Глава 11

Шагая рядом с Зерусом по просыпающемуся лесу, Таня чувствовала себя в полной безопасности. Даже то, что он постоянно останавливался и к чему-то прислушивался, не смогло нарушить ее уверенности в его силе и надежной защите.

После двухчасового марафона по лесу, они подошли к горе. Вершина ее терялась где-то, не доходя до облаков. Ну или так показалось Тане, когда она задрала голову у подножья горы.

– Мы должны на нее взобраться? – спросила она, во все глаза смотря на Зеруса, который деловито копошился в походном мешке, доставая какие-то крепления и веревки.

– Да. Нам нужно пройти через нее, – ответил он так спокойно, как будто им предстояло пересечь поле. На нее даже не взглянул при этом.

– Как бы тебе объяснить получше?.. – начала Таня, подбирая слова. – Я не умею лазать по скалам. Боюсь и половины ее не одолею, – она снова посмотрела вверх, но по-прежнему не разглядела вершины.

– А как же твое обещание вынести все, если я рядом, – не вставая с корточек прищурился на нее Зерус.

Час от часу не легче! Таня, конечно, не могла не замечать, насколько другой тут менталитет, но чтобы понимать все настолько дословно!.. И что теперь прикажете делать? Даже если он ее потащит на себе, толку не будет. Только разобьются быстрее и вместе. Не плохой вариант фразы «И умерли они в один день». Но именно этого Таня делать и не собиралась. Она снова посмотрела вверх. Ну что ж, раз нужно взбираться в гору, то она сделает и это. Будет карабкаться из последних сил. Да и выбора у них не было. Кроме того, злость нешуточно заявила о себе. И злилась она на Зеруса за непрошибаемость.

– Хорошо! – отчеканила Таня. – Пошли! Видно, проще разбиться насмерть, чем объяснить тебе, что-то из области стилистики… – пробормотала она и схватилась рукой за выступ горы. – И чего застыл? Мне первой идти?

Больше всего ее взбесило, что в этот момент Зерус смотрел на нее и улыбался. Интересно, что смешного он увидел? Она еще даже не начала взбираться, а он уже потешается. Что же будет, когда они вовсю будут карабкаться по горе?

Ситуация рисковала перерасти в первую ссору влюбленных, если бы не одно обстоятельство, заставившее Таню напрочь забыть про страх перед горой.

– Ты!.. – начала она уже отповедь, как Зерус присвистнул, глядя куда-то в сторону.

Не успела Таня оглянуться, как прямо на них выскочило два огромных зверя. От неожиданности она завизжала так, что появилась опасность схода лавины, и заскочила за спину Зеруса. Он же оставался совершенно неподвижным, не выказывая никаких эмоций.

Таня рискнула выглянуть из-за его плеча. Звери оказались ни кем иным, как двумя огромными горными козлами. Они вальяжно приблизились к Зерусу и сожрали что-то с его ладоней.

– Можешь выходить, – с ленцой в голосе протянул он. – Они тебя не обидят.

Все еще опасаясь нападения, Таня покинула убежище, продолжая опасливо таращиться на козлов. Чуть не закричала снова, когда один из них решил проявить любопытство и подошел к ней слишком близко. Невольно пришлось положить руку между его рогов, скорее, чтобы сдержать, и уж точно не чтобы погладить. На сами рога Таня даже смотреть боялась – такими устрашающими они выглядели.

– Не бойся их. Я их нашел совсем маленькими, брошенными матерью. Выходил. А теперь они мне иногда помогают, – очень спокойно объяснил Зерус.

– Интересно, как козел может помочь человеку? – спросила Таня, понимая, насколько вредно звучит ее голос, но все еще обижаясь на Зеруса.

– Очень просто – мы поедем на них.

Дальше он сунул руку в какую-то расщелину и достал два свертка. В них оказались что-то типа попон, сплетенных из какого-то растения. Зерус набросил их на козлов, надел на них что-то типа уздечки и предложил:

– Выбирай, на ком поедешь? Кто тебе больше приглянулся?

Все еще ошарашенная, она интуитивно указала на козла, что обнюхивал ее до этого. Кроме того, он выглядел поменьше брата. Зерус помог ей взобраться в импровизированное седло, и Таня не могла не признать, что сидеть в нем довольно удобно.

– Держись крепко за поводья, – посоветовал он напоследок и взобрался на соседнего козла.

А дальше начался ее личный ад. Так долго и истошно она еще никогда не кричала. Козел рванул с места по первому сигналу Зеруса, несся по горе так, что только ветер в ушах свистел, и остановился только на вершине горы.

Когда Таня немного пришла в себя и поняла, что умудрилась выжить, то поискала глазами Зеруса. Оказывается, он еще не преодолел и половины пути. Его козел спокойно так скакал где-то в районе середины горы.

Однажды, будучи подростком, Таня покаталась на американских горках. С тех пор она этот аттракцион обходила стороной и считала, что опаснее его нет. Как же она ошибалась. Если бы не последовала совету Зеруса и не держалась за поводья так крепко, то разбилась бы уже на втором прыжке. А растрясло ее за время скачки так, что взгляд до сих пор уплывал, не давал сфокусироваться. Когда ей это удалось, она поняла, что красивее места не видела в жизни. Вокруг простирались горы разной высоты. Некоторые вершины прятались в облаках. Какие-то горы были скалистыми, наподобие той, на которой топтались они с козлом. Другие утопали в густо растущей зелени. Наверное, даже в Новой Зеландии, которая считается самым красивым местом на земле, не увидишь такого. Таня смотрела на все это великолепие, забывая обо всем, совершенно очарованная природой.

Из задумчивости ее вывел Зерус. Он на своем козле, наконец-то, взобрался на гору и поинтересовался, как она. Больше всего Тане хотелось поколотить его в тот момент, но вместо этого она широко улыбнулась и заверила, что лучше не бывает.

Дальнейший путь уже не казался таким страшным. Более или менее Таня приноровилась к подбрасывающей в воздух езде. Даже научилась поводьями сдерживать норовистого питомца. Два раза они останавливались на привал. Разжигали костер, подкреплялись и отдыхали. Разговаривали мало, потому что Таня все еще дулась на Зеруса из-за дурацкой выходки с козлом. Он это, казалось, понял и не приставал к ней тоже.

Когда они остановились на второй привал, Зерус ненадолго исчез, а вернулся с уловом. Таня очень удивилась, увидев в его руках настоящего осетра. Точь-в-точь такого, какие водятся в ее мире.

– Как ты умудрился раздобыть такую ценную рыбу?! – с удивлением воскликнула она, моментально забыв про обиду. – Наверное вымотался в конец?..

Зерус посмотрел на нее так, словно глупее ничего не слышал.

– Да это проще, чем из лука стрелять. Сейчас же нерест – рыба сама идет в руки.

– Нерест? Ты хочешь сказать, что принес взрослую рыбу?

– Ну да… – в голосе Зеруса послышалась тревога. Теперь он смотрел на Таню, как на не совсем нормальную. – Этот – один из самых крупных…

И тут Таня звонко рассмеялась, чем окончательно испугала Зеруса. Он даже бросил рыбу и присел рядом с ней, намереваясь, по всей видимости, оказывать первую неотложную помощь. Не сказать, чтобы она каждый день раньше ела осетрину, но пару раз была на мероприятиях, где эту ценную рыбы подавали на стол целиком. Так вот, тот осетр был раз в пять больше этого. И все это она бы объяснила Зерусу, если бы смогла говорить спокойно.

Он дождался, когда Таня отсмеется, и спросил с плохо скрываемой обидой в голосе:

– И что тут смешного? Поймать ее и в правду легко, но вот дойти до рыбы трудно. По пути я, кстати, наткнулся на псов Валена. И их было много, – с упором на последнее слово произнес он. – Мне повезло, что остался жив…

Тут Тане сделалось окончательно дурно. Она бросилась на шею Зерусу и затараторила, как буйно помешанная:

– Ты не ранен? – оглядывала она его со всех сторон. – Все! Больше никуда тебя не пущу. Обойдемся мы без этой дурацкой рыбы. Я лучше с голоду умру, чем потеряю тебя. А захочешь куда-то пойти, так увяжусь следом, не отделаешься…

– Тише-тише-тише!.. – наконец, заставил он ее замолчать, запечатав рот поцелуем. – Пошутил я… Откуда тут взяться воинам?..

В глазах его плескался смех, а в голосе было столько добродушия, что Таня не смогла обидеться. Лишь почувствовала, как отлегло от сердца.

– И все-таки, что же тебя так рассмешило? – спросил Зерус, когда осетр уже вовсю подрумянивался на костре.

Таня рассказала ему про земного осетра.

– Не знаю… – задумчиво протянул он. – Сколько помню себя, она почти всегда попадается такая.

– Что значит почти?

В голове Тани зарождалась мысль, в которую она боялась поверить, не то что высказать вслух.

– Ну, мне показалось, что она стала еще мельче, – ответил Зерус. – Хотя, могу ошибаться. Не так часто я ей лакомлюсь.

И тут Таня заговорила:

– Животные у вас огромные, а люди и рыба мельчают… А откуда она, куда плывет?

Таня даже встала, такое волнение испытывала в данный момент.

– Вниз по реке. Дальше река разветвляется. Один рукав протекает через нашу провинцию, другие – через соседние. Это единственный источник питьевой воды у нас. Уж не хочешь ли ты сказать?.. – лицо Зеруса все больше вытягивалось.

– Вы пьете эту воду? – Таня вся дрожала от возбуждения.

– Да.

– Вода! Это вода! – возликовала она и принялась выплясывать на месте. – Зер, милый, ты понимаешь, что во всем виновата вода, которую вы пьете? Все просто – надо пить другую воду.

Она продолжала танцевать у костра, а Зерус задумался и надолго.

– Наверное, ты права, – наконец, заговорил он. К тому времени и Таня уже устала выплясывать и опустилась рядом с ним. – Когда вернемся, расскажем всем. В лесу есть вода – можно прорыть каналы оттуда. Старики говорят, что и под землей протекает вода – можно вырыть…

– Колодцы, – подсказала Таня, обнимая его.

– Только сначала нужно уничтожить Валена. Ничего этого он сделать нам не позволит.

– Уничтожим!

В этот момент Таня, как никогда, была уверена в успехе их предприятия. Хватит уже страдать этим людям, пора и им зажить счастливо.

– А сейчас давай спать, – улыбнулся Зерус, опуская ее на землю и подминая под себя. – Только сначала я хочу испить твою сладость, чтобы спалось крепче.

Ничего против этого Таня не имела. Она и сама постоянно вспоминала прошедшую ночь и мечтала о ее повторении. Она с радостью приняла поцелуи и ласки этого сильного и желанного мужчины.

А рядом щипали травку два огромных козла, внушая хоть какое-то спокойствие и защищенность.

Скала, в которой находилась темница, выросла перед ними внезапно. Она ничем не отличалась от других. Если бы не стражники у ее подножья, никому бы и в голову не пришло, что тут держат в заточении человека.

Таня насчитала шестерых стражников. Многовато для одного Зеруса. Осложнял дело еще и тот факт, что перед скалой простиралось поле – подобраться незамеченными было невозможно.

– Что будем делать? – спросила она.

– Пока не знаю, – пожал он плечами, усиленно о чем-то размышляя и хмуря брови. – Не вижу даже входа в темницу. Понаблюдай пока за ними, а я схожу осмотрюсь.

Отпускать его не хотелось, но и задержать Зеруса она не смогла. Он даже слушать ничего не стал – молча скрылся в кустах.

Таня осталась одна. С козлами они распрощались пару часов назад. Она даже всплакнула, так успела привыкнуть к своему.

Она смотрела на гору и думала о человеке, что находится сейчас в заключении. Кроме утверждения Туна, у нее не было никаких доказательств, что там сидит ее отец. Но почему-то она верила словам Туна и чувствовала, что там именно он.

Внезапно воины засуетились. Трое из них вскочили и куда-то ускакали. Остальные вернулись к костру, возле которого и сидели до этого они все. Таня напряглась и припала лицом к просвету в кустах, через который наблюдала за поляной. Что там происходит и почему так долго не возвращается Зерус? Но, кажется, все успокоилось, и она потихоньку решила расслабиться.

Вокруг царила безмолвная тишина, нарушаемая обрывками редких фраз, долетающих до нее с поляны. Таня прислонилась к стволу дерева и закрыла глаза. Она думала о Зерусе, о том, что произошло между ними. Значит ли это, что он любит ее, что отдал ей свое сердце, как тут принято? Или он пошел на это из любопытства, догадавшись, насколько проще обстоит дело с выбором партнера в ее мире? И чего она сама ждет от него? Конечно, как и любая романтическая натура, она мечтает о большой любви, стать единственной для того, кого сама полюбила всем сердцем. Но уместно ли это сейчас, когда впереди одна неизвестность? Да и он довольно скупо проявляет свои чувства к ней, какими бы они не были. Единственное, что она может утверждать, так это то, что его влечет к ней физически. Но ни единого слова любви она так и не услышала. Наверное, все же не время…

Таня тряхнула головой, понимая, что мысли приняли не самый приятный оборот, что романтика развеивается под натиском разума и инстинктов. Внезапно она замерла – как раз внутренний инстинкт заорал внутри нее дурным голосом, предупреждая об опасности. Она остро ощутила, что уже не одна, что за спиной кто-то есть, хоть ни единый звук по-прежнему не намекал на вторжение.

Резко вскочив на ноги, Таня обернулась. Прямо перед ней стоял воин. Ни закричать, ни убежать она не успела. Тот схватил ее в охапку, зажимая рот огромной лапищей, и прижал к себе. Но и сдаваться так просто Таня не собиралась. Извернувшись, она умудрилась ударить кулаком по лицу воина и в пах – коленом. Да так сильно, что он моментально выпустил ее и согнулся пополам, хватая ртом воздух.

– С ума сошла?! – раздался из-под кожаного шлема знакомый голос. – Больно-то как!..

Зерус все еще продолжал оставаться в полусогнутом положении, когда Таня поняла, что именно он облачен в доспехи воина. Сначала она испугалась, что ударом лишила его детородной функции. А потом разозлилась. Она прищурилась и вкрадчиво произнесла:

– За козла придется ответить, любимый!

С этими словами пнула его еще раз, как следует.

Потом ей стало стыдно собственного зверства, видя, как страдает от боли любимый. Она присела рядом с ним и помогла растереть больное место. Заметив, как тому стремительно легчает, подумала, что все же получил он по заслугам. Она до сих пор не могла простить ему своего стремительного «взлета» на гору верхом на необузданной животном.

– Сам виноват, – пробормотал Зерус, сидя рядом с Таней и еще не окончательно пришедший в себя. – Забыл, над кем хотел подшутить, – усмехнулся он, дотрагиваясь до разбитой губы.

Тане даже стало немного жалко его, но с тем, что заслужил, она была абсолютно согласна. Она постаралась придать лицу виноватое выражение. Только вот стереть довольную улыбку с губ так и не смогла. Впрочем, Зерус истолковал ее по-своему, решив, что она радуется, что под доспехами оказался он, а не один из воинов.

– Я перехватил троих охранников. Двоих пришлось убить. Одного привез с собой, оставил его недалеко отсюда, связанным возле лошадей. Перед этим допросил как следует, – потер Зерус кулак. – Он рассказал, что периодически они меняются, но точного графика нет. И это нам на руку. По вечерам смена не приезжает, поэтому сейчас ничего предпринимать не будем. Темнеет… – посмотрел он на небо. – Завтра утром мы втроем сменим тех, – кивнул он на скалу, – и когда они уедут, войдем в темницу.

Устроиться на ночь решили прямо тут. Пока Таня готовила ложе и нехитрый ужин из тех припасов, что у них еще оставались, Зерус ходил проверять охранника и лошадей. Когда вернулся, они быстро перекусили и легли спать.

Таня все ждала, что он обнимет ее, прижмет к себе, но Зерус как лежал, повернувшись к ней спиной, так и уснул, похоже. Ей же мешало спать разочарование и обида. Как никогда она хотела сейчас ощутить его близость и тепло. Вот он, лежит рядом, но таким далеким от нее, кажется, еще никогда не был. Умом Таня понимала, что завтра им предстоит сложное дело, и, скорее всего, Зерус не хочет отвлекаться на дела сердечные перед таким ответственным занятием. Но и со своими желаниями бороться было трудно, а порой так и вовсе невыносимо, когда руки так и чесались прикоснуться к нему. Но делать этого она не должна.

Промучившись половину ночи от бессонницы, Тане все же удалось забыться на пару часов. И уже с первыми лучами рассвета ее разбудил Зерус.

– Нужно торопиться, пока не нагрянула настоящая смена. Стражник даже примерно не мог сказать, когда они явятся. Известно только, что сегодня.

Стражник спал прислоненным к дереву и крепко привязанным к нему веревками. Изо рта его торчал кляп. Это был юноша лет двадцати. Заслышав их шаги, он проснулся и испуганно таращился на них. Тане даже жалко стало беднягу со следами побоев на лице. Хорошенькая же у него выдалась ночка. Ее бессонница ни в какое сравнение не идет с его мучениями. Хотя, с другой стороны, он заслужил все это за те бесчинства, что творил по указке Валена.

– Поедешь с нами, – сказал Зерус, отвязывая того от дерева. – Сделаешь все, как я скажу, останешься в живых. Если вздумаешь помешать нам, она убьет тебя, – указал он на слегка обалдевшую, но старающуюся не подавать виду Таню. – Знаешь, кто она?

Воин кивнул, и в глазах его читался такой ужас, что Таня невольно подумала: «Скоро мною будут пугать детей». Не очень радужная перспектива.

Зерус принялся объяснять бедняге план действий. Если бы он разговаривал с Таней подобным образом, то наверняка она бы обделалась от страха.

Пока мужчины «говорили по душам», Таня зашла за дерево и облачилась в форму воина, которую сунул ей Зерус. Одежда на ней здорово болталась. Оставалось надеяться, что в предрассветных сумерках и на расстоянии этого никто не заметит. Голову она постаралась как можно надежнее спрятать под шлемом.

Как только они выехали из леса, Зерус велел им двигаться не спеша, а сам поскакал к темнице. Таню больше всего волновало, что трясущийся в соседнем седле воин не сдержит обещания. Именно поэтому она периодически бросала на него грозные взгляды. Судя по всему, это давало плоды – стражник ехал белым от страха и на нее старался не смотреть вовсе. Тогда и Таня успокоилась и переключилась на Зеруса. Она издалека наблюдала, как тот что-то долго говорил стражникам, делая какие-то жесты руками. Но те не торопились покидать пост, и Таню это уже нешуточно напрягало. Тем более, что они с пленником подъезжали к темнице все ближе. Она боялась, что через пару метров станет заметно, что никакой она не воин.

Наконец, переговоры подошли к концу. Трое стражников вразвалочку направились к лошадям, вскочили на них и помчались им навстречу. Таня затаила дыхание. К тому моменту она уже итак вся вспотела от крайнего напряжения, а теперь и вовсе находилась на гране потери сознания.

Двое стражников проехали мимо, даже не посмотрев в их сторону. А один притормозил и обвел их пристальным взглядом. Титаническим усилием она заставила себя кивнуть ему и тронуть лошадь. Кажется, пронесло – стражник кивнул в ответ и поскакал догонять своих. Благодарный взгляд Тани достался и пленному воину. Она даже подметила, как тот заметно порозовел на глазах.

Когда они приблизились к Зерусу, он стоял у скалы и внимательно изучал ее. На них даже не посмотрел.

– Что дальше? – спросила Таня.

– Такое может сотворить только очень могущественный волшебник, – ответил Зерус. – Посмотри…

Таня спешилась и приблизилась к стене. На совершенно гладкой отвесной поверхности имелась одна единственная выемка – маленькое овальное отверстие, и больше ровным счетом ничего, даже отдаленно напоминающего дверь.

Зерус достал ключ и протянул Тане. Она уже собралась вставить его в отверстие, как он остановил:

– Постой! Ты забыла, что сказал Тун? На нем должна быть твоя кровь.

– И где я ее возьму?

Возможно, вопрос и прозвучал глупо, но даже когда Зерус протянул ей кинжал, Таня слабо представляла, как сможет поранить себя.

– А если я случайно перережу себе вену? – в страхе пискнула она, принимая острое оружие.

– Предлагаю сделать надрез на ноге, – равнодушно отозвался Зерус.

– Тебе легко говорить. На ноге… Это вас тут всех украшают шрамы. А я привыкла к другому. Да и я все же женщина… – ворчала Таня, разглядывая нож.

Она понимала, что тянет время, но порезать себя было еще страшнее. Она кровь из пальца-то боялась сдавать. А когда один раз у нее брали кровь из вены, так и вовсе потеряла сознание. А тут самой себе нанести увечья.

Зерус не дал ей и дальше мусолить собственный страх – перехватил одной рукой кинжал, а в другую взял ее руку и быстро провел острием по ладони. От неожиданности Таня даже не почувствовала боли. Только с ужасом смотрела, как царапина окрашивается в алый цвет.

– С тебя причитается, – нашла она в себе силы произнести и провела ладонью по ключу. – Надеюсь, этого хватит?

Затем она вставила ключ в замочную скважину и без усилий трижды повернула. Раздался грохот, от которого у Тани заложило уши. Часть стены ушла вглубь и в сторону. Открылся очень узкий проем, в который мог протиснуться один человек. Какая-то сила потянула туда Таню, и она, не раздумывая, сделал шаг вперед. Зерус схватил ее за руку и произнес:

– Пусть первый идет он, – кивнул он на воина, что топтался рядом, с любопытством наблюдая за ними.

Он уже было толкнул вмиг перепугавшегося охранника в проем, как теперь Таня остановила его:

– Нет, – решительно произнесла она. – Он выполнил условие, не предал нас. Мы не имеем право заставлять его делать еще и это. Я пойду первая.

Она и сама не знала, почему так думает и делает. Но точно знала, что поступает правильно. Ей вдруг захотелось, чтобы все это поскорее закончилось, чтобы в Янтарию вернулся мир. Вероятно, тогда она сможет спокойно подумать о своей дальнейшей жизни и о возможности вернуться домой.