Глава 6. Знакомство с кузенами

Супруги-наложницы – райские птицы, подчеркивающие величие императора Сенхана. Даже сейчас, по прошествию времени, Фейлан могла вспомнить всех этих женщин с кристальной ясностью.

Добродетельная супруга Фа – страстная кокетка, необычайно яркая и манящая. Её старший брат занимал видное положение заместителя министра юстиций, а отец некогда был великим генералом, ныне сложившим полномочия. Тем не менее, корни семьи Фа отличались древностью и родовитостью. Добродетельная супруга произвела на свет двух детей императора: третьего принца и первую принцессу.

Великодушная супруга Чжень считалась самой нежной и изящной среди всех прочих женщин императора. Именно она являлась матерью ненавистного пятого принца.

Мудрая супруга Лемо – мрачная, степенная женщина, принцесса процветающих южных земель. У неё был один сын – четвёртый принц, которого она берегла, как зеницу ока.

И, наконец, Милосердная супруга… Фейлан слышала, что она родила от императора двоих детей: дочь и сына. Последний был ещё ребёнком. Однако, эта наложница непроста. О ней в обществе циркулировало меньше всего слухов, хотя изумительная внешность и благородное происхождение не обошли супругу Мин стороной.

Фей предполагала, что единокровная сестра её матери по натуре своей очень умна и осторожна. Отличное сочетание для союзника.

Айне Мин, наконец, выпустила из объятий хрупкую супругу, украдкой вытирая выступившие слёзы. Она пыталась сдерживаться, но трогательное волнение было слишком очевидным.

«Я думаю, когда-то мадам Мин познала истинное семейное счастье. И вернуться к корням сейчас, после стольких лет… Особенно ценно»

Третья леди Яо опустила подбородок, скрывая вязкую тьму в глазах. Ей, увы, неведомы подобные чувства.

— Фейлан, дражайшая племянница… Подойди ко мне, я посмотрю на тебя, - проронила Милосердная супруга.

— Да, Ваше Милосердие. – тихо кивнула Фей, мягко ступая вперёд.

Личная служанка царственной наложницы чуть вскинула брови. От молодой незрелой девушки можно было ожидать любых ошибок, и, в конце концов, госпожа лично приказала им закрывать глаза на всяческие проступки мадам Мин и её дочери, но…

Фейлан Яо не шла – легко плыла. Подол её длинного платья едва двигался, показывая безукоризненную естественную походку. На это приятно смотреть.

— Ты такая красивая. Напоминаешь нас с сестрой в юности, - улыбнулась императорская наложница, беря за руку Фей, - совсем не похожа на «того» человека.

В мелодичном голосе супруги неприкрытые нотки неприязни прозвучали особенно резко. Айне Мин даже растерялась.

Дворцовый евнух почтительно пригласил их к столу и женщины вскоре устроились в открытом павильоне, с видом на живописный пруд.

— Попробуй эти пирожные, Айне. Такие готовят только в Запретном городе, - несмотря на долю покровительственного отношения, в словах Милосердной супруги не было и толики пренебрежения.

— Благодарю, сестра… - тихо проронила мадам Мин.

Её губы дрогнули, сдерживая желание вновь расплакаться. Осознав это, императорская наложница обратилась к Фейлан:

— Я ведь могу попросить племянницу об одолжении?

Третья леди кивнула, сдерживая улыбку. На самом деле, по статусу она в любом случае не могла перечить великой супруге, так что подобные вопросы – пустая формальность.

— Хорошо, - засмеялась женщина, - впредь почаще приезжай ко мне с матушкой. В конце концов, мы же родственники. Грешно отрываться от корней.

После этого Милосердная супруга сделала нетерпеливый жест рукой и служанки тотчас поднесли к Фейлан шкатулку, в которой обнаружился широкий браслет из редкого коралла, красного с розоватыми вкраплениями.

На мгновение взгляд Фей застыл, а потом она расцвела в благодарной улыбке:

— Спасибо, Ваше Милосердие.

«Дорого. Очень дорогой подарок»

Дочь наложницы бы не смогла сходу определить его ценность, а потому, стоило среагировать максимально ровно и поверхностно.

— Тебе так и не довелось познакомиться с двоюродными братом и сестрой, - мягко улыбнулась супруга, - мои служанки отведут тебя к ним.

Данное предложение, по сути, равняется приказу. Сестры собирались пообщаться наедине и в этих разговорах Фейлан лишняя. Впрочем, девушка и не собиралась противиться.

Мать никогда не сможет раскрыть все постыдные подробности при дочери. Лучше временно покинуть сцену, а уже потом осведомиться о результатах «переговоров».

Милосердная супруга проводила Фейлан долгим взглядом и проронила:

— Как прекрасно, что твоя девочка прежде всего переняла кровь дочерей Мин. И как ужасно, что я смогла увидеть свою племянницу лишь сейчас.

Айне склонила голову, не решаясь вновь посмотреть на сестру.

— Я… Прости. Все эти годы меня глодало чувство вины.

— Ты всегда была слишком нежной, младшая сестра, - покачала головой наложница, - какая удача, что ты не вошла в пределы Запретного города. В противном случае местные порядки убили бы тебя.

Милосердная супруга недвусмысленно намекала на особую пристрастность императоров. Зачастую случалось так, что великие правители Льяна предпочитали забирать в свой гарем сразу нескольких женщин из одного клана.

Поэтому семья Мин хотела как можно скорее выдать замуж младшую дочь… Но министр Яо справился с задачей куда быстрее.

— Почему ты ни разу не навестила родителей за прошедшие годы? – устало спросила супруга, с жалостью разглядывая потускневшие черты лица родной сестры.

Айне ответила не сразу. Она смотрела на лебедей, скользящих по поверхности пруда и, наконец, смущённо проговорила:

— Я чувствовала, что подвела их. Этот стыд, эта вина… Несмываемое пятно на репутации Мин. Даже твоё положение в гареме пошатнулось в то время. Я боялась, что если свяжусь с тобой… Ты окончательно потеряешь милость императора.

Так было всегда: проступок одного бросал тень на всю семью, собирая грозовые тучи. Но Милосердная супруга лишь раздражённо щёлкнула пальцами:

— В великом гареме каждый день кто-то возносится на небеса, а кто-то – навсегда теряет опору под ногами. Это вечная борьба, Айне. Да, у меня были тяжёлые дни в самом начале, но они остались в прошлом и более не имеют смысла. Моё сердце разрывалось от боли, когда я думала о своей маленькой сестрёнке, которая не смогла поприветствовать рожденных племянников и оставила наших родителей в сожалениях.

Мадам Мин закрыла лицо дрожащими руками. Царственная наложница была права, поспорить с её словами невозможно.

— Но я не виню тебя, - со вздохом добавила супруга, - сестре явно пришлось несладко в поместье Яо.

Айне горько усмехнулась. Когда её сделали низкоранговой наложницей, она не противилась, воспринимая всё произошедшее как наказание за собственную глупость. Министр Яо был красивым мужчиной и, признаться честно, Айне немного надеялась на то, что… Возможно, со временем, она обретет подобие счастья с ним.

Но реальность оказалась жестокой. Айне Мин не была готова к внутренней борьбе поместья, где женская половина казалась логовом растревоженных змей. Они жалили друг друга без разбора и лучшей тактикой выживания стало… Бездействие. Мадам Мин старалась быть тихой и незаметной.

Она чудом забеременела и возблагодарила богов, когда на свет появилась девочка. Если бы её плод оказался мужского пола, Инне Лин не дала бы ему жизни.

Страх потерять ребёнка завладел сознанием Айне, погасив всякую непокорность и вытеснив семейную привязанность. Она опасалась, что за попытки связаться с кланом Мин, властная Инне Лин жестоко ей отомстит.

В конце концов Айне не заметила, как стала жалким подобием себя прежней. Не жила – безвкусно существовала, потеряв всякую волю к победе. Такой её сделало поместье Яо.

Тяжелые воспоминания оседали решимостью на губах женщины, когда она тихо проронила:

— Сестра… Я никогда всерьез не раздумывала о том дне, когда моя жизнь провалилась в бездну. Но… Не так давно появились тяжелые мысли. Что, если та история с вином – спланированный обман?

Чем больше мадам Мин анализировала произошедшее, тем более подозрительным оно выглядело.

— Фруктовое вино оказалось слишком крепким, но я ведь выпила всего две чарки, едва пригубив последнюю. Да и полная потеря памяти… То, как именно министр оказался со мной в одной кровати – до сих пор неясно.

Милосердная супруга понимающе усмехнулась. Подобные вина, которые подавали дамам на пирах, специально делались облегченными, едва пьянящими. Конечно, у всех разный порог терпимости и именно этим могут оправдываться заговорщики. Но царственная наложница слишком хорошо знала интриги гарема и не верила в случайности.

— Я подозревала недоброе с того самого дня, когда это случилось, - медленно произнесла старшая Мин, - но в ту пору у меня не было возможности покинуть Запретный город. Я пыталась оказать давление, дабы сберечь тебя от участи стать наложницей Яо, но ты… Сама предпочла согласиться.

— Мне казалось: этим я исправлю свои ошибки и хоть немного заглажу позор, нанесенный родителям, - горько призналась Айне, - какая глупость…

— Не вини себя, - нахмурилась Милосердная супруга, - во всём виноват гнусный червяк Фудо!

Она сделала нетерпеливый жест рукой и слуги мгновенно убрали всю посуду, предпочитая держаться подальше от разгневанной госпожи. Впрочем, женщина весьма быстро успокоилась, массируя виски.

— Спустя столько лет найти доказательства чужого преступления невозможно. Все свидетели, вероятнее всего, гниют в могилах. – холодно произнесла царственная наложница. – Но как посмел он играть с родом Мин!

— Сестра, я полагаю, что ему помогала женщина, - мягко проговорила Айне.

Настолько подлая ловушка казалась очевидным почерком Инне Лин.

— Ну, разумеется, - усмехнулась Милосердная супруга, - полагаться на чужой змеиный ум – так типично для мужчин.

Если бы её капризные слова услышал император Сенхан, он бы точно не обрадовался. К счастью, у любимейшей наложницы было мало слуг и все они – приданое семьи Мин. Остальных она не подпускала близко к своим личным делам, безжалостно удаляя неугодных.

— Пусть моя судьба сложилась несправедливо, сейчас это не важно, - прошептала Айне, - но моя дочь… Боюсь, они захотят выдать её замуж за старого развратника. Используют как ступеньку для семьи Яо.

Супруга Мин нахмурилась, поджимая губы, а потом успокаивающе коснулась подрагивающей ладони сестры:

— Не печалься. Мы ещё поборемся за счастье наших детей, родная.

***

Сын Милосердной супруги, Рену Сенхан, был шестым принцем и самым младшим из детей императора. В этом году ему исполнилось десять лет.

Слишком юный для того, чтобы представлять угрозу в борьбе за власть, Рену получал довольно много отцовского внимания. Пухлощекий, чуть упитанный мальчик с удивительно проницательным взглядом впервые предстал пред очами Фейлан.

Она слышала, что старшие принцы баловали его, но не знала, стоит ли верить слухам. В конце концов, Милосердная супруга была крайне недоверчивой и оберегающей матерью. Фей полагала, что эта наложница не позволит столь легко приблизиться к её сыну.

Девушка грациозно поклонилась, ощущая неприкрытое любопытство мальчика.

— Зачем ты кланяешься? – нахмурился Рену, отмахиваясь от служанок. – Ты же моя кузина, верно?

— Надлежит приветствовать всех принцев одинаково, - мягко рассмеялась Фейлан, - разве кузен Рену хуже других?

— Нет, - гордо заявил мальчик, а потом спросил. – Почему ты не появилась раньше? Мама много говорила о тебе и тёте, но я вас никогда не видел.

Оценив прямолинейный вопрос, Фей сделала шаг вперёд:

— Плохие люди хотели разлучить семью. Но теперь всё в порядке.

— Кто? – нахмурился Рену. – Скажи мне: кто это был? Я пожалуюсь отцу-императору!

— Плохие люди скрытные, - голос Фейлан зазвучал тише, - и их сложно различить с первого взгляда. Увы, понадобится много времени для того, чтобы определить врагов. Надеюсь, когда кузен вырастет – он поможет нам в этом непростом деле.

— Я… - мальчик смутился. – Мама говорит, что я быстро учусь. Поэтому… Кузина не должна волноваться. Я вырасту и обязательно защищу свою семью!

Фейлан улыбнулась. Её пальцы на мгновение дрогнули, в попытке потрепать мальчика по голове, но это был слишком самовольный жест для дворца императорской супруги. Однако, слова шестого принца подчёркивали главное: он действительно имел мужество в столь юном возрасте. В нём напрочь отсутствовали грязь и лицемерие гарема.

Когда-то кронпринцесса успела насмотреться на детей наложниц, которые перенимали самые подлые черты матерей и даже будучи маленькими умудрялись творить злобные проделки. Но Милосердная супруга сумела воспитать сына правильно.

— Я буду молиться за кузена-защитника, - рассмеялась Фейлан, - замолвлю словечко перед богами, и они точно одарят тебя великими силами.

— Да! – радостно кивнул Рену. – А ты, кстати, красивая… Красивее моей сестры.

И то была фатальная ошибка с его стороны, потому как принца тотчас треснули по голове. Удар был несильным, но неприятным – мальчик охнул, а вокруг него захлопотали сердобольные служанки.

— Сестра-а! – завопил Рену.

Фейлан улыбнулась, переводя взгляд на бойкую девушку, ровесницу самой Фей. Дочь Милосердной супруги казалась энергичной, яркой и упёртой леди. Ее длинные каштановые волосы были аккуратно сплетены в сложную причёску, вздёрнутый носик намекал на непокорный нрав, а сине-зелёные глаза (по скромному мнению Фейлан) невероятно выразительны, не скрывая бушующих эмоций в глубине.

Особенно сейчас, когда принцесса Хена обиделась на брата.

— Ах ты негодник! – шикнула она, подбоченившись. – Я, значит, с утра отправилась в лучшие конюшни, чтобы купить тебе самого красивого пони, а ты злословишь за спиной?

— Это не так, - надулся мальчик, - ты ведь всё равно лучшая, я просто хотел сделать кузине комплимент!

— Попрощайся со своим пони, - отрезала Хена, прежде чем перевести взгляд на Фейлан.

Несколько мгновений девушки молча изучали друг друга. Фей решила первой пойти на контакт, столь же смиренно поклонившись:

— Приветствую вторую принцессу.

— Ну, хватит, - поморщилась Хена, - мне неловко принимать поклоны от родственников… Мы же одногодки, верно?

— Откуда ты знаешь? – поинтересовалась Фейлан.

— Мама рассказывала, что молилась в храме о моём здоровье и за здоровье нерожденной племянницы, - важно пояснила Хена, - но я родилась на пару месяцев раньше твоего.

Улучшив момент, Рену метнулся за спину сестрицы и, очевидно, рванул на поиски своего пони.

— Стой, негодник! – мгновенно разгневалась вторая принцесса.

Но, несмотря на несколько вспыльчивый нрав новой знакомой, Фейлан чувствовала: ей очень повезло с кузенами.