Глава 26

За помощь всё же пришлось самую малость поддаться искушению. В итоге, когда Дарий застегнул последнюю крохотную пуговицу на спине моего второго платья, под мерцающей тёмно-синей тканью были спрятаны новые следы от жарких поцелуев.

– В этом наряде ты похожа на прекрасную бабочку, – с неприкрытым восхищением сказал Дарий, оставляя очередной поцелуй на моём плече. Точнее на золотой вышивке, которая вилась по всей длине многослойных рукавов-крыльев.

Глядя на своё отражение, я была полностью согласна с оценкой жениха. В противовес нежному платью от Пен, это было наглухо закрытым. Никакого декольте, никаких открытых плеч и шеи. При этом тонкая ткань платья стелилась будто вторая кожа, подчеркивая хрупкостью тела, а струящая юбка и летящие рукава, чья резная кромка почти доходила до пола, порхали вслед за любым движением. Меня будто облачили в синюю дымку, которую оставлял после себя последний луч солнца. И там, где эта дымка наслаивалась, она приобретала почти чёрный оттенок.

Чтобы не скрывать искусную вышивку на воротничке, я заколола все свободные пряди. Прическа стала строже, но скоро цвет волос изменится, и градус суровости сбавится. Хотя, полагаю, мой уже настоящий нежно-розовый оттенок волос скорее заставит подобраться всех вокруг ещё больше. Надеть неположенное платье может любая – когда хочешь кому-то насолить, никакие наказания за такое поведение не напугают. Так что если я собираюсь с первого раза убедить всех в подлинности своей личности, придётся прибегнуть к ещё нескольким метаморфозам.

Дарий словно прочитал мои мысли и одним движением снял с меня безликую венчальную монету. После чего под мое молчаливое одобрение шею обняла тонкая цепочка с изысканной подвеской в виде герба его дома. Воротничок был сшит так, что как раз открывал обзор на яремную впадину, где и расположился яркий знак моей связи с Дарием.

– И ещё кое-что, – шепнул довольный жених, который, оказывается, очень хорошо умеет исполнять роль горничной.

Быстрые манипуляции Дария дополнили мой образ массивными фамильными серьгами и тонкой диадемой похожей на парный ободок, сплетенный вместе причудливыми лозами. Все украшения сияли обилием камней от голубого до насыщено синего цвета. Финальным же украшением стало крупное кольцо на указательный палец.

– Печать хозяйки дома Рион, – обозначил степень его значимости жених, тем самым без слов давая понять.Пути назад нет.

– А не рано? – сдерживая улыбку, спросила я. На что Дарий притянул меня к себе и прошептал в губы:

– У тебя был шанс отказать мне. Прости, но теперь я тебя не отпущу.

Подавив в себе желание самой спровоцировать новый поцелуй, успела остановить Дария, накрыв нижнюю часть его лица ладонью. Мне тут же ответили, прочертив на нежной коже линию кончиком языка. Предательские мурашки устремились вдоль позвоночника, но моя выдержка оказалась сильнее. Поддаться очень хотелось, вот только время не резиновое.

– Пора идти, – с сожалением напомнила я. А затем, немного подумав, игриво призналась: – И если ты продолжишь в том духе, мои губы слишком неприлично распухнут. Кто меня воспримет всерьез с такими губами?

Дарий хрипло рассмеялся, но всё же отступил от меня. И сделал это, чтобы вернуться с одной из коробочек от принца.

– Думаю, Шерн и такой вариант предусмотрел. – С этими словами Дарий продемонстрировал мне… маску. Она была похожа на ту, которой я скрывала нижнюю половину лица, когда слонялась по военному лагерю наследника. Правда, этот вариант скорее походил на украшение. Украшение, лучше всего прочего отражавшее личность того, кто наденет его на себя.

– Каков шутник, – хмыкнула я, рассмотрев намёк на паучьи жвала, отлитые в золоте. Затем задумчиво спросила: – Только какой в ней смысл, если я собралась раскрывать свою личность?

– Смысл в эффектном появлении, – с улыбкой растолковал мне Дарий. – Может, по принцу не скажешь, но он любит подобное и, скорее всего, собирается издалека наблюдать за твоим появлением.

Такое заявление заставило меня немного скиснуть и, поморщившись, произнести:

– Ясно, желает развлечься за мой счёт.

– Ну и пусть, – мягко поделился своим мнением тот, кого я действительно готова послушаться. Тем более что, чем дальше говорил Дарий, тем коварнее звучал его голос и ехиднее сверкали голубые глаза: – Позволь его высочеству насладиться последним представлением. А заодно покажи – почему с тобой лучше так не поступать. Дядя ещё вчера отправил Шерну отчёт о том, что теперь он точно уверен: невозможно создать артефакт, полностью защищающий от твоей магии. Только частичная детоксикация. И только с твоей помощью.

– Какая удобная у меня магия, – искренне восхитилась новым подарком Судьбы. Всё же на Земле она меня не слишком баловала. А ещё я снова убедилась, что мне достался самый лучший и понимающий учитель. Только ради него стоило поступать в академию.

Дарий кивнул в ответ и напомнил:

– Поэтому твои предки в своё время и правили целым континентом. Все их успехи загубили гордыня с жадностью.

Мужские слова звучали как ободрение, но они снова царапнули то, что мне хотелось спрятать как можно глубже. И теперь вместо того, чтобы молча страдать от вполне обоснованных опасений, я смогла сказать вслух:

– Но во мне ведь это тоже есть…. Сам же видишь. Жадность по отношению к тебе. Гордыня по отношению к тем, кто злословит о дорогих мне людях.

Тёмные брови Дария удивлённо дёрнулись, будто он не ожидал от меня такой самооценки. Однако практически сразу его лицо расслабилось и он, улыбнувшись со всей нежностью, взял мою ладонь и сказал:

– У тебя есть то, чего не было у них. Плохой пример. Зная о нём и помня, к чему в итоге приведёт чрезмерное тщеславие, ты не станешь пренебрегать осторожностью. – Сердце в моей груди, только что испуганно встрепенувшееся, снова забилось спокойнее. Правда, практически сразу после этого оно понеслось вскачь, потому что Дарий тихо добавил: – А ещё у тебя есть… я. Пока ты остаёшься собой и не позволяешь яду своих предков вскружить голову, я всегда буду на твоей стороне.

В этот момент мне больше всего захотелось обнять мужчину передо мной, вжаться лицом в его богато украшенный камзол, и никогда не отпускать. И я сделаю это позже. Обязательно. Сейчас же, вместо этого, я решила неловко то ли пошутить, то ли сказать правду:

– Даже если ради первого впечатления спесивой знати я напугаю их до дрожи в коленях?

– Да, – хмыкнул Дарий так, словно знал: тут нет ни доли шутки. – И даже оправдаю тебя перед будущим императором. Поступай так, как считаешь нужным.

Не зная, что ответить на подобное, в этот раз я не удержалась и просто молча прижалась к крепкой груди Дария. Сердце сжималось от таких признаний и тихо шептало, что наш выбор верный. Этот человек сможет, нет, он сделает всё, чтобы стать моей второй половинкой, а взамен я сделаю то же самое для него.

А ещё пора было кое-что признать. Всё то раздражение, вся та злость на Дария, которые плескались во мне совсем недавно, были… ширмой. Ещё тогда, при первой встрече в окружении воинов в броне, больше всего меня взбудоражил не перенос в другой мир, а мужчина с копной чёрных волос. Его голубые глаза сразу же пленили нечто неуловимое во мне. И чем больше я смотрела в глубокие колдовские омуты, тем сильнее… расстраивалась. Мне казалось, что такой мужчина никогда не ответит взаимностью обычной девушке с Земли. Реализм – моё всё. Поэтому было проще испытывать раздражение к объекту неожиданной симпатии, нежели разочарование в себе и в том, что недостаточно хороша для настоящего эрцгерцога.

– Спасибо, что поверил в меня, – тихо прошептала, чувствуя, как именно эти слова рвутся из груди. – И что рискнул, спасая от злого рока.

Широкая ладонь осторожно погладила меня по волосам, не нарушая прическу, после чего Дарий хрипло поведал:

– Рано благодаришь. Отныне тебе придётся всю жизнь со мной расплачиваться.

Фыркнув на такое наглое утверждение, вскинула голову и, глядя в глаза будущего мужа, деловито заявила:

– Раньше такие слова заставили бы меня взбеситься и… мысленно рассказать тебе, куда сходить прогуляться. Да, поведение совсем не для благородной леди. – А затем уже без шутливого тона, закончила: – Но теперь я, кажется, не против оставаться твоей должницей. И даже больше. Хочу, чтобы мой долг так вырос, чтоб тебе стало не выгодно бросать меня.

– Пусть я и переменчив, – почти обиженно вздохнул Дарий, поняв, что я намекаю на его двуличное поведение в общении с другими, – однако не настолько. Когда дело касается любви, мужчины моей семьи на удивление постоянны. Тебе не о чем переживать, – спокойно сказал мужчина, оставляя чёткую уверенность в правдивости его слов. Ни одного бастарда у первых фамилии государства тому доказательство. Затем Дарий чмокнул меня в кончик носа и скомандовал: – А теперь последний штрих и поспешим. Скоро будут фейерверки, а после них гости начнут понемногу разъезжаться. Если, конечно, им не дать повода задержаться.

С хитрой улыбкой достав из последней коробки от Шерна легкую накидку, Дарий полностью скрыл мой наряд под белоснежной тканью с морозным узором. Я же не удержалась и всё-таки возвела глаза к небу. Кажется, принц и в правду любит шумиху – если дойти до главного зала под прикрытием накидки, то удастся сохранить интригу до самого конца. А значит, и произвести наибольший фурор.

В результате я не стала отказываться от какого-то из элементов образа. Даже полумаску прихватила с собой, пряча её в руке за полой накидки. Забавно, что именно в таком виде мне удалось уже на спуске с лестницы на первый этаж особняка взбудоражить небольшую стайку знатных дам.

Они дружно заохали и заахали, когда увидели нас с Дарием. Одна из них вызвала во мне ассоциацию с далматинцем – так активно её кожу украшали явно не настоящие родинки. Зато обрывки фраз, тут же донёсшиеся от них, едва не заставили смеяться в голос.

– Вот, видите, говорила ведь…

– Какой скандал….

–...бедная девочка. Ей точно не жить. О чём только думал его светлость?

Чуть приблизившись к Дарию и, едва сдерживая смех, тихо спросила:

– Кажется, кто-то из этих леди видел твои неподобающие действия рядом с моими покоями.

– Видимо, отчаянный вздох графини Санлаж мне не почудился, – совершенно спокойно отнесся ко всей ситуации Дарий. Наоборот. Он как будто бы был рад, что его поймали. И чтобы после сегодняшнего вечера сплетники захлебнулись в пересудах, он решил добавить масла в огонь. – Ника, дашь мне пару минут, чтобы перекинуться несколькими фразами со старыми знакомыми?

– С радостью. Всё равно я хотела вернуться в зал сама.

– Жестокая, – вздохнул Дарий, но спорить не стал. Вместо этого нацепил на себя свою самую наигранную улыбочку и устремился к сплетницам.

Покачав головой и пряча улыбку, я поспешила к галерее, ведущей в главный зал. Тут было пооживленнее, но на меня почти не обращали внимания. Мало ли, может, мне уже пора было возвращаться, а здесь ждал тот, с кем надо было попрощаться. Тем более общее внимание редких прохожих было устремленно в сторону одного из альковов. Такие вели в широкие ниши, за которыми прятались узкие индивидуальные балконы, где можно было подышать свежим воздухом. Там даже банкетки были предусмотрены.

Стать свидетелем происходящего там не удалось. Когда я поравнялась с альковом, рядом с которым все замедлялись и куда так активно и беззастенчиво заглядывали, так понимаю, главное действо закончилась. Оттуда вылетела юная леди вся в слезах. При том она убегала так стремительно, что едва не врезалась в меня. Из-за этого пришлось замедлиться и, только поэтому мне удалось заметить знакомую ссутуленную спину, скрывающуюся на балконе.

Замерев на месте в раздумьях, уже через миг изменила свой курс и нырнула в альков.