Глава восьмая

— Итак, они начали действовать открыто.

— Сомневаюсь, Нежка. Тут скорее была эмоциональная волна, словно носитель магии не смог удержать в узде свои чувства и выплеснул их. А артефакт… Я все еще надеюсь, что магия Хаоса стала следствием работы древнего артефакта из серии тех, о которых рассказывали родители. Он просто усилил эту волну. И я ошибся, думая, что волна нанесет вред людям. Это были отголоски, ударившие по более тонкому плану. Иначе не была бы уничтожена часть их ментальной паутины. Им понадобится время, чтобы ее восстановить. И я даже не знаю, хорошо это или все-таки плохо.

— Хорошо, если учесть, что на это время Рэндар точно останется жив. Он явно донор. И при этом в Эборе его точно нет.

Мы замолчали, не произнеся то, о чем думали оба. Вот только я не был уверен в том, что Рэндара здесь нет. Я бы скорее поверил в то, что мужчина где-то надежно спрятан, укрыт за множеством замков, чем-то экранирован. Очень сильным, мощным и древним. Но это были лишь догадки, ничем не подкрепленные.

Опять же…

— Чего они добиваются? Самые крупные страны мира сотрут их в порошок, когда до них дойдет весть о бесчинствах на этих землях. Пощады не будет. На что они надеются?

— На менталиста, единственного во всем мире. По их сведениям, конечно, и при условии, что Рэндар не выдал тайну твоего дара врагам. Ты же помнишь, матушка рассказывала, что тем, кто желал возродить павшего бога, был сильнейший менталист. Умело скрывающийся много веков!

— Еще бы не скрываться умело, когда получил благословение всех богов! Он же был жрецом стразу всех богов!

Я невольно вспомнил об Ахадэриане… Как долго он еще будет поглощать силу павшего бога? И каким вернется к нам?

— Как бы там ни было, их конечная цель неясна. Тот, кто руководит высшей знатью Раймовлена, явно имеет другие мотивы и задачи, отличные от целей местных аристократов. Эти только о личной выгоде и думают, о легкой наживе… И он, этот неизвестный кукловод, умело этим пользуется.

— Если это очередной фанатик, желающий возродить павшего бога, то его желание заранее обречено на провал.

— Нежка, а ведь Ах спит… Ты уверена, что действия этого фанатика никоим образом не скажутся на нем? Возможно ли…

— Даже думать так не смей! Ах — иной! И какую бы силу и мощь не поглощал, он не станет другим! Он — справедливость этого мира!

Я вздохнул. Хотелось бы верить. Хотелось бы… Но боги — далеко не простые существа, а мироздание гораздо на сюрпризы. Вселенная не терпит пустоты, павший бог был частью этого мира, неотъемлемой и важной. Да, он решил пойти по пути уничтожения всего сущего, в то время как Священная Пара шла по пути созидания и гармонии. Ахадэриан должен будет стать уравновешивающим фактором, привести к балансу все силы, в том числе и энергию хаоса павшего бога…

Я не терял веры в того, кто стал частью моей большой семьи, но здоровые опасения все же присутствовали.

— Мне предложили сбежать.

— Что?

— Сегодня на утренней прогулке. Я этого молодчика один раз и видела до того и, конечно, наглеца отвадила. Но это первый звоночек, Лис. Будут другие, кто пожелает вскружить голову бестолковой девчонке, желающей поскорее избавиться от опеки брата. Так что… началось.

— Рано…

— Может, и к лучшему. Ты все равно едва сдерживаешься при мысли, что твоя избранница во власти мерзавцев. И не кривись, я все правильно поняла. Лайлу избрало твое сердце. Но из-за меня и нашей задачи ты не знаешь, как ее защитить и не выдать истинного себя. Думаю, аукцион рабов пройдет раньше. Не удивлюсь, если к концу этого вехимана.

Спорить с Нежкой — дело гиблое. В конце концов, она была права. В отношении Лайлы — однозначно.

— И я рада за тебя, леди красива не только внешне. Она станет украшением нашей большой семьи.

— Ты говоришь так, словно леди уже дала свое согласие выйти за меня замуж. Все далеко не так просто, Нежка. Есть еще один момент, который я хотел бы обсудить. Я уверен, что в Раймовлене или находился, или по-прежнему находится здесь маг жизни. Его явно прятали, удерживая насильно. А если он все еще жив, прячут до сих пор. У герцога не должно было быть активной магии. Но она есть. Сможешь проверить герцогскую дочь на воспоминания?

— Полагаешь, герцогские мозги мне окажутся не по зубам?

— Я не сомневаюсь в твоих силах, Нежка, но зачем давать противнику знать, что менталист в мире не один? На герцоге точно больше защитных артефактов, чем на его дочери.

— Ты возьмешь меня с собой?

— Я обдумаю, как именно все обставить.

Стук в дверь прервал нашу беседу.

— Что такое, Рамта?

— Леди Лайла пришла, корзину приволокла, большую. Отдавать отказывается, говорит, только вам, лично в руки… Но она ее даже на пол не ставит… Словно боится, что корзину из-под ее носа утащат.

— Идем, братец, надо леди помочь. Да и мне пора с ней познакомиться поближе. Ты только глаза свои потуши, вряд ли девушка оценит твою ярость.

* * *

Я наблюдал за шушуканьем девушек и разбирал огромную корзину, в которой оказались ингредиенты для пирогов, которые мне же и предстояло приготовить.

Услышав о корзине в руках Лайлы, я сразу предположил, что герцогская дочка снабдила меня продуктами для приготовления очередного «ее» шедевра. Впрочем, хорошо хоть, ума хватило передать продукты, а то с Ибелии сталось бы требовать подать ей желаемое немедля. А где эдор, то есть я, возьмет продукты, которых и на рынке днем с огнем не сыщешь — мало ее волновало.

Не пришлось изгаляться — и то ладно.

Конечно, я злился, что Лайлу заставили тащить полную снеди корзину. Пешком, от самого герцогского поместья. Она настолько боялась за ее сохранность, что даже не давала себе отдыха. Ни разу не присела, больше двух часов волокла свою ношу под солнцем. И выдохнуть смогла лишь тогда, когда увидела меня и всучила свою корзину.

Еще бы… Корзина и правда была наполнена сущими диковинками для Раймовлена. Но не для меня. Да и не для Нежки. Впрочем, как и для всех моих подчиненных.

Половина из приволоченных специй и так у меня имелась. И куда в больших объемах. Впрочем, об этом распространяться не стоило.

Помимо специй, самым ценным можно было назвать ягоды, которые в этих местах не росли. Черника и болотная ягода, растущая преимущественно на севере. И да, ею в детстве мы с сестрой объедались до потери пульса. Как, впрочем, и черникой, и даже костянкой.

За последнюю, помнится, нам от матушки досталось по первое число. Встречалась костянка редко, а мы с Нежкой не сразу рассказали о месте, где ее кусты росли обильно и пышно, к тому же часть кустов и затоптать успели. А растение это имеет очень полезные свойства, используется как в лечении, так и просто для поддержания и укрепления здоровья. Речь, конечно же, про отвары из ягод костянки.

Лайла мужественно отводила взгляд от черники и болотной ягоды. Но нет-нет, а слюну сглатывала. Нежка активно забрасывала ее вопросами. Я пока не мешал их общению, позволяя сестре расслабить нашу невольную гостью.

Хотелось ли мне остаться с ней наедине? Да. Но с учетом той гадости, которая, словно бусы, была навешана на леди, помощь Нежки будет как нельзя кстати.

— А я ни разу не пробовала, — бесхитростно ответила Лайла сестре. — Но говорят, что слаще ягод и не сыщешь! Они солнцем согретые, сочные и…

— Кислые! — рассмеялась Нежка. — Чаще всего черника совсем не сладкая. И пачкает все кругом, словно чернилами под завязку наполнена. Да и солнца не так много ягодка видит.

— Неужто и вам ягоды привозили с той стороны?

Я закусил губу, заметив расфокусированный взгляд Нежки, которая поняла, что сболтнула лишнего. Интересно, как выкручиваться будет?

— Братец любимый для меня хоть само солнце достанет! Мне ходов двенадцать было… Он брошь алмазную продал! Во как меня братец любит! И пробовала я все ягодки, все-все! Да слаще меда никаких ягод нет!

Я фыркнул и спешно отвернулся. Нежка в образе капризной дурочки была чудо как хороша!

— Повезет жене моего братца! На руках носить ее будет да пылинки сдувать, детей наравне с ней нянчить. Он такой! Не смотри, что плечи широченные, внутри него трепетное и доброе сердце бьется!

— Нежанна!

— А что, Лиас? Разве не так? Я ж правду говорю! Лучше моего брата никого и не сыщешь, честно-честно! И пироги готовит такие, что пальчики по самый локоть оближешь!

— Да, аромат у пирогов — волшебный, — жутко стесняясь всей этой сцены, тихо ответила Лайла.

— Аромат? Так ты что ж, так и не попробовала его яблочный пирог?!

— Нежанна! — снова рыкнул я.

— А вот и зря! Но сейвеху непременно должна попробовать! Братец, ты же угостишь нас?

Лайла стояла, чуть раскрыв рот, и явно боялась моей реакции. Нежка воспользовалась моментом и, схватив с блюда помытую ягодку черники, ловко закинула девушке в рот.

— Ну как, разве слаще меда?

Мне остро захотелось выпроводить сестру из кухни. Но улыбка, вдруг расцветшая на лице гостьи, мой гнев потушила. Робкая, но такая счастливая! И взгляд чуть шальной, проказливый… И такой, будто девушка не могла поверить в то, что стала пособницей преступления. Да еще какого — саму дочку герцогскую обворовала на целую заморскую ягоду!

Столь искренняя радость за столь малое… Девочка, как же ты жила все это время?

— Слаще!

* * *

— Я не злюсь на сестру, вы не думайте.

Наконец я остался наедине с раскрасневшейся от жара кухни девушкой, которая наслаждалась чаем с пирогом. Яблочным. Сидела напротив меня и весело болтала ножкой под столом. Вероятно, это была ее старая привычка, как по мне — довольно милая.

Лайла давно расслабилась. Этому отчасти поспособствовала Нежка в своей манере несколько глуповатой болтушки — ну так свою роль сестра до конца отыгрывала. Да и я леди не пугал. Хотя поначалу она шарахалась от моих движений, но в итоге что-то в отношении нас для себя решила и, можно сказать, выдохнула, больше не опасаясь.

И теперь так ярко, ослепительно ярко улыбалась. Так радостно участвовала и в замесе теста, и в выпарке, а после и в доведении ягод до нужной консистенции… Вся извозюкалась в сладком сиропе и соке черники… А потом, будто полностью забывшись, со смехом слизывала с натруженных пальцев лакомство…

Я и сейчас смотрел на эти пальцы… На эти руки и ладони… Оттереть которые от черники, смывая следы преступления, помогала Лайле Нежка. Смыли, конечно… Но как же хотелось намазать эти пальцы совсем другими вещами! Матушкиными кремами, маслами… Промассировать… Расцеловать…

— Это только кажется, что Ибелия злая. Но это далеко не так, — Лайла вздохнула и опустила свой взгляд.

А я заставил себя вынырнуть из дивного видения, где занимался вещами, явно предназначенными для мужа и жены.

— Она спасла меня. И порой жестока со мной не потому, что сама того хочет. Знаете, эдор Тизат, в мире столько всего, чего нам делать не хочется, а приходится…

О, я знал об этом точно не понаслышке.

— Ибелия несчастна и глубоко ранена.

Я вновь промолчал. Хочется Лайле выгораживать свою кузину — пускай. Вот такая вот она — зла не помнящая. И не нужно, пусть не помнит. Я запомню. И все-все припомню.

— Вы сказали, что она вас спасла… Вы приукрасили?

— Нет-нет, что вы… Это довольно старая история. Проживи вы тут чуть дольше — давно бы вам уже все расписали, да в таких ярких красках, что вовек бы я не отмылась. А все просто… Бастард я.

Наверное, в ее глазах это было очень страшное преступление, и от меня ждали соответствующей реакции, которой, естественно, не последовало. А какая она могла быть, особенно, если учесть, что Нежка — бастард папаши? И если вспомнить то, где я воспитывался… Тоже мне грех — нагулянное дитя.

— Моя мама не имела права меня рожать. Более того, она никогда не была замужем, и я даже не знала, кто мой отец. Просто однажды… она появилась на пороге дома дядюшки. Со мной… Я плохо помню то время, мне ходов пять было от силы. А потом… мамы не стало. Я же была бельмом на глазу у дедушки с бабушкой. Пусть и выполняла роль прислуги и в господском крыле не жила.

Лайла прикрыла веки, будто мысленно возвращаясь в то время. Будто восстанавливая хронологию событий.

— Росла, помогала по хозяйству, маму редко видела… Когда ее не стало, работы прибавилось… А спустя несколько ходов меня собрались куда-то увезти из поместья. По слухам, продали кому-то в услужение. Уверена, ничего хорошего там меня не ждало… Совсем ничегошеньки…

Я сжал кулаки, благо моих рук под столом было не видно.

Спокойнее, Илиас, это уже в прошлом.

— Ибелия бежала за повозкой, криком кричала и требовала не увозить меня. Падала, но вставала и продолжала бежать. Ей самой тогда всего двенадцать исполнилось, я младше нее на пару ходов. С той поры ничего не изменилось, разве только теперь я всегда при ней. Мне бы и образование не дали, если бы не сестрица. Она защищает меня, как может, как умеет… Не сердитесь на нее за ее нрав. Не видела она иного, не понимает, как иначе чувства свои выражать. А в остальном… Я привыкла уже, честное слово!

Я смотрел прямо на лицо девушки, чьи щеки давно покрылись ярким румянцем. Кажется, она и сама не понимала, чего так разоткровенничалась, но все же тушеваться не стала.

— Хороший вы человек… Послушайте меня, пожалуйста. Уезжайте из королевства. Не будет тут счастья ни вам, ни Нежанне. Людей продолжают… продавать.

Она говорила совсем тихо. Так, что ее последние слова я буквально по губам прочитал. Но при этом взгляда Лейла больше не прятала. И смотрела так, будто душу себе выворачивала наизнанку.

— А если я скажу, что не могу уехать? Что некуда? И тут доля мне видится лучшей, чем в чужой стороне?

— Это был всего лишь совет, эдор Тизат.

А вот теперь Лайла сжалась, будто ожидая от меня удара.

— Ну что же вы, леди Лайла, я не кусаюсь. Я понял вас и обязательно подумаю над вашим советом. Вы теперь ко мне каждую веху ходить станете? На герцогской кухне так плохо с кухарками?

— Нет-нет, кухня у герцога великолепна, и кушанья подают самые разные и такие, что иной раз оторваться сил никаких нет… Да только таких пирогов нам еще ни разу видеть не доводилось. Вы — настоящий маг! Жаль, что без магии…

— А будь у меня активный дар, это что-то изменило бы?

— Вы бы сюда никогда не приехали, — уверенно заявила девушка. — Все маги уезжают или…

— Или?

— Ох, как потемнело за окном! Мне пора! Сестрица станет ругаться!

Я вздохнул, понимая, что больше ни слова на тему того, куда деваются маги, не услышу.

— Рам, подай карету! — встав из-за стола, громко крикнул помощнику и, уже повернувшись к леди, мягко произнес: — Не беспокойтесь, Лайла, домчим вас с ветерком.

Увы, уезжала она в карете одна. Ни за что не захотела ехать со мной вместе, все порывалась пешком к поместью умчаться. И это с тяжелой-то ношей! В итоге кое-как заставил ее сесть в карету и приказал извозчику трогать.

Ладно, пусть сейвеху будет так, у меня еще есть время. Завеху она точно примчится снова и с новым заданием от своей кузины.

— Лис, ты понял?

Когда я вернулся в кабинет, в него тенью скользнула Нежка, явно желая скорее поделиться сведениями и первыми результатами полного сканирования Лайлы и, конечно же, своими выводами.

— Ты предположил, что в Раймовлене был или есть маг жизни. Ты прав. И я даже знаю, кто. Точнее, кем он был. А вот жива ли она сейчас — не уверена.

— Матушка Лайлы?

— Да.