Глава 27. Несчастья поместья Лин

— Папа, выпусти меня! Эти старые служанки не знают своего места, они… Они надо мной издеваются! – вскричала Хеань, как только отец пересёк порог её разрушенной комнаты.

Министр потёр переносицу, не в силах скрыть своего разочарования. Его продвижение по службе было затруднено из-за произошедшего скандала. Шутка ли – оскорбить любимого сына императора? Фудо Яо временно отстранили от обязанностей с формулировкой:

«Разберись с проблемами своей семьи и только потом возвращайся к проблемам народа».

Это даже звучало оскорбительно, словно министр не способен справиться с женой и детьми! Но, по сути, именно так это и выглядело в глазах окружающих… Политические конкуренты могли праздновать победу. Несчастье за несчастьем сотрясали поместье Яо и падали на голову лорда.

— Хеань, - холодно процедил мужчина. – Ты навлекла позор на всю нашу семью.

— Ч… Что?! Ты поверил ей? Поверил Фейлан, а не мне? – мгновенно разъярилась вторая леди. – Как ты мог, папа…!

— Раньше мне казалось, что мать хорошо тебя воспитала, - покачал головой министр, - теперь же я вижу истину. Ты неуправляема и капризна.

Хеань пристыженно прикусила язык. На самом деле, она всегда была такой, просто мама учила её сдержанности и грациозности. Но чем меньше контроля Инне Лин, тем безрассуднее её любимая дочь.

— Третий принц не женится на тебе. Надеюсь, ты довольна, - скривился Фудо Яо.

Глаза девушки просветлели, но ненадолго…

— Ты станешь женой четвёртого принца, Андо Сенхана. Мы уже перешли к брачным договорённостям, скоро объявят благоприятную дату свадьбы.

На секунду Хеань не поверила услышанному. Решила, что отец её просто припугнул, но…

— Я должна выйти за… Сына чужестранки? – выпалила вторая леди, резко мотнув головой.

— Не смей оскорблять Мудрую супругу! – закричал Фудо Яо. – Это твоей последний шанс, Хеань. Последний, или ты перестанешь быть моей дочерью!

— Но почему он?! – болезненно взмолилась девушка. – Почему не пятый принц? Он… Он ведь…

— Ты думаешь, что супруга Чжень согласится принять невестку, отвергнутую принцем Муаном? Как же ты наивна, - презрительно усмехнулся министр и ушёл, не говоря больше ни слова.

Напоследок он отдал приказ служанкам: пусть вторая леди впредь соблюдает аскетичный образ жизни. Никакой роскоши и слишком сытной пищи до свадьбы… Но в тот момент его слова не волновали Хеань. Она думала о другом.

Неужели… Неужели ей в самом деле не удастся быть с возлюбленным Чжоу?

«Нет-нет… Речь шла только о непринятии со стороны супруги. Я всё ещё могу стать наложницей, да… Наложницей. Конечно, это намного хуже, чем законная жена, но есть возможность постепенно устранить всех соперниц и тогда…»

Хеань всхлипнула, упав на колени. Чёртовы служанки не выпустят её из поместья! Все были против неё.

Девушка провела в размышлениях несколько дней. За это время вторая леди получала лишь пресную еду и бесконечные писания о женских добродетелях, которые ей приходилось копировать от руки, пока глаза не начинали болеть.

Обычно, таким образом наказывали презренных детей наложниц, но теперь именно Хеань столкнулась с вопиющей несправедливостью. О, как сильно она ненавидела отца и бабушку…

Девушка яростно молила богов о заступничестве, и на четвёртые сутки случилось чудо. В тёмные покои обессиленной леди проник посторонний.

— Так ты готова на всё? – плавно вопрошал глубокий мужской голос. – Хочешь, чтобы Его Высочество Чжоу был твоим?

— Да, - глаза Хеань покраснели. – Помогите мне, прошу!

— Поговорим о плате за помощь. Как только ты добудешь эту вещь, пятый принц останется с тобой…

***

В поместье Лин было не так-то просто попасть. Фейлан казалось, что в нынешнее время две влиятельные семьи не особо поддерживают друг друга, потому она немного удивилась, когда отец всё же приказал ей поехать с ним к «любимому дедушке».

Как выяснилось позднее: Фудо Яо планировал эту поездку заранее, но именно просьба Хеань побудила его захватить с собой дочерей.

— Папочка, я смогу уговорить дедушку не злиться! – мило улыбалась вторая леди, вернувшись к былому смирению. – Расскажу ему про свадьбу, он точно обрадуется…

Поразмыслив, министр счёл её просьбу удовлетворительной, но будет слишком подозрительно, если поедет лишь одна внучка. Дети наложниц росли под патронажем главной жены и, таким образом, старик Лин номинально был почитаемым старейшиной и для Фейлан. Будет правильно, если она составит компанию Хеань.

Фей не противилась отцовскому наказу и скрупулёзно готовилась к новой встрече с семьей Лин. Девушка прекрасно понимала: ничего хорошего от них ждать не стоит. Потому как господин Яо явно собрался дать объяснения насчёт ситуации с главной женой…

«Полагаю, всё должно закончиться громким скандалом?» - мысленно фыркнула Фейлан, обращая пристальное внимание на присмиревшую старшую сестру.

Хеань была настолько покладистой и вежливой, что это не могло не вызвать подозрений… Но Фудо Яо ничего не замечал. В конце концов, только он способен контролировать судьбы своих дочерей. Смирение в данном случае – вопрос времени.

Поместье Лин встретило их сдержанным банкетом. Члены семьи собрались в одном месте, колко взирая на министра. Он приехал без жены, проигнорировав призыв старого господина увидеться с Инне. Раздражение витало в воздухе, однако, они были вынуждены сохранять подобие шаткого нейтралитета.

Хеань пошла поболтать с кузинами, а потом её позвали к дедушке. Фей, скромно устроившаяся в углу, бросила несколько взглядов на заместителя министра труда. Когда-то этот морщинистый мужчина стоял во главе министерства. Руомей Лин любил власть, и она сама липла к его рукам.

К сожалению, его путь был тернистым, а золотые годы коротки. Он десять лет шёл к высочайшей позиции, расширял влияние семьи, а потом… Занял должность всего на пару лет. Руомей постарел и уже не мог активно конкурировать с крепкими молодыми мужчинами. Сейчас он оставался в роли почётного советника, но возможностей у старика Лина куда меньше.

— Ты так выросла, Хеань, - он сухо улыбнулся, потрепав внучку по голове, - и так исхудала… Тебя никто не обижает?

— Нет, дедушка, у меня всё прекрасно, - проворковала вторая леди, умильно улыбнувшись.

— Хорошо, хорошо… - кивнул Руомей. – Ты так похожа на свою матушку… К слову, где она? Ей до сих пор нездоровится?

Ядовитый намёк заставил всех в банкетном зале умолкнуть.

— Отец, - уважительно вмешался Фудо Яо, - неправильно при юных дарованиях обсуждать недуги взрослых.

— Тогда поговорим наедине, - усмехнулся Руомей Лин.

Но, прежде чем уйти, он сжал ладошку Хеань:

— Подойди к своему кузену Тану. Он очень по тебе скучал.

— О, братец Тан… - Хеань улыбнулась и кивнула, резко обернувшись к Фей. – Сестра, ты же пойдёшь со мной?

— Разумеется, - кивнула Фейлан, игнорируя неприятные взгляды родственников Лин.

Тан Лин… Оставил одно незакрытое дело, саднящее ранением на её плече. К сожалению, терпение Фей иссякло. Она больше не могла позволить себе прощать мерзавцев.

— Братец, моя младшая сестра ни разу не видела сад камней во внутреннем дворе. Может быть, ты ей покажешь? – заискивающе улыбнулась Хеань, подтаскивая за локоть белокурую Фейлан.

Тан Лин слегка скривился, с раздражением уставившись на девиц Яо. Неужели Хеань решила, что он её слуга? Но, куда важнее эта чёртова дочь наложницы…

Её репутация должна была полностью разрушиться после Императорской Охоты, но низменная тварь каким-то образом выбралась из ловушки. Тан Лина не покидало ощущение, будто его обвели вокруг пальца.

— Конечно, - усмехнулся молодой человек, - пойдем, прогуляемся, кузина.

Сад камней имел для него особое значение. Когда-то его папаша завёл наложницу, которая прилично отравляла жизнь матери. Эта потаскуха даже родила незаконного сына! Семилетний Тан Лин тайком отвёл подросшего мальчика погулять в то самое место и, улучшив момент, толкнул на острейшие камни с пригорка.

Малыш разбил себе голову и, хотя врачи смогли сохранить ему жизнь, тот сын наложницы остался умственно неполноценным. Никто не заподозрил Тана в содеянном, и чужая кровь давно засохла на его ладонях. Он обожал вспоминать об этом, теша своё самолюбие.

И, если призадуматься… Фейлан Яо также могла «случайно» поскользнуться, упасть и (к примеру) лишиться глаза, напоровшись на камни. Кто тогда женится на этой девчонке? Она навсегда останется бесполезной уродиной. Подобные мысли нравились младшему Лину. Он уже смаковал сладчайший миг кровавой мести.

— Старшая сестра, а ты с нами не пойдешь? – вдруг развернулась Фей, склонив голову набок.

— А…? – вторая леди мягко улыбнулась. – Нет. Я там уже всё видела. Мне хочется поболтать с кузинами…

— Мы и сами справимся, - усмехнулся Тан Лин.

Фейлан робко кивнула, направляясь за ним, словно послушная овца на убой. Несколько минут они шли в полой тишине, прежде чем девушка вдруг заговорила:

— Эм, кузен… А дедушка и впрямь больше всех ценит сестрицу Хеань?

Тан Лина едва не скрутило от её обращения. Как смеет эта дешёвка звать «дедушкой» старейшину их клана? Должно быть, она безмерно глупа!

«Но мне это на руку» - подумал молодой человек, сдерживая злобу.

— Да, - наконец, нехотя признал он, - Хеань всеобщая любимица.

Фейлан слабо улыбнулась. Если взглянуть со стороны, семья Лин выглядела исключительно преданной. Дед Руомей хотел увидеть свою младшую дочь и требовал объяснений от Фудо Яо. Тан Лин вслух признавал исключительность кузины.

Но в этом чудесном цветнике давным-давно завелись черви… Фей знала, что Инне Лин нарушила обещание, данное отцу, когда стала наложницей. В то время семья от неё полностью отвернулась. Старейшины (во главе с Руомеем) кричали лишь о том, что эта презренная женщина больше никогда не получит помощи семьи Лин.

Но в дальнейшем Фудо стал министром, а первая жена «случайно» умерла, что позволило Инне возвыситься… Тогда же (чудесным образом) отец принял её обратно.

Именно поэтому, даже попав в беду, та женщина до последнего не пыталась связаться с «дражайшими» родственниками. Помощь семьи Лин не безвозмездна. А их любовь… Пропитана исключительным расчётом.

Фейлан находила это достаточно забавным. В театре лжецов так много масок, постановок и лиц… Все они до боли предсказуемы. Жаль, Фей не всегда была такой прозорливой.

— Это и есть знаменитый сад камней, - усмехнулся Тан Лин, - пойдём к моему любимому месту…

Он был готов силком тащить слабую девушку, продолжая подталкивать Фейлан в спину.

— Ай-й, кузен, не так быстро… - она несколько раз запнулась, испуганно семеня.

Но Тан был настойчив. Идиотка должна упасть в особом месте, там, где камни особенно остры… Этот несчастный случай запомнится всем надолго. Если она потеряет сознание – он мог бы специально изуродовать ей лицо.

Когда юноша смотрел на внешность кузины, его пробирала невозможная ненависть. Как незаконное отродье может быть настолько красивым…? Это ошибка богов, которую Тан Лин вызвался исправить собственноручно.

— М-мне тут не нравится… - Фейлан занервничала, запоздало почувствовала опасность и попыталась вырваться, но он сильнее сжал её плечи. – П-пусти!

— Мы просто играем, кузина. – ухмылялся Тан. – Беда в том, что мне по вкусу жестокие игры…

— Ты имеешь в виду тот раз, когда меня ранило стрелой? – с потрясающим спокойствием уточнила Фейлан.

На мгновение Тан Лин опешил. Она знала? Она успела его заметить? Ну, в таком случае, он просто обязан довести дело до конца. Лучше вовсе лишить её глаз, запугать до такой степени, чтобы девчонка боялась и рта раскрыть...

— Кузен, ты был бы рад убить меня, не так ли? – голос девушки остыл, вызывая некомфортное чувство.

— Какой прок от детей наложниц? Вы просто куски мяса, которые обязаны стать ступеньками для законных наследников. Если мясо не справляется с поставленной задачей, его выкидывают, - высокомерно заявил молодой человек. – Тебе некого винить, кроме своей распутной мамаши.

Фейлан нахмурилась, а потом резко припала к земле, прямо под ноги к Тан Лину. В следующий миг он ощутил болезненный укол в щиколотку, который заставил его заорать и дёрнуться. Мужчина споткнулся о Фей и, не удержав равновесие, кубарем покатился с небольшого склона, замедлив свое падение лишь на острых камнях…

Боль была невыносимой. Тан Лин грязно выругался, дрожащими пальцами ощупывая разодранную щёку. Его глаз заплыл кровавым синяком, ухудшая видимость.

— Ты… Ты сука! Я всё расскажу дедушке! – не своим голосом завопил юноша.

— Что расскажешь? – мягко улыбнулась Фейлан, поднимаясь с земли и отряхиваясь. – Что я тебя толкнула? Какая нелепая ложь. Да и потом, пострадать от рук столь хрупкой девушки… О, боги, это даже звучит смешно.

Она безжалостно давила на его самолюбие, показав свой истинный норов. Кто поверит в то, что крепкого молодого человека столкнула болезненная леди из будуара? Если Тан Лин скажет об этом во всеуслышанье, даже собственная семья будет над ним потешаться.

— Как же неудачно вышло, кузен… - притворно вздохнула Фей, пряча острую шпильку в рукаве. – Думаю, мне стоит позвать слуг на помощь. Или же нет…?

— Ты маленькая, стервозная…

— Шрамы украшают мужчин, Тан Лин. И шрамы губят жизни женщин. По крайней мере, в нашей необъятной стране, - усмехнулась Фейлан. – К счастью, я сделала всё правильно.

— Правильно? – насторожился Тан. – Тебя кто-то надоумил…?

Конечно! Почему он раньше об этом не подумал? Она проявила неслыханную дерзость… Разумеется, кто-то пообещал ей защиту.

— Надеюсь, с сестрёнкой всё хорошо… - рассеянно пробормотала Фейлан и ушла по тропинке, затерявшись в безмолвном саду.

Тан Лин с запозданием вспомнил о том, что эта девчонка первый раз посещает их поместье… Откуда она знает правильный путь?

— Сестрёнка, говоришь… - грязно выругался молодой человек, пытаясь подняться.

Теперь он уверился в одном: Хеань замышляет против семьи Лин. Она отказалась от милости дедушки Руомея и теперь стоит на стороне проклятых Яо!

Тан Лин должен предупредить об этом старика.