Глава 7. Остров

Каспиан Уоллес-Вудс

К утру следующего дня Каспиану окончательно перехотелось жениться. Прежнее желание почти полностью заняло новое – не менее навязчивое – бросить Эйвери Айверсон животом на кровать, задрать ей юбку и… как следует отшлёпать.

Никогда раньше он не чувствовал такой злости! Особенно теперь, когда стоял на пристани, смотрел вдаль и не мог насладиться тем самым запахом моря, о котором столько слышал. Буквально каждый вдох напоминал Каспиану о Недоразумении-Айверсон, которую отец записал ему в невесты!

Кроме того, забыть о существовании девицы не давала она сама.

– Здесь красиво, правда? – сказала Эйвери, вставая рядом с ним. Он просил её оставаться в карете, но разве она когда-то его слушала? – Жаль, за туманом совсем не видно острова. И всё равно… От этого создаётся иллюзия, будто мы на краю мира. Дальше обрыв. И эти корабли… Ты заметил на одном из них эмблему соседнего королевства? Получается, он из Тархти. Невероятно. Думаешь, они привезли что-то на продажу? Или наоборот, приехали за товаром? И разве нормально, что в старом заброшенном порту всё такое… целое?

Каспиан тяжело вздохнул. В носу свербело от ужасного аромата, от чего постоянно хотелось начхать. Начхать на море, на виновато поглядывающую невесту, на загадки Помпти, на все прежние обещания. На всё!

Однако Каспиан дал этой невозможной вздорной девушке слово, а потому продолжал стоять на месте и слушать её. Он хотел дождаться майора Осова в одиночестве. Тот должен был подвезти необходимые бумаги и дать последние инструкции перед отплытием на Помпти. В этом, собственно, и состоял вчерашний подвиг Уоллеса. Ему удалось встретиться с начальством местной полисмагии, представиться, заручиться поддержкой и уговорить дать им с Эйвери работу. Иными способами попасть на остров не представлялось возможным.

Но эта несносная девица решила, что Каспиан её предал, и напоила своим мерзким зельем. А теперь пыталась сделать вид, будто ничего страшного, в сущности, не произошло.

– Ты так долго молчишь, что я начинаю всерьёз волноваться, – не унималась Эйвери. Она встала перед ним и принялась демонстративно его рассматривать. – Так и будешь дуться?

– Дуются маленькие дети, – ответил Каспиан. – А я решаю, стоит ли нам продолжать общение. Склоняюсь к отрицательному ответу. Потому что ты опасна.

Она закатила глаза.

– Ну хватит! Я уже говорила, что это – простое зелье, дающее специфический запах. Не яд!

– Ты добавила в него новые ингредиенты и не знаешь, когда кончится эффект и каким точно он будет, – напомнил Каспиан её же слова. – Вполне возможно, я дышу последние минуты. И даже их ты отравила, испортив воздух.

– Воздух портит зелье, а не я! – вспылила Эйвери. – И новые ингредиенты – практически полные аналоги прежних. Возможно, запах будет сохраняться несколько дольше, но…

Каспиан поднял взгляд в небо, проговаривая:

– Если выживу, подам на тебя жалобу. Куда-нибудь. Будет тебе уроком.

– Жалобу?! Я не собиралась тебя поить этим зельем! – взвилась Эйви. – Да, разозлилась и сделала его, но передумала. Слышишь? Ты сам выхватил стакан и осушил его. Потому что у тебя… У тебя глотка без дна, Уоллес.

– Что?

– Что слышал, – кивнула она. – Ты вечно голоден и поглощаешь всё что ни попадя. И я больше не собираюсь извиняться за случайность! Это ты извиняйся, что выпил мой важный экспериментальный образец! Вот так!

– У тебя в саквояже большая стеклянная штука, полная экскрементального образца! – Теперь злился и он.

– Ты неправильно говоришь, – Эйви покраснела. – Перепутал понятия.

– Ничего я не перепутал. Ты смешивала эту гадость около часа, Айверсон, – склонившись к её лицу, зашипел Каспиан. – Тщательно выверяла дозировки и думала о том, как мне будет мерзко после принятия зеленой бурды. Это не случайность, а умысел. Ты сделала отраву и напоила меня. Мстила за то, что сама же и придумала.

– Ты говоришь ерунду. – Она мотнула головой. – Я сто раз повторила, что проверяла – это не отрава. У меня есть специальный артефакт. Если бы зелье было вредоносным для живого организма…

– Хватит. – Каспиан поморщился, сделал шаг в сторону, указав ей на карету. – Жди меня там. Как только майор Осов приедет, подпишем документы и отправимся дальше. А пока я не хочу тебя видеть.

Она попыталась ответить, но Каспиан покачал головой и добавил:

– И слышать.

Эйвери фыркнула, взмахнула руками и ринулась было к карете, но… остановилась. Вернулась, ткнула его пальцем в грудь и заявила:

– Напыщенный индюк! Напридумывал себе глупостей, а мне бегать и извиняться? Нет уж… Сначала не рассказал, зачем флиртовал с продавщицей на моих глазах, потом называл всякими дурацкими прозвищами. А после велел собирать вещи, вроде как пошёл помогать и исчез в неизвестном направлении! Если бы ты сразу сказал о своей задумке отправиться к начальнику полисмагии и представиться именем рода матери… Вудс, так? Сказал бы мне, что именно под этим именем служил в королевской страже и получил звание капитана; и что именно под ним попробуешь выбить для нас работу на острове. Тогда я бы не решила, что ты попросту обманул меня, чтобы побыстрее увезти в столицу и жениться. Делиться планами так сложно? Нет. И всё случилось бы совсем иначе. Но представь моё удивление, когда я искала лорда Уоллеса в отделении, а его там не видели. Что я должна была решить?

– Что пора варить мерзкое зелье, чтобы я задыхался от вони? – предположил Каспиан. – Чудесная логика.

– Не нравится? Можешь забрать своё слово и разорвать наше соглашение.

Её губы дрогнули, она отвела взгляд.

– Соглашение в силе, – упрямо заявил Каспиан, хотя совсем недавно и сам подумывал о его разрыве. – Даже не надейся так просто от меня избавиться, Айверсон. Но теперь ты должна мне. Снова.

– Что значит “снова”? – вскинулась она, даже не пытаясь настаивать на разрыве договора.

Он заметил и то, как расслабились её плечи. Кажется, Эйвери всерьёз опасалась, что жених согласится и бросит её одну. От этого вывода злость Каспиана немного уменьшилась. Самую малость. А еще в его голове появилась превосходная идея…

– Ты дважды опоила меня своей бурдой, – припомнил он. – И один раз пыталась, но план провалился. Значит… с тебя исполнение трёх моих желаний.

– Ха! – Она сложила руки на груди. – Я не стану выполнять твои желания ради твоего прощения.

– Станешь. И пообещаешь больше никогда не подсовывать мне своих зелий без предупреждения. Сейчас же.

– Или что? – Она вздёрнула подбородок, сверкнула глазами.

Каспиан не ответил. На самом деле он не представлял, чем её шантажировать. Бросать эту ядовитую, но совершенно не приспособленную к выживанию девушку он не собирался, угрожать физической расправой – тем более. Потому сделал кое-что пострашнее: усмехнувшись, склонил голову и поиграл бровями, давая Эйви самой придумать все ужасы, коими жених мог бы её заставить сказать “да”.

Она вспыхнула, облизнула губы и… неожиданно бросила взгляд на дорогу. Затем встала рядом с Каспианом, буркнув:

– Одно желание.

– Три, – безапелляционно проговорил он.

Эйвери тихо выругалась, продолжая смотреть на дорогу. Там послышался звук приближающейся кареты. Каспиан стоял спиной и с трудом подавлял победную усмешку.

– Едут наконец-то? – понял он.

– Да, потом доругаемся, – кивнула Эйвери. И добавила тихо: – Скорее бы уже. В порту ужасно холодно.

– Нужно было, как я просил, сидеть в салоне нашей кареты, – раздражённо ответил Каспиан, развернувшись к дороге. – И ты должна пообещать сейчас. Три желания и…

– Хорошо. – Она нервно взмахнула рукой. – Три приемлемых желания. Никакого жуткого непотребства, Уоллес! – Бросила на него гневный взгляд и добавила быстро: – И да. Обещаю больше не давать тебе ничего с зельями без предупреждения. Доволен?

Он был доволен лишь частично. Во-первых, злость из-за запаха в носу так до конца и не ушла, во вторых, ему не нравилось, что она мёрзла вместо того, чтобы находиться в тепле. И в-третьих Каспиан гадал про себя, входят ли поцелуи до свадьбы в понятие “жуткое непотребство”? Он надеялся, что нет…

– Что будет дальше? – спросила Эйви, наблюдая за остановкой кареты с эмблемой полисмагии. – Когда мы окажемся на острове.

– Там разберёмся, – сказал Каспиан, пожимая плечами. – Главное, что у нас будут основания сесть на корабль. Проблемы нужно решать постепенно, рыбка моя. Здравствуйте, майор!

Сказав последнюю фразу гораздо громче всего остального, Каспиан шагнул навстречу спешившему к ним высокому худощавому мужчине.

– Рад новой встрече, – ответил тот, пожимая руку Уоллеса. – И… я так понимаю, передо мной новый консультант по магическим отравлениям? Миледи, наслышан. Я – майор Рэйчас Осов.

Эйвери улыбнулась и представилась в ответ.

– Граф Айверсон говорил о вас, – кивнул майор Осов. – Складывается впечатление, что он очень горд вашими успехами.

– Когда вы его видели? – Эйви подалась вперёд.

– Последний раз – около полутора недель назад, – ответил Осов.

Эйвери сникла.

– Что с документами? – поторопил майора Каспиан. – Вы их привезли?

– Разумеется, – Осов указал на карету и жестом пригласил следовать за собой: – Корабль ждёт. Команда готовилась к отплытию в самую рань, но мы задержали их. Дело только за нами. Сейчас быстро покончим с формальностями, и отправитесь.

Действительно, на подписание бумаг о новых назначениях ушло не больше четверти часа. И то могло выйти быстрее, но Каспиан на всякий случай прочёл всё. К финалу Эйвери вовсю шмыгала красным носом и то и дело переступала с ноги на ногу, крепко сжимая и разжимая руки.

– Вот так, – заключил майор Осов, сортируя документы. Большую часть он забрал себе, но кое-какие бумаги отдал Каспиану: – Сопроводительные листы и приказы о назначении. Передадите капитану Рону Галлаху – это начальник отдела по борьбе с магическими преступлениями на острове. Мужик он хороший, хоть и строгий. Удачи. Берегите красивого специалиста, капитан Вудс.

– Так точно, майор Осов, – кивнул Каспиан, даже не посмотрев на Эйвери. – До встречи.

– Всего доброго.

Они распрощались. Каспиан позвал Берта (которого также заставили подписать документы о неразглашении) и помог тому перенести багаж из кареты в ожидающий корабль. Увы, но самого кучера с каретой забрать с собой сразу не выходило. Паром отправлялся до острова лишь два раза в неделю. Потому Берт временно оставался на материке.

Уже у самого корабля Эйвери перегородила Касу дорогу и уточнила:

– Какими будут твои желания? Хочешь, искренне попрошу прощения за случившееся?

Кажется, до неё начала доходить опрометчивость поспешного согласия на его аферу.

– Ты имеешь в виду “маленькое недоразумение”? – уточнил Каспиан. – Не нужно. Лучше я придумаю, как тебе загладить эту вину передо мной. В пути как раз будет время.

Эйвери поджала губы, гордо отвернулась и снова пошла вперёд. И Каспиан всего на пару секунд пожалел ее. Хотел отменить игру в желания, но… глубоко вздохнул и сдавленно закашлялся от ужасного запаха.

Выругавшись, он мотнул головой и перестал жалеть невесту. Ее определенно стоило проучить за его страдания. Каким образом? Фантазия сразу начала подкидывать ему одну картинку за другой. В какой-то момент Эйви обернулась, посмотрела на его довольное лицо и напомнила холодно:

– Желания должны быть приличными, Уоллес.

– Вот и проверим, насколько совпадают наши с тобой взгляды о приличиях, – пожал плечами Кас. – Но, думаю, тебе понравится.

– Пф-ф! – фыркнула Эйви и, всплеснув руками, предпочла продолжить путь молча.

Каспиан лишь пожал плечами: всё равно она долго не выдержит без общения.

Эйвери Айверсон

Стоило ступить на корабль, как Эйвери замутило. Это был плохой знак, которому она очень постаралась не придавать значения. В её голове всплыли обрывки преследующих в последнее время кошмаров…

– Мисс Айверсон, полагаю? – Хриплый мужской голос отвлёк Эйви от переживаний и заставил сосредоточиться на высоком смуглом незнакомце. – Я – старпом на этом судне. Билл. А вы – капитан Вудс?

– Так точно. – Каспиан улыбнулся смуглому мужчине. – С нами мой кучер. Он поможет отнести вещи в трюм. Или… куда вы скажете.

– Пойдёмте, оставите всё в каюте, – рассмеялся Билл. – Там же можно пересидеть непогоду, если вдруг что.

Тут старпом посмотрел на Эйвери, и она поняла: оставаться в каюте предлагалось именно ей.

– А где сам капитан? – уточнил Каспиан, следуя за Биллом.

– Как только он узнал, что рейс задержится, отправился к докам. У него там брат работает. Скоро должен вернуться. Вы не волнуйтесь, капитан с братом больше получаса не могут находиться вместе – сразу ругаются. Так что вот-вот должен прийти.

Мужчины направились к каюте, а Эйвери осталась на палубе и, преодолевая непривычный страх, разрастающийся внутри, посмотрела на берег. Ей отчаянно хотелось вернуться туда. И оказаться как можно дальше от пристани. Вот только отец…

Эйви зажмурилась, уговаривая себя не бояться. Ей всего-то и требовалось побывать на острове, увидеть папу и… Тогда все страхи должны были испариться.

Открыв глаза, Эйви окинула берег испуганным взглядом. И… зацепилась за маяк. Он был полосатым, с пристройкой в виде небольшого домика, в котором горел свет. Но это всё Эвери уже рассмотрела раньше. Теперь её волновал новый объект на картинке – человек, закутанный в длинный тёмный плащ с капюшоном.

– Это Зейн.

От неожиданности Эйви вздрогнула.

– Простите, я не хотел напугать. – За спиной Эйви обнаружился тучный невысокий мужчина. – Заметил ваш интерес и решил подсказать. Зейн – это спятивший смотритель маяка. У него с головой очень плохо, только и может теперь, что выполнять однотипную работу. И из дома своего отходит обычно только в маяк. Даже странно, что сегодня вышел… Должно быть, вы и есть дочь графа Айверсона, а?

Эйви кивнула и бросила взгляд в сторону, туда, где скрылся Каспиан. Она даже собиралась отделаться от навязчивого нежданного собеседника, пока не услышала следующих его слов:

– Вы очень похожи, на Николаса.

– Знаете моего отца? – Она подалась ближе.

– Знаю, – рассмеялся незнакомец. Звук вышел громкий, каркающий, немного пугающий. – Много лет уже. Ещё с тех пор, как он здесь работал в молодости. Примерно в вашем возрасте как раз.

– Папа? Здесь? – Эйвери опешила.

– Было дело, – кивнул мужчина. – Он во время учёбы что-то страшное забодяжил, так что его могли даже отчислить. Но решили использовать талант по назначению, а не рубить на корню. Прислали к нам, сюда. Отличный вышел парень, хотя сначала выглядел жутким снобом. Всё повторял, что он Айверсон, а мы тут вроде как грязи под его ногтями не стоим. Помпти вправил Нику мозги.

– Мой папа забодяжил? И работал здесь?.. – Эйви с подозрением осмотрела незнакомца.

На первый взгляд он выглядел вполне обыкновенно. Как большинство работяг. Чуть выше самой Эйви, полный в области талии, с седой бородой, широкими бакенбардами, смуглой загоревшей кожей и прищуренными карими глазами, обрамлёнными сеткой мелких морщин. Выправка выдавала человека, причастного к военной службе. Или кого-то вроде того…

Эйвери уже успела понять, что не слишком хорошо разбирается в людях. И никак не могла определиться в своём отношении к незнакомцу. Лжёт он? Преувеличивает? Или говорит правду?

– Вы удивлены, – прозорливо заметил мужчина и, обняв полный живот руками, расхохотался. – Неужели считали Николаса примерным парнем? А? Так разве нормальный граф разрешил бы дочери учиться на зельевара? Не-ет, остров его тогда здорово потрепал и перевоспитал. Выбил из него эту вашу столичную дурь. Так что из напыщенного самовлюблённого гуся Николас стал здесь своим. Не верится, что вы не знали.

Эйви вдруг поняла, что стоит перед незнакомцев с приоткрытым ртом. Быстро сомкнув губы, она покачала головой, собираясь попросить странного мужчину оставить её в покое. Но её опередил Билл:

– Капитан, вы вернулись! Отлично. И пассажиры наши на борту.

“Капитан?!” – поразилась Эйви.

Словно прочтя её мысли, он кивнул, стукнул крепкой рукой по плечу и опять расхохотался:

– Удивил я кого-то сегодня! А? Вот такие дела! Вот такие дела…

Дальше его внимание привлекли Каспиан с Бертом. И капитан принялся уточнять, кто из них плывёт на остров.

Эйви поспешно отвернулась, чтобы никто не видел её шокированного лица.

– Посторонних просим покинуть корабль, – говорил капитан. – Время поджимает. К вечеру снова бурю обещают. Нехорошо это.

– Доброго пути, милорд, – пробормотал Берт, уходя.

– Не робей тут! – напутствовал его Каспиан. – Скоро увидимся, дружище. Капитан? Можно вас на два слова?

Мужчины отошли подальше, а Эйвери так и стояла, переваривая неожиданные новости о прошлом отца. Тогда же она заметила, что смотритель всё ещё стоит у маяка; даже, кажется, подошёл немного ближе к кораблю. С расстояния, разделяющего их, невозможно было сказать хоть что-то о его внешности или росте, тем более увидеть лицо Зейна. Но… отчего-то Эйви показалось, что он смотрит прямо на неё.

– Это Зейн там? – услышала Эйви старпома. – Надо же, как далеко от своей берлоги отошёл. Что это он?

– Может, потихоньку мозги на место встают? – предположил кто-то из матросов. – Хороший же мужик был когда-то.

– И то верно, – ответил старпом.

На время повисла тишина, а затем старпом тронул Эйви за плечо и посоветовал:

– Отправляйтесь-ка в каюту пока. Сейчас суету наведём, вам здесь делать нечего. А там отплывём – выходите. В море красиво. Проводить вас?

– Каспиан проводит, – ответила Эйви, посмотрев на жениха с вопросом: откажется или не станет ругаться прилюдно?

– Разумеется, – кивнул он. – Сюда, мисс Айверсон.

“Мисс Айверсон” – повторила она про себя. Теперь, когда Эйви числилась специалистом в штате, её больше не звали леди. Не имело значения, аристократка она по рождению или простолюдинка – лишь бы работала хорошо. Так же было с отцом. В столице к графу многие даже по работе обращались в соответствии с титулом, но, стоило ему уехать куда-то чуть дальше, как всё упрощалось до “мистера” или вовсе одного имени – Николас.

И вот теперь она сама стала “мисс Айверсон”. Благодаря Каспиану, Эйви получила первую в своей жизни работу. Мечта сбывалась очень странным образом. По воле судьбы это случилось там же, где когда-то впервые работал её отец. Если верить капитану, конечно…

Пока Эйви размышляла, Каспиан привёл её к каюте… и отправился назад. Сразу.

Ни слова не говоря.

Эйви раздосадованно смотрела ему вслед. Странно, но ей ужасно не хватало общения с ним. Даже теперь, когда он снова оказался жертвой ее зелья и сильно разозлился на это. А потом заставил включиться в игру с желаниями… Ещё пару недель назад она бы точно отказала ему, даже говорить бы не стала о подобном вопиющем предложении, а теперь… Теперь Эйви знала, что Каспиан ни за что не станет загадывать нечто вопиющее… А если и загадает, скажем, поцелуй, то она, так и быть, согласится. Потому что эти желания – дело чести.

И, если уж быть совсем честной, она считала, что первое желание сбудется именно в каюте корабля. Каспиан мог загадать поцелуй. А она могла бы сказать, что его манеры ужасны, но… так и быть. Вот только жених не стал пользоваться своим правом.

Он просто ушёл!

– Мерзкое зелье, – с грустью прошептала Эйви, обнимая себя за плечи. – Ну зачем я его приготовила? Зачем??

Ей так хотелось поделиться с Каспианом впечатлениями от увиденного в порту… Хотелось рассказать про слова капитана и спросить, стоит ли верить этому человеку? А еще рассказать о терзавших изнутри плохих предчувствиях, заставляющих дрожать всем телом. Кас бы непременно нашёл нужные слова, чтобы она успокоилась. Отшутился бы или отвлёк, назвав милой ромашкой или чем-то в том же духе…

Но он почти не говорил с ней с тех пор, как выхватил из рук зелье и осушил все до дна. А ведь к тому времени она уже передумала мстить!

– Напыщенный индюк, – повторила Эйви, как заклинание.

И прошлась по маленькой неуютной каюте, стены которой давили со всех сторон.

На самом деле помещение хоть и было крошечным, вполне устроило бы Эйви, будь оно на суше. А в море выходить оказалось ужасно страшно. Невыносимо страшно! Настолько, что Эйви прижалась спиной к двери, зажмурилась и принялась тихо считать до ста. Потом до тысячи. И дальше. Только вот страх не желал уходить…

Каспиан Уоллес-Вудс

Море успокаивало Каспиана, укачивало, расслабляло. Он стоял на правом борту корабля и задумчиво смотрел вдаль: туда, где небо смешивалось с водой, превращаясь в единое целое.

Это было… красиво? Нет. Не так. Завораживающе.

Раньше Каспиан не плавал на кораблях. Не случалось. Но судьба в виде миниатюрной девушки с саквояжем, полным склянок с опасным содержимым, распорядилась так, что теперь Кас плыл навстречу ветру и новым приключениям. И наслаждался каждым мгновением. Даже ужасный запах, стоящий в носу, уже не так беспокоил Уоллеса-Вудса. Ему было хорошо. И в голову пробрались шальные мысли о полном прощении одной взрывной особы.

Пока она не появилась на палубе.

Каспиан услышал, как к ней обратился один из матросов:

– Укачивает, что ли, мисс? Плохо, да?

Он обернулся. Эйви стояла боком к нему, так, что лица не разглядеть. Она что-то ответила матросу, кутаясь в плащ.

– Лучше вам вернуться в каюту, лечь и закрыть глаза. Тогда сразу станет легче. Говорю вам, это проверенное средство.

Эйвери снова тихо ответила и отвернулась.

Матрос покачал головой, но ушёл, больше не приставая к мисс.

А она прошла немного вперёд и остановилась, глядя куда-то перед собой. Шляпку Эйвери оставила в каюте, так что теперь ветер безжалостно трепал остатки её причёски.

Каспиан попытался отвернуться. И не смог.

Пошёл к ней.

– В чём дело? – спросил он, останавливаясь рядом с невозможной девушкой, заставившей его проехать половину королевства, а теперь плыть дальше по её же указке.

– Всё хорошо, – ответила она самым несчастным голосом на свете.

– Значит, мне не мешать тебе наслаждаться путешествием? – уточнил Каспиан, про себя подмечая и её необычайную бледность, и слёзы в глазах.

Она вздохнула, опустила голову.

Каспиан подумал, что ему следует уйти. Пусть гордячка молчит дальше, если ей настолько нравится бороться со слабостями в одиночку. Да, определенно стоило оставить ее.

– Эйвери, я повторю вопрос: мне уйти и не мешать тебе? – спросил он снова, так и не сделав ни шага в сторону.

– Нет, – последовал тихий ответ.

– Потому что? – подтолкнул её он.

– У меня, кажется, фобия, – сказала она, наконец посмотрев на него.

– Укачивает? Или что? – не понял Каспиан.

Она покачала головой:

– Мне ужасно страшно на этом корабле, – сказала совсем тихо. – Будто… Не могу объяснить.

– Предчувствия? – склонив голову, спросил он. – Думаешь, с нами что-то случится?

– Нет… я… – Она снова отвела взгляд, обняла себя за плечи и договорила задумчиво: – Это из-за кошмаров, думаю. Там тоже было море. И я погибала. Много раз.

Она глубоко вздохнула и зажмурилась.

Каспиан сам не понял, как подошёл ближе, притянул Эйвери к себе и обнял за плечи. Она уткнулась лицом ему в грудь. Затем обняла за талию.

Вздохнув, Каспиан натянул полы своего расстёгнутого плаща ей на спину. Ведь она вечно мёрзнет. И зачем только поехала так далеко на север, если совсем не выносит холод?

– Каспиан, что о нас подумают? – прошептала Эйви откуда-то из-под его плаща. При этом вцепилась рукой в рубашку на его спине.

– Что ты ко мне пристаёшь, чтобы скомпрометировать и выйти замуж, – ответил он устало. – Это – дело ясное, недорогая. Я слишком хорош, чтобы упускать такой лакомый кусочек.

Она тихо рассмеялась. Не начала выкручиваться, отталкивать его, уходить, ругаться. Нет. Потёрлась носом о его грудь, прижалась сильнее. И молчала ещё какое-то время, заставляя Каспиана гадать о своих мыслях.

– От моей причёски совсем ничего не осталось, да? – грустно выдала Эйви наконец.

Он осторожно погладил её золотые локоны, вздохнул и признал:

– Здесь воронье гнездо. Лучше бы ты сидела в каюте. Там нет ветра.

– Не смогла. В каюте душно, нечем дышать, – ответила Эйви.

– Прекрасно тебя понимаю, – хмыкнул Каспиан. – Знаешь, какой смрад вокруг меня?

– Я не хотела, – раздалось в ответ. – Злилась, делала зелье, но на самом деле я бы не стала давать его тебе. Правда.

– Потому что поняла наконец, какое счастье тебе прочат в мужья? – с наигранным смехом уточнил он.

Она тихонько фыркнула и затихла.

Каспиан улыбнулся. На этот раз он ей поверил. Безоговорочно. Глупо, наверное.

Они ещё немного помолчали, и Кас задумчиво признался:

– Не думал, что так быстро тебя прощу за отворотное зелье.

– А ты всё же простил? – удивилась она.

– Кажется. – Он погладил её по голове, прижался носом к растрёпанной макушке и грустно добавил: – Какая же вонь.

Рядом раздался грохот, к ногам Каспиана покатилось ведро с остатками воды. Следом подошёл матрос. Забрав ведро, он бегло глянул на парочку и поспешил уйти.

Эйви как раз выглянула из-под плаща, подняла голову на жениха и осуждающе проговорила:

– Теперь он всем скажет, что я плохо пахну. Решит, что ты обо мне говорил.

– Смирись, – усмехнулся Каспиан. – Это расплата тебя настигла.

– Меня настиг твой длинный язык, – буркнула Эйви, сверкнув голубыми глазами. Но тут же посмотрела в сторону моря, охнула и снова спрятала лицо у него на груди, скрываясь за плащом.

И разговоры кончились.

А ещё кончились сомнения Каспиана: он осознал, что не только простил Эйви за фокус с вонючим зельем, но и жениться не передумал. Слишком влекла его эта девушка, внутри которой томилось море страсти. Нелогичность, загадки, умение очаровать одной случайной улыбкой, любовь к приключениям и авантюрам, но в то же время хрупкость, нежность, незащищенность… Касу хотелось быть рядом, чтобы ловить случайный взгляд, слушать голос, вступать в перепалки, спасать и не давать в обиду. Никому! Было в Эйви нечто такое, что он забывал осматриваться по сторонам в поисках других женщин. Раньше такого никогда не случалось. Потому лорд Уоллес-Вудс собирался встретиться с пропавшим графом Айверсоном, попросить благословения и увезти невесту с собой, дабы жениться и начать как можно скорее разгадывать её с особым, жгучим энтузиазмом.

Эйвери Айверсон

Эйвери так и не увидела остров издали. Когда туман рассеялся, она всё ещё прятала лицо на груди Уоллеса. Несколько раз ей казалось, что приступ паники отступил, и она пыталась отойти от жениха, чтобы соблюсти хотя бы толику приличий, но… Стоило увидеть море за бортом, как ноги становились ватными, во рту сохло, а в животе неприятно ворочался съеденный перед отплытием завтрак… Страх накрывал с новой силой, и Эйви возвращалась в объятия Каспиана. Прикрыв глаза, она вдыхала чуть терпкий запах мужского парфюма и клялась, что сейчас наберётся сил, чтобы взять себя в руки.

Уоллес гладил её по спине и иногда переговаривался с проходящими мимо матросами.

Как ни странно, осуждения или насмешки в их голосе она не слышала. Лишь искреннее сочувствие, даже сопереживание.

– Неужели им здесь всё равно, что я прижимаюсь к тебе у всех на виду, как… Как… – Эйви попыталась найти вежливый синоним для девушки из борделя, но не смогла.

– Как любящая невеста, которая рада каждой минутке наедине с ненаглядным лучшим в мире женихом? – услышала она подсказку Уоллеса.

Эйви тихо вздохнула, но отдаляться не стала. Гордость хоть и пыталась вяло напомнить о себе, но прислушиваться к ней в новых обстоятельствах стало бы себе дороже.

– Им не всё равно, – уже более серьёзно сказал Каспиан, погладив её по голове, как маленькую. – Они думают, что у тебя морская болезнь, и сочувствуют. А про правила хорошего тона пока предпочли забыть. Как и мы. Вспомним о них на острове. Кстати, мы подплываем.

– Куда? – Эйви едва не мурлыкала от удовольствия, пока Уоллес гладил её затылок. Отчего-то это показалось ей безумно приятным и расслабляющим. Так что она даже не сразу поняла смысл сказанного женихом.

– К острову, Эйвери, – с явной усмешкой ответил Каспиан. – Пойдём, проведу тебя к каюте. Почему-то мне кажется, тебе будет неловко, если ожидающие на пристани люди увидят нас, стоящих в обнимку.

Эйвери согласилась с Каспианом.

До каюты она шла, опустив взгляд и держа его за руку. А добравшись туда, попросила жениха, чтобы он вместе с ней дождался, пока корабль причалит к берегу.

– Не хочу оставаться здесь одна, – сказала Эйви, хмуро глядя на пуговку плаща Каспиана. И добавила через силу: – Понимаю, как достала тебя и как жалко выгляжу сейчас, но…

– Выглядишь растрепанной, – перебил её Уоллес. – Потому предлагаю потратить время с умом. Где твоя шляпка? Не хочу прослыть на острове женихом, выбравшим невесту из жалости.

– Что? – Эйви схватилась за голову. – Всё так плохо?

– Ужаснее только аромат в моём носу, – кивнул Каспиан.

Эйви ахнула, нащупала заколки, удерживающие остатки причёски, и принялась спешно избавляться от них. Вскоре волосы упали тяжёлой золотой волной, рассыпавшись по плечам. Откинув голову, Эйвери собрала их в хвост и принялась быстро скручивать в тугой жгут, который завернула на затылке. Заколки снова пошли в ход. Затем Эйви нашла свою шляпку и закрепила её поверх простецкой причёски. Спустя несколько минут дело было сделано.

– Теперь вид приемлемый? – с надеждой спросила Эйви.

Только тогда она обратила внимание на странное выражение на лице Каспиана. И его взгляд… Эйви могла бы решить, что он залюбовался ею, если бы не знала жениха лучше.

– Так отлично, – передёрнув плечами, сказал Каспиан.

Ей показалось, что голос его слегка осип.

– Ты не простыл случайно? – забеспокоилась Эйвери. – Зря расстегнулся и набрасывал на меня свой плащ! Ветер здесь безжалостный. Я сама постоянно мёрзну и понимаю тебя как никто.

– Да уж, – сказал Каспиан, почесав в затылке, – ты точно понимаешь как никто. Ладно, давай-ка собираться. Не будем тянуть время напрасно, а, недорогая?

Криво усмехнувшись, он ринулся к их багажу.

Эйвери пожала плечами, подхватила свой саквояж и потянулась за чемоданом, когда Каспиан покрутил перед ней указательным пальцем:

– Девицам на выданье не положено носить тяжести, – сказал он. И добавил тут же: – Вот родишь троих наследников – тогда…

– Сколько? – Эйвери едва не уронила саквояж.

– Дети – это радость и счастье, – подхватывая очередной чемодан, проговорил Каспиан, – так что не будем скупиться. Чем больше – тем лучше.

– Не забывай, что каждую радость я должна вынашивать почти год, потом в муках рожать и восстанавливаться! – гневно напомнила Эйвери. – Так что счастьем будет уже то, что я соглашусь родить хотя бы одного наследника, Уоллес. И вообще…

– Слушаю тебя. – Он остановился на пороге каюты.

– Давай не будем здесь афишировать наши отношения? Я имею в виду помолвку. Прости, но мне не хотелось бы говорить всем и каждому, что мы – жених и невеста. Это не потому что я… Не потому, что собираюсь разорвать договор. Вовсе нет. Просто мне хочется, чтобы прежде всего во мне увидели независимого важного специалиста. Понимаешь? Пусть мы здесь ненадолго. Даже если на несколько дней – все равно! Это первая в моей жизни настоящая работа.

Каспиан прищурился, осмотрел её с головы до ног и ме-е-едленно вернулся от ног к лицу.

– Хорошо, – неожиданно согласился он. – Не будем афишировать.

– Спасибо, – с сомнением сказала Эйвери. Ей чудился подвох, но в чём именно он состоял, она уловить не могла.

Каспиан кивнул и попросил:

– Откройте мне дверь, мисс Айверсон? Будьте так любезны, если вашей независимости это не слишком претит. А то у меня, простого заезжего аристократа, руки заняты чемоданами и коробками.

– Да-да, – засуетилась Эйвери. – Минутку…

* * *

На берегу их встречали трое мужчин, среди которых особенно выделялся вышедший вперёд мистер Брайт. Негодяй, бросивший гостей на материке и пожелавший приятного возвращения в столицу, теперь улыбался и протягивал к Эйви руки:

– Миледи, как замечательно, что вы прибыли сюда! – сказал он так искренне, будто забыл, как поступил днём раньше.

– Мистер Брайт. – Она кивнула, сделав вид, что не заметила протянутых рук. – Мы с… Каспианом Вудсом прибыли на остров как специалисты. Не в качестве гостей.

Эйви обернулась. Каспиан широко улыбнулся встречающим и пожал ладонь бургомистра, неловко зависшую в воздухе.

– Хорошо, что вы нас встречаете, – заверил Уоллес-Вудс с самым благодушным видом. – Подскажите матросу, куда можно отнести наш багаж. Вы ведь на экипаже? Насколько понимаю, сначала мы отправимся в местную ратушу? Для инструктажа и подписания новых договоров.

– Именно, – кивнул бургомистр с плохо скрываемым неудовольствием. Посмотрев на Эйви, он сухо добавил: – Вы можете не верить мне, но я действительно рад вашему прибытию. Даже собирался отправлять за вами людей, чтобы уговорить помочь разобраться с бедой здесь, на острове. Очевидно, что я не просто так уехал. Обстоятельства вынудили меня принять экстренное решение. Собственно, мои слова могут подтвердить.

Он отступил в сторону и указал на сопровождающих его мужчин.

– Капитан Рональд Галлах, – сообщил бургомистр, указывая на медноволосого полисмага среднего роста, в несуразно сидящей на нём форме.

На совершенно не примечательном лице выделялся разве что взгляд: слишком тяжёлый, от такого хотелось спрятаться или начать каяться в том, чего даже не успел совершить.

– Он – начальник отдела по борьбе с магическими преступлениями. И именно ему для работы требуются страж и зельевар с опытом, – предупредил бургомистр.

Эйвери удивилась. По ее мнению, стоящий перед ними человек выглядел слишком посредственно и неказисто для озвученной должности. “Наверное, он всё время проводит на работе и о нём совершенно некому позаботиться”, – подумала она с легкой жалостью.

– Добро пожаловать, – проговорил тем временем капитан Галлах. – Жаль, нас свели не самые лучшие обстоятельства, но я надеюсь на продуктивное сотрудничество. Мисс Айверсон, мистер Вудс. Пройдемте к экипажам. Времени действительно мало. Я начну излагать суть дела по дороге. И, к слову, это – мистер Поуп Сайрус. Ассистент вашего отца.

Высокий сухощавый незнакомец с торчащими из-под головного убора черными кудрями учтиво поклонился. Одет он был в простецкий серый костюм и чёрный расстёгнутый плащ. Эйви встретилась с ним взглядом, и ей почудилось, что молодой человек чем-то сильно обеспокоен. А ей не очень-то и рад.

– Добро пожаловать, – бросил мистер Поуп, кивнул и рванул за капитаном Галлахом.

– Простите, – сказала Эйвери, демонстративно оставаясь на месте, – но сначала я бы хотела увидеться с отцом.

Следом повисла тяжёлая тишина. Капитан Галлах остановился, нахмурился и удивленно взглянул на бургомистра. Сам же мистер Брайт провёл ладонью по лицу и выдал как на духу:

– В том-то и дело, Эйвери… мисс Айверсон… Вашего отца так и не нашли. И это – одна из причин, по которой я сегодня же собирался отправлять за вами. Кажется, Николас действительно исчез.

– Как это? – не поняла Эйвери. – Что вы говорите?

– Она не знала? – с негодованием спросил капитан Галлах у бургомистра. – Вы не сообщили ей?

– Когда бы я успел? – нервно ответил тот. – Я сам прибыл лишь вчера и, как все здесь, питал надежды… Одним словом, простите. Мы ищем Николаса, на его поиски отправлено два отряда стражей.

– Разве остров настолько большой? – вмешался Каспиан, все это время стоящий рядом с невестой. – С моря кажется, что два отряда могут обойти его вдоль и поперёк за сутки.

– Это видимость, – сказал капитан Галлах. – Здесь три лесных массива, восточные болота, долина с озерами… На северо-западе протянулся горный хребет, а за ним – ещё два небольших островка, также относящиеся к Помпти. Это помимо города и окрестностей. К тому же первые дни мы ждали, что мистер Айверсон объявится сам. Искать его по-настоящему начали лишь вчера.

– Мой отец действительно пропал? – Каждое слово давалось Эйвери с трудом. Она никак не могла осознать услышанное.

– Его обязательно найдут! – заверил бургомистр, подавшись вперёд, к Эйви.

Она отшатнулась, взглянула на обманщика исподлобья, поджала начавшие подрагивать губы.

– Вы обещали подробности, – снова вмешался Каспиан, встав так, что Эйви частично оказалась за его правым плечом. – Поддерживаю идею о том, чтобы не терять времени. Отправляемся. Эйвери?

– Д-да.

Она кивнула и с благодарностью оперлась на предложенный локоть. Ноги с трудом держали сильную и независимую леди, а руки и вовсе откровенно подрагивали. Взгляд ей пришлось опустить, чтобы никто не заметил набежавших слёз, ведь специалисты по зельеварению не должны плакать…

Она не помнила, как оказалась в экипаже, куда сели также Каспиан и капитан Галлах, но, стоило каретам тронуться, как новый начальник начал говорить о деле, и Эйви пришлось сосредоточиться.

– Что вы знаете о Помпти? – спросил он.

– Практически ничего, – ответил Каспиан. – Бургомистр обрисовал кое-что в общих чертах, но в целом ничего существенного не сказал.

– Понимаю. – Капитан Галлах взглянул на Эйви и уточнил: – Мисс, вы в состоянии говорить сейчас?

Будь она дома, непременно сказала бы, что беседу стоит отложить. Потому что в голове плыл туман, в глазах все еще стелились слезы, а в животе то и дело змеей скручивался страх. Но здесь, в Помпти, Эйви должна была выглядеть сильнее, чем есть на самом деле. Иначе все усилия и весь путь оказались бы напрасны…

– Я слушаю. – Её голос не дрогнул, она могла гордиться собой.

– Уверены? Мы могли бы вернуться к разговору вечером, – очень спокойным тоном, без тени жалости или сочувствия проговорил капитан. – Дорога наверняка утомила вас. Или вы вовсе передумали оставаться здесь?

И Эйви поняла, что он уже сомневается в ней. Его холодный взгляд смотрел в самую душу, видя, кажется, все ее потаенные страхи…

В памяти Эйви возникла дорога и лес вокруг. И волчий вой – как приговор. Она ведь непременно погибла бы там! Отправилась в путь неподготовленной; сбежала из дома, возомнив, будто сможет самостоятельно добраться до самого таинственного места в королевстве. Все это было неправильным и могло привести к катастрофе. Так зачем же она продолжает рисковать?..

– А в столице запрещается использовать ментальную магию без разрешения, – услышала Эйви голос Каспиана. Он говорил будто издалека, голос казался приглушенным. – Но в Помпти, видимо, другие законы? Я бы ознакомился с ними для общего развития. Ну и для выживания здесь.

Удушливая волна страха схлынула с Эйви. Ей вдруг стало легче дышать, в глазах посветлело.

– Здесь действуют те же законы, – ответил Каспиану капитан и уточнил с самым невинным выражением лица: – С чего вы взяли, что это не так?

– Показалось, – сразу признал Уоллес-Вудс. – У меня есть несколько артефактов, которые странно себя ведут, если есть подозрение на стороннее вмешательство. Может, они уже устарели? Да и на мне самом, кажется, сказалась усталость после долгого пути. К слову, перед тем, как мы отправились сюда в качестве специалистов, я отправил послание в столицу. Отцу и еще нескольким доверенным лицам. Чтобы не переживали за нас с мисс Айверсон и знали, где нас найти. А Берт – это мой кучер – сегодня отправил еще несколько посланий, где рассказал о том, на чей корабль мы сели и кто нас обязался встретить.

– Очень предусмотрительно с вашей стороны, – кивнул капитан, стрельнув в Эйвери взглядом.

“Мерзавец! – подумала она с отвращением. – Решил ментально воздействовать на нас, чтобы отправить назад! Что ж, а как вам это?..”

И она, не сводя глаз с капитана, совершила маленький акт возмездия. Когда-то в академии их преподаватель по защите от магического воздействия долго и упорно рассказывал о способах предотвращения посягательств на юные умы, а потом сообщил о “дедовском” методе. “Если почувствовали чьё-то вмешательство, – говорил преподаватель, – то необходимо представить себя стоящими в пустоте, вспомнить худшие моменты жизни и выплеснуть наружу весь внутренний негатив. Пусть подавятся вашими мыслями и эмоциями. Мигрень после такого нарушителю обеспечена”.

Капитан Галлах побледнел и отвернулся от Эйви. Поправив воротник, он несколько секунд сосредоточенно смотрел в окно, затем снова вернул внимание своим новым знакомым.

– Итак? – широко улыбнулся Каспиан.

– Я готова и внимательно слушаю, капитан, – кивнула Эйви. – Что случилось на острове?

Рональд Галлах посмотрел на нее с нечитаемым выражением лица, затем на Каса, а потом совершенно неожиданно рассмеялся, превращаясь в милого невзрачного мужчину. И заговорил:

– А вы действительно интересные… специалисты. Что ж, слушайте.

Если Эйви поначалу и не была внимательна, то вскоре встряхнулась и полностью погрузилась в рассказ. А еще осознала: приехав на остров и согласившись на работу, они с Касом вляпались по самые макушки.