Глава 5. Милосердная супруга

Фудо Яо, министр доходов Северного Льяна, выглядел достаточно представительно. В свои сорок пять лет он оставался привлекательным, интеллигентным мужчиной. Так уж сложилось, что испокон веков в их стране аристократические семьи делились на «военные» и «учёные».

Первые – потомки великих генералов, которые превыше всего ставят мастерство боя и неразрывно связаны с армией. Второе же – литературные семьи, которые взращивают изящные искусства и избирают жизненный путь без насилия.

Клан Яо, как не сложно догадаться, предпочитал мир войне. Но, если вернуться к блистательному министру…

Прямо сейчас этот мужчина зашёл в обшарпанный Лазурный Двор и слегка нахмурился. Где-то внутри низенькой постройки раздавались оживлённые женские голоса. Пару раз громко кашлянув, Фудо Яо сделал то, чего не делал вот уже семнадцать лет. А именно – зашёл навестить третью леди и её мать.

Разговоры мгновенно прекратились. Мадам Мин испуганно вздохнула, поспешно опускаясь на колени перед патриархом семьи. Ослабленная Фейлан последовала примеру матери, бросив лишь один косой взгляд исподлобья на Фудо Яо.

В душе бывшей кронпринцессы ярилась беспощадная снежная буря. Но стоит признать, что она довольно давно не видела отца… Он мало изменился.

Короткая, аккуратно подстриженная борода. Сеть морщин у глаз. Крепкий подбородок и орлиный нос… Карие глаза, которые, похоже, Фейлан унаследовала именно от него.

«Как досадно…» - мысленно усмехнулась девушка.

— Прошу вас, встаньте, - проговорил Фудо Яо, принимая приветствия женщин, - я всего лишь хотел навестить возлюбленную наложницу и справиться о здравии дочери.

Если бы кто-то услышал столь праведные слова, тотчас решил бы, что министр – само воплощение благородства. Образцовый семьянин, который искренне заботится обо всех своих женщинах и детях…

Что, конечно, ложь, хоть и красивая. Фудо не интересовался третьей леди на протяжении всей её жизни и, кажется, давным-давно позабыл о мадам Мин. Та, хоть и была красивой, слишком скромна по природе своей, а значит, не способна удовлетворить плотские желания патриарха рода. И, тем не менее, прямо сейчас он пришёл в Лазурный Двор…

Айне Мин захлопотала вокруг, вместо служанки наливая чай для мужчины. Это считалось нормальным, ведь наложницы обязаны угождать своему господину.

Фейлан застенчиво присела на край низкого дивана и пару раз тихонько кашлянула, продолжая разглядывать отца сквозь полуопущенные ресницы. К чести сказать, сам Фудо Яо также уделил внимание дочери… Впервые, за всё время.

Министр сначала удивлённо нахмурился, а потом спросил:

— Фейлан, тебе стало лучше? Я слышал от сиятельной матери, что ты повела себя крайне достойно на церемонии погребения.

«Которую ты даже не смог посетить»

Хотя, будет справедливым уточнить, что чуть позднее Фудо Яо всё же отдал дань скорби могиле Теаны. Об этом шептались в поместье. Тем не менее, девушка едва сдерживала жгучую ненависть к этому человеку. Ногти до боли впились в ладонь.

— Всё в порядке, отец, - ей пришлось приложить усилия для того, чтобы чисто и праведно улыбнуться.

Игра в притворство… Вовсе не проста. Особенно с этими людьми. В прошлой жизни… Глупышка Теана считала отца своим главным защитником и покровителем. Она так сильно жаждала получить его одобрение и бескорыстную любовь… Убеждала себя в том, что Фудо Яо её действительно ценит.

Но он намного чаще хвалил вторую леди Хеань. Дочь от любимой жены получала куда больше внимания и ласки… Что, конечно, логично, если призадуматься. Но это не значит, что Фейлан готова простить его. Возможно лишь придушить обиду, упрятав её в нутро до поры, до времени.

— Ты стала такой красивой, - с видимым удовольствием проронил патриарх семьи Яо, - очень похожа на твою мать в молодости.

Айне Мин немного застенчиво улыбнулась и добавила:

— Однако, хочу заметить, что глаза малышки Фейлан – в точности как у господина.

— И впрямь! – с лёгким удивлением воскликнул Фудо Яо.

Взгляд его потеплел. Но всё это представление… Вызвало у Фей лишь стойкое презрение.

Отец, который восторгается красотой дочери, словно ему показали экзотическую зверюшку. Само его поведение доказывает, насколько редко Фудо Яо обращал внимание на тихую и болезненную Фейлан.

Но нет худа без добра. Теперь он ясно увидел возросшую «ценность» девушки.

«Замечание мадам Мин тоже к месту… Вроде как мелочь, но какому мужчине не будет приятно узнать, что ребёнок унаследовал черты его внешности?»

Это вызывало естественную симпатию и чувство близости, которого добивалась Фей. Конечно же, у неё не получится сразу же стать «любимой» дочерью… Но зная кое-какие аспекты характера главы Яо, можно проработать интересную стратегию.

«А главное – действенную»

— Лазурный Двор… Нуждается в ремонте, - чуть поколебавшись, признал мужчина, делая глоток терпкого чая, - похоже, ленивые слуги совсем за ним не смотрят.

— Прошу тебя, отец, не вини Рурику… Она – моя единственная служанка, - жалобно проговорила Фейлан.

Фудо Яо осекся. Как и ожидалось, он забыл о бедственном положении дочери наложницы.

— Гм… Если ты об этом просишь, - натянутая улыбка исказила его губы.

По статусу Фей полагалась всего одна личная служанка, но в поместье работало очень много людей, которые в том числе обязаны были следить за дворами. Однако слова Фейлан намекали на очевидное: никто, кроме Рурики, им не помогает.

Фудо Яо оглянулся на притихшую мадам Мин и невольно залюбовался ею. Хотя она не имела яркой красоты Инне Лин, но всё же выделялась лебединой грациозностью, присущей благовоспитанным дочерям из учёных семей.

Женщина смущенно потупила взор от его взгляда, а сам министр приободрился, перейдя к главному вопросу:

— Я тут вспомнил… Не так давно в главное здание пришёл официальный запрос. Его прислала Милосердная супруга Мин.

Глаза Фейлан вспыхнули загадочным светом, но она скрыла улыбку за чашкой чая.

— В-вот как? – мадам Мин ощутимо занервничала.

— Да. Императорская супруга сетует на то, что слишком давно не видела сестру и племянницу… Она просила отпустить вас к ней, в Запретный город.

Фей сделала вид, будто дико удивилась, ну а наложница Айне вполне искренне выдала свой восторг.

— Ты счастлива? – Фудо Яо с нежной улыбкой погладил её по ладони, как заботливый муж.

— Я… - мадам Мин чуть осеклась. – Я так давно не виделась с семьей. Конечно, это большое счастье.

— Семейные узы, это самое ценное, что у нас есть, - исключительно важно подчеркнул Фудо, будто прямо сейчас он присутствует на очередном судебном собрании.

Фейлан едва не передёрнуло от столь лицемерных фраз. Этот человек не был и вполовину таким добродетельным, коим хотел казаться. Хладнокровный и расчетливый, достойный представитель клана Яо.

Фей многое помнила. В своей прошлой жизни она лишилась матери в возрасте пяти лет. И практически сразу Фудо без лишних церемоний сделал своей новой женой наложницу Лин, проведя её через боковой вход поместья.

По сути, это означало отсутствие общепринятых свадебных норм. Сам поступок министра был чрезвычайно скандальным, но благодаря исключительной быстроте и точности… Никто не осудил его за игнорирование традиционного траура.

К тому же, почтенная мадам объясняла «необходимость» срочной женитьбы тем, что Инне Лин беременна вторым ребёнком и вот-вот родит. К тому времени наложница уже родила наследника Яо, а значит, «достойна большего».

Будучи маленькой девочкой, первая леди Теана не понимала, что её предали. К тому же новоявленная мачеха будто бы выражала искреннее сочувствие к падчерице. Она даже плакала в поминальном зале покойной Сулин Дзин, пока не потеряла сознание.

Теперь подобное кажется подозрительным. Не замешана ли Инне Лин в смерти первой жены? Но, на данный момент это не так важно. Возвращаясь к противоречивой фигуре министра…

Когда Теана решила выйти замуж за кронпринца, отец окружил её удивительной любовью и заботой. До этого он никогда не потакал желаниям старшей дочери. Но тогда она вдруг стала «самой лучшей».

Первая леди, погруженная в горе непростого выбора, нашла в этом своё утешение. Откуда ей было знать, что «справедливый» родитель толкает её на растерзание волкам?

«— Яо будут процветать после твоей смерти, на них не возложат вину. Твой отец осведомлен» - циничные, но такие ласковые слова Чжоу Сенхана эхом прозвучали в сознании.

«Семейные узы… И впрямь – самое ценное» - усмехнулась Фейлан, почувствовав головную боль.

— С тобой всё в порядке? – Фудо Яо обсуждал подробности их поездки, но отвлёкся, заметив, как побледнела Фей.

— Д-да! – выдохнула девушка и покраснела. – Я просто волнуюсь… Тётя… Вдруг я покажусь ей невежественной?

Министр чуть нахмурился. Он вспомнил, что дочь наложницы не получила должного обучения этикету… Но как быть? Не подчиниться просьбе Милосердной супруги?

— О, Фейлан, подобные переживания излишни, - мгновенно вмешалась мадам Мин, - твоя тётя очень добрая, она простит любые ошибки. Но я постараюсь обучить тебя…

Фудо Яо едва не вздохнул с облегчением и поддержал слова наложницы:

— И впрямь – вы же одна семья.

«Старый лис, должно быть, в полном восторге от происходящего. Он стремится в Запретный город… Хочет получить побольше власти, породниться с императорским кланом. Как амбициозно»

Сейчас Фей не составляло труда угадать потаённые желания этого человека. И она считала его жалким.

Тем не менее, на следующий день крытая повозка ждала мадам Мин и её дочь у ворот поместья. Так как они получили разрешение от господина Яо, никто не препятствовал их отъезду.

Жизнь женщин в Льяне была не столь проста. Зависимость от мужчин проявлялась даже в мелочах. Раньше Фейлан не противилась такому укладу, но теперь… Ей хотелось решать свою судьбу самостоятельно.

А для этого нужно пережить возвращение в Запретный город. Она сидела в повозке, как на иголках, ощущая лишь усиливающийся дискомфорт.

В первой жизни Теана регулярно посещала Запретный город на протяжении пяти долгих лет. В этом защищённом дворцовом комплексе находились многочисленные павильоны, изящные постройки, прекрасные сады и цветники… Здесь жили император, императрица, многочисленные наложницы и, как правило, до совершеннолетия здесь же обитали императорские дети.

После церемонии взросления их судьбы кардинально различались. Девочки оставались подле своих матерей. Подневольные красавицы готовились стать даром соратнику царственного отца, или заграничному принцу. А мальчики – получали роскошные поместья в столице, дабы затем вступить в кровавое сражение за позицию наследника и власть над Северным Льяном.

Повозка остановилась на пропускном пункте охраны. С учётом приглашения от Милосердной супруги их досмотрели достаточно быстро и уважительно.

— Фейлан? – одними губами спросила мадам Мин. – Ты точно хорошо себя чувствуешь?

— М-м…- чуть слышно выдохнула девушка. – Меня немного укачало, только и всего…

Ложь. Её изнутри раздирали воспоминания. Подобные тёмным птицам-трупоедам, вырывались из грудной клетки и терзали, терзали распоротые раны…

Прошлое сливалось с настоящим. Каждый раз, когда кронпринцесса входила в пределы Запретного города… Она сталкивалась с болью и унижениями. Вечная борьба, непрекращающаяся ни на минуту.

Теана совершала ошибки пред ликом императрицы и тогда её заставляли встать на колени на каменные плиты Великого Дворца и держаться до тех пор, пока она не свалится в обморок.

Наложницы смеялись над ней и никому, кажется, не нравилась жена первого принца, столь нелюбимая судьбой.

«Поэтому я так легко верила Чжоу Сенхану?» - горькая усмешка очертила тонкие губы девушки.

Нет смысла переживать о былом. Просто некоторые призраки прошлого чересчур упорны.

Дворец Милосердной супруги Мин находился в западной части Запретного города и назывался «Дворцом Канна» (в честь одноименного цветка). В своей первой жизни кронпринцессе не довелось посетить эту императорскую наложницу. Кажется, та была наименее склонна к тому, чтобы принимать у себя гостей… В отличии от Добродетельной супруги Фа.

«Оказывается, ещё остались области Запретного города, которые мне неведомы» - улыбнулась Фейлан, старательно изображая робость и смущение. Мадам Мин, к слову, была поражена красотами дворца, что выдавало очевидное – раннее женщина и впрямь ни разу не бывала здесь.

Любезные прислужники встретили их при выходе из повозки.

— Дальше мы проводим вас, госпожа, - вежливо проронил придворный евнух и, чуть погодя, добавил, - однако, мы вынуждены попросить вас оставить слуг поместья Яо здесь. Личное пожелание Её Милосердия.

Мадам Мин не стала спорить и, кое-как собравшись с духом, более смело попросила евнуха указать им путь. А вот Фейлан отметила: похоже, хозяйка дворца не доверяет клану Яо.

«Это, очевидно, выражение её недовольства. Возможно, императорская наложница просто ненавидит министра доходов?»

Запретный город подобен клубку туго сплетённых змей. Тронешь одну – за ней тотчас потянется другая. Иной раз эти связи настолько непредсказуемы и глубоки, что страх за душу берёт.

В этих дивных местах творится история. Политика, интриги, установление власти… Воздух тяжелеет под гнётом чужих амбиций.

Наконец, их привели в просторный, светлый зал, чьи арки выходили прямо в сад с цветущими алыми каннами. Именно здесь Фейлан впервые увидела Милосердную супругу Мин.

Она сидела в резном деревянном кресле, покрытом позолотой, и молчаливые невольники стояли по обе стороны с опахалами, готовые выполнить любой её каприз. Восхитительные одежды бледно-пурпурного цвета отличались вышивкой с золотыми фазанами, а в сложной причёске сверкали драгоценные шпильки.

Белокожая, удивительно красивая женщина чем-то напоминала мадам Мин. Её светлые волосы точно также имели «перелив сакуры», что добавляло облику наложницы какой-то лёгкости и игривости.

— Моя дорогая сестра, - она поднялась со своего величественного места.

Все прислужники тотчас отвернулись (даже евнух) и это позволило сёстрам обняться впервые за столько лет.

Бдительно ловя отблески случайных эмоций на лице Милосердной супруги, Фей, наконец, смогла вздохнуть спокойно. Её прогнозы оправдались.

Важным было то, что мадам Мин и императорская наложница – единокровные сёстры законной ветви. У них общие мать и отец, что имело первостепенное значение. Если какие-то конфликты между ними и были – они уже исчерпаны за давностью срока.