Глава 16

Работа кипела во всём Новгороде, сначала люди с удивлением наблюдали, как мастеровые таскали с улиц снег к своей слободе, а потом начали потихоньку присоединяться к нам. Я "прессовала" мёрзлую массу в тяжёлые кубические глыбы, Ведагор ставил их одну на другую, и мне нужно было чуть «подплавить» лёд, чтобы кирпичи спаялись между собой. В итоге получалась монолитная ледяная стена. Радим следил, чтобы его подопечные не отлынивали от работы, и сам таскал чуть ли не больше всех. Но продвигались мы медленно, за день я могла сделать десять – пятнадцать ледяных кирпичей, потом наставник запрещал мне работать. – Сил своих ещё не чуешь, надорвёшься, охолонись, княжна, – отгонял он меня от нашей стены. Так и сегодня, время не так давно перевалила за полдень, как Ведагор остановил меня: – Будет, Ярушка, побереги себя К нам подбежал какой-то рыжий мальчуган: – Глядите, а княжна-то светится! Я подняла руки, вокруг тела каким-то мерцающим ореолом плыла алая дымка, видимая всем окружающим. У меня глаза на лоб полезли! Что это ещё за магические выкрутасы? Ведагор, заслышав мальчугана, нахмурился. – Беги, малец, беги, не мешай Яромиле Владимировне. – Наставник? Что это за свечение? Раньше его я одна видеть могла. Ведагор прищурился, подошёл ко мне, провёл вдоль тела руками: – Сила твоя растёт, только мне подобного видать ещё не приходилось. – Это плохо? – сияние стало потихоньку затухать, сейчас лишь редкие всполохи проскальзывали вдоль тела. – Сдюжишь ли ты со своими чарами, – Ведагор покачала головой, – пошли домой, княжна, не стоит шутить с неведомым. По дороге я задумалась, интересно ледяные чары зимой сильнее или сезон никак не влияет на них? Если расспросить наставника, не будет ли это слишком подозрительным? Знал Ведагор матушку, выходит, и меня, вернее, Яромилу, мог маленькой застать. И что за выверты мои чары устроили? Как это отразится на мне? Пора самой разобраться, что и как работает. Буду потихоньку экспериментировать в своей спальне. Дома, едва мы успели сходить в баню, передохнуть и собраться в трапезной, как заскочил в комнату мальчишка из дворни: – Евсей Лукьянович, там гонец прибыл! – Так зови скорее! – дядя встрепенулся, как и мы все. В горницу вошёл юноша, “взмыленный”, будто до Новгорода на своих двоих мчался. – Едет князь, едет! – Добрая весть, – улыбнулся боярин, – подайте молодцу чарку сбитня с мороза, да ты проходи, угостись с нами, поди весь день маковой росинки во рту не было. Гонец поклонился, поблагодарил хозяев и уселся с нами. Не знаю, успел ли он поесть, его так завалили вопросами, что, по-моему, парень и жевать-то не мог. Как выяснилось, застали князя на полпути в отчий дом, в каком-то селе, где Александр с дружиной разместился на постой. Там-то бояре и повели свою беседу, даров привезли князю (сдаётся, тех же, что и мне всучить пытались), винились, за люд простой просили постоять. Смягчилось сердце князя, повезло им, отходчивый, и велел он поворачивать назад. Дня через два объявится, а может, и позже. Одному-то сподручнее ехать, а с целым войском как? – Дело своё мы не оставим, – сказал Ведагор, когда вопросы к гонцу закончились, – стену поставить надо. Мало ли, ваши бояре заполошные, неровен час, опять князю перечить возьмутся. – Об этом и речи быть не может, – поддержала я его, – даже если Александр вернётся, разве людям в защищённом месте не спокойнее будет? – Уж и подивится князь на задумку вашу, – довольно улыбнулся дядя. – Неужели раньше никто из чародеев до такого додуматься не мог? – спросила я и осеклась. На меня посмотрели, будто изо рта жаба выскочила. – Ярушка, молода ты ещё, – начал Ведагор, – людям веришь, а у чародеев век долгий, по отрочеству все мечтают мир лучше сделать, а потом понимают, что не меняется ничего под луной. Человек остаётся жадным до власти, богатства. – Они разочаровываются в людях? – Верно, княжна, и перестают им помогать. – Чары они даны кем-то, а значит, кудесникам должно вставать на защиту своей страны, города, хотя бы семьи, не попусту же силы тратить! – горячечно воскликнула я. – Рад, что ты это понимаешь, не растеряй эти стремления, девонька. – Ваши беседы заумные в сон клонят, – улыбнулась Голуба, – а коли Александр возвращается, то и тебя к себе призовёт, платье надобно. – Всё о нарядах, сестрица, – усмехнулась я. – Как же иначе? Ты девица на выданье, женихи к тебе приглядываются, – не унималась Голуба. – Пустое это всё, сначала Новгород оборонить надо, князя дождаться. А потом уже о сватовстве думать. Устала я, пойду к себе. – Иди, иди, Яра, – подхватилась тётушка, – после баньки разморило, оно и правильно, отдохнуть надо. Малуша, возьми княжне водички, на бруснике настоянной. Чернавка ушла на кухню, а я отправилась к себе. Малушка всё время находилась в горнице со мной. Куда бы отослать девчонку, не хотелось мне при ней свои опыты ставить. Ещё напридумывает чего, сплетни пойдут. Пусть к чародеям отношение другое, но лишние глаза и уши, а тем более болтливый язык, мне ни к чему. Малушка вернулась с кувшином, поставила его на стол и собралась уже устроиться на широком сундуке, что заменял ей кровать. – Иди, пока с девками сенными посиди, – обратилась я к ней, – хочу в тишине побыть, о своём подумать. – А печь затопить? Чего поднести? Как же ты княжна без меня? – сверкнули любопытством её круглые глаза. – Холода я не чувствую, знаешь поди, приходи, как стемнеет. Малуша насупилась, как же, вдруг что интересное пропустит, но ослушаться не посмела. Я села на кровать, а перед глазами бежали формулы. А если лёд делать плотнее? Насколько смогу регулировать этот параметр? Повернула ладошку кверху и создала небольшой ледяной шарик, сконцентрировалась на нём. Зрение как будто стало иным, я видела всю структуру льда или ощущала её, трудно до сих пор было понять свои чувства. Лёд из чуть мутноватого стал прозрачным, как стекло. Исчезли все пузырьки воздуха, а шарик засиял голубым светом. Значит, и чары могу концентрировать внутри куска льда. Интересно. Я и дальше накачивала шар своей силой, в центре него будто зажглась маленькая звёздочка, запульсировала, становясь всё ярче. Я даже дыхание затаила, прикусив кончик языка от натуги. Вот так… ещё немного… Пух! Вспыхнул, засиял шарик, вопреки законам физики стал стремительно нагреваться, не думая таять. Скинула с руки ледяную сферу, она откатилась от кровати, завертелась в углу, ещё миг и разлетелась по комнате осколками, по горнице прокатилась взрывная волна, сметая с лавок тряпки да мелкие безделушки. Я вовремя успела щит поставить, а то бы лицо посекло. Отойдя от секундного шока, широко довольно улыбнулась! Ха! Я ведь только что бомбу создала! Выходит, избыток магической силы влияет на физические свойства предметов, сделанных колдуном. Лёд ведь каким-то образом нагрелся. Подняла осколки, они были точно стеклянные, твёрдые, острые и не думали таять. Дверь распахнулась, и я подскочила от неожиданности, в горницу влетели чернавки, за ними Голуба, в дверях маячил Ведагор. – Что ты тут натворила? – всплеснула руками сестра. – Колданула немного, – растерялась я. – Яра! Посмотри по сторонам! Оглянувшись, только сейчас увидела, что осколки льда воткнулись в стены и мебель. Надо же, а я и не заметила ничего. – Случайно так вышло, – виновато пробормотала я. – Чародейство своё на улице устраивать надо, – попеняла мне сестра. – Выйди, боярышня, мы с княжной перемолвимся, – раздался голос наставника. Малушка осталась при нас, правила приличия соблюсти надо, а остальные тотчас вышли. Голуба ещё раз глянула на меня с укоризной. – Ярушка, у тебя опять чары чудят? – Ведагор подошёл к стене, вытащил один из осколков, повертел его в руках, внимательно рассматривая. – Нет, хотела льду прочности добавить. И вот… – Толком говори, – нахмурился наставник. – Шар сделала ледяной, стала в него чары свои вливать, укреплять, а он взял и-и-и… как бабахнет! – А ну-ка, собирайся, – Ведагор кинул мне душегрейку, подобранную с пола, – идём со мной. Мы вышли во двор, дядька Евсей шагал навстречу, только собрался что-то спросить, но заметив тяжёлый взгляд Ведогора, счёл лучшим не соваться. – Давай, мастери свой шар, – наставник остановился позади терема за клетями, там было безлюдно. Послушно создала ещё одну сферу, накачала её силой, когда внутри замерцала звёздочка, Ведагор, точно ястреб, навис над шаром. – Щит поставьте, – предупредила я и убрала от сферы руку, наставник взмахнул кистью, и воздух вокруг него сгустился. Добавила в шар ещё энергии, он вспыхнул ярче и я швырнула его в сторону. В этот раз не поскупилась на силы. Рвануло так, что у клети кое-где пробило стену, с крыши посыпалась солома. Рядом тоненько заверещала девка. – Цыц ты, – выглянул наставник из-за угла. Крик тут же умолк. – Сказывай, да обстоятельно, как смастерила такое, – снова навис надо мной Ведагор. Объяснила ещё раз, наставник задумался, дёрнул себя за бороду, прошёлся туда-сюда несколько раз. – Об этом молчи, Яра, никому не сказывай. – Почему? Такая возможность одолеть ливонцев! – Александр мой ученик, он болтать не станет, ему откроемся, только ни слова никому более. – Не понимаю… – Идём-ка в дом, беседа у нас будет долгая.