Глава девятнадцатая

Поездка в деревню немного задерживалась, нужно было подготовить пегасов, в смысле крылоконей, которые на самом деле оказались не такими и крылатыми. Почему их так странно назвали, было загадкой, зато отростки, которые я приняла за крылья, замечательно подходили вместо стремян и помогали держаться в седле. Я не возражала, дел все равно было много — хоть раньше, хоть позже я уедь. А еще нужно было всем раздать ценные указания, а кому и приказы. И, конечно, отжать у маршала разрешение для части солдат покинуть территорию гарнизона на казенных крылоконях, в том числе и для меня, да и тем, кто относился к администрации и обслуживанию, тоже выходной за счет гарнизона нужен был. Запрос я передала через дневального. Ну, чтобы время не тратить. Не подпишет, придется, конечно, ножками идти… С другой стороны: куда он денется? Про чеснок ведь еще не забыл!

Взять с собой я собиралась Кима, кому как не ему знать, сколько и чего нужно на неделю всем жителям гарнизона. А еще Аттику, чтобы и я солиднее смотрелась, и было кому за мной умные мысли записывать. Конечно, трое — это мало, если я собиралась с собой продукты забирать. Так что я подумала и еще выбрала четверых солдат порасторопнее и потолковее. Если что, их можно оставить с Аттикой на месте. Например, в случае, если придется контролировать отправку через сколько-то дней. Я торчать так долго и так далеко от гарнизона не могла — у меня стройка шла и народ, не привыкший к зарядке!

А сама я себя к этой самой зарядке тоже приучала. Не при всех же пытаться выполнить «упал-отжался», потому что тогда стонать-кряхтеть и потеть мы будем вместе. И не факт, что я не буду той, кто делает это громче всех. Пресс хорошо шел, приседания тоже относительно неплохо, еще пара недель, и с бега на месте можно будет перейти на нормальный бег на улице. Пока было стыдновато показывать такие результаты, то есть их отсутствие. Командир должен быть для подчиненных примером: крепок как кремень и недосягаем как Эверест для среднестатистического туриста!

Маршал, кстати, это все вполне подтверждал своей персоной. Характер, конечно, вредный и пакостный у мужика. Да и хозяйственник он такой себе, не пойми что. Но явно подполковника ему не просто так дали. Он-то мог, наверное, и сотку от груди отжать. И все наши тренировочные площадки прошел со скучающей моськой лица. Правда, я засекла, как на каком-то особо крученом вираже он перелетал через болото с улыбкой на все тридцать два, чуть ли не в экстазе. В общем, я работала, а он наслаждался жизнью!

Один плюс — вдали от меня.

Пока я глядела, как маршал накручивает виражи, все больше укреплялась в мысли, что нечто вроде «Зарницы» или спартакиады провести стоит. И солдатики побегают, и я пойму — ну, наверное — кто на что способен, но в любом случае будет весело. Покрутив эту мысль, я намалевала на листке объявление и приказала всем разбиться на команды так, чтобы в каждой было поровну магов всех категорий и поровну участников. Как-то я пока не знала точно, сколько кого у нас есть, но вводные даны, а уравнения пусть сами решают, не маленькие. И список медленно — наверное, сначала обсуждали, потом записывали, — но пополнялся. И я решила: вернусь из деревни — отметим окончание ремонта масштабной игрой. Я рефери буду. Потому что бегать и магичить мне пока несколько не с руки — облажаюсь и вываляю свой непререкаемый авторитет в грязи. Нехорошо.

Я как раз перешла от растяжки к более динамичным упражнениям, как в дверь постучали. Странно. Подъем уже был, зарядка прошла, сейчас народ приводил себя в порядок, готовился к новому дню. А у меня было время тоже хорошенько размяться и прийти на завтрак уже второй сменой. В общем: быт налаживался.

— Что там? — рявкнула я, пытаясь отдышаться, выпады дались не так и легко. Но уже не хотелось свалиться на кровать лицом вниз.

— Драка, лейтенант!

Что?! Я за три секунды влетела в форму, кое-как пригладила волосы и выскочила за дверь. Протопала вдоль облагороженного помещения барака, отмечая, что побелка уже высохла и теперь и не видно вовсе, где там композит был. Хотя нет, еще раз хотя бы пройтись надо. Цвет все-таки у этого материала… ну такое, не совсем то, что нужно для человеческого жилья. А под краску или под штукатурку — эх, красота бы была. Полы же…

Так, а что с полами?!

Полы подозрительно поскрипывали, хотя вроде бы доски все поменяны. А вот ближе к выходу эти самые доски уже зачем-то сняли. Я быстро перепрыгнула дыру и выскочила на улицу. Там уже стоял личный состав стенка на стенку — и отдельно те, кто не определился со стороной.

— Перестилать! — кричали одни.

— И так пойдет, — кричали другие.

А в чем загвоздка? Я быстро выловила первого попавшегося, который не определился, из основного отряда. Оказалось, что, перетягивая полы и меняя поврежденные доски, наши мастера-ломастеры взяли не сухую древесину. Теперь она усохла и в полах появились щели, а еще они скрипеть стали, как наступаешь. В принципе, ничего ужасного, если вдруг тебе не приспичит посреди ночи уборную посетить. А комната общая, ночью тихо, скрип будет слышно и за пределами барака.

— А с чего драка? Где драка? — я пока видела противостояние, но все происходило в словесных рамках «ты чо, да ты чо».

— Что вы, лейтенант, какая драка? — похлопал глазками огромный бугай. — Один крикливый мальчишка доказывал, что это не его проблема, он полы и пальчиком не трогал, чтобы теперь из-за кого-то работать, поскользнулся и упал прямиком челюстью на локоть милой брюнетки. И все, инцидента никакого и не было. Ему даже льдом приложили, то есть лед приложили.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Та-а-ак, разборочки начались. Но с другой стороны, тут такое дело — без разницы, из-за кого работа застопорилась, работают все. А возмущаться и тыкать пальцем, выискивая виновных, лишь бы самому не напрягаться, это не дело, да… Парнишке нужно было быть умнее, просто напроситься на другую работу, раз не хотел возиться с ремонтом.

— Он хоть жив? — уточнила я.

— И даже дееспособен, лейтенант, — отдал честь бугай. — А к завтрашнему утру не посрамит честь гарнизона синяком, сделаем примочку, и все рассосется!

Я внимательнее присмотрелась к этому бугаю. Так-то основной отряд был небольшой, все лица мне более-менее примелькались. А с этим индивидуумом я еще не общалась, но вроде бы он тоже был из аквамантов, как я. Постарше меня, наверное, даже постарше маршала, взгляд прищуренный, глаза вытаращенные… Как там говорится — «подчиненный перед лицом начальствующим должен вид иметь лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство». Вот это был тот самый подчиненный.

Я хмыкнула и отошла в сторону, но на заметку бугая взяла, кажется, теперь у меня было кого назначить в помощники капралу Безеру, пока меня не будет. К тому же, поскольку мои как бы заместители все из основного отряда, их маршал трепать не должен… по идее… особо. Но как знать. И сохранялась этакое равновесие, в личных помощниках-то у меня Сунь и Аттика из запасников.

После моего появления волнения затихли, достаточно было моего веского слова «сделать надо качественно, чтобы не стыдно было перед отчизной и перед собственной совестью». На часть собравшихся мои философские речи особо никакого влияния не оказали, просто подтвердили будущий фронт работ. Переделывать — ну окей.

А ведь им еще повезло, легко отделались! Я могла придраться так, что пришлось бы и досочки по уровню ставить, белить все без разводов, и все возможные неровности затирать до идеальности, и… Да много на самом деле «и», совершенству нет предела, особенно в таком деле как ремонт.

Я быстро проверила полигоны, забрала свой завтрак и вернулась в комнаты. Нужно было доделать все процедуры, а еще оценить, что там с ремонтом в комнатах для высших чинов. Полы здесь были лучше, так что я просто предложила их зачистить и покрыть если не лаком, то хотя бы олифой для защиты. Так же поступили и с окнами. Стены зачищали и тоже белили. Только несколько трещин в углу пришлось затирать и пространство над окном. Там явно заливало в дождливые дни, но после того, как с крышей будет покончено и снаружи барак тоже обработают, то и проблема будет решена.

Какую-то часть работы мне пришлось делать самой. Это касалось окон и стен. Увы, работы и так было немало, чтобы срывать людей с ремонта основного помещения. А вдруг дождь или ураган? Что они, все ко мне в кабинет воткнутся и будут спать на полу?

Сегодня здесь пахло влажностью и побелкой, но приоткрывать окно я не стала. Мало ли, вдруг Пыль заберется или и правда дождь пойдет, а мне нужно, чтобы здесь все высохло. Из присланной мебели я в кабинет забрала неплохой стол, остальное — стулья и шкафы — решила оставить как есть. Чуть позже надо будет отдать их на растерзание капралу Безеру. Положусь на его вкус, пока все его дизайнерские решения были выдержаны в лаконичном армейском стиле. А большего мне и не надо!

Маршал ответ на мой запрос прислал уже после обеда, точнее, когда обед уже и переварился. Я уже решила, что придется самой топать и искать этого гада, но нет, прибежал дневальный. Отряд маршал отпускал без возражений, только к крылоконям докинул еще указание взять из гаража-сеней что-то типа коляски — открытой крохотной кареты, и два тюка спецкорма. Этого, кстати, должно было хватить только в сторону деревни. А дальше следовала приписка «корм на обратный путь пусть деревенский староста оплачивает».

Ну замечательно! Я всю жизнь мечтала бродить по селу с криками «помогите кто сколько может, моя лошадка не ела уже пять дней»! Хотя — и это камень в мой огород — я думала, что крылокони только травкой и обходятся. Я даже у Аттики уточнила: ага, если травкой, то этой скотине надо весь день есть, не отрываясь, и она вряд ли куда двинется. Так что маршалу я даже мысленный респект послала, зачислила ему, так сказать, пару баллов в шкалу «помиловать и пока ничем дополнительно не лечить».

Следующий день настал как неотвратимость, но я не нарушала никакого распорядка: упражнения успела сделать и вещи собрать. Не особо много у меня этих вещей было, но все же ехать без зубной щетки или фляги, или комплекта формы — это не дело. Одно хорошо, что повозка какая-то была, а то на крылоконе я бы далеко не ускакала. Заодно с собой я взяла книги по аквамантике. Подходящее чтиво, времени как раз разобраться и вспомнить будет немало. Пусть и дорога не такая и далекая, но не глазеть же по сторонам.

Аттика и остальные солдаты выводили крылоконей, Ким пихал в короб сзади коляски свои вещи и бумаги, на месте извозчика, или как они здесь назывались, устроился еще один солдат. Провожать нас никто не вышел, а мысленно я даже хихикнула: маршал бы забавно смотрелся, махая платочком на дорожку. И слезки бы еще утер, гад, причем слезки облегчения: баба с возу…

И это после всего, что я сделала. Гад как он есть.