилось, то с этим и подавно.

Интересно, Игнатов, предлагал ей что-нибудь попробовать? Но молчу, ведь сам запретил говорить на эту тему.

- Ну, это не оправдание. Я, например, встречал, экземпляров, которые не пили и не курили, но с колес вообще не слазили.

- Я похожа на наркоманку?

Я делаю вид, что старательно ее рассматриваю, и Даша в смущении отводит глаза.

- Ты всегда смущаешься или только рядом со мной?

Даша теряется лишь на секунду. Но потом берет себя в руки. Хочет казаться уверенной, и у нее это получается. Почти. Постукивание ногтями по фужеру все же выдает ее волнение:

- Это твой следующий вопрос?

- Нет.

- Только рядом с тобой, - звучит уверенно и так правдиво.

Мне даже кажется, что я начинаю нервничать, и чтобы это скрыть предлагаю последние вопросы сделать вопросами-желаниями. Безобидными и выполнимыми.

- Хорошо, - соглашается Даша.

- Поцелуешь меня?

Я хочу этого с той секунды, как встал с дивана. Рядом с ней я ненасытный и неудовлетворенный неандерталец. Хочу, чтобы она тоже хотела меня. Так же сильно и нестерпимо.

Даша кивает, чем приводит меня в щенячий восторг.

- Прямо сейчас.

Она встает со стула, обходит стол и медленно приближается ко мне. Блядь, она еще ничего не сделала, а я хочу ее до потери пульса. Девушка подходит ко мне так близко, что я снова чувствую ее запах. Ее руки ложатся на мои плечи, и я от наслаждения готов закатить глаза.

Поцелуй был быстрым и мимолетным. В щеку.

Я даже не успел ничего понять, как Даша уже сидела на своем месте и нас разделяла барная стойка.

Я растерялся настолько, что потерял дар речи. Вместо жаркого поцелуя в губы что-то непонятное в щеку. Я приподнял бровь, в надежде, что Даша мне что-то ответит. И она ответила. С улыбкой на лице и удовольствием во взгляде.

- Помоешь посуду?

Смотрю в ее довольные глаза и соглашаюсь. Я позволяю себе эту слабость, потому что не могу отказать ей, когда он вот так вот светиться изнутри. И не дай Бог когда-нибудь ей узнать об этом.

А потом я снова забираю ее на свой диван, и оттуда уже не отпускаю ни на минуту. Я не помню, сколько раз, и в каких позах, но знаю, что до хрипов и полного взаимного изнеможения. До полной потери сил настолько, что просто оба проваливаемся в сон в объятиях друг друга.

Я проснулся, когда за окном было еще темно. По ощущениям еще слишком раннее утро. Место рядом со мной было пустым и холодным. И я даже хотел встать, но в полумраке комнаты, освещаемой только фонарями с улицы, заметил силуэт Даши, которая бесшумно одевала свои вещи. Я замер.

Все, что я хотел, это снова затащить девушку в тепло дивана и никуда не отпускать. Но я сдержал свой порыв, помня, что это было моим желанием – просыпаться одному. И, это было, самым дурацким правилом, придуманным мной.

Я тихо наблюдал за девушкой, желая, чтобы она наплевала на мои правила. Сам я не мог этого сделать, но если бы она вдруг решила остаться, то я бы с удовольствием снова бы заснул в ее объятиях. И не потому, что я снова хотел ее, а просто, потому что ночь была потрясающей, включая секс, ужин и нашу болтовню ни о чем. И должен признаться, мне было хорошо рядом с Дашей. Уютно и комфортно.

Но она не решилась. Одевшись, тихонько выскользнула из моей квартиры, оставив меня наедине со своими правилами и воспоминаниями о себе.