Глава 19

Уехать-то, я уехала, а дальше – тупик. Я привязана к Константину. Полностью завишу от него материально. Даже с Вениамином я не чувствовала себя настолько беспомощной. Я работала. Пусть и отдавала свою зарплату фонду, но у меня была иллюзия независимости.

Тут же Константин связал меня по рукам и ногам. И пока я не готова сделать последний шаг, отдать ему все карты в руки. Слишком много вопросов насчет его персоны.

Он хамелеон. А значит, его настроение, планы могут поменяться. А вдруг Слава права, и впоследствии Константин от меня избавится?

Нет сомнений, он угрожал Вениамину. Избил его. Пусть даже, что-то подленькое в душе нашептывает мне: «Так ему и надо!». Обида, те ужасные слова, я ничего не забыла, не отпустила. Это предательство. Но я не имею права забывать и хорошее. Помощь. Благодаря Вениамину у меня есть Надюшка.

Таксист и привозит меня к клинике. Других вариантов нет. Я не брошу дочь. И не убегу с ней в пустоту. У нас нет денег. И ее здоровье превыше всего.

Только как разобраться в закоулках собственной души? С одной стороны Слава. С другой – Константин. Еще и монстр нарисовался на горизонте. О Владимире нельзя забывать.

И Славе надо быть осторожней. Она тоже под ударом. Монстр никого не пощадит.

Водоворот мыслей в голове. По щекам непрерывным потоком льются слезы. И я не вижу выхода. Его нет.

Константин уже не ночует дома. У него одна или несколько любовниц. Как долго я это все смогу терпеть?

Но и не могу принять предложение Славы. Что-то внутри противится этому. Хоть с логической точки зрения, принять ее помощь – неплохой вариант. С моей стороны правильный, чтобы сбежать от Константина, с которым мы никогда не сможем наладить нормальное общение. Сбежать от странных эмоций, которые вызывает у меня этот мужчина.

А как же Надюшка, которая приняла всем сердцем своего отца? Имею ли я право лишать ребенка любви и заботы Константина? Однозначно, нет.

Но ведь и я не могу жить как на пороховой бочке. И при всем желании ни он, ни я не сотрем прошлого. Мне никогда не понять этого мужчину…

У меня в голове полнейший кавардак, хаос из мыслей. В таком состоянии поднимаюсь на лифте и сталкиваюсь с врачом.

- Любочка! Что с вами?! – он всплескивает руками. – Быстро ко мне в кабинет!

Берхард не дает мне и слова сказать, тащит к себе. Усаживает в кресло. Наливает стакан воды.

- Вам же нельзя нервничать! – суетится вокруг меня.

- Я это… навалилось все,- шмыгаю носом.

Меньше всего мне хочется, сейчас слушать его причитания. Душа разрывается. Я запуталась. У меня жизнь идет кувырком.

Дальше ухожу в свои мысли. Он что-то говорит, усиленно жестикулирует, а слова проносятся сквозь меня. Я тону в своих мыслях и не могу вынырнуть на поверхность. Переживаю за реакцию Константина. Он же взбесится после моего поступка. Побег мне точно с рук не сойдет. Но я не могла поступить иначе. Если даже половина сказанного Славой правда…

- Привет! – голос Константина как гром среди ясного неба. Сначала думаю, что это галлюцинации. – А я тебя обыскался, радость моя.

«Радость моя» - это он мне? Я сплю? Разум меня покинул?

И только сейчас замечаю, что Берхард держит меня за руку. Он что целовал мне пальцы?

Ну все… теперь я точно пропала.

Мне стыдно. Будто я совершила что-то ужасное.

Но ведь по факту, я свободная женщина. Если захочу, могу флиртовать с кем пожелаю. А ведь правда в том, что у меня в голове и в мыслях только этот хамелеон. И сейчас я боюсь его реакции.

Константин ведет себя на удивление спокойно. Они с Берхардом обсуждают состояние малышки. Только вижу, как у него вздуваются вены на шее. Верный признак – надвигается буря.

Выдыхаю, когда мы покидаем кабинет врача. А дальше мой цветочек, ее прогресс. Она двигает пальчиками и смотрит на нас с такой любовью… Надюшка счастлива… Моя доченька выздоравливает.

Все страхи уходят. Есть только этот момент. Странное чувство теплоты. Мы стоим посреди коридора, а такое чувство, что одни во вселенной. Смотрю на Константина и дочь, и никого в этот момент нет роднее.

Но это лишь мимолетное мгновение. Красивая и очень реалистичная иллюзия.

Как под гипнозом иду к машине. Константин ведет себя странно. Ни слова не говорит о моем побеге, о произошедшем в кабинете. Удивительно.

Не понимаю, не могу объяснить, но в нем определенно что-то поменялось.

- Нам надо отпраздновать! – заявляет, когда водитель выезжает с больничного двора. – Такое бомбическое событие! – улыбается Надюшке. Переводит взгляд на меня… а там… теплота…

Ничего не понимаю.

По логике сейчас он должен закипать от холодной ярости. Выжидать момент, чтобы осыпать меня претензиями и уколоть больнее. Что-то определенно не так.

- Да! Я скоро буду здоровой! – восклицает дочурка.

- Какой подарок ты хочешь? О чем мечтаешь?

- У меня много игрушек, одежды… но нет главного… самой сокровенной мечты, - протягивает дочь и вздыхает. – И ты не сможешь мне ее подарить…

- Уверена? – заговорщически подмигивает.

- Да… - Надюшка поджимает губки.

- А если я угадаю, и прямо сегодня ты получишь свою мечту? – заявляет Константин.

И тут у меня глаза на лоб лезут.

- Это… то о чем я думаю? – спрашиваю шепотом. Голос подводит.

Я догадываюсь. Даже знаю наверняка… Но мне верится с трудом.

- Скоро узнаем, - таинственно улыбается. – И для тебя у меня, Люб, тоже есть подарок…

Это точно Константин? У меня стойкое ощущение, что за те пару часов, что мы не виделись, его кто-то подменил.

- Какой подарок? Повезешь нас снова в торговый центр и накупишь еще вещей? – спрашиваю неуверенно.

Он застал меня врасплох, понятия не имею, как реагировать на очередные изменения хамелеона.

- Этим тебя не удивишь, - наматывает на палец прядь моих волос. Смотрит неотрывно… Взгляд у него странный… пугающий и завораживающий.

- Что тогда?

- Ты ведь скучаешь по работе, - выдает с хитрой ухмылкой. – Фонд, в котором ты работала, перестанет существовать, но его деятельность я перенесу в новый фонд.

- К…к…какой еще новый? – облизываю вмиг пересохшие губы.

- Организую фонд, в котором все будет чисто по бумагам. Никаких откатов и прочей мерзости.

- Ты? – мотаю головой. Его слова плохо доходят. Не верю.

- Я.

- С чего вдруг?

- Хорошее дело должно продолжать жить. И не хочу лишать тебя любимой работы, - пожимает плечами.

Он решил возродить фонд из-за меня? Не может быть. Тут должен быть скрытый мотив. Какие-то свои игры. Прикрытие. Или чтобы усыпить мою бдительность?

Но не могу не признать очевидного. Мне приятно. Это дело, в которое я вкладывала душу. И мне очень не хватало фонда.

- Удивил… - шепчу.

- Только без фанатизма. Работа вполсилы. Можно из дома. Я прослежу, чтобы ты себя не изводила, - добавляет строгим голосом.

- Мамочка, все хорошо, - Надюшка прижимается ко мне. – Ты будешь снова помогать больным деткам.

Про мою работу дочь знает многое. Я часто делилась с ней. Особенно когда у нас была очередная победа, и ребеночек получал шанс на счастливую жизнь. Во где настоящие чудеса. И о них я рассказывала дочери. Потому слово «фонд» – у нее ассоциируется с чудесами, с местом, которое помогает изгнать детские недуги.

- Кажется… буду… - встречаю взгляд Константина и краснею.

- Вы с попой будете дарить радость. А папа Вениамин тоже там будет?

По лицу Константина пробегает чернющая тень.

- Нет, Надежда. Его там не будет, - отвечает сухо и отворачивается к окну.

Остаток дороги Надюшка весело щебечет. Константин молчит, а я все еще не могу прийти в себя. Но ведь именно этого я и хотела? Константин непостижимым образом угадал мое желание. Не вещи и роскошь, а возможность заниматься тем, к чему лежит душа. Чувствовать себя нужной, а не сидеть на его шее. И путь моя жизнь все так же запутана, но теперь я вижу крохотный свет в конце туннеля.

Машина привозит нас загород. К обветшалому строению, огороженному покосившимся забором.

Константин помогает нам выйти из автомобиля.

- Костик, привет, - симпатичная черноволосая женщина подходит к нам. Целует его в щеку. – Вы быстро добрались.

- Привет, Ленок, - отвечает ей слишком ласково.

У меня руки сжимаются в кулаки. Холодная змея проползает под ребрами.

- А вы, Люба? – рассматривает меня, не скрывая интереса.

- Знакомьтесь – это Лена, а это моя дочурка Надежда и… Люба, - представляет нас Константин.

Киваю. Вообще не понимаю, что происходит. И главное – кто эта женщина?!

- Я так рада наконец-то с вами познакомиться. Очень много о вас наслышана, - женщина продолжает открыто улыбаться. Зеленые глаза сверкают. Она вся словно светится изнутри. От этого кажется еще симпатичней, приковывает к себе взгляд и обезоруживает.

- А дети где?

- Младший Костик с папой остался. А Дюшка с Анюткой внутри. Их уже не оттащить. Спорят, кто с нами домой поедет, - у нее очень приятный голос, мелодичный. Помимо воли располагает к себе. – А я тут за процессом наблюдаю, - кивает в сторону.

И только сейчас замечаю большой грузовик, который разгружают рабочие.

- Рада с вами познакомится, - Надюшка сама делает шаг навстречу Лене.

- Ой, а я-то как рада, - женщина приседает на корточки. – Ты очень красивая и смелая девочка. Знаешь, зачем мы тут?

- Нет, - моя кроха мотает головой.

А я снова в ступоре. Слишком много потрясений. Когда Константин сказал, что исполнит мечту Надюшки, я предполагала, немного другое…

И мне все еще не дает покоя эта женщина. Кто она для него?

- Тогда скорее пошли смотреть, - голос Лены вырывает меня из раздумий.

Что-то мне подсказывает, сюрпризы этого дня еще не закончились.

***

Мы заходим на территорию. Минуем обветшалый дом и оказываемся на заднем дворе.

- Собачкиии! – кричит Надюшка.

В клетках по кругу, на самом дворе, в вольерах чуть поодаль, огромное количество бездомных собак. Мы в приюте.

У одной из клеток рядом с пожилой женщиной стоят мальчик и девочка. На вид немного младше Надюшки. Они гладят черно-белую собачку. Завидев нас, призывно машут рукой.

- Мама! Давай его заберем! Василий такой хорошенький! – обращаются к Лене.

- Надо всех забрать, - с важным видом изрекает моя дочь.

Иметь собаку – это самое большое желание моей дочери. Она говорила об этом с первого дня знакомства. Но непросто собаку. Дочь болезненно реагирует на бездомных хвостатых. Если мы встречали на улице собачку без дома, то мы непременно ее кормили, а потом дочь сутки напролет плакала, потому что малышка живет на улице. «Мамочка у меня тоже не было дома. Я как она…».

Пристроить всех бездомных – это мечта моей девочки.

А Вениамин не разрешал нам собаку. Он прикрывался аллергией на шерсть. Но на самом деле, я подозревала – это просто не любовь к животным.

Мы с Надюшкой даже нашли хозяев для нескольких беспризорных собачек и кошечек. Я кидала клич через фонд.

- Костя, - оборачиваюсь, - Не стоило приезжать… одной собаки ей будет мало…

- Знаю, - отвечает невозмутимо. – Мы полностью перестроим приют. Создадим тут нормальные условия для содержания, и будем активно искать хозяев.

- Да, - подхватывает Лена. – Рабочие сегодня же приступают. А мы с детьми будем помогать. И конечно, домой хвостатого друга выберем.

- Надежда, и ты можешь выбрать себе собаку. Она поедет с нами домой. А остальные пока останутся тут, и мы обязательно найдем для них хозяев, - Константин обращается к дочери.

- У каждой собачки будет домик! – глаза малышки блестят. Она закрывает ротик ручкой. Мотает головкой. – Они больше не будут бегать по улицам, попрошайничать и голодать!

Я сама всхлипываю. Именно об этом малышка мечтала. Чтобы у собачек был хороший временный приют.

Те, что существуют в нашем городе… на них без слез не взглянешь.

Мы заходим за ограждение. К нам подходит седовласая женщина. Рассказывает, как тут все устроено, где кто живет.

- Привет! Я Андрей, а это моя сестра Аня, - дети Лены знакомятся с Надюшкой. – Мы вас ждали.

Я настолько растрогана, что пока могу только смотреть на все это, переваривать информацию, и вытирать льющиеся по щекам слезы.

- Константин… - говорю едва слышно, - Фонд… приют… это что?

- То, что в наших силах изменить, - пожимает плечами.

- Когда Костик предложил эту идею, я долго не могла успокоиться! – Лена прижимает руки к груди. – Знаешь, все мы хотим помочь, всем нам жалко животных, а вот собраться и сделать, организовать все… мало у кого руки доходят. Но главное – старт положен. А том постепенно и все приюты города облагородим, - восклицает с запалом.

А наши дети уже смеются. Увлеченно обсуждают собак. Пожилая работница знакомит их с четвероногими друзьями.

- Люб, не плачь, - обжигающие пальцы касаются моей щеки и вытирают слезы.

Беру его за запястье. Смотрю в стальные глаза. Замираю. Снова какой-то волшебный гипноз. Серебристый свет окутывает меня и по телу расплываются тепло. Взгляд Константина согревает. Я будто смотрю на него иначе. Вижу то, чего раньше не замечала…

Я была права. Что-то определенно изменилось за эти пару часов.

Или гораздо раньше? А я то-то упорно упускала?

Ведь про приют он явно планировал ранее. И фонд… Что сказать, не ожидала. Удивил…

- Маленькая лисичка! – смеется Надюшка, гладит собаку размером с медведя. – Тебя больше никто не обидит. Никогда. Обещаю! – всхлипывает и зарывается носом в мохнатую шею животного.

- Кажется, у вас в семье пополнение, - замечает Лена.

Вздрагиваю от ее слов.

Собака вся в колтунах. Больше моей дочери по размеру. С очень грустными глазами. Она поднимается и обходит Надюшку со всех сторон. Хромает.

Закусываю губу. Каким-то непостижим образом животное напоминает саму Надю… только тогда… три года назад… Потерянная, брошенная и не теряющая веры в добро…

Подхожу к ним.

- Нам ее привезли избитой и едва живой. Всем приютом выхаживали, - понизив голос, чтоб дети не слышали, рассказывает Евгения Николаевна. – Лапы перебиты, ходить не могла. Думали не поправиться. Но Лисичка, она упертая, зубами за жизнь держалась…

- Лисичка поедет с нами? – спрашивает Надюшка с надеждой в голосе. Смотрит то на меня, то на Константина.

- Непременно, - Константин отвечает хриплым голосом. Протягивает руку к собаке, замечаю дрожь в его пальцах.

- А у нас будет Василий! – дочь Лены показывает пальчиком на смешную черно-белую собаку. Одно ухо у него стоит, второе лежит, и взгляд озорной. Он среднего размера, юркий, очень подвижный, наматывает круги вокруг нас.

- Василию будет скучно, надо ему еще подружку выбрать, - говорит Лена. И ее предложение тут же тонет в детских радостных криках.

- И нам для Лисички, тоже надо выбрать, да?! – подхватывает идею Лены моя кроха. – И всем-всем собачкам найдем родителей!

Никогда я еще не видела свою дочь настолько счастливой.

- Костик, шикарно все организовал! – говорит Лена, улучив момент, когда мы остаемся с ней одни.

Дети заняты собаками с Евгенией Николаевной. Константин отошел к рабочим, дает им указания.

- Для нас с Надюшкой это была неожиданность.

- Так и надо. Это же сюрприз! – невольно любуюсь этой женщиной. Она такая жизнерадостная, вечно улыбается. Невольно у самой губы растягиваются. – Он очень старался.

- Он исполнил самое сокровенное желание моей дочери.

Но нельзя не игнорировать другой факт – это якорь. Константин привязывает нас. Малышке тут нравится, у нее появятся собаки. Она все больше привязывается к Константину. У меня фонд. Мы пускаем корни рядом с ним. От этого осознания у меня смешанные чувства. Учитывая, что слишком многое стоит между нами и это никогда не изменится.

- Вы отличная пара! Жаль, что между вами до сих пор все натянуто, - чувствую себя неловко под ее пристальным взглядом.

- Ты давно его знаешь? – немного меняю русло беседы.

- Можно сказать, что да. Но какой он человек на самом деле узнала чуть больше года назад. Все непросто и запутанно, - мы подходим к маленькой скамье, присаживаемся.

- По-моему, с ним иначе и не бывает, - горько усмехаюсь.

- Ошибаешься. С Костиком очень легко. Он отличный друг. Мы с мужем нашего младшего сына назвали в его честь. Думаю, это о многом говорит. Но раньше, я, как и ты, его опасалась. Одно время считала врагом. Потому понимаю, твои страхи.

- Вряд ли, - из груди вырывается тяжелый вздох.

- Костя, безумно страдал, угасал и был похож на зомби, когда искал свою дочь. И поверь, сейчас, когда он нашел вас, когда у вас будет еще и сынок, он сделает все, чтобы вы были счастливы, - она говорит с таким запалом. Чувствуется железобетонная уверенность в каждом слове.

- Есть вещи, которые всегда будут стоять между нами. И никогда этого не изменить, - опускаю голову, смотрю себе под ноги. Глаза снова на мокром месте. Беременность превращает меня в вечную плаксу.

- Знаешь, когда-то я своего будущего мужа приняла за озверевшего психа. И уж точно не могла предположить, что он станет любовью всей моей жизни. Между нами тоже стояло очень много преград и боли. Но поверь, преодолеть можно все… А Костя… ты посмотри, как он на тебя смотрит… его поступки… Вы же за ним как за каменной стеной…

- Стена, Лен, межу нами. И ее не разрушить, - перевожу взгляд на Константина.

Он скидывает куртку, пиджак, и принимается помогать рабочим. Зима, а он в тонкой рубашке… Горячий… Огнеопасный… Меня охватывает жуткая потребность согреться в его объятиях. Почувствовать его жар на себе… О чем мои мысли…

- Знаешь, я провела год в подвале. Выносила и родила там ребенка. Так что теперь я не поверю, что есть нечто невозможное. Люб, шаг за шагом, движением навстречу, можно горы свернуть. Отношения – это всегда работа, постоянная и кропотливая.

Перевожу удивленный взгляд на Лену. Очень сложно поверить, что эта улыбчивая женщина прошла через подобный ад. В ее глазах нет ни капли боли. Она светится от счастья.

- У Константина любовница… одна или несколько, - неожиданно выдаю.

- Что за чушь! – запрокидывает голову и звонко смеется. – Он свободное время проводит с нами или с Бодей. Если бы что-то было, то муж бы не рассказал. У нас секретов нет.

- Он не ночует дома.

- Потому что между вами напряженка. Но уж явно сейчас Костику не до приключений на стороне, - она говорит так, что хочется ей верить…

- Раз он пришел с запахом женских духов. И сам мне сказал, что между нами ничего невозможно, - удивляюсь своей откровенности. Но мне становится легче, когда делюсь своими страхами и переживаниями.

Но все же странно, почему я обсуждаю отношения, которых нет?

- Любовь не спрашивает, она врывается и рушит все «невозможно», - Лена ободряюще сжимает мою руку.

Вздрагиваю от ее слов. Любовь… это слово я даже мысленно не произношу. Давно смирилась, что подобные чувства не для меня. Владимир все давно уничтожил, и веру, и надежду на что-то светлое.

- Константин ведь изменял своей жене. Посадил друга в тюрьму. А ты его выставляешь чуть ли не рыцарем на белом коне… Я уже молчу про то, чей он сын…

- Его бывшей дряни не то что изменять, ей шею свернуть надо было. Это из-за нее по большей части, я оказалась заперта в подвале. С Богданом… там тоже кошка между ними пробежала из-за нее же. Но они уже давно помирились и выяснили все. Там и Костик и Бодя наворотили вдвоем. И уж тем более, не стоит вешать на Костю грехи его отца. Люба, никто не безгрешен. Я думаю, тебе пора прислушаться к себе, присмотреться к его поступкам. А они, ох, как красноречивы. И меньше слушать, что злые языки болтают вокруг.

К нам подходит Константин. У меня в ушах стоят слова Лены.

- На сегодня все. Можно забирать собак и ехать домой.

Скольжу взглядом по мужчине. В глаза бросается голубая сорочка… А утром, когда мы ехали в загс, он был в темно-синей…