Глава 8. Её (не)любовь

Банкет продолжался несколько часов, прежде чем всем присутствующим дали возможность подняться из-за длинных столов и немного погулять по открытой территории поместья. Созерцание природы было обязательным ритуалом вельмож Льяна. Каждый должен уметь демонстрировать степень своей духовности и тонкое, трепетное мышление… Даже если на деле остаётся лишь отборное лицемерие.

Тем не менее, Фейлан также встала, не задавая вопросов. Время дарения ещё не пришло, а потому, Фей собиралась скрыться из виду. На этом пиру… Слишком много печально знакомых лиц. Стая острозубых шакалов, которые некогда с удовольствием рвали её кожу, не давая и минуты на передышку.

«Бесталанная… Уродливая… Худшая среди Яо… Пустое место» - она запомнила каждую обидную насмешку, выжгла на сердце калёной сталью. Тяжело жить с этим грузом, но ей приходится.

Фейлан слышит за спиной поспешные шаги и прикрывает глаза, издав протяжный вздох. Спокойствие, конечно, недоступная ей роскошь.

— Третья сестра, куда ты так торопишься? – этот резкий тон вновь принадлежал Юнь Яо.

Фей обернулась к ней и безмятежно улыбнулась, словно вовсе не таила обиды за свою недавнюю болезнь.

— Мне хотелось подышать свежим воздухом. В помещении душно, ты ведь знаешь, насколько хрупкое у меня здоровье, - она вежлива и мягка, но отвечает с большей смелостью, нежели прежняя Фейлан.

Юнь совершенно точно не обрадовалась подобному раскладу. Впрочем, эта девушка вовсе не была склонна к глубинному анализу ситуации.

— А я уж решила, что ты бежишь на тайное свидание, - усмехнулась она, бросая крайне неприятный намёк.

За тайный роман незамужнюю леди вполне могли исключить из семейного реестра и предать позору – устроив публичную порку. Впрочем, это не значит, что греховные инциденты случались совсем редко… Их умели замять.

— Что ты, четвёртая сестра, - Фей печально вздохнула, - кто на меня посмотрит? Я болезненна и худа. Всё, что мне остаётся: сопровождать мать-наложницу до преклонных лет.

Юнь нравилась покорность собеседницы, но этого слишком мало для того, чтобы утолить её жажду расправы.

— Тогда давай вместе прогуляемся. Мне тоже душно, - капризно заметила четвёртая леди и решительно взяла Фейлан под руку, ведя вперёд.

Та и не сопротивлялась, оставаясь столь же безмятежной. Что задумала Юнь? Слишком простой вопрос для Фей. Маленькие жестокие девочки любят грубые (но не менее жестокие) розыгрыши. В конце концов, когда-то и Теана проходила через всё это.

Стоит уточнить, что со временем кронпринцесса поняла: дешёвые фокусы от других леди – совершенно глупы и нисколько не сравнимы с обнаженными клыками наложниц из гарема. Их отягощающая подлость оседала уродливым клеймом на прекрасных лицах.

А девочки Яо идут к водоёму. Их не сопровождают служанки, потому как Юнь не нужны лишние свидетели.

— Сестра, ты хочешь полюбоваться прудом? – невинно спросила Фейлан, хлопая длинными ресницами.

— Да… Очень хочу. – четвёртая леди явно предвкушала миг своего триумфа.

«Зачем, Юнь? Зачем тебе издеваться над беззащитной Фейлан, которая и слова против не сказала за всю свою недолгую жизнь? Если бы она умерла от твоих действий, ты бы только порадовалась. Впрочем… Так оно и случилось»

Жестокие люди вызывали искренний гнев в её сердце, напоминая о непреложном обещании, данном самой себе: никакого сочувствия к врагам.

— Вот, сестра. Самый лучший вид открывается с этой площадки, - глумливые нотки в голосе Юнь становятся очевидными.

Фейлан с любопытством повернула голову, но краем глаза заметила резкое движение четвёртой сестры и, вдруг, мягко ушла в сторону с негромким возгласом:

— О, какой блестящий камушек!

— А-а-а! – преступница, желающая толкнуть её, сама поскользнулась на влажной площадке и с криком полетела в воду.

Всплеск был оглушительным. Пруд, конечно, неглубокий, но намокшие одежды Юнь тяжелы, а потому она барахталась в нём, как огромный жук.

— Сестра! – болезненно воскликнула Фейлан. – Сестра, я сейчас позову на помощь…

— Н-не смей! – завопила Юнь пуще прежнего. – Остановись, дрянь такая!

Если третья леди позовёт слуг – гости также могут пойти за ней, засвидетельствовав момент позора для упавшей.

— Т-тогда я просто помогу тебе… - Фейлан сделала попытку самоотверженно зайти в пруд, но её остановила протянутая мужская рука.

Острая вспышка интуитивной неприязни обожгла вены. Фей заранее понимала, что за ними наблюдают. Можно сказать, что она намеренно сыграла свою роль так безупречно, воссоздав бесхитростное представление.

Проблема в другом. Она слишком хорошо знала обладателя этой руки. Длинные, красивые пальцы. Небольшой шрам у мизинца (почти незаметный). Мозоли от частого письма. Тяжело не узнать человека, которого когда-то любила всем сердцем.

— Слуги, помогите четвёртой леди Юнь выбраться, - уверенно проговорил принц Чжоу Сенхан.

Фейлан поспешно отступила, низко поклонившись. Главное сейчас: спрятать взгляд, в которых пылает лишь ненависть к этому человеку. Она дрожала, но вовсе не от страха за сестру – от клокочущей бури ярости.

«Чжоу… Я надеялась не встретить тебя на банкете. Не так скоро. Я пока не готова, но… У судьбы свои планы»

— Не стоит приветствовать меня так официально, юная леди, - нежный голос принца прозвучал совсем рядом, также волнующе, как и прежде, - я ведь почти член семьи Яо.

Фейлан нервно качнула головой, изображая робость.

«Член семьи…» - гремучая ненависть обожгла пульс. Ей было сложно контролировать яростный порыв, требовавший вцепиться ногтями в его шею, пустить царственную кровь, обнажив артерию… Только одно останавливало девушку: она всё равно не сможет отомстить ему. Не таким образом.

— Давайте сойдем с каменной плиты. Здесь очень скользко, - улыбнулся Чжоу, жестом приглашая её пройти вперёд.

Он совершенно не обращал внимания на Юнь, которую в этот момент вытаскивали из пруда. Фейлан послушно отдалилась от водоёма, но потом сразу же попыталась спрятаться в тени деревьев.

— Кто вы? – принц не останавливал её, но и не собирался уходить. – До сих пор я ни разу не видел вас в поместье.

— Фейлан Яо. Дочь наложницы Мин, - едва слышно призналась леди.

Она бы предпочла упрямо сокрыть информацию, но продолжать наигрывать робость – бесполезно, когда это граничит с откровенной грубостью. Дети императора имели практически безграничную власть в Льяне. Относиться к ним непочтительно – просто глупо.

— Ах, наложница… - Чжоу нахмурился, явно пытаясь вспомнить хоть что-то о такой женщине.

Но едва ли ему это удастся. Мадам Мин была слишком тихой в последние годы, когда молодой человек активно посещал поместье.

— Ваше Высочество, пятый принц! – в их разговор решительно вторглись и на сей раз Фейлан мысленно поблагодарила Юнь.

Белокурая леди практически не могла дышать от гнева, когда была вынуждена отвечать на его вопросы.

— Леди Юнь, - с ленцой проронил Чжоу, небрежно вскинув бровь, - вы что-то хотели?

О, как ярко горят глаза четвёртой сестры. Теперь Фейлан ясно видела: нежность этого ублюдка произвела впечатление не только на её прошлое. Он даже успел укротить вздорную Юнь Яо.

«Боги, искусные навыки обмана Чжоу… Действительно задевают за живое»

— Я… - четвёртая леди густо покраснела, отчаянно борясь со смущением. – Я очень благодарна за то, что вы спасли меня.

Она пыталась вести себя застенчиво, но, очевидно, высказывала игривость на грани приличий. По губам Чжоу промелькнула улыбка, прежде чем он дружелюбно проговорил:

— Вам не стоит благодарить меня. Юной леди следует быстрее переодеться – иначе вы простудитесь.

Кажется, только в этот момент Юнь вспомнила о том, что промокла до нитки. Её взъерошенный вид сам по себе недопустим при царственной особе. К счастью, Чжоу «великодушно» закрыл на это глаза и не стал осуждать девушку.

Тем не менее, ей оставалось лишь поспешно уйти, дабы сменить наряд, причёску и испорченный макияж… Но напоследок она успела окинуть Фейлан ненавидящим взором.

«Будешь винить меня в своей ошибке?» - третья леди с невинной улыбкой вскинула бровь, - «Как глупо».

— Мне тоже пора идти. Простите, Ваше Высочество, - тихо проронила Фей, вновь поклонившись.

Её светлые волосы мягко качнулись на ветру, и серебряная шпилька, поддерживающая их – ослепительно заискрилась.

— Куда вы так торопитесь, леди? – спросил Чжоу, склонив голову набок. – Неужели, я вас пугаю?

Его вопросы всегда были безобидными и располагающими, а в тёплом тоне легко почувствовать трепетную улыбку. Пятый принц никогда не злился. И, в самом деле, может ли существовать на всём белом свете столь чуткий, безгрешный человек, не таящий и толики злобы?

«Мне понадобилось умереть для того, чтобы узнать ответ на этот вопрос»

— Нет, - покачала головой Фейлан, - но подобные встречи – неуместны. Извините.

Чжоу недоуменно вскинул бровь, но, на самом деле, не смог ей возразить. Встреча незамужней леди наедине с мужчиной – всегда вызывала подозрения у окружающих. Просто большинство женщин пренебрегали правилами, когда рядом оказывался он.

Третья леди скрылась из виду, выделяясь своей неторопливой, грациозной поступью. И, стоило ей уйти, как улыбка спала с лица Чжоу.

— Мне хотелось бы узнать: кто она такая и почему редко появляется на людях? – вслух проговорил молодой человек, отдавая завуалированный приказ подчиненным.

Его желания всегда исполнялись в кратчайшие сроки.

***

Фейлан отправилась поближе к гостевой зоне, прекрасно понимая, куда пойдет Юнь после того, как переоденется. В конце концов, стоило немного потрудиться и помешать ещё одному предсказуемому союзу.

— Сестра? – Хеань сразу же оставила подруг и коршуном подлетела к ней. – А я тебя везде ищу… Куда ты пропала?

Фей непонимающе похлопала ресницами. Её губы чуть дрожали, выдавая внутренние переживания, но она всё же соврала:

— Н… Никуда. Я просто гуляла и… Просто гуляла.

Нервная, искренняя, робкая реакция. То, что нужно, дабы заинтересовать внимательную Хеань.

— Совсем одна? – улыбка второй сестры безупречно понимающая.

Она пальчиками сжимает ладонь Фейлан, оказывая поддержку.

— Я, эм… Нет, ещё там была четвёртая сестра, - с ощутимым трудом признается дочь наложницы, отводя взгляд.

Её руки чуть подрагивают от напряжения.

— Ох… Юнь же не попыталась сделать что-то дурное? – с сочувствием уточнила Хеань.

«Твоё сопереживание очаровательно… Жаль, что ты лично спустила Юнь с поводка»

Фейлан поджала губы, не желая говорить. Тогда сестра наклонилась к ней и доверительно шепнула:

— Мы же сёстры. Мне ты можешь рассказать всё-всё.

— Я… - Фей немного затравленно огляделась. – Юнь поскользнулась на площадке и упала в воду…

Довольно сложно игнорировать разочарование, промелькнувшее в выразительных глазах Хеань, но третья леди продолжила:

— И… Было очень стыдно, ведь там присутствовал пятый принц.

Тот, кто способен в кратчайшие сроки заинтересовать прекраснейшую деву Льяна. Похоже, всё сестры Яо имели особую слабость к чарам этого мужчины.

«А мне остаётся лишь говорить правду»

— Его Высочество, - голос Хеань предательски дрогнул, - он… Участвовал в этой непотребной сцене?

Ещё чуть-чуть – и во второй сестре проснётся настоящий гнев.

— Слуги принца вытащили Юнь… - пробормотала Фейлан, отступая назад. – Ах, впрочем, после этого она продолжала безостановочно благодарить его…

Девушка словно задумалась, не замечая яростной гримасы, исказившей лицо Хеань.

«Это невинное замечание для неё – подобно оплеухе. Вымокшая дочь наложницы вместо того, чтобы уйти после минуты позора – начала страстно благодарить возлюбленного Чжоу Сенхана. Разве подобное не кажется откровенным соблазнением?»

— Бесстыдная! – прошипела Хеань, но быстро взяла себя в руки.

Гостей созывали обратно, дабы начать преподносить подарки вдове Яо. О, они были крайне разнообразными. Картины, ткани, драгоценности, учёные книги и редкие снадобья… Дары лились рекой.

Пятый принц преподнёс Старой мадам редчайшую молитвенную рукопись, каждую страницу которой можно назвать драгоценным откровением.

«Подобная вещь на всю жизнь осчастливила бы монаха из храма, но для старухи Яо это лишь повод похвастаться перед подругами» - мягко улыбнулась Фей.

Министр подарил матери райскую птицу – нежное пернатое создание, которое способно петь приятнейшие песни круглый год. Такая птичка стоит целое состояние.

Хеань нарисовала изумительный портрет, изображающий бабушку среди цветущих камелий. Все похвалили изящные мазки и чарующую атмосферу на полотне.

— Надеюсь, твой подарок будет не хуже, третья сестра, - процедила сквозь зубы Юнь, лишь недавно возвратившаяся в сменной одежде.

По праву старшинства, девочки Яо преподносили дары в порядке очереди. Таким образом, следующей была Фейлан.

— Бабушка, - третья леди выступила вперёд и низко поклонилась, - от всего сердца поздравляю тебя с праздником. Мой подарок является весточкой от Милосердной супруги Мин.

Очевидно, что у слабой дочери наложницы нет средств на нечто достойное. Но императорская супруга – совсем другое дело. И все ахнули, когда в зал внесли Тысячелетнее дерево – искусный бонсай, частично покрытый янтарем и каплями золота.

— Поблагодари от моего имени Её Милосердие, - ласково проворковала вдова Яо, чьи глаза осветились довольством.

Получить такой широкий жест от императорской наложницы – большое дело.

«Эта внучка, возможно, слаба и болезненна, но вежлива, а также умеет уважать старших. Всего за одну встречу она смогла умилостивить самую закрытую супругу»

Таким образом, почтенная мадам прониклась ещё большей симпатией к Фейлан.

Третья леди скромно улыбнулась и вернулась к семье, встав рядом с Хеань. Сейчас пришла очередь Юнь вручать свой сюрприз, но…

— О, сестра Фейлан, твой подарок и вправду особенный, - достаточно громко восхитилась вторая леди, - надеюсь, дар четвёртой сестры будет не хуже?

Юнь замерла, как молнией пораженная. По губам Фей змеилась рассеянная улыбка.

«Вопрос, заданный Хеань будто бы случайно… Призван растоптать достоинство соперницы. Может ли подарок Юнь сравниться с драгоценностью Милосердной супруги? Ответ очевиден. Но теперь все вокруг обратят внимание на дочь наложницы и, без сомнения, отметят дешевизну её сюрприза. Всё познаётся в сравнении… Всё познаётся в злом умысле»

Юнь густо покраснела, на дрожащих ногах показывая вышивку, сделанную её матерью. Подарок, в самом деле, неплохой, но слишком простой и, с учетом недавних слов Хеань… Крайне унизительный.

Среди гостей послышались смешки, и старая мадам чуть нахмурилась, однако, сдержанно приняла поздравления.