Глава 33

– Что за ерунда?! – Другого приема я ждала в приютившем меня, практически родном уже, доме. Потому, будучи преисполненной праведным гневом, я понеслась вперед на баррикады, разобраться в ситуации, но была перехвачена в полете. – Когда же ты угомонишься, женщина? – Кощей отодвинул меня и вошел первым, но и я не отставала. Чувствовала, что Глаша взволнована, не могла же я ее бросить на произвол судьбы. Опять… И куда вообще Мефодий смотрел? Не изба, а проходной двор: заходи, кто хочешь, бери, что хочешь. Выглядывая из-за плеча первопроходца, я от удивления чуть рот не раскрыла. Вот уж “чем дальше в лес” … Возле стола появилась новая деталь интерьера – бочка. Вид она имела сильно потрепанный, словно ее со дна морского, в нашем случае озерного, достали. Меф нашелся тут же, сидел на столе и переводил удивленный взгляд то на нашу компанию, то на бочку. Бочка подтекала, лужа натекла знатная, до самого порога. А когда из бочки показалась зеленая рука с живописными перепонками, которая потянулась за очередным снарядом, я чуть не вылетела обратно в дверь. Хорошо, что Елисей с Иваном были сзади. – Любезнейший, не соизволите ли объясниться? – Темнейшество поймал яблоко в полете и смачно откусил. – Ты чего, Тритон? – Отмер кот на столе и даже заглянул внутрь бочки, не побоялся. Или я чего-то не понимаю? – Ой, помогите, витязи добрые, спасите от рыбин окаянных, – над поверхностью воды появилась голова, зеленая под стать руке. Волос у этого Тритона не было от слова совсем, уши больше напоминали диковинные ракушки, а вот под ними были самые настоящие жабры. Это еще что за зверь?! – Заманили, пленили, век бы их не видать! На этом наш незваный гость не остановился, направил палец прямиком на меня и противно заголосил: – Уберите ее, я домой хочу-у-у. Озолочу! Жемчугом засыплю! Спасите, братцы милые. А-а-а, за мной пришла. Ноги отрастила! Не дамся. – Коварная ты женщина, как не крути! – Потешался Кощей, который вместо того, чтобы как-то урегулировать конфликт, вовсю им наслаждался. Благо, тарелку с яблоками от края стола отодвинул. Незнакомец тут же скрылся в бочке. Без своих боеприпасов класса антоновка он был не так воинственно настроен. – Неужели настоящий водяной? – раздался над моим ухом ошеломленный голос Ивана. Что ж, спасибо ему за ясность. – Да полно тебе, не русалка она. Ученица Ягова, – Мефодий попытался вразумить гостя и, можно сказать, успешно. – Выныривай давай. Водяной неохотно высунул голову, смерив меня оценивающим взглядом не без толики презрения. – Да от нее за версту магией фонит русалочьей! Не дамся, – водяной стал изнутри толкать бочку, то правый бок, то левый бок, и таким хитрым способом перемещать ее вдоль стола. Каждый толчок сопровождался скрипом, а еще плеском воды. Он так скоро всю избу мне затопит. Интересно, а от озера до избы он тоже так добирался? – Кощей? – кивнула на бочку, опасно накренившуюся в тот самый момент, и одним только взглядом попросила вмешаться в ситуацию. А что? Им, женоненавистникам, будет проще найти общий знаменатель. Темнейшество хмыкнул, словно мысли мои прочитал, но подошел к бочке и склонившись что-то зашептал. Как ни старалась, как я слух ни напрягала, а ни словечка не услышала. А вот водяной проникся, сразу же выглянул, как-то совсем по-новому взглянул на меня, собирался было перекреститься, но передумал и только устало махнул рукой. – Прости, хозяюшка, не признал. Меня Тритоном кличут, все про всех я знаю, ибо водой повелеваю, – наконец представилось озерное чудо-юдо, да так пафосно, будто это не он тут пару минут назад яблоками швырялся. – Ага, долго жить буду, видимо. Ну рассказывайте, Тритон, что привело вас в мою скромную избу? – Я приосанилась, подперла руками бока, а Глашенька напустила дыму из печи для пущего драматизма. – Да тут такое дело, – водяной замялся и взглянул на Карачуна, словно ища поддержки. – Ну, как сказать? Дело житейское, русалки позвали в гости… А я бы ни в жизнь не пошел, что я там не видал, но оно как-то накопилось, кикимора мне опять же отворот-поворот дала. И я подумал, ну а почему бы и не сплавать-то. А они! Они, селедки окаянные, меня домой-то не выпускали, окружили, все водные протоки перекрыли. А по суше то я как? Никак. Если бы не вы, так и торчал бы там вечность. Елисей во время рассказала брезгливо сморщил нос, будто бы это не он только-только перестал капать слюной, глядя на чешуйчатый хвост. Ваня и Карачун были не в пример мудрее, помалкивали и внимательно слушали. – А как мучали меня! – продолжал изливать душу водяной. – То танцевать заставят, то комплименты делать, то кувшинки подарить. Тьфу на них. Сам триста раз пожалел, что утонуть не могу. Кощей поспешил принять хмурый вид, пряча улыбку, но от меня его веселье не укрылось. – Так вы зато потренировались, теперь кикимора точно не устоит, – теперь улыбку не смог сдержать и рассудительный купеческий сын, отвернулся к двери и только плечи его подрагивали в такт молчаливому смеху. – Думаешь? – воодушевился Тритон, не почуявший в моих словах издевки. – А то! – Ваня за спиной даже хрюкнул от смеха. Кощей простонал что-то невразумительное. А влюбленный водяной не замечал ровным счетом ничего, он в своих мечтах уже покорял сердце болотной нечисти. В общем, так и познакомились. Мефодия за хвост решили не тянуть, я велела Глаше уходить подальше от русалочьей топи, тем более что на этом слезно настаивал сам водяной, жертва женского произвола. Ох, довели же бедного Тритона девки. Наша разношерстная компания рассредоточилась по избе, и только мы с Кощеем обступили водяного с двух сторон, преследуя свои корыстные цели. Наконец-то и мне повезло в этом царстве-государстве, не пришлось тащиться к черту на рога и отыскивать его, водяной сам пришел ко мне. Грех не воспользоваться таким случаем. – Мы непременно доставим тебя в родные пенаты, не волнуйся. Правда, при одном маленьком условии, – Темнейшество загадочно улыбнулся при этом. – Скажи нам, водяной, где найти живую воду? Я остановилась на полуслове. Мне потребовалось несколько долгих секунд, чтобы собраться с мыслями и унять тот хаос, что воцарился в моей голове. Я, признаться, собиралась спросить у Тритона совсем другое… Три совета водяного, так говорилось в “рецепте” от зеркальца, на память мне еще рано жаловаться. – Не бывать этому, – медленно произнес водяной, чеканя каждое слово. Он вмиг подобрался и уже мало походил на добродушный усатый бурдюк с водой. – Ну и чудно, – Кощей флегматично повел плечами. – Высадим тебя на какой-нибудь лесной полянке, посмотрим, далеко ли ты уйдешь в своей бочке. Или еще лучше… вернем обратно русалкам. – Всяко лучше, чем пытаться быть тем, кем ты не являешься, – водяной злобно ощерился и совершенно не выглядел напуганным. Вот нисколечко. В глазах у обоих сверкали молнии, грозя скорой расправой. Мне показалось, что снаружи даже громыхнул настоящий раскат. Так или иначе, но я поспешила вмешаться. – Я уверена, мы сможем найти какой-нибудь компромисс или услугу за услугу, – для того, чтобы горячая на расправу нечисть, приняла мои слова во внимание, мне пришлось втиснуться между ними и физически оттолкнуть в разные стороны. Ну, хотя бы попытаться. – Думай скорее, амфибия. Уберемся подальше от воды и говорить будем совсем по-другому. Такого Кощея я видела впервые, жестокого и готового идти по головам. Похоже, я успела наделить кое-кого качествами, которыми он совсем не обладает. Темнейшество отошел в сторону, занял свободное место на лавке рядом с Елисеем, который совсем не рад был такому соседству. Особенно после того, как Кощей начал затачивать меч-кладенец, вряд ли вообще в этом нуждающийся. Да уж, атмосфера гнетущая и ни одного клуба по интересам. В избе углов на всех упрямцев и гордецов не хватит. Глаша жалобно скрипнула половицами. Ей не нравилось, когда внутри кто-то ругался. Одному она была только рада – что уходим подальше от гиблых мест.