Глава двадцатая

Я наивно считала, что смогу почитать, ни на что не отвлекаясь, но не тут-то было. Не успели мы выехать за ворота, как моему взору предстала какая-то двухголовая хтонь, сосредоточенно откладывающая яйца. Я пялилась на хтонь, она — на меня всем набором глаз, я насчитала двенадцать, но не поручилась бы, что часть своих зыркал хтонь не закрыла, и взгляд ее словно бы говорил: тебе не совестно? У меня вообще-то интимный процесс!

Хтонь выглядела жутенько, но ей без нас было чем заняться. Всеми конечностями, их тоже было на мой взгляд многовато, она тщательно загребала землю и прикапывала потомство. Крылокони резво бежали вперед, проклятую коляску трясло, книжки прыгали. Хтонь пропала из виду, я услышала знакомый хруст и повернула голову вправо — шланг-камнеед привычно объедал стену.

— Аттика? — крикнула я. — С ним можно что-нибудь сделать? Пока он не сожрал внешний периметр и не принялся за сам гарнизон?

— Никак нет, лейтенант! — орнула Аттика так, что шланг на всякий случай свалился со стены и успешно прикинулся шлангом. — Они находятся под охраной!

— Вообще-то именно из-за них мы эту стену и не сносим, — пояснил Ким очень недовольно. — Здесь их среда обитания, комиссия по охране редких животных если приедет и не найдет камней…

— Стой, — сказала я, и меня по ошибке неправильно понял возница, крылокони как вкопанные встали, какое-то время мы разбирались, что кому было сказано. — Стой. В смысле — ты давай погоняй лошадей… А что, эта комиссия тут часто бывает?

Ким и Аттика переглянулись.

— Да не то чтобы очень… — скривилась Аттика. — Последний раз… года полтора назад, нет? Что-то они тут долго копались. Проверяли что-то. Весь гарнизон перекопали. В смысле перерыли. В смысле, ну…

— Все приставали к нам с этими змеями и прочими тварями, — прибавил Ким, а я нахмурилась. Нет, это странно. Вот казалось бы — вот стена, вот камнееды, зачем лезть на территорию воинского расположения? Это не проходной двор.

— Маршал тогда злой ходил, — вспомнила Аттика. — Я думала, он нам вообще житья не даст, но ничего, обошлось.

Это из-за какой-то комиссии по зверям? Ой не верю. Где-то тут скрывается то, что я знать пока что не знаю, но обязательно выясню.

Мы объехали огромную дыру — метра три в диаметре и метра три же глубиной. Все восприняли это как норму — ну, как я привыкла к колдобинам в асфальте, но это была какая-то слишком четкая колдобина. Тут не просто диск отправится на свалку, тут сам на свалку отправишься, не факт что целый. И хотя спрашивать мне бы не стоило, я спросила:

— Это кто такое выкопал?

— Морлоки, — Аттика поиграла бровями. — Кто же еще.

— А может, квизы, — возразил Ким.

— Ну или асгорды, — согласилась Аттика. — Тут кого только нет. Заповедная зона.

Я решила, что не очень хочу знать, как выглядит вся эта местная нечисть. Пока она меня не трогает, я тоже предпочту сделать вид, что ее присутствие меня не смущает. Но что-то тут было не так. Что? Ну казалось бы, тут же полно всякой живности, как оно, собственно, и должно быть. У нас ведь тоже, наверное, на границе и тигры, и медведи… Господи, да как они там вообще живут? Я имею в виду — пограничники?

Наверное, в кои-то веки у меня вышло скопировать гримасу Аттики, потому что оба, и Аттика, и Ким, принялись меня уверять, что зверюшки совершенно мирные, что днем они неактивны — нашли чем утешить! — что морлоки вообще редко такие ямы копают…

— Зачем они вообще их копают?

А и правда, зачем? Я попыталась зарыться в память Аннет, но там, как назло, было пусто. Вообще пусто, хоть тресни.

— Морфируют, наверное, — подумав, предположила Аттика. — И вот это действительно странно.

И наконец у меня тоже сдвинулось что-то в голове. Морфируют, точно, но морфируют морлоки только вынужденно. Обычно им комфортно в том или ином виде, и менять облик они начинают только тогда, когда идет смена сезонов, когда им холодно или жарко или когда они чем-то напуганы. Когда им не хватает еды. Но еды им хватает? И что, это мы их так напугали контратакой? Так оно ведь не в первый раз?

Таких ям, прежде чем мы добрались до караульной будки, я насчитала еще две, ну а потом вообще никаких признаков пребывания морлоков я не заметила. Тишь да гладь, только птички чирикают и кто-то кого-то жрет. Но как-то мирно, без огонька, день же на дворе. Караульный проверил у нас бумаги и пожелал счастливого пути. Его тоже не волновали ни морлоки, ни прочие хтони… В отличие от меня.

Вот не те книги я захватила! Надо было «В мире животных». Расспрашивать Аттику и Кима о повадках местной живности было заманчиво, но рискованно. Не то что меня спалят, конечно, и с криком «держите попаданку» потащат под арест, но выглядеть я буду несолидно. Все равно, что в моем прежнем мире не отличить лису от зайца.

И потому что мне нужно было чем-то заняться, а аквамантика не лезла в голову никак, хоть тресни, я выпросила у Кима записи про еду. Коляску колошматило во все стороны, но как-то я умудрилась устроиться так, чтобы и записи разбирать, и не растерять их все по дороге. Тоже задачка: вот еда. Есть список, и очень грамотный, сколько чего готовится ежедневно и из чего, и сколько всего закупить надо. Я бы сказала — эталонный список, совсем как в армии. И даже не в том вопрос, сколько этой еды доедет до гарнизона. Как-нибудь проблему с сохранностью я решу, потому что причина понятна. Главная загадка: куда эта еда потом пропадает?

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Шесть часов — это только на бумаге условное время, а когда его приходится тратить на дорогу — кошмар. Я и поезда поэтому ненавидела: на стенку же лезть охота! Я несколько раз изучила записи Кима и не нашла, к чему придраться. Потом все-таки почитала книги по аквамантике, со скрытой радостью понимая, что я все не то что просто вспоминаю и даже не освежаю в памяти, а отмечаю: это все мне знакомо. Как самопроверка перед экзаменом. Да, черт, у Аннет все было отлично с теорией, несмотря на то, что я лично никогда это все не изучала и не заучивала, могла пересказать весь этот учебник!

Но как она столько троек нахватала, ну как? Может, повздорила с кем-то из преподавателей? Не объясняет. Во-первых, генеральская дочка. Во-вторых, ну не со всеми же сразу? Впечатление было по базе знаний и по оценкам, что она училась отлично, а потом просто забила на все. Зачем? Почему? Ей же совсем немного до выпуска оставалось! Может, что произошло? Но никто никакого сочувствия мне за все время не высказал, а не знать о какой-то трагедии в семье такого чина не могли. Значит, это… да что-то, может, и значит, только я этого все равно не пойму. Нет информации.

Мы остановились, перекусили. Снова поехали. Пейзаж особенно не менялся: красиво, тихо, спокойно, в одном месте мы встали, пропуская целое стадо карликовых антилоп. Рога у самцов были шикарные — видимо, самочки верность им не блюли. Пару раз нам попались крестьянские обозы — они медленно и грустно ползли в сторону и от деревни, и от гарнизона. Аттика сказала, что это снабжение идет к реке, а там дальше — до столицы по воде. Бронезавры были вялые, но, может, это оттого, что солнце уже припекало, я и сама как-то разморилась и то и дело клевала носом. Не спать! Пока ты спишь, враг не дремлет!

Солдаты рассказывали какие-то байки. Я их слушала краем уха, но ничего важного или ценного не было: обычные сплетни. И даже хоть бы кто обмолвился про пропажу еды, но нет. Все как сговорились уморить меня со скуки.

Я подремала, только головную боль заработала. Потом опять почитала учебники. Было жарко, я облила себя водой — не сильно, так, побрызгала в лицо, чтобы немного освежиться. Потом опять поспала, потом мы снова поели. Э, с едой, пожалуй, надо завязывать, подумала я и, когда жара спала, с довольной улыбкой устроила личному составу небольшую разминку. Крылокони, которым как раз навалили харчей, смотрели на нас как на идиотов, но что бы они своими лошадиными мозгами понимали?

И вот когда солнце уже падало за синие и немного желтые леса, мы добрались наконец до деревни. Я ожидала увидеть… Ну, наверное, село, что я, не видела никогда сельскую местность? Но когда мы поднялись на пригорочек, а потом начали с него спускаться, я ахнула.

— Да это же Шир!..

— Почему Шир? — удивилась Аттика. — Это Схрон. Ну, деревня так называется.

— Почему Схрон?

— Потому что они снабжают много кого… Тут три таких деревни — эта и чуть дальше. Земли в округе отличные, плодородные, от морлоков опять же защита есть, гарнизон же.

Логично. Но мне было уже наплевать на снабжение, я наслаждалась видами. Мама дорогая, я и не мечтала попасть когда-нибудь в Новую Зеландию, потому что там даже соревнования, кажется, никогда и не проводили, но вот это!.. Вот это!

Нет, домики тут не были похожи на хоббичьи норы, в том смысле, что норами они не являлись, но вот эти покрытые зеленью крыши-холмики! Круглые двери, нормальной высоты, но все же круглые! Аккуратно посыпанные золотистым песочком дорожки! Цветы! А какие чудесные глиняные горшочки на плетне! Мой мимимиметр зашкалил до предела и виртуальные сердца посыпались градом из глаз, тысяча лайков этому месту!.. Потом я сообразила, что на меня подчиненные смотрят, и напустила на себя суровый вид.

Нас приняли дружелюбно, но без поклонов, как будто обычный визит, и разместили нас в местной гостиничке, такой же зеленой, такой же милой, но все же повыше. Под ногами была ковровая дорожка, даже топтать расхотелось… Хотя, если приглядеться, ее до меня уже топтали так неистово, что протерли местами до дыр. Да и стены вовсе не светлые, просто оттенок выгорел.

И вот тут я вспомнила, что не надо верить тому, что видишь. Потому что кровати в комнате типа люкс были еще древнее, чем те, которые капрал Безер пустил на дрова, у стола на хватало одной ножки и вместо нее были подложены кирпичи, а на тарелке с засохшим куском хлеба — э? Это что, на всех? — сидел здоровенный, в половину моей руки рыжий таракан, зловеще шевелил усами и как бы намекал, что лучше нам проваливать. Пока я размышляла, что можно делать с местными тараканами, что нельзя, а то вдруг по их душу тоже какая-нибудь комиссия явится, Аттика молча сняла сапог и сделала то, что обычно делают с тараканами. Ну, век живи, век учись, философски подумала я.

Голодными мы, конечно, не остались, перекусили из запасов и легли спать. Аттика мирно похрапывала, лежа на моем плече, дамам досталась одна двуспальная кровать, а я поэтому не могла даже ворочаться. Черт, как-то многовато для меня всего, надо было не так резко в большой мир выбираться, сидела бы и красила казармы, маршалу, опять же, можно клизму поставить…

Заснуть я все-таки заснула, но и вскочила самая первая, потому что как ненормальные орали петухи, мычали коровы или кто там у них мычит, блеяли козы… в общем, утро в селе было возмутительно шумным. Еще и люди не смущались перекрикивать друг друга. Рассудив, что нечего дрыхнуть, когда командир уже на ногах, я быстро растолкала личный состав и отправила всех умываться и затем — на зарядку.

Ага, все же кто-то рассчитывал, что в поездке удастся откосить. Зря! Свежий воздух и запах молока на меня действовали возбуждающе. Ух, какой комплекс я продемонстрировала!.. Но сама же первая и взмолилась сама себе — мол, может, хватит, а то у нас еще дел море, а ноги уже дрожать начинают.

Покормили с утра нас неплохо, завтрак совсем не напоминал то, что было на ужин положено. Возможно, приготовили свежее. Могли бы, естественно, и лучше готовить, но хоть так — продукты сами по себе были неплохими, сочными и не испорченными отвратительной готовкой. Затем я отправила солдат разбираться с кормом для крылоконей, а сама направилась к старосте или кто был вместо него — выбивать провиант.

За мной тащились Аттика и Ким. Я чеканила шаг, держала голову прямо, и весь мой вид словно бы говорил: товарищи, вы поняли, кто к вам пришел? Но товарищам воинская эстетика была, мягко говоря, до лампочки. Да и окружающие смотрели без пиетета, без особого страха или уважения. У них, мол, своих проблем хватает, чем впечатляться моей формой и умением маршировать.

Дом у местного руководителя был внушительным холмиком, но провели нас, естественно, не на кухню, а в отдельную пристройку, где как раз был вход для посетителей по всяким делам.

— Так, значицца, этого нет, этого тоже нет, — ворчал староста, и он и в самом деле был похож на хоббита, точнее, на гибрид хоббита и гнома-переростка. Он был такой заросший, что я только по солидному шнобелю распознала, где у него лицо. — А вот за это нам еще с прошлого раза должны…

— Стой, — перебила я и положила на стол перед старостой обе ладони. — А с этого места подробнее. Вам финансирование откуда идет?

— Так из гарнизона, — пожал плечами староста. — А что, вы полагаете, что мне прямиком платят из королевской казны?

Хм. А Рейджи говорил, что они как раз к казне и относятся.

— Мы заказ делаем и продукты принимаем, — напомнила я, очень надеясь, что правильно. — А оплата как раз и идет из местной королевской администрации.

— Ну? — староста снова пожал плечами. — Так. Что вы мне голову-то морочите? Вот за это, — он потыкал пальцем в список с крупами, — с прошлого раза оплаты нет.

А сумма должна быть фиксированная.

— Тогда объясните, уважаемый, — нахмурилась я и села. — У вас по контракту список определенный и сумма определенная.

— Ну? Ага, — нет, он начинал меня раздражать. — Так вы посудите: я-то свои обязательства в объем и в срок выполняю, а гарнизон — нет!

А ведь он прав, подумала я, видя, как староста подписывает накладные. Вот сейчас нам все отгрузят… Ну все так и есть. Товар будет, оплата — нет. А почему нет оплаты?

— Что-то меняли? Количество там или ассортимент? Дополнительные соглашения были? — повернулась я к Киму, и он замотал головой. Так-то в принципе он к деньгам и не относится, разве что мелочь какую вроде чистящего средства на кухню заказать. Я опять уставилась на старосту. — А часто вот так… просрочки бывают?

— Ну, так, — староста снова хотел пожать плечами, но передумал. — Не. Ну то есть часто, но потом все задолженности сразу гасят. Так-то я давно бы уже к судье пошел.

И снова он прав. Нет, ну тут вообще что-то дивное, потому что… а потому что гарнизон не контролирует средства, да? По бумагам оно очень гладко у Рейджи…

Однако ситуация выходила достаточно путанной, но больше информации из старосты у меня выдоить не вышло. Так как ловить у него мне уже было нечего, пришлось идти на склады, следить за отгрузкой. Заодно смотреть, как местный доктор, больше смахивающий на колдуна в недельном запое, пытается что-то сотворить с едой. Знания Аннет, вовремя всплывшие в памяти, подсказали, что это комбинация аквамантики и аэромантики, причем для грамотного человека довольно простая. Заморозка, чтоб ее! Обычная шоковая заморозка!

И что с продуктами творится, мне тоже понятно стало.

Как-то я гостила у друзей по спортивному прошлому. Явилась в столицу вся такая подтянутая и загорелая, с твердым желанием угостить вторые половинки бывших сокомандников фирменной рыбкой. И, будучи в твердой уверенности, что в столице все почти как в Европе, даже лучше, обегала с десяток магазинов, пытаясь найти нормальную рыбу. Но мне попадались немощные старые тушки, намертво вмерзшие в кусок льда. Наконец я нашла что-то, более-менее похожее на приличную рыбину, довольная приволокла ее домой и отправила размораживаться. Вот только через пару часов пришлось констатировать, что то, что в магазинном холодильнике выглядело пристойно, по факту оказалось водянистыми кусками, плавающими в луже.

Отчаявшись, я пробежала по улице второй раз, зашла в красивый универсам, случайно увидела огурцы по цене крыла «Боинга», потерла глаза и убедилась, что мне не мерещится. В голове тогда возник вопрос, не собирал ли эти огурцы член какой-нибудь королевской семьи собственноручно голяком в полнолуние, но я смолчала. Увы, пришлось капитулировать и возвращаться к друзьям с пустыми руками.

А тут смотрю, вот оно — родное — нарушение технологии! А ну-ка…

— Аттика? — позвала я. — Ты же аэромант. — В голове уже выстраивались формулы и решения, я мысленно похвалила Аннет за такую прилежность. — Итак, я подаю на провиант воду, а ты резким — только очень резким, поняла? — холодным толчком производишь мгновенную заморозку! Попробуем?

Первый блин вышел комом — я не рассчитала количество воды, а Аттика слишком рано отправила воздушный толчок. В результате небольшой мешок местной картошки просто разнесло в лоскуты, но я не отчаивалась. Дальше дело пошло лучше, а к концу приемки мы уже так наловчились, что доктор, недовольно ворча, что этим армейским лишь бы эксплуатировать гражданское население, убрался восвояси, и только мы его и видели. Но он нам и не был нужен.

Ай да я! Я сосредоточенно ощупывала продукты. Пожалуй, это все доедет до гарнизона, и даже заморозка еще останется. Судя по довольным воплям Кима, он был готов меня качать на руках, но его останавливало то, что я все-таки старше по званию.

Мне не терпелось вернуться назад с победой. Поэтому, несмотря на то, что уже перевалило за полдень, я приказала снарядить телеги с бронезаврами и немедленно отправляться в путь. Маршал что-нибудь сожрет от злости! Собственную фуражку форменную, например. Убирайтесь, ха! Да я тебе такого наворочу, да что бы ты понимал в нашем деле!