Глава 28. Лада

Стою на сцене и отбиваю ритм ногой. Свет бьет прямо в глаза, микрофон теплый от моей ладони. Музыка льется сквозь меня. Гитара попадает в тон, барабаны мягко качают. Отсчитываю нужный фрагмент, делаю шаг вперед и пою свою песню. Слова текут легко, будто я не думаю о них. Тело двигается само плавно, в ритм. Это мое пространство. Моя свобода. Моя жизнь. И вдруг я вижу его. Демон стоит у стены, в полумраке. Черная кожаная куртка, на голове капюшон. Лица почти не видно, но я чувствую кожей, что это он. Мой Демон. Все-таки пришел, не обманул. Я сбиваюсь на полуслове. Лишь небольшая пауза, которую никто не заметит. Но я-то знаю. И он теперь тоже. Потому что улыбается мне. Его глаза ловят мои и будто пронзают насквозь. Мир замирает, а щеки вспыхивают. Сердце прыгает вверх и падает куда-то в живот. В ушах шумит кровь вперемешку с музыкой, а в груди становится тепло. Оно щекочет, как искры под кожей, и разливается по телу. Сладкое, опасное, завораживающее. Внутри все вибрирует, но я пою дальше. Только уже не для зала, а для Демона. Каждая строчка как признание и шаг к нему. Он здесь, смотрит и слушает. А я улыбаюсь. Сначала внутри себя, потом выпускаю улыбку на свободу. Она светится на моем лице, а песня звучит иначе. Сам голос становится другим. Более легким и беспечным, словно внутри расправились крылья, и я вот-вот взлечу. И всему виной он, мой Демон. Только ему об этом знать необязательно. После выступления возвращаюсь в гримерку. Демон уже там, сидит на кресле перед зеркалом и залипает в телефоне. – Что ты здесь делаешь? – Мышка-малышка, – видит меня и расплывается в дерзкой усмешке. – Я тебя жду. Ты обещала мне этот вечер, – поднимается и идет на меня. Мне приходится отступать, пока не упираюсь спиной в стену. – Ты забыла? – Демон склоняется ко мне, опаляя щеку горячим дыханием. – Или передумала? – Н-нет, – выдыхаю и инстинктивно прикрываю глаза. – Собирайся, я подожду на улице. – Хорошо. – Он отходит, и я начинаю дышать. – Только мне надо еще зайти к владельцу клуба. – Не вопрос. – Демон хитро подмигивает мне и идет к выходу. – Я жду. Он уходит, а я опускаюсь на стул и прикладываю ладони к пылающим щекам. Что со мной происходит? А главное, что с этим делать? Но думать сейчас некогда, меня ждет Леонид Викторович. Переодеваюсь и поднимаюсь в кабинет владельца клуба. – Леони, проходи, – радушно улыбается он и жестом приглашает меня присесть. Я подчиняюсь, сажусь за стол и кладу ладони на колени. Волнуюсь очень, но стараюсь держать себя в руках. Кабинет полутемный, пахнет кофе и каким-то дорогим парфюмом с табачными нотками. Леонид внимательно смотрит на меня. Взгляд спокойный и уверенный. В нем что-то большее, чем просто деловой интерес, но я стараюсь не замечать. На столе лежат две копии договора. Леонид аккуратно разворачивает одну и двигает ко мне. – Вот прочти. Если будут вопросы – спрашивай. Я пробегаю глазами по строчкам. Читаю, но будто сквозь туман. Слова знакомые, но смысл ускользает. Что-то о репертуаре, об условиях расторжения, о бонусах и дополнительных выступлениях. Мелкий шрифт, витиеватые формулировки. Я ничего не понимаю. – Здесь… – указываю на пункт о дополнительных вечерах. – Это значит, что я обязана выступать каждый день? Или по согласованию? – Все гибко. – Он чуть улыбается. – Если ты не сможешь, мы договоримся. Главное, чтобы ты была только с нами. Он делает паузу, смотрит прямо в глаза. – Ты ведь хочешь расти, правда? Я киваю. Медленно. – Да. Только… Слова застревают в горле. Я выдыхаю и все-таки решаюсь. – Мне очень нужны деньги. Срочно. Бабушка… ей нужна операция. Я не могу ждать месяц до первого гонорара. Леонид откидывается на спинку кресла, переплетает пальцы. – Что-то серьезное? – Очень, – отвечаю тихо. Он смотрит на меня долго, как будто оценивает. – Напиши сумму. Я переведу тебе аванс. В течение пары дней. И еще… если что-то нужно будет, не стесняйся. Обратись напрямую. Мы… поможем. Я чувствую, как от волнения закладывает уши, но киваю. Леонид не говорит ничего лишнего. Ни одного прямого намека. Но тон… слишком мягкий. Слишком внимательный. Он протягивает мне ручку. Я ставлю подпись, не читая больше. Времени нет. Да и сил тоже. Леонид подписывает свою копию, аккуратно кладет ее в папку и передает мне мой экземпляр. – Это твой экземпляр. Не потеряй. Я не отвечаю. Просто забираю договор, прижимаю к груди. – Спасибо. Правда. За все. Леонид встает, будто хочет что-то добавить, но только кивает. – Увидимся. Не забывай улыбаться. Ты красивая, когда улыбаешься. И я улыбаюсь глупо и невпопад и выхожу. На улице прохладно, но я почти не чувствую. В голове шумит. Я подписала свой первый контракт. Теперь главное не пожалеть. Я выхожу из клуба, прижимая договор к груди. Свет вывески позади отбрасывает на тротуар мою длинную тень. В голове шумит, слишком много событий за один вечер. Демон ждет меня у мотоцикла, курит и что-то читает в телефоне. Увидев меня, выбрасывает окурок в сторону и усмехается. – Готова? Я медленно киваю, но сама себе не верю. – Это что? – Демон кивает на бумаги в моих руках. – Мой контракт, – отвечаю я. – Давай уберу к себе. – Он протягивает руку. – Потом отдам. Я колеблюсь, но все-таки передаю договор. Его пальцы чуть касаются моих, и сердце ухает вниз, как на американских горках. – Хорошо, – выдыхаю. Он прячет бумаги за пазуху и садится на мотоцикл. – Поехали? – протягивает мне второй шлем. Я стою, будто приросла к асфальту. Все внутри сжимается. – Мне страшно, – говорю честно. Он оборачивается, смотрит прямо в меня. – Не бойся. Я рядом. – Вот это и пугает еще сильнее. – Я сжимаю ремень рюкзака. Демон не смеется, только наклоняет голову, как будто понял больше, чем я сказала. Молча протягивает руку, а я делаю шаг вперед. Он помогает мне надеть шлем. Я сажусь на мотоцикл сзади Демона, обнимаю его за талию, а глаза закрываются сами. Мне очень страшно ехать с ним, но еще страшнее отказаться.