Глава 2

Следующий день принёс с собой не только плохую погоду, но и золочёный конверт. Знакомое послание лежало аккурат на соседней подушке, намекая, что с наступлением темноты мне будет не до отдыха. Раз принц использовал метку переноса послания, нанесенную на мой второй кулон в виде меча, то дело срочное. И, как бы моё экстренное обучение не было важно, придётся найти время на “услугу” короне. Иначе… меня лишат всех благ, оставив один на один с всё ещё недостаточно знакомым миром.

Однако, ни серые облака за окном моей вполне уютной спальни в закрытом ректорском крыле, ни напоминание принца о моём положении, не смогли испортить это утро. Как оказалось, для счастья достаточно сущей мелочи. Чтобы основная причина моего раздражения оказалась слишком занята подготовкой к новому учебному году и целые сутки не попадалась мне на глаза. Если повезёт, то и сегодня удастся отдохнуть от этого “жертвенного агнца”.

С такой мыслью поднявшись с кровати и, снова запутавшись в невесомом балдахине, в который раз напомнила себе избавиться от этой тряпки хотя бы с одной стороны. Будь она хоть трижды зачарована, вреда пока от неё больше, чем пользы. Тем более сдерживающая магию защита тут наложена буквально повсюду – отрезом батиста больше, отрезом меньше, без разницы.

Потирая отбитое колено, бессовестно выглядывающее из-под собственноручно укороченной сорочки, я направилась к умывальнику. Зеркало над медной чашей местной раковины встретило меня отражением: слегка курносым, очень даже хорошеньким, но изрядно заспанным. Поплескав в лицо холодной водой, проснулась окончательно и снова посмотрела на себя.

– Ну, уже лучше, – пробормотала вслух, глядя на тёмно-русые пряди лишь на кончиках сохранившие розовый оттенок. Значит, мы с учителем на правильном пути и сумеем вовремя найти нужную формулу для пусть временного, но стабильного окрашивания моих непослушных волос.

Решить проблему с цветом глаз оказалось проще всего. На них магия частичного обращения процесса пробуждения почему-то сработала с первого раза. А вот волосы никак не хотели возвращаться к изначальному оттенку. Видимо, всё моё упрямство сокрыто именно в них, несмотря на довольно скромную длину до лопаток. Благо здешние люди не жили по правилу «Чем длиннее коса, тем знатнее леди», потому на общем фоне я не буду выделяться. Угу, хотя бы этим. Всё же, как мои наставники ни хороши в своём деле, за полгода невозможно выковать иную личность. Особенно когда обучаемый сам всеми силами не желает лепить себя по чуждому образу и подобию.

Закончив со всеми утренними процедурами, я вернулась в спальню и, при виде аккуратно сложенной формы приличной адептки, недовольно сморщила нос. Покрутившись рядом со стопкой незначительного, но триггера, я всё же вернулась к стулу, где вчера оставила более привычный наряд. Да-да, перед смертью не надышишься, но кто мне запретит вдыхать более привычный воздух до самого конца?

Быстро облачившись в белый топ, джемпер цвета горчицы и такие родные синие джинсы, покрутилась у ростового зеркала и ощутила некое удовлетворение. Пусть учитель ворчит, но он сам не раз признавал, что когда я одета именно так, то моё состояние стабильнее всего. Пока есть возможность, то просто побуду в этой крохотной зоне комфорта. Не зря ведь учитель Зарин первым делом научил меня лёгонькой формуле обновления ткани. Потому можно было не бояться износа милых сердцу вещей и не хранить их, как память по утраченному. Или скорее насильно отнятому….

В груди при этих мыслях неприятно ёкнуло. Так происходило каждый раз, когда я слишком долго думала о доме. Как бы трудно мне не жилось на Земле, какие испытания не подкидывала жизнь, а их, действительно, было немало, я никогда не желала сбежать настолько далеко. Пусть в родном мире меня уже никто не ждёт, но только там я могла почувствовать себя дома. Чего не скажешь об Эделстейне с его распрями, очень кровожадно настроенной ящероподобной расой за пределами страны, и ушлыми принцами внутри неё, желающими использовать чужие силы по максимуму.

В остальном же, если задуматься, то в мир, который я угодила, был не так уж и плох. Можно даже сказать, что от моего современного он отставал на каких-то пару веков, при этом компенсируя любые неудобства магией. Например, воду здесь не нужно было таскать из колодца. Её поднимали из недр и разводили по нужным помещениям особые механизмы, созданные магами, чьи ядра брали своё происхождение от… гномов.

Интересный факт – здесь волшебство имело одну особую отличительную черту. Тут не делили магов на стихийных, тёмных и светлых, созидателей или разрушителей. Все местные магически одаренные люди обладали ни источником, ни искрой, а именно ядром, где, собственно, и зарождалось “топливо” для волшебства. И вот, те самые ядра делились по особым классам.

Так, обладателя ядра гномов можно было легко распознать по коллекции минералов в заплечной сумке, или бесчисленных свитках чертежей разной сложности. Маги с ядром гномов в груди были чем-то вроде инженеров, которые голыми руками могли не только добывать полезные ископаемые, но и “лепить” из них все возможные артефакты, заменяющие этому миру привычную для меня технику.

Кстати, люди с гномьей магией были в тройке по численности одаренных данным классом ядра. Конкуренцию им составляли только обладатели эльфийской магии (отчего в Эделстейне не было проблем с целителями, и уровень здешней медицины впечатлял), да те, у кого сформировалось ядро… драконов. И если к представителям первых двух магических видов я претензий не имела, то вот именно последние подпортили мне жизнь. Почему? Да почти каждый маг из верхушки знати империи, а бесталанных среди них единицы, обладал внутренним ядром класса дракона! Тот же император и его главный наследник, вроде как, даже натуральным огнем дышать смогут, если захотят (ну и с формулой не напортачат), что позволяет им не только внушать уважение своим подданным, но и без лишней крови решать вопрос о преемственности власти.

В общем, если смотреть на это место не замутненным чувствами взглядом, то оно не так уж и плохо. Более того, как по мне, настолько большая удача на моём пути ещё не встречалась – могло ведь и в полное средневековье занести, а то и в языческие реалии, где жители в одних набедренных повязках такую вот путешественницу в пространстве скорее принесли бы в жертву какому-нибудь Богу, чем позволили ассимилировать. Пусть и за ответные услуги.

Именно подобные напоминания себе помогали мириться с таким вот “переездом”, а ещё смену рода деятельности – была студенткой, будущим переводчиком, а стала оружием в руках наследника империи. Неплохой такой карьерный скачок.

Тихо посмеиваясь сама над собой, я направилась в уже привычную аудиторию, где снова провела весь день. Ну а вечером, благодаря утренней почте, моя мрачная фигура пряталась под козырьком у тайного выхода за пределы академии. С закатом грозовое небо решило всё-таки упасть на наши головы затяжным ливнем. Мокнуть не хотелось, месить грязь только купленными высокими сапогами тем более, но маячившее на горизонте золотое поощрение за выполнение задания, подгоняло выполнить “просьбу” принца как можно скорее.

Наверное, я бы так и стояла, хмуро размышляя, стоит ли подождать ещё или можно не заморачиваться (от воды в таких условиях точно не спрятаться), если б шум дождя вдруг не дополнил знакомый голос:

– Основа формулы резонанса, – ласково прошептали мне на ухо и я, вздрогнув всем телом, мысленно отругала себя за медлительность. Будь потоки влаги, льющиеся с неба, хоть трижды холодными и угрожающими, они явно приятнее этой встречи!

Бросив злобный взгляд через плечо, я прошипела:

– Да чтоб тебя ящеры сожрали, Дарий.

– Вероника, – со спокойной улыбкой произнёс этот любитель подкрадываться, – я жду ответ.

Так и хотелось сказать: «Жди, сколько влезет!», однако было два “но”. Во-первых, этот гад нашёл рычаг давления, благодаря которому я послушно играла с ним в подобие викторины. А во-вторых, одного взгляда на возвышающегося надо мной мужчину, было достаточно, чтобы понять: он не в духе и злить его сейчас – себе дороже.

Полумрак, что разлился вокруг нас вместе с тугими струями дождя, не мог скрыть слишком пристального взгляда ярко-голубых глаз. Тени от густых, влажных ресниц делали тот немного пугающим. От меня так же не ускользнуло слишком спокойное выражения лица, которое, несмотря на всю его привлекательность (да что там, скрипя зубами, я могу называть его красивым), больше походило на идеально высеченную маску. Доброжелательную, с приподнятыми уголками крайне аппетитных губ и тенями-стрелками лисьего разреза глаз, но отчего-то нагоняющую жути.

Будь я кроликом, то уже дала бы дёру от этого чёрного лиса. И оказалась от него как можно дальше прежде, чем с его тёмных прядей у лица упала хоть одна капля воды.

Видимо, кто-то слишком спешил по моим следам, чтобы накинуть на себя плащ с капюшоном. Полностью не вымок, но волосы и часть синей мантии заместителя ректора академии успели пропитаться влагой. Судя по официальному костюму, Дарий совсем недавно выполнял свои обязанности, а затем не стал тратить время на переодевание, и, явившись, сразу отправился на поиски своей любимой жертвы. Неужели так не терпелось помучить меня? Вот никогда мне не понять мыслей, что бродят в этой черноволосой голове.

– Резонанс мы ещё не проходили, – прозвучал мой ровный ответ, не предполагавший ложь, но меня тут же раскусили:

– Вы прошли это ещё вчера.

Раздражённо фыркнув, я всё же рискнула огрызнуться:

– Слушай, может, ты займёшься своими делами и перестанешь лезть в мои? А ещё, будь так добр, заканчивай выпрыгивать как чёрт из табакерки. Если, конечно, у тебя нет планов пасть жертвой моего яда, а заодно прихватить с собой и всю столицу…., – под конец мой запал немного иссяк, так что довольно грубый тон сошёл на "нет".

Прикрыв свои глаза, Дарий чему-то тихо усмехнулся, а затем медленно поднял ресницы, снова проникновенно посмотрел на меня, и сказал:

– Ты всегда должна оставаться начеку. Только так тебя станет невозможно напугать.

– Кажется, ты ждёшь от меня невозможного, – пробормотала в ответ, надеясь, что дождь не даст жениху расслышать сказанное, но остроте его слуха можно только позавидовать.

– Поверь, это тебе по силам. – И прежде чем мне хватило времени принять сказанное недостаточно враждебно, Дарий напомнил: – Так что там с формулой?

Лёгкая улыбка снова заиграла на соблазнительных губах, и мне стоило большого труда не залюбоваться ей. Всё же не зря этого мужчину считали завидным женихом: высокий, хорошо сложенный, уверенный в себе, отчего его движения, жесты и даже просто взгляды натурально завораживали. Вырабатывать иммунитет к природному обаянию эрцгерцога мне помогала только хорошая память.

Как-то раз, Дарий точно такой вот спокойный, красивый, терпеливый и, вежливый до отвращения, проводил мне экскурсию по… трущобам. Помнится, я тогда верила, что могу не заботиться о сказанном и, если нужно, сбегу, да без проблем выживу сама. Очень уж не хотелось обменивать собственную гордость на чужую поддержку. Тогда-то меня и окунули с головой в неприглядную сторону этого мира, со всеми его злачными местами, бандитскими притонами, чёрными рынками и торговцами осколками ядер, вырванных у магов, которые после этого никогда не выживали.

Вышло крайне наглядно.

После того случая я упорно хожу по краю, но стараюсь не переступать черту. Магия магией, а люди во всех мирах одинаковы – далеко не каждый хочет зарабатывать на жизнь честным трудом и как такие сорняки не вырывают, на их месте всегда появляются новые. Потому девушке, тем более одарённой магией, опасно оставаться самой по себе. Какой бы сильной та не была. Эрцгерцог очень доходчиво объяснил, что бывает в противном случае. С тех пор мне приходится помнить о сдержанности, не забывая время от времени подыгрывать чужим заскокам.

Вот и теперь ощущая глухое раздражение, я напрягла память и, пусть с запинками, выдала Дарию требуемый ответ. После чего получила снисходительный кивок, а за ним…. ещё два вопроса. Один касался системы наказания в Эделстейне, другой, неожиданно, веяний дамской моды на предстоящий сезон. С последним возникли трудности, но вовремя всплывшее в памяти изображение с одной из свежих новостных брошюр, что исправно появлялись на столе в аудитории, помогло покончить с такими вот изощренными издевательствами.

– Отлично справилась, – мягко произнёс Дарий, и его лицо на миг стало чуть более живым, чем до этого. Однако короткий взгляд на мой наряд для явно ночных прогулок вернул его в исходное состояние. После чего он протянул мне руку и раскрыл ладонь со словами: – Твоя награда.

На тонкой замше чёрных перчаток покоились ровно три небольшие пирамидки. Гордость выла сиреной, а вот мой рот медленно наполнялся слюной. И даже осознание, что такой подход больше напоминает дрессировку, чем обычные поощрения, не давал мне достаточно веской причины, чтобы отказаться от честного приза. А всё потому, что я просто обожала сладости! При том именно те, которые непонятно откуда добывал этот хитрый гад.

Сколько я не ходила по местным лавкам, так и не смогла найти, где купить хотя бы что-то похожее. Да и, честно говоря, изделия из шоколада тут стоили каких-то нереальных денег. Потому моя банальная жадность не давала тратиться на такие слабости. Проще было подыграть Дарию, получить конфеты, чей вкус возносил меня на небеса (слишком уж они походили на Земные), а потом перед сном, вместо дум, наполненных глупым сожалением, дать себе волю и от всей души обругать его. Вслух и погромче. Чтобы проверить насколько далеко раскинулись мои личные границы.

Самое забавное, что мой жених обладал не только поразительной внешностью, но и устрашающей интуицией. Потому он точно понимал, какие мысли бродят в моей голове. Иначе, зачем ещё Дарию с таким любопытством следить за тем, как мои пальцы аккуратно смыкаются на обернутых в плотную бумагу конфетах и, судя по подрагивающим губам, еле сдерживаться, чтобы не расплыться в усмешке?