Глава 15

– Что с тобой? Кошмар приснился? – поинтересовался какой-то растрёпанный жених. Уж его-то я точно не надеялась увидеть так резко и сразу после пробуждения. Разве после той гонки с големами моё бессознательное тело не надлежало отбуксировать в лазарет, где меня поставили бы на ноги матёрые целители?

Выводы были дельными, но сразу спрашивать ничего не стала. Чувствуя себя вполне сносно, я догадалась, что вся нужная первая помощь мне уже оказана. Так что, бессовестно шлёпнув ладошку на горячую мужскую щёку, молча отодвинула голову Дария, чтобы осторожно подняться с подушки и сесть.

Произошедшее во сне, или скорее не совсем в нём, тут же нахлынуло потоком. От тяжести навалившейся правды, я попыталась спрятаться в ладони, но ничего не вышло. Мысли продолжали скакать с моего происхождения на причины некого наказания, отчего голова снова начала болеть.

Всё это время Дарий покорно ждал от меня хоть какой-то реакции, и дождался:

– Вот бы это был обычный кошмар. Как же всё сложно, – простонала я в ладони. После чего сдвинула пальцы с левого глаза и, посмотрев на жениха, напряжённо спросила: – Кстати, где это мы?

– В моих покоях, – прозвучал наглый ответ, заставивший меня отнять руки от лица и вскрикнуть:

– Ты спятил? Зачем именно сюда притащил?!

Склонив голову набок, отчего чёрные пряди коснулись скул, Дарий ехидно напомнил:

– Если бы кто-то не противился и стал моей женой, я бы смог страховать твою силу дистанционно. Но раз мы только помолвлены, а ты в таком плохом состоянии, то мне необходимо было оставаться как можно ближе.

– По-моему ты переборщил с близостью, – прошипела, подтягивая к груди одеяло. Очень тёплое, между прочим, будто созданное для таких мерзлячек как я, и прекрасно скрывающее сорочку, которая красовалась на мне вместо формы.

– По-моему ты переигрываешь, – в тон мне ответил Дарий. Поднявшись с кровати, он подошёл к прикроватному столику не глядя в мою сторону.

На самом деле мысль о том, что жениху хватило наглости переодеть меня, ничуть не задела. Наоборот, она породила какой-то приятный трепет в груди. Никогда таких фетишей за собой не замечала, а тут на тебе! Ещё и чуточку разочарования затесалось – хотелось бы пребывать в сознании, когда такой мужчина лишает тебя одежды. Правда фантазии пришлось взять под контроль, ведь у входа в спальню показалась пухленькая старушка в мантии целителя.

Она строго посмотрела на Дария и пророкотала:

– Ваша светлость, не смущайте леди.

– Боюсь, при всём желании не смогу этого сделать, – с обворожительной улыбкой сказал мой жених. Целительница только покачала головой, а затем, не прощаясь, оставила нас наедине.

Повернувшись ко мне, Дарий вскинул бровь так красноречиво, что я перестала буквально париться и прятаться за одеялом. Сорочки тут не уступали довольно закрытым платьям с Земли, так что смущения во мне действительно не было. Тем более, когда стало ясно, кто меня переодел.

– Ладно, поймал. У меня плохо получается соответствовать вашим приличиям, – И уже тише: – Да и не зачем переучиваться, всё равно, походу, меня скоро пустят на декокты.

– С чего бы? – Прекрасно расслышал меня Дарий. Он протянул мне пиалу с какой-то жидкостью и заставил выпить всё до последней капли. После чего выслушал моё хриплое:

– Слишком уникальная. – Зелье будто застряло в горле и, едва удалось его окончательно протолкнуть в желудок, я перевела тему: – Как там Пен с Кеилом, всё ещё в шоке?

– Слегка – им впервые довелось увидеть прорыв, так что они немного взбудоражены и точно завалят тебя вопросами, когда ты оправишься. – Забрав и отставив пустую плошку, Дарий вальяжно опустился на постель рядом со мной.

Делая вид, что не замечаю такой вольности, села удобнее, откидываясь на подушки, и уточнила:

– А обо мне тоже будут спрашивать? – Взгляд сам собой зацепился за лежащую на моем плече прядь. Она перестала быть русой и снова стала розовой.

– Твои волосы они не успели разглядеть, – успокоил меня Дарий. – Маскировка спала в тот момент, когда я накрыл тебя своей мантией. Глаза ты держала закрытыми, так что они точно ничего не видели.

Выслушав жениха, вдруг ощутила небольшую волну разочарования. Неужели мне хотелось, чтобы та раздражающая парочка разоблачила меня? Да быть не может.

– Чудно, – с энтузиазмом ответила, чётко ощущая, будто вру сама себе. После чего задумчиво произнесла: – Теперь будет трудно косить под ядовитую дриаду или слишком одарённого потомка леприконов, они же таких монстров не вызывают.

Кивнув, Дарий согласился со мной и поведал:

– Магистр Зарин уже штудирует фолианты из личной библиотеки. Скоро он найдёт для тебя более подходящее “алиби”.

– Тейя, – негромко сказала я, отчего Дарий, только расслаблено откинувшийся на руки, отведенные за спину, неожиданно застыл. После этого мужчина посмотрел на меня так, будто перед ним предстало привидение. При том совсем недавно упокоенное лично им. С интересом разглядывая такую необычную реакцию, рискнула и продолжила: – Она ведь что-то вроде прародительницы всего живого, а те же дриады на её фоне сродни гусеницам, так и не ставших бабочками.

Неотрывно глядя на меня, Дарий сел выпрямив спину и напряженно спросил:

– Откуда ты о ней знаешь?

– М-м-м, кажется, читала где-то. – На ходу сочиняла я. – А что? Неправдоподобно?

То был хороший способ проверить реальность того, что недавно со мной произошло. Но я даже не думала, что безобидные вопросы вызовут такую реакцию.

Жених резко склонился надо мной. Его пальцы впились в мои предплечья и, сжав их, он пугающе серьёзно заявил:

– Ника, пожалуйста, запомни и прислушайся к тому, что я сейчас скажу. Никогда и ни при каких обстоятельствах, не говори, что твоя магия связана с Тейей. Может когда-то душа нашего мира и была почитаема, но уже больше тысячи лет её считают предвестником разрушения. В понимании многих она больше не дарит жизнь, только забирает. Созданные ей существа несут лишь смерть и никогда никого не оберегают. Никого, кроме первозданной госпожи и магов, которых она нарекла своими детьми. И которые считаются её опасным, разрушительным воплощением.

Удивлённо хлопая глазами, я хотела было отступить, но всё же сказала очевидное:

– А тебе не кажется, что моя магия полностью подходит под твоё описание? Даже если не говорить, люди сами со временем всё поймут.

– Нет, – резко покачал головой Дарий, – точные знания о силе магов с ядром Тейи доступны не каждому. Лишь правящая семья Эделстейна и эрцгерцоги могут об этом узнать. Если, конечно, вообще захотят настолько углубляться в эти знания.

Делать вид, будто я всё ещё не поняла, к какому существу относится моё ядро, было бессмысленно. Так что вместо того, чтобы лишний раз выудить подтверждения, тихо сказала:

– Тогда Шерн уже должен был понять, что к чему.

– Поверь, – напряжённо начал Дарий, затем спохватился, что всё ещё сжимает мои предплечья, ослабил хватку и отстранился, – на фоне истинных последователей Тейи ты выглядишь очень слабой. Они насылали поветрия разом на целые страны и раскалывали крупные острова призывом элементалей. Тебе явно такое не под силу и никогда не будет, – звучит вполне обидное. Затем жених спешит озвучить аргумент, который совсем недавно возымел бы эффект: – Тем более ты не из этого мира. Твоя магия лишь похожа на ядро Тейи, но зародилась она не здесь.

Ложь. При том такая, о которой теперь известно и мне, и… Дарию. Не знаю, что тому виной. Может та самая связь, через венчальную монету, что сейчас обжигала холодом мою кожу на груди. А может то, что я научилась заглядывать под маску эрцгерцога, привыкшего водить за нос всех вокруг. Но я точно знала – Дарий лжёт. Ему прекрасно известно и о принадлежности моей силы, и о том,… что я не совсем с Земли.

Как там сказала душа мира? «Ты оказалась здесь по воле того, кто должен был бесстрастно следить за исполнением наказания»? Взгляд коротко метнулся к изображению дракона и весов, что застыло над нашими головами. Кажется, вспомнила. Более грубый символ я видела в книге посвященной столпам власти Эделстейна. Именно так помечались имена тех, кому больше подошло бы определение «Высший судья» – он выносит приговор, и он же следит за его исполнением. Только им дозволено осуждать даже правителей. И только они держат ответ перед самой магией.

Нехорошие подозрения зароились в душе. Голубые глаза пристально наблюдали за мной, словно пытаясь уловить настроение и если надо снова попытаться меня убедить в том, что выгодно их хозяину. Однако топтаться вокруг я была не в настроение. Отчего сказала в лоб:

– Дарий, почему бы тебе просто не рассказать мне всё как есть?

Удивительно насколько может поменяться мнение о человеке. Совсем недавно я считала жениха едва ли не самым главным своим врагом, или скорее тем, кто жаждет меня использовать. Но теперь… передо мной тот, кому, как оказывается, совсем не нужна сила. Его больше волнуют моя подкованность в элементарных знаниях этого мира, чем радиус поражения ядовитого облака. И, судя по напряжённой складке между тёмных бровей, он бы радостью обменял моё ядро Тейи на магический источник дриад.

Почему я раньше ничего не замечала?

Слегка взъерошенные волосы, усталый взгляд, а так же залегшие тени под глазами говорили о том, что в отличие от меня Дарий ничуть не отдыхал. Забота обо мне стала для него первоочередной задачей, но не единственной. Всё же инцидент произошёл нешуточный, сейчас все в академии, должно быть, стоят на ушах. А он здесь, возится со мной, и не спешит оставлять одну, отвечая на все вопросы. Пусть и не совсем честно.

– Ника, – в итоге тяжело вздохнул Дарий, – иногда незнание – великое благо. Просто продолжай учиться, оттачивай свою магию, чтобы не она управляла тобой, а ты ей. Только в этом случае знания перестанут нести для тебя опасность.

– Но что если наследный принц…., – попыталась я настоять на своём, но меня прервали:

– О нём не переживай. Магические клятвы уже даны. Как только мы предоставим ему ренегатов, и тем самым обезопасим его империю, Шерн оставит тебя в покое.

– А тебя? – Спросила неожиданно для самой себя. И, смутившись вспыхнувшего интереса в голубых глазах, сказала то, что не успела толком обдумать: – Ты ведь тоже зачем-то в это ввязался. Стараешься сохранить мне жизнь, хотя, несмотря на всю мою пользу Эделстейну, легче было бы от меня избавиться. Явно ведь делаешь всё это не из-за великой любви ко мне.

Между нами повисла неловкая пауза. Точнее неловкость накатила лишь на меня, а вот чувства Дария мастерски скрылись за ледяной маской спокойствия. Или мне так казалось. Потому что стоило мужчине открыть рот и его глубокий, хрипловатый голос сказал о большем, чем тихое:

– Что если так? Поверишь?

– Нет, конечно, – тут же лихорадочно затрясла головой и зачастила: – Если любовь с первого взгляда и существует, то ради неё точно не станут рисковать головой. Невозможно полюбить человека, мельком увидев его – выбирать пару только по внешности крайне глупо. – К этому моменту мои уши, отчего-то пылали, пока меня очень, очень заинтересовано слушали, подперев голову костяшками изящных пальцев. – Ты же не знаешь, какие тараканы проживают в его голове, какие привычки им управляют и на что он вообще способен. По-настоящему любят не за красивые глаза, а за поступки, убеждения, манеру поведения и общие взгляды. А у тебя попросту не было так много времени, чтобы узнать меня настолько хорошо. Не было же? – Как-то не слишком уверенно закончила я.

Дарий выслушал меня не перебивая, при этом сложилось впечатление, будто он параллельно что-то для себя решал. Затем мужчина послал мне свою фирменную улыбку, и как ни в чём не бывало произнёс:

– Пусть так. Нет смысла спорить. Лучше вот, скушай конфетку, – сказанное Дарий подкрепил действием. В его руки будто из воздуха появилась хорошо мне знакомая пирамидка. Он аккуратно снял с неё обертку и… ловко отправил в мой рот. При этом так естественно протянув мне шоколад, что я машинально подалась вперед и послушно распахнула губы.

Только когда лакомство стало таять на языке, до меня дошло насколько интимный получился жест Дария. Даже несмотря на то, что он умело избежал прикосновения.

Теперь у меня горели не только уши, но и шея. Однако Дарий делал вид, будто всё в порядке и его ничуть не беспокоит моя алеющая кожа.

– Дарий, – тихо позвала жениха, едва проглотила конфету. И, дождавшись, когда он снова испытывающе на меня посмотрит, спросила: – Ты ведь не мог узнать меня до появления в Эделстейне? Верно?

Вместо ответа мне улыбнулись так, что стало ясно – хоть режь его, ничего этот чёрный лис не скажет. По крайней мере, в ближайшее время. Так что теперь единственным, кто мог упорядочить вихрь вопросов в моей голове, оставался только учитель Зарин.