Глава 9. Странная встреча
Конь гнедой копытом бил от нетерпения. Удерживать с трудом получалось. Видел, с каким интересом за ним наблюдал Войлат и люди, в замке обитающие. Ждали чего? Ждали. Не справиться мог с конем. Да, видимо, и не должен был. Несколько человек из конюшни выводили. Пятеро держали, пока приближался. В рассыпную бросились, как под уздцы взял.
Уверенно ногу в стремя поставив, в седло опустился. В седле удержался, хоть и встал конь на дыбы, пытаясь сбросить седока. Не по нраву пришелся явно.
По полям и лесам понес, только и видели его, мелькнувшего у ворот. Не останавливал княжич, только крепче держался…
К полудню второго дня остановился резко сам. Голову склонил, из-под копыта землю выбив.
- Твоя взяла, Иван, - голосом человеческим заговорил. – Буду под тобой ходить. Первый ты, кто не испугался. Кто в седле удержался. Говори, куда путь держать.
Первый? Выходит, были, верно, как и предполагал, смельчаки? Что сталось с теми? Живы ли? Или трудностей испугавшись, в обратный путь повернули? Вопросы, ответы на которые напрочь отсутствовали.
- Не было еще у меня коня говорящего, - обронил Иван, задумываясь на короткое время над словами животины. – Знаешь, что задумано? – спросил затем.
- Знаю, - последовал уверенный ответ. - Только предупредить должен, Иван. Те края, куда путь держать собрался, в которых краса-княжна обитает, иные. Не все там рады тебе будут. Леса глухие. Ворожба да колдовство процветают.
Эко невидаль выдал! – мысль мелькнула у Ивана. Наслышан уже давно о том, что ожидать может.
- А у Войлата – нет? – поинтересовался, верхом оставаясь сидеть, по сторонам осматриваясь.
Не чувствовалось опасности. По крайней мере – пока. Солнце сквозь кроны густые деревьев к земле пробилось лучами своими. Птицы неведомые трель завели. Хотя еще мгновение назад по-другому всё было.
- Войлат в договоре с силами лесными, - возразил ему конь, гривой своей тряхнув. - А здесь хитрость нужна. Вера в себя. Не всё то правда, что глаза будут видеть, не во всё верить надо, что до слуха донесется.
- Едем, - решительно пришпорил Иван коня. - По ходу решать проблемы буем, - добавил, на перепутье лесных тропинок задерживаясь.
Сказания вспомнились про расходящиеся из одного места в разные стороны дорожки. А ну, как и ему выбор сделать требуется? Кто подскажет правильный? Или интуиция вывести должна?..
Чем дальше уходил от земель Войлата, тем жутче делалось. Кроны деревьев землю от солнца прятали. А когда мимо проезжал, ощущение, что склонялись ветки ниже, словно живые. Будто рассмотреть путника желали. А выпрямляясь, шелест поднимался. Перешёптывались, не иначе. Тихо. Чтобы не слышал никто. Обсуждали что? Да его, путника-странника нежданного для этих земель.
Кусты с интересом и недоумением вслед посматривали. Давно в здешних краях не было никого из мира людского. Как и для чего занесло? И на долго ли? Вопросы сами себе задавали, ответа не получая. Молчало зверье, обычно разговорчивое…
И тут… Коня остановив, поводья натянув, в недоумении замер княжич. Девица. В лесу глухом. Что делает здесь? Не иначе…
- Ты, кто? – оторопело уставился на прекрасную деву Иван, явно не ожидая такую встретить в глухом лесу.
- Несчастье, ни для кого не ставшее счастьем, - прозвучал странный ответ. – А кто ты, добрый молодец? – спросила в ответ, в нерешительности остановившись за оврагом. Как переходить собиралась, не представлял. Глубок тот. И в длину – конца-края не видать.
- Иван, сын княжеский, батюшку Федором величать, матушку – Ефросиньей, - ответил, с интересом девицу разглядывая.
Красоты подобной видеть не доводилось. Кожа солнышком хоть и тронута, ни как у барышни белая, а всё заметно – нежная. Румянец на щечках, а от внимания к себе так вообще зарделась. Волосы русые в косу тугую заплетены. Ниже пояса та. Лента в волосах – одна. Не сосватана, выходит незнакомка. Да и за кого здесь сосватанной-то быть? За Лешим если только.
- А делаешь что в наших краях глухих? – тихо спросила, взгляда не отводя.
Не из робкого десятка девица. Не стесняется открыто смотреть. Или воспитана иначе, чем в землях его родителей девиц воспитывают? Из чьего роду-племени? И в лесу глухом – откуда?
- Жену себе ищу, - выдал Иван, не раздумывая, любоваться незнакомкой продолжая.
Личиком милая, вроде, а вот взгляд… Взгляд, прожигающий насквозь. Словно ведьма, до нутра достать пытается.
- Жену? – переспросила девица в недоумении. – Это в наших-то болотах и лесу дремучем? – усмехнулась вызывающе. Вот еще новость. Скромность где? – мысль мелькнула. - Здесь если только Кикимору найдешь или жабу зеленую.
- А Кикимора женой стать не может?
Ответ озадачил незнакомку. Долго смотрела на гостя для сих мест непривычного. Всё ли у того с головой в порядке, понять пытаясь. За многие года первый такой тут выискался, до слов охочий, любопытство свое и намерения не скрывающий.
- А ты, Иван, осторожнее со словами-то, - произнесла, усмешки чуть ироничной, непонятной для того, не скрывая. – Сбываться они свойство имеют, в здешних местах будучи произнесенными.
- Уж не ты ли одна из Кикимор?
Неосторожный вопрос. Для девицы оскорбление. С живностью болотной сравнить, это так себе воспитание. Даже если не красавица писаная. С другой стороны… На удивление спокойно отреагировала.
- А похожа? – задала встречный вопрос и… рассмеялась.
Задорно. Так девчата незамужние веселятся на игрищах зимних, да, когда лето провожают, после, как урожай убран.
- На княжну ты похожа, - выдал совершенно неожиданно Иван. – Только, что в глуши лесной делаешь, непонятно.
Вот, что верно, то верно. Юным барышням в тереме самое место. Если только не деревенская какая, по ягоды в лес пошла, да заплутала. Так платье уж больно расписное для девки деревенской.
- Гулять сюда хаживаю, - прозвучало в ответ. – Никого никогда не встречала. А сегодня вот ты откуда-то появился. Как гриб поздний осенний. Откуда и для чего, непонятно. Возвращайся-ка туда, откуда пришел. Не ждут тебя здесь.
Вот даже как, - подумалось. Не рады, это уж точно. Странность на странности. Только отступать даже в данном случае не собирался. Раз шастает по лесу девка, значит, есть где-то поблизости и другая живая душа. Не может далече уйти. Дома хватятся. Да и сама, не сомневался, побоится.
- Не подскажешь, краса ясная, в какую сторону ехать следует? – вслух спросил. - Где люди живые есть?
Не сразу ответила красавица. Голову склонив, не без интереса на него посмотрела. Ощущение закралось, что впервые человека видит живого. Как на диковинное существо, смотрит. Даже невольно поежился от её взгляда Иван.
- А тебе для чего? – спросила, наконец.
- Несколько дней и ночей без сна и отдыха в пути, - вот тут не лгал. - Головой бы коснуться подушки, телом перины.
Усмехнулась снова девица. Что забавляло в словах его, понять не мог. Или не так говорил что-то? Так, что?
- Нет здесь палат княжеских, з а мков-дворцов королевских, - вновь заговорила незнакомка. - Нечисть только если на постой пустит. Так спать у той опасно. Уснув не проснуться можно.
Предупреждала, о чем? Или на стойкость и смелость проверяла? Так негоже девице мужчину испытывать.
- Неужто ни один живой человек не бывал ни разу в этих местах?
Вот не верилось Ивану, что первым в данный лес пожаловал.
Задумалась девица. Тень улыбки довольно странной красивых губ коснулась.
- Отчего ж не бывал? - переспросила, плечиками пожав. - Бывал. Да только последний уж и не помню, когда. Нечисть здесь правит балом. С ней договариваться надо, когда тропами-дорожками лесными идешь. Не любит она напыщенных и высокомерных.
- Все о нечисти говорят, а не видел ни разу. - признался Иван, на девицу задумчиво глядя. - Говоришь, человека давно в этих местах не было? – продолжал, коня под уздцы удержать стараясь. Разнервничался что-то тот уж слишком. - А сама-то, кто коли не человек.
Вновь удаляться начав, обернулась девица резко. Взгляд на него бросила с недобрым прищуром. Как и не человек вовсе. Зверь дикий так на жертву свою смотрит. Или… действительно - нечисть.
- А ты в этих краях, мил человек, с осторожностью верь всему, что видишь, - выдала вслух. - Коли доберешься до места, будет тебе ночлег и стол с угощениями. Только ухо там как зверь дикий, востро держи. Послушаешь меня, услышишь, жить будешь. Живым из этих мест уйдешь. Нет… Не свидимся более.
Сказала девица и словно поплыла, а не пошла в глубь чащи лесной.
Буквально тут же кроны деревьев зашелестели с шумом. Стволы опасно гнуться начали. Птичий гомон поднялся и стих резко. Только мой ветра да волков разносился.
С трудом конь на ногах держался. Ураган настоящий поднялся. Гул… Чернота, словно вот-вот дождь полить должен.
- Держись, княжич, крепче, сквозь силы чёрные пробираться будем, - выдал гнедой с места вперёд рванув, ров широкий и глубокий с видимой лёгкостью перемахивая.
Над землёй, как та девица, не шёл, а парил. Копыта лишь слегка касались земли, выбивая ту из-под себя.
Крепко держался Иван, во все глаза смотря, дорогу пытаясь запомнить. Да только какое там. Темнота кругом. Шум гул, от которого в ушах закладывает.
А затем стихло всё резко. Даже солнца лучи попытались пробиться к земле сквозь густые кроны вековых деревьев. И впереди тропа открылась к солнечной поляне. А на поляне той…