Глава 31

Ох, как тут красиво, – первое, что пришло в голову после того, как огляделась. На контрасте с теми гиблыми местами, через которые пролегал наш путь, впереди простиралась чистейшая водная гладь, разделенная широким деревянным мостом, ведущим к островку по центру озера. На острове росла большая плакучая ива, под сенью которой была беседка. Странно, но казалось, что ива немного светится, свесив свои ветви прямо в воду. Или мое воображение опять расшалилось, с ним в последнее время это случается все чаще и чаще. Взглянула мельком на Кощея и отвернулась сразу. От места под названием Русалочья топь я ожидала больше жути, а не кристально чистого озера. Оно само, кстати, пряталось в низине, окруженное по одну сторону величественными и коряжестыми дубами, по другую каменными валунами. Нам предстояло спуститься с пригорка по вытоптанной тропе прямо к мосту с резными перилами. Вокруг природной чаши простирался плотной стеной все тот же туман, в нем угадывались очертания пожухлых деревьев и больше ничего. Даже силуэт избушки сливался с туманом, и чем дальше мы продвигались вперед, тем сложнее мне было определить, где же она, родимая, осталась. Это место выглядело как оазис среди мрака. Слишком тихо, слишком спокойно и чисто. Однозначно, ловушка. – Пока мы не окажемся все на острове и солнце не сядет, они не покажутся. Это своеобразный ритуал для тех, кто хочет увидеть русалочье племя. Мост, кстати, уйдет под воду, не пугайся, – инструктировал на ухо Кощей. А молодцы наши хоть и делали вид, что им все по плечу, вовсю прислушивались. – Поздно, мне уже не по себе, – хмыкнула в ответ на своеобразную попытку мужчины меня успокоить. – Погоди, солнце ведь только недавно встало, нам весь день на острове торчать?! – Здесь место особенное, заколдованное, когда понадобится, тогда и стемнеет, – я, собственно, ничего другого и не ожидала… – Пока идем на остров и ждем, сделай максимально безобидный вид. – Я, по-моему, всегда безобидно выгляжу, – и за кого он меня принимает?! – Да-да, милая девица, невинный взгляд, но в дом тебя пускать опасно. Мне заранее жаль русалок, – Кощея обнажил идеально ровные белые зубы. Ууу, смеется гад. Перехватив поудобнее корзинку с гостинцами, я приняла вид независимой и совсем не обиженной женщины и демонстративно зашагала вперед. Только спустя шагов пять до меня дошло, что Кощей своими издевками пытается меня отвлечь и настроить на нужный лад. Я оценила. Действительно, взбодрилась, и про русалок забыла, всего лишь хочу кое-кого скинуть с моста. Вообще озеро выглядело безобидно, взгляд охватывал толщу воды до самого дна. Кристальная чистота. В озере мелькали стайки разноцветных рыбок и никакого намека на русалок. Хотя взгляда моего не хватало, чтоб оценить все озеро, оно было огромным. Кое-где виднелись густые заросли водорослей, и мое богатое воображение тут же подкинуло мне картинку, как партизанки-русалки из своего укрытия за нами наблюдают. Ваня замыкал нашу вереницу, шел позади, тревожно оглядываясь. Такое чувство, что уже давно за лук бы схватился, но наше с Кощеем спокойствие его останавливало. Хотя тут больше заслуга Темнейшества, конечно. Елисей, уверенный в своей силе и неотразимости, шел, высоко задрав нос. Манекенщицы моего мира обзавидовались бы такой осанке. Вот только меня не покидало ощущение, что царевич наш сильно недооценивает соперниц. А мостик-то длинный, сверху, когда смотрела, казался короче. Но мы все шли и шли. Да, сходство с ловушкой определенно имелось. Ведь понятно, что обратно до берега добраться будет сложно, а без моста и вовсе нереально. Идеально круглый клочок суши в виде острова виделся мне слабым утешением. Отметила это и сразу вспомнила Гоголевского Вия. Ждет ли нас та же участь? Спасет ли нас этот круг? Иван протянул мне руку, но я только крепче сжала корзину. Нет уж, никому ее не доверю, сама нести буду и отмахиваться ею же, если что. Оружия-то мне не доверили, даже самый завалящий Горынычев артефакт не разрешил взять с собой деспот. Наконец мы дошли до островка, я переминалась с ноги на ногу и оглядывалась, Кощей прошел под иву и расположился в беседке, похлопал рядом по скамье, приглашая меня. Только вот мне было не усидеть на месте в таком состоянии, поэтому я отрицательно мотнула головой. Елисей сложил руки на груди, излучая презрение ко всем собравшимся здесь и еще не приплывшим сюда, он в беседку демонстративно не пошел. Ваня ходил за мной по пятам, а я бродила по бережку, выставив корзину перед собой и всматриваясь в воду. Кощей прикрыл глаза, облокотившись на спинку скамьи, и словно потерял к нам интерес. Русалки, как истинные леди, заставляли себя ждать. Чем они там занимаются?! Марафет наводят или клыки затачивают? Мы все, кроме Темнейшества, уже извелись, я устала ходить и присела на камень у берега. Ваня стоял позади. И тут я увидела, как мост действительно начал погружаться в воду, над которой мало-помалу начинали сгущаться сумерки. Мы, конечно, ждали долго, но не настолько… Тут явно без магии не обошлось. Выходит, настало время. К горлу подкатил липкий ком: еще не страха, но сильного волнения. Пока всматривалась в небо и не заметила, как вода лизнула берег до самых моих ног. Корзинка моя медленно поплыла прочь, а на плечи опустились знакомые руки. – Не дергайся, оставь их на меня. Они очень обидчивы и соперниц не любят. Вот уж обнадежил, так обнадежил. Тем не менее, я послушно зашла за спину Темнейшества. Внешне он выглядел абсолютно спокойно, вот только я легко могла заметить, как тревожно пульсирует жилка на его шее, как напряжены мышцы. Иван и Елисей вооружились, но с места не сдвинулись. Вода пока была от них далеко, как и красавицы, что начали медленно из нее появляться. Сначала зеленоволосые макушки, затем большие, словно кукольные глаза, курносые носы, пухлые малиновые губы. Волосы облепили их стройные тела, оставляя слишком мало простора для фантазии. Несколько решились подплыть ближе. Вода обрамляла их бюст, как очень глубокое декольте, до самого интересного места. Плавно покачиваясь в воде, озерные красавицы привлекли даже мое внимание. Моего обзора хватало только краем глаза уловить, как поплыл в переносном смысле слова Елисей. А ведь больше всех кричал, что он “не такой”. Очень хотелось увидеть лица и остальных. Не могли эти селедки ракушками что ли свои прелести прикрыть?! Сейчас всех моих мужчин деморализуют… – А это гостинцы, – я указала пальцем на корзинку, которую придерживала одна из русалок. Она брезгливо понюхала корзинку и, скривившись, оттолкнула ее прочь. – И только?! А ты жадная, ведьма! – надула губы дегустаторша. – Мы предпочитаем другие дары, – хихикнула ее соседка, двусмысленно и плотоядно облизнувшись. – Отдай молодцев, мы за каждого по жемчужине подарим, – выкрикнула третья, заслужив шипение от товарок, после чего быстро ретировалась под воду, уж слишком грозно на нее шипели. Мда, буду знать расценки на мужиков, хоть бы не продешевить. А вообще ничего не дам, нечего обзываться. Вот заладили все: ведьма-ведьма. С другой стороны, пусть думают, что ведьма, не в моих интересах переубеждать. – И зачем же ты пришла? – грозно вскинула подбородок одна из красавиц. О, да у них тут матриархат махровый, смотри-ка, только со мной беседуют, остальных игнорируют. – Сущий пустяк, – протянула как можно безобиднее. Невозможно было определить, кто у них главный или старший. Слишком уж все были хороши… Так что я обратилась к той, чье любопытство оказалось сильнее: – Мне бы один волосок с головы русалки. Русалки встрепенулись и начали бить по воде хвостами, парочка скрылась под водой. Кощей глухо застонал, наверное, я сболтнула что-то лишнее… ну, так предупреждать надо, и желательно прямым текстом, а не своими завуалированными намеками. Осмелев за время переговоров, я вышла из-за спины Кощея полностью. – Да будет вам. Мне всего-то нужен один единственный… На хорошее дело же. – Глупая, ведьма, глупая, – послышалось одновременно со всех сторон. – А среди нас таких нет, чтобы добровольно своих сил лишаться. Что ж, по разъяренному шипению и нахмуренным бровям, стало понятно, что тема волос у русалок табу. Но кто ж знал? Все равно это не повод обзываться. – Ведьма! Не бывать такому. А мужчин мы и так заберем, и не спросим у тебя, сами пойдут к нам, – сказала, видимо, самая главная уже после того, как успокоилась. Нет, ну вот сами жадины, еще про меня говорят. Сравнили волосок и мужчину. – Не пойдут! – уверенно заявила я. – Посмотри на нас и на себя, мы идеальны! Еще никто не устоял перед нами, – хором вещали разозленные девы, вынырнувшие вслед за главной. Одна из русалок скрылась под водой, напоследок показав жемчужный хвост. Остальные пришли в движение, подплывая ближе. Ива засветилась сильнее и вместе с тем начали светиться волосы и у русалок. Одна из красавиц подплыла к самим ногам Ивана и уже было дотронулась до голенища его сапога, но тут же получила луком по ладони. Спрятав ушибленную конечность на груди, она зашипела и отплыла назад. Радоваться было рано, на ее место приплыли две новые. – Вот видите, не действуют ваши чары на нас. Так не лучше ли нам договориться мирно? – крикнула я старшей русалке. Она в ответ только мерзко захихикала. – Ой ли, голубушка? Ох, не понравились мне эти ее слова. А еще больше – то, что я увидела следом. Царевич, наплевав на все свои заветы и предубеждения насчет нечисти, уже по колено был в воде. К груди его тянулась русалка, без всякого стеснения прижимаясь к молодецкому телу всеми своими срамными местами. – Пойдем со мной, мой милый. Уж я-то ни за что не сбегу от тебя, не исчезну. Любить тебя буду, голубь мой сизокрылый. Всю жизнь с тобой буду, всю твою жизнь, – напевала она ему слащавые обещания. Безусловно правдивые, особенно, что касается последнего замечания. Любить русалка Елисея будет всю его жизнь, очень короткую, если этот олух не выйдет скорее на сушу. Я обернулась к купеческому сыну и кивнула в сторону Елисея, а тот будто и ждал отмашки. Медленно, чтобы не спугнуть, он стал красться к ветренному царевичу. Предводительница русалок заливисто рассмеялась, предвкушая победу. – Только тот, чье сердце не свободно, может чарам нашим противиться. Да в последнее время все реже такие попадаются, нам же на радость, – хохотала она, как безумная. Издали послышалось пение, которое начали подхватывать и другие русалки. – Это еще что за концерт? – Вопрос мой, естественно, остался без ответа. На моих плечах сжались крепкие мужские руки, сильнее пригвоздив меня к месту, а затем давление пропало и из-за спины вышел Кощей. Я улыбнулась, мысленно прощаясь с озерными красавицами, сейчас-то им мое Темнейшество задаст жару. Шаг, еще шаг. Кощей ничего не делал, только двигался к воде, прямиком к русалке, которая манила его пальцем и напевала свою волшебную песню. Сапоги его будто не по земле ступали, а мое собственное сердце топтали. Неужели зачаровали?