Глава 16. Переплетение намерений

Министр Яо с некоторой опаской поглядывал на свою влиятельную мать – старую мадам. Пожилая женщина задумчиво перебирала пальцами чётки из красного дерева, прикрыв глаза.

— Мама, твой сын виноват, - наконец, не выдержал Фудо, склонив голову.

Ему всегда было легче покорно признать свою неправоту, нежели и дальше терпеть тягостное молчание.

— В чём твоя вина? – поинтересовалась вдова, усмехнувшись.

— Я должен был лучше воспитывать дочерей.

На самом деле, министр практически не участвовал в воспитании всех своих детей. У него были дела поважнее. К тому же, за домом должна следить женщина, таковы традиционные порядки Льяна.

— Ах, оставь. Ты сделал всё, что мог, - утомлённо отмахнулась старая мадам, - на нашу семью пало неблагоприятное бремя… Несчастья повторяются с завидной регулярностью. Думаю, мы недостаточно истово молились богам.

Фудо Яо нахмурился:

— О чём идёт речь…?

— Распутство одной дочери пагубно повлияло на остальных, - старушка разочарованно качнула головой, - даже бедняжка Фейлан пострадала, что уж говорить о нашей прекрасной Хеань… Было бы правильно отправить девочку Юнь в дальний храм, где она отмолит грехи семьи.

Глава семьи чуть нахмурился. Он понимал, что это лишь отговорка, удобный повод избавиться от дочери наложницы Сан, дабы впредь глаза не мозолила. Министр и сам о подобном размышлял, но до сих пор не принял решение.

— Думаю, стоит немного повременить, - уклончиво ответил Фудо, - Юнь Яо ещё ребёнок, для неё будет сложно расстаться с семьей…

Не так давно Джену Сан плакала, убеждая его в том, что их маленький младший сын чрезвычайно сильно привязан к сестре Юнь. Только по этой причине министр ещё не выслал девушку.

— Она в любом случае вскоре станет частью семьи Му, - усмехнулась вдова. – Впрочем, если ты так решил… Поговорим о другом. Рука Фейлан заживает?

Фудо Яо молча кивнул. Он хорошо запомнил горькие слёзы наложницы Мин… К счастью, никаких претензий от Милосердной супруги не поступило и им пришлось лишь отправить щедрые дары в поместье племянника императора.

Шао Сенхан молча их принял, а значит, конфликт исчерпан.

— Это хорошо, - старая мадам задумчиво кивнула, - у Фейлан огромный потенциал.

— Была мысль… Отправить её в гарем второго принца Жожото, - признался Фудо Яо.

— Что за глупости? – нахмурилась вдова. – Этот отпрыск императора совершенно бесполезен!

— Просто размышления, - министр пошёл на попятную.

— Лучше размышляй о благе своей семьи, - отругала его мать, - не трать впустую драгоценную красоту дочерей.

Фудо Яо решил промолчать, прекрасно зная категоричный характер престарелой госпожи.

— Вскоре начнется фестиваль Красных Лодок… - припомнила почтенная мадам. – На нём точно будут присутствовать принцы. Это хороший шанс для Хеань заслужить расположение Его Высочества Муана.

— Мы уже начали переговоры о помолвке, - горделиво улыбнулся министр, - хоть в этом Охота принесла свои плоды…

— Прекрасно, - вдова милостиво кивнула, - с выгодным замужеством старшей дочери наша семья будет процветать вечно. Но, сын мой… Отправь на фестиваль и Фейлан.

— Но её рука… - нахмурился мужчина.

— Почти зажила, - небрежно хмыкнула властная госпожа Яо, - когда сёстры появляются вдвоём, это привлекает ещё больше внимания к нашему поместью.

***

Вот уже несколько дней в Бамбуковом дворе было неспокойно. Там проживала Джену Сан, наложница первого ранга и мать двух отпрысков Яо: девочки Юнь и мальчика Мато.

Мато Яо всего семь лет. Пухлощёкий мальчуган носил гордое звание второго мастера семьи. Помимо него был лишь один сын – старший Дзюн, любимое чадо главной жены.

Рождение ребёнка мужского пола возвысило положение Джену Сан. Она, наконец, смогла расслабиться, не переживая, что Инне Лин выживет её из поместья. Таким образом, маленький Мато стал её гордостью и был сполна окружен материнской любовью.

А вот Юнь приносила сплошные разочарования. Даже будучи матерью, Джену понимала, что дочь уступает остальным леди поместья. Отсутствие красоты – полбеды, но та не отличалась и большим умом.

Она даже не смогла избавиться от своей главной соперницы – Фейлан. Каким-то образом угодила в собственную ловушку… Сердце наложницы Сан кровью обливалось от осознания того, что Юнь придётся стать частью бесполезной семьи Му. После такого громкого скандала разве не будет тот пьяница издеваться над юной невестой? Эта свадьба принесет одни мучения…

— Я не хочу, мама! Моим мужем должен быть пятый принц! – яростно кричала Юнь.

Её личико распухло от постоянных слёз. Джену Сан молча покачала головой, чувствуя лишь беспомощность.

— Я ведь говорила тебе: бессмысленно мечтать о сыне императора. Он никогда не женится на незаконной дочери.

— Пускай я стану его наложницей… Это всё равно лучше, чем оказаться в гареме развратника Му!

— Не ты решаешь свою судьбу, - сухо оборонила Джену Сан.

Она устала спорить с собственной дочерью и думала лишь о том, как порадовать малыша Мато, который временами становился слишком капризным.

— Я их ненавижу… Я так их всех ненавижу! – выпалила Юнь, до крови прокусив нижнюю губу.

Её ярость явственно была направлена в сторону старших сестёр. Наложница Сан коротко вздохнула:

— Ненависть вредит твоему душевному здоровью. Постарайся успокоиться, родная. Ты ничего не можешь сделать с этими двумя. Вторая леди и дочь Мин… Их отправят на фестиваль Красных Лодок. Господин Яо возлагает на них большие надежды.

Джену Сан не испытывала радости по этому поводу, но ничего не могла поделать. Долгая жизнь в поместье приучила её к редкому терпению.

— А как же я? – вспыхнула Юнь. – Я тоже хочу!

— Тебе запрещено покидать двор, - строго напомнила наложница, - мне с трудом удалось уговорить твоего отца отменить наказание.

— На празднике… На празднике будет пятый принц, - лихорадочно прошептала Юнь. – Я должна там быть… Любыми способами уговорить его!

В тот момент раздражение и разочарование её матери достигли своего предела.

— Делай, как пожелаешь, - холодно бросила она, - но не вмешивай в это меня и твоего младшего брата. Не жди поддержки в случае провала.

Оставив последнее предупреждение в разуме дочери, Джену Сан удалилась.

— Ну и пожалуйста… - презрительно фыркнула Юнь. – Сама справлюсь!

***

Айне Мин аккуратно нанесла новый слой драгоценной мази на заживающую рану дочери. С того самого дня Императорской Охоты прошло около двух недель. Однако, женщина до сих пор просыпалась ночами от кошмаров, в которых ей сообщали о кончине единственного ребёнка…

Тот факт, что несчастная Фейлан пострадала от случайной стрелы, вгонял мадам Мин в сильнейшую панику. Казалось: сами боги отвернулись от них, раз позволили этому случиться.

— Мам, твои руки дрожат, - тихо проговорила Фей.

— Прости, милая… - Айне вымученно улыбнулась. – Я представила, насколько тебе было больно…

— Не переживай, мам. Совсем не больно, правда, - Фейлан лгала, но делала это убедительно.

Мадам Мин упала в обморок, когда ей донесли о ранении на Охоте. В дальнейшем третьей леди пришлось приложить все усилия, чтобы тревога женщины хоть отчасти ослабла. Рурика выведала рецепты успокаивающих отваров, но даже они помогали недостаточно хорошо.

Фей винила себя за то, что заставила волноваться эту хрупкую женщину. Но увы – скрыть произошедшее не представлялось возможным.

— К счастью, мадам вдова отправила к нам хороших врачей… - всхлипнула Айне Мин. – Но как… Как мог твой отец одарить Шао Сенхана! Ведь по его вине ты…

— Мама, тот человек не виноват в моём ранении, - тихо, но твёрдо увещевала Фейлан, - к тому же, родственники императора являются слишком серьезными противниками. Папа не хочет навлечь беду на всю семью.

Ей до трясучки неприятно оправдывать гнилые действия этого человека, но приходится. Лишь бы подобные слова успокоили бесконечную материнскую тревогу…

— Он много чего не хочет, - горько рассмеялась наложница Мин, - не желает думать о твоём благополучии. Посмел прислать… Прислать слугу с приглашением на фестиваль Красных Лодок!

Девушка едва заметно нахмурилась. Праздник, о котором шла речь… Затрагивал весь Северный Льян. Родовитые семьи наряжали незамужних дочерей и сыновей, отправляя молодёжь веселиться на фестиваль, символизирующий чувство первой любви.

На нём соприкасались сердца, а после него – часто устраивали официальные помолвки. Когда-то Теана Яо искренне мечтала посетить праздник Красных Лодок с Чжоу, зажечь бумажный фонарь их пылающих чувств и пустить его по реке, следя за отдаляющимся огоньком.

Глупые желания никчёмной девушки… Однажды ей довелось посетить мероприятия с младшей сестрёнкой. И там Теана опозорилась на всю столицу.

«Хватит» - она обрывает собственные болезненные воспоминания, возвращая осколки былой концентрации.

— Фестиваль, это ведь хорошо… Раньше меня не приглашали, - застенчиво проронила Фей.

Болезненная и слабая третья леди избегала любых мероприятий, скромно отсиживаясь дома. Но на сей раз министр и старая мадам не дадут ей возможности пропустить это событие.

— Твоя рана до сих пор не зажила полностью, - отрезала Айне Мин, - я поговорю с господином… Ты никуда не поедешь.

Фейлан сдержала нервный вздох, глядя на маму. Едва ли наложница понимала глубину амбиций Фудо Яо. Если он решил кого-то использовать для собственного благополучия – так тому и быть.

— Ну пожалуйста, мамочка, - нежно попросила Фей, подкрепляя свои слова трогательной улыбкой, - я ведь ни разу не была на фестивале… Обещаю, что на этот раз вернусь в целости и сохранности.

— Я буду сопровождать и оберегать леди, - решительно заявила Рурика.

Мадам Мин поколебалась, явно не зная, какое решение принять. На одной чаше весов безопасность, но на другой… Счастье дочери.

— Хорошо, - с некоторым трудом согласилась женщина, закрывая баночку с мазью, - но, малышка… Прошу тебя, будь осторожна. В этом мире слишком много злых людей.

Фейлан кивнула, на мгновения утопая в надёжных материнских объятиях. Интересно, её матушка из прошлой жизни была такой же доброй и заботливой? Она почти не помнила. Бывшая жена Фудо Яо… О ней сохранилось преступно мало информации. Семья Дзин ныне уничтожена, так что не у кого вызнать подробности.

Фей оставалось лишь радоваться безусловной любви мадам Мин. Неудивительно, что слабую дочь наложницы в этом бренном мире держали лишь крепкие чувства матери.

И, по-хорошему, не стоило бы идти на праздник Красных Лодок. Мысленно Фейлан соглашалась с тем, что намного безопаснее найти отговорку и остаться дома. Но у её уговоров было несколько причин.

Во-первых, опасно оставлять Хеань без присмотра. Она подобна хищному зверю, который может повторить нападение в любой момент. Во-вторых… Фей усмехнулась, вернувшись в свою комнату. Девушка задумчива тронула пальцем маленькую бумажную лодочку, которую некто оставил на её тумбочке. Алый цвет намекал на очевидное – Фейлан ожидают на фестивале.

Дело принимало интересный оборот.

***

— Муан Сенхан должен пригласить тебя на свою лодку, - умиротворенный голос матери ожесточённо впивался в сознание Хеань, - вы уже достаточно сблизились на Охоте. Дело за малым – подвести его к необходимости помолвки.

Инне Лин была совершенно довольна собственной дочерью. Раннее у неё появлялись некоторые сомнения насчёт разумности Хеань, но сейчас все они развеялись. Вторая леди Яо станет женой принца и этим непременно осчастливит родителей.

Если бы мадам Лин знала, какие мрачные мысли одолевают юную девушку… Хеань плавала в густой ненависти. Она думала, что всё в жизни будет складываться в её пользу, но реальность оказалась совсем иной.

Родные толкали её в объятия нелюбимого человека. На самом деле, после Охоты вторая леди лишь укрепилась во мнении, что Муан ей совершенно не подходит. Такой надменный, холодный мужчина… Полная противоположность пятому принцу.

Взойти на красную лодку во время фестиваля – означало прилюдно высказать привязанность. И, разумеется, Хеань сделает всё, чтобы помолвка с третьим принцем не состоялась.

Она думала о том, что украдкой может встретиться с Чжоу на шумном празднике…

«Если я предложу ему тайно обвенчаться, он согласится? Мы скрепим себя узами, а родители потом будут вынуждены признать брак состоявшимся…» - эта идея чрезвычайно сильно понравилась девушке.

Честно говоря, она и не думала о возможных последствиях. Хеань ставила свои чувства и желания выше всего остального. Поэтому, вслух леди кротко проронила:

— Конечно, матушка.

Однако, мысленно она уже размышляла, как именно сбежит от своей младшей сестры на фестивале.

День Красных Лодок неумолимо приближался, покуда жители поместья были заняты будничными хлопотами. Старая мадам, как всегда, позвала к себе «любимых» внучек и щедро их одарила, наказав «вести себя благопристойно».

Фейлан ласково улыбнулась, а вот Хеань немного смутилась. Её действия, вероятно, бросят тень на всю семью Яо… Червячок сомнений проник в сознание и не оставлял девушку, покуда они выбирали новые ткани для праздничных нарядов.

После этого две сестры вышли прогуляться в розарий. Несмотря на отсутствие родственной близости, им обеим приходилось делать вид, что всё в порядке. Фейлан неожиданно обернулась и тихо спросила:

— Сестра Хеань, ты правда готовишься к браку с третьим принцем?

Этот вопрос без ножа резал самолюбие гордой старшей сестры. Дочь Лин прищурила ясные очи и холодно процедила:

— Отец будет рад нашей помолвке.

Нейтральный, правильный ответ, не передающий и доли истинных эмоций Хеань. Откровенничать с этой дурочкой она в любом случае не собиралась.

— Правда? – Фейлан будто бы растерялась. – А я до конца в это не верила…

— Почему? – подозрительно нахмурилась вторая леди.

— Мне всегда казалось… Ох, немного грубо прозвучит, - Фей покраснела и на секунду огляделась, понизив голос, - в общем, мне казалось, что вы с Чжоу Сенханом – такая прекрасная пара… Я надеялась, что именно он станет твоим мужем.

Алый румянец опалил щёки Хеань. Наверное, в тот миг она и задушила червячка сомнений собственными руками.