Глава 22. Красавица с Запада

— Стерва! Потаскуха! – Инне Лин разбила статуэтку из маленьких перламутровых ракушек. Все они рассыпались по полу, усыпав его осколками.

Служанки мгновенно преклонили колени, дрожа от разъяренного вида госпожи.

— Что вы натворили? – холодно процедила сквозь зубы женщина. – Каждая получит по пятнадцать ударов плетьми.

Инне Лин необходимо найти выход для собственной ярости. Самый простой способ: разрушить нечто ценное и сбросить вину на подневольных слуг. Никто не посмеет оспорить приказ главной жены и Инне не волновало то, что пятнадцать ударов – невероятно болезненная процедура. Некоторые девушки, возможно, не смогут её пережить.

Но мир жесток и сильный имеет полное право издеваться над слабыми. Эти служанки – собственность мадам Лин. Можно ломать вещи, а можно ломать людей. Главное: обставить всё должным образом.

Нянька Маута негромко вздохнула. Она воспитывала Инне в поместье её отца и позже стала частью приданого, последовав за госпожой к министру Яо. Потому старушка знала, как успокоить женские срывы.

— Мадам, вы слишком сильно нервничаете, это вредит вашему здоровью. У мужчин всегда было много наложниц. Даже у таких достойных, как ваш муж… Вспомните: сколько женщин попали во внутренний двор Яо за долгие годы? Разве хоть одна смогла поколебать вашу позицию? Да, они молоды и прекрасны. У некоторых даже был краткий миг триумфа, но что с того? Конец для всех одинаков: забвение и безымянная могила.

Маута не врала. С точки зрения мужчин Льяна, Фудо Яо не занимался бесконтрольным прелюбодеянием. Он редко принимал наложниц, да и те слишком быстро выходили из фавора. В последние годы он и вовсе навещал либо жену, либо Джену Сан.

— Если бы она была обычной маленькой служанкой с красивым личиком, я бы не переживала, - холодно фыркнула Инне Лин, падая в золочёное кресло. – Прыгнула в постель к моему мужу? Ну ничего, за мной последнее слово в её жалкой жизни. Но эта… Она другая.

Маута чуть нахмурилась. Большинство наложниц – женщины из бедных семей, которые никак не могли себе помочь и вынуждены молча проглатывать обиды и унижения. Но были и иные.

Джену Сан родилась в семье богатых купцов. Она не относилась к аристократии, но имела достаточно денег для того, чтобы подкупить слуг в поместье и обеспечить себе надёжное место.  Ещё есть Айне Мин, младшая дочь известного клана, благородная сестра Милосердной супруги.

Этих женщин связывало одно: Инне Лин не могла их открыто устранить. Смерть безродной наложницы легко выдать за несчастный случай и позабыть, однако гибель родовитых дам… Повлечет за собой серьёзное расследование.

— Разве эта женщина не иностранная танцовщица? – с сомнением протянула нянька. – За нею нет никакой силы. Она лишь немногим лучше обычной служанки…

— Каори Ио не столь проста, - криво усмехнулась Инне Лин, - эту бесовку привезли из Западного Тайлуна. Воспитанница Театра Ветров, при том её семья когда-то принадлежала к дворянству.

Маута мало что слышала о Театре Ветров. То немногое, что о нём говорили, умещалось в слова: «Там взращивают легчайших бабочек, самых чарующих прелестниц всего мира». Грубо говоря, этот Театр являлся местом элитных развлечений. Гниль и порок…

— Но проблема даже не в этом, - мрачно продолжила мадам Лин, - наложница Ио – дар от Донга Фа, заместителя министра юстиций.

Нянька разинула рот, окончательно растерявшись. Как она могла не знать упомянутого человека? Донг Фа... Ходили слухи, что в ближайший год он займет центральную должность министерства. Фудо Яо особенно ценил дружбу с ним, предвосхищая завидный карьерный рост.

Но и это ещё не все. Донг Фа принадлежал к великому клану Льяна. Его отец – прославленный генерал, родная сестра была супругой императора, а племянник – третий принц Муан.

— Госпожа… - прохрипела Маута, прикусив язык.

— Теперь ты в отчаянии? Я тоже, - Инне Лин вцепилась пальцами в обивку кресла, - обидеть Донга Фа, значит разрушить брак моей дочери… А эта танцовщица остаётся даром от него.

Нянька опустила взгляд. Если с Каори Ио случится что-то плохое, это эквивалентно удару по лицу клана Фа. Ведь все видные чиновники столицы видели прекрасную наложницу, врученную Фудо Яо в знак дружбы.

— Н… Не печальтесь, - решительно выдохнула Маута. – Кто сказал, что у неё получится заполучить сердце господина? Пока решается брак второй леди, мы ничего не можем сделать с чужачкой. Пускай поживет пару лет в поместье, а потом мы найдем на неё управу, госпожа. Есть особые методы, при которых сам министр Яо предпочтет скрыть презренную наложницу…

Инне Лин слабо улыбнулась. Она хорошо знала свою няню и понимала, на что та намекает. Если подставить легкомысленную дрянь, создав видимость её измены с кем-либо… Фудо Яо будет глубоко уязвлен. Какой мужчина способен пережить такой удар по гордости? В конечном счете он не только прекратит посещать соблазнительницу, но и отошлёт её прочь из поместья. А уж там подстроить «несчастный случай» куда проще.

Но с этим планом нельзя спешить. Пока Хеань не вышла замуж за третьего принца, им опасно провоцировать новые скандалы… Муан Сенхан и без того не слишком доволен поведением старшей леди Яо. У мадам Лин болела голова, когда она вспоминала происшествие на празднике Красных Лодок… Впрочем, у неё были и другие причины для головной боли.

— Он даже не спросил у меня разрешения, прежде чем привести в поместье эту потаскуху, - прошептала женщина. – Кем он меня считает…?

Маута прикрыла глаза, избегая острого взгляда Инне Лин. Очевидно, что министр был ею недоволен. По правилам приличия, мужчина должен попросить разрешения у супруги, когда в дом входит наложница. Именно главная жена снисходительно принимает новую женщину во внутренний двор, показывая тем самым всю свою добросердечность. Таким образом достигается особая гармония: муж полон сил, тешась в объятиях наложниц, а госпожа поместья справедливо управляет денежными потоками большого дома, воспитывая при этом детей.

Раньше Фудо Яо всегда уведомлял Инне о подобных делах, но на сей раз всё вышло иначе… Привести любовницу в поместье без спроса жены - серьёзный акт равнодушия. Для слуг это обозначает ослабление власти госпожи.

Очевидно, что министр «наказывал» её таким способом.

— В этот раз вам придётся склонить голову, - увещевала нянька, - чем вы мягче и скромнее, тем раньше он опомнится. Мужской гнев недолговечен, а на смену ему обязательно придёт стыд. Вы ведь вырастили двух его детей. Дзюн умён, а Хеань прекрасна. Всё наладится, когда вторая леди станет официальной женой принца… Тогда господин не сможет вас игнорировать.

— Да… Конечно, я понимаю. Как только моя дочь возвысится над другими, ситуация изменится. – усмехнулась мадам Лин. – Но стоит ли мне написать Дзюну обо всем…?

Маута невольно поежилась. Старший сын Яо проходил обучение в префектуре Цайго и являлся помощником одного из видных цензоров. Вот уже несколько лет Дзюн не возвращался в поместье, даже письма от него приходили весьма редко.

Старуха подозревала, что наследник семьи занят чем-то очень важным. Иногда весточки от него поступали лишь раз в полгода, намекая на непростую работу.

— Нет, не стоит, - Инне Лин ответила на собственный вопрос, улыбнувшись, - мой сын сейчас трудится на благо семьи. Полагаю, с такой тривиальной проблемой я разберусь сама. Если уж Каори Ио будет жить, мне следует о ней позаботиться должным образом. Ты же понимаешь, няня?

Маута кивнула, скрывая ледяной блеск во взгляде.

***

Фейлан познакомилась с новой наложницей отца спустя неделю её пребывания в поместье. О танцовщице Ио сплетничали все слуги, но Фей не могла с ней встретиться без уважительных причин.

К счастью, Каори пришла сама, когда зацвели яблони вблизи Лазурного двора. Она неспешно прогуливалась вдоль резного забора и, конечно, для Фейлан было бы совсем невежливо проигнорировать любимую наложницу министра.

И едва увидев её, девушка поняла, отчего Фудо Яо так увлечен. Каори Ио была очаровательной. Длинные янтарные волосы, подобные солнечным нитям, спускались ниже пояса. Их тёплый оттенок – дань Западного Тайлуна, великого королевства по соседству. В томных бирюзовых глазах наложницы Ио рождались морские жемчужины. Ей было чуть больше двадцати лет, молодая и крайне соблазнительная женщина, чья танцующая походка приковывала взгляды.

Каори знала о своей красоте и излучала особую уверенность. При этом она не казалась вульгарной, просто искренней и яркой.

«Госпожа Лин, должно быть, в ярости» - подумала Фейлан, мягко улыбнувшись наложнице.

Такая любовница представляла опасность для любой законной жены. Фей знала, потому как в гареме кронпринца Лонга находилось множество красавиц. И самыми беспощадными являлись подобные Каори: естественно очаровательные, скрывающие свой живой ум за блеском холодных глаз.

— О, светлого вам дня! – певучий голос мадам Ио нёс лёгкий оттенок западного акцента. – Полагаю, что мне повезло увидеть… Четвёртую леди?

— Увы, нет, - Фей игриво качнула головой, - моя четвёртая сестра сейчас в монастыре.

— Да? – казалось, Каори удивилась. – Тогда, видимо, третья леди Фейлан…?

— Верно.

Их встреча произошла будто бы случайно, но Фей не верила в совпадения. Чего именно хочет добиться западная красавица?

— Ах… Похоже, у меня голову напекло, - женщина покачнулась, опершись рукой на ствол дерева.

— Солнце сейчас очень коварно… Рурика! Рурика, иди сюда. Нужно проводить нашу гостью в помещение, - Фейлан уловила намёк наложницы Ио и решила ей подыграть.

Рурика выбежала из дома, отложив в сторону метёлку. Горничная восторженно посмотрела на танцовщицу, прежде чем помочь ей войти. Фей также проследовала в Лазурный двор и лично предложила воды утомлённой Каори.

— Боюсь, мне придётся вас побеспокоить… - с несчастным видом вздохнула женщина. – Голова так сильно болит, просто раскалывается. Не могли бы вы поделиться со мной лекарствами?

— Разве не легче позвать врача? – удивлённо пробормотала Рурика, однако, Фейлан прервала её неторопливым жестом.

— Сходи, принеси аптечку… Пожалуй, лучше взять лекарства из запасов моей матери. Они куда эффективней.

Служанка кивнула и выбежала из комнаты, оставив двух женщин. Стоило Рурике уйти, как Каори сняла со лба платок, вымоченный в ледяной воде. Она танцующими шагами приблизилась к небольшому шкафчику, из которого горничная раннее пыталась достать аптечку Фейлан.

Мадам Ио начала рыться в лекарствах на глазах у спокойной Фей.

— Ха-а… Как я и думала, - иностранка вдохнула аромат нескольких флакончиков и отставила их в сторону. – Уничтожьте их и закопайте в землю осколки, юная леди.

— Так и сделаю, - мягко согласилась Фейлан.

Она не доверяла лекарствам, которые прошли через хозяйство главной жены и использовала лишь те, что получены из рук старой мадам. Каори улыбнулась и отошла от шкафа, смирно возвращаясь на место. Наложница снова закатила глаза, будто головная боль одолела её с новой силой.

— М-моя леди… Вот аптечка! – запыхавшаяся Рурика вбежала в комнату. – Я не знала, какие лекарства брать, поэтому принесла всё…

Фейлан ободряюще кивнула. Прямо сейчас мадам Мин пошла прислуживать вдовствующей госпоже, потому лекарства можно вернуть обратно без её ведома.

— Попроси кухню сделать холодный чай с лимоном для наложницы Ио, - уверенно приказала Фей, - я сама позабочусь о её благополучии.

— Но так не положено… - нахмурилась Рурика.

— Делай, как я велю.

Горничная нервно оглянулась на притихшую красавицу Каори и со вздохом отправилась исполнять поручение. Танцовщица кокетливо подмигнула Фейлан, после чего подобралась к новым лекарствам. Она деловито проверяла баночки с порошками и откладывала некоторые в сторону.

— Как славно и предсказуемо… - нежно протянула Каори. – Главная жена позаботилась о том, чтобы у наложниц больше не было детей. Эти ядовитые примеси вызывают ухудшение самочувствия.

— Она продолжает травить мою мать по сей день? – хрипло произнесла Фей, стискивая зубы.

Кое о чем она давно догадалась, но коварство Инне Лин было бездонным…

— При малой дозе порошок почти безвреден, - спокойно пояснила Каори, - вызывает лишь слабость и лёгкое головокружение. Но организм постепенно привыкает к его вкусу. Таким образом, если в определённый момент увеличить дозу… Человек не почувствует изменений. Дальше начнётся продолжительная болезнь, а потом – смерть. Яд быстро выводится из тела, не оставляя и следа.

Фейлан холодно усмехнулась. Инне Лин подготавливала почву для убийства. Если мадам Мин начнет доставлять «неудобства», от неё легко можно будет избавиться.

— Полагаю, третья леди родилась такой слабой из-за того, что лекарства влияли на организм во время беременности, - проговорила Каори, вставая с места.

— Я могу чем-то отплатить мадам Ио за помощь? – проницательно спросила Фей.

— Ожидайте представления, - улыбнулась Каори, - после представления наступит возможность.

Танцовщица покинула Лазурный двор, так и не дождавшись своего чая. Фейлан молча усмехнулась, покачав головой. Итак, Шао Сенхан вручил ей особый подарок через отца. Совпадение ли то, что красавицу так внезапно прислал именно Донг Фа?

Разумеется, нет. Ведь дочь наложницы не верит в совпадения.

***

Через несколько дней в поместье устроили небольшой праздник. Прелестная Каори официально стала новой родовитой любовницей господина и Фудо Яо (посоветовавшись со старой мадам) разрешил собрать скромный банкет в её честь.

Для простой наложницы это считалось большой милостью. Теперь даже главная жена должна была высказывать Каори некоторое уважение. Проблема заключалась в том, что министр проводил в Терракотовом дворе Ио слишком много времени. Казалось, он был полностью поглощен новой диковинкой и лишь экзотичная красавица способна утолить все желания мужчины.

Но грядущий банкет мог изменить многое…  Ведь самые жестокие преступления подчас творятся у всех на виду.