Глава 20

На ночь Ведагор отвёл меня в маленькую избу, где добрая старушка уложила меня спать на полатях, рядом с собой. В её доме пахло травами и парным молоком. На печи тепло, спится сладко, разбудила меня хозяйка, когда солнце уже встало. – А где все? – я помнила, что сборы должны были начаться с рассветом. – Ой, да куда тебе княжна с воинами по двору шастать. Был тут твой чародей, выставила его. Неча девице с ратниками делать. Я тебе блиночков испекла, кашки напарила с маслицем. Бойкая старушка метала на стол так же быстро, как болтала. Морс и квас, молоко, блины, краюха хлеба, горшок каши. Я умылась в поднесённой небольшой лохани, оделась и села завтракать, старушка устроилась напротив. Стыдно, но имя хозяйки не отложилось в памяти. – Как же тебя угораздило на битву с князем отправиться? – старушка подпёрла щёку рукой. – Махонькая такая, тебе годков-то сколько? – Всем чародеям идти надо, Александру помочь. – И-то верно, – закивала хозяйка, – прорвутся ливонцы, растекутся по всей земле, как лужа поганая. А всё же, куда девке да в бой, затопчут ведь и не заметят! – Иных чародеев трудно не заметить, – подмигнула старушке. – Что ты, что ты, – замахала руками женщина, – был у нас тут один, страшный, жуть. Огненный да алый. Занялся, значится, пожар в лесу, а наша деревенька-то вот она, почитай, сразу за опушкой. И случилось тут чародею проезжать. А огонь пышет, вот-вот избы займутся. Он подошёл и пламя, точно пёс верный, к ногам его стелиться стало, а кудесник страшный, глаза горят, волосы дыбом, вокруг него пылает красным всё. Унял он огонь, только мы от него самого по избам попрятались. Я ещё тогда девчонкой совсем была. – Сейчас есть огненные чародеи? Мне ни одного видеть не довелось. – Разное бают люди, только молва шла, – старушка наклонилась ниже и зашептала, точно опасалась, что нас могут подслушать, – что чародеи огня опасны, их не любили и боялись, а потом князь прежний и вовсе повелел, что у кого бы ни родился огненный кудесник, боярин, али княжич, всё одно – отдавать в чадную рать. И среди магов не обошлось без геноцида, извели всех огневиков просто потому, что боялись. Не удивлюсь, если перекос в стихийной волшбе сказался и на численности остальных чародеев, всё в мире взаимосвязано. В дверь постучали и, принеся с собой морозный воздух, в избу шагнул Ведагор. – Пора, Ярушка, уж и сани готовы. Поблагодарив пожилую женщину за сытный завтрак, накинула шубу, собралась выходить. – Ох, ты ж, старая! Погоди, княжна! – хозяйка схватила корзину, стоявшую на столе. – Пирожочков тебе в дорогу напекла, с брусничкой, с грибочками! Возразить мне и шанса не дали, старушка вручила полную корзину снеди, расцеловала меня, как родную и долго махала вслед, стоя на крыльце и кутая плечи в тёплый пуховый платок. – А где все? – удивилась я, глядя на пустые дворы. – Вперёд ушли, мы их нагоним, – наставник пристроил корзину у нас в ногах, – карга старая, выгнала меня чуть ли не взашей, не дала тебя будить, – ворчал он беззлобно. Глядя на обиженного Ведагора, я невольно расхохоталась: – Позаботилась она обо мне, пожалела. – Да знаю всё, – отмахнулся наставник, рассмеявшись сам, – ничего, скоро нагоним Александра. За околицей нас поджидали два всадника, мы заметили их задолго до того, как подъехали. – Кто это? – Ратмир остался тебя дожидаться. – Так их двое. Наставник молча пожал плечами. Когда узнала, кто ещё ждал наши сани, щёки невольно залило румянцем. Рядом с моим охранителем, на норовистом, приплясывающем коне, был Ярослав. Сани приблизились к всадникам, Ведагор, склонив голову, лукаво улыбнулся, искоса поглядывая на меня: – А женихи-то уже вьются вкруг тебя, Ярушка. – Да будет тебе, Ведагор Добранович, заботится просто князь. – Ой ли? Где это видана забота такая, – хохотнул он. Слова наставника ещё больше смутили меня, и когда всадники подъехали к нам вплотную, я была красная, как варёный рак. – Яромила, с тобой всё в порядке? – спросил Ратмир. – Да, жарко немного, – я покрыла свои ладошки тонким ледком, приложив их к горящим щекам, чуточку помогло. – Поспешим, – Ярослав сдерживал коня, грызущего удила и рвущегося вперёд, – брат говорит, каждая минута в дороге может быть с пользой проведена. Сани рванули по дороге, возница наш привстал, погоняя коней хлыстом, в ушах засвистел ветер, Ведагор сотворил щит и ехать стало гораздо комфортнее. – Наставник, ответь мне, почему огненных чародеев отдают в чадные воины? Чем они так провинились? Ведагор задумался, поглаживая бороду: – Тогда говорил и сейчас повторю тебе, большая беда может быть с того, что мы нарушаем законы сил, которыми владеем. Давнее это дело было, но помню, как сейчас. Тяжело огненных учить: сами они с норовом крутым, чары их опасные. В запале могут беды наделать, но всё одно, нельзя вот так со всеми. Не сказывала, наверное, тебе матушка. Однажды чародея огня сильно князь один обидел, люто возненавидел кудесник его и спалил в отместку весь город правителя. – За что же так? – удивилась я. – Князь, видишь ли, мечтал о сыне чародее, да подходящих девушек не было. А у того кудесника жёнка водой владела. Так тоже бывает, когда разные стихии друг к другу тянет. Правитель услал чародея по какой-то надобности, а сам жену его молодую выкрал, да к себе в терем свёл. Когда чародей вернулся, сказали ему, мол, умерла твоя ненаглядная. Только у таких пар связь… она особая. Отыскал кудесник жену, выведал, где её держат. Ночью пробрался в терем, даже силу использовать не стал, хотел просто увезти подальше свою любушку. Их заметили, началась погоня, князь, видя, что не настигнуть им кудесника, пустил стрелу в спину его жене, которая сидела на лошади позади мужа. Тогда-то и не стерпел чародей, пожёг весь город. Но князья роптать по всей земле стали, что, мол, опасно огненным силу их оставлять. Так и повелось, всех в чадные воины… Э-э-эх, – горестно покачал он головой, – был я на том вече, да отстоять не сумел. – Не вини себя, – погладила наставника по руке, – я с тобой согласна, неправильно и несправедливо. И воины эти кукольные. Зачем им жизнь ломают? – Тише, – одёрнул меня Ведагор. Глянув вперёд, заметила, что сравнялись мы почти с неспешно идущей дружиной. Крепко призадумалась, пока катили сани по утоптанной тысячами ног дороге. Что же получается, мужчин в зомби превращают, девушек насилуют всю жизнь, ради прихоти каких-то князьков? Если задуматься, то к любому яду есть антидот. Может, существует способ обратить чадных воинов опять в нормальных людей? Интересно, кто-то пытался? Ладно крестьяне, народ подневольный, а, допустим, у князя сын огневик родился, неужели отец всё не испробует, пока его дитя не отобрали? Видела я, что не по нутру всё происходящее Ведагору, надо бы после битвы расспросить его хорошенько, вдвоём мы что-нибудь придумаем. Я была уверена, что Александр победит. У нас-то он разгромил ливонцев, разве может быть иначе? – Яромила! – голос Невского вывел меня из задумчивости, князь вёз с собой охапку цепей. – Пора наших големов в деле опробовать. Сани чуть притормозили, и мы принялись «собирать» магических воинов прямо на ходу. Я поняла задумку князя, случись на поле боя кому-то разбить голема, “чинить” его будем там же, под стрелами врага, на бегу. Пот покатился по спине. Надо было не просто создавать голема, но и тащить за собой все “запчасти”. Ведагор поднялся в санях, принялся помогать мне. Вокруг меня разлился алый ореол, пульсируя ярким пурпуром. Ярослав, ехавший поблизости и занятый своим големом, даже осадил коня от неожиданности. – Сила твоя растёт княжна, – Александр помогал брату, – год-два и равных тебе будет мало. – Княже, – перебил его Ведагор, – не о том думаешь, брату подсоби. Пока Невский отвлёкся, один из кубов земли Ярослава грохнулся, покатившись по дороге, кони шарахнулись в стороны. Александр спохватился, снова поднял его в воздух. – А ну-ка, князь, воина Яромилы держи, я же Ярославу подсоблю, так у нас вернее выйдет, – наставник остановил сани, взял под уздцы коня Александра. Князь спешился, уступив своего скакуна, и залез ко мне в сани. Ведагор мигом взлетел в седло. Ну и стать! Старец держался на резвом коне, как юноша: спина прямая, осанка, как у офицера, ещё и колдует на скаку. Тем временем Александр подхватил моего голема и приказал вознице трогаться. – Не задирай его сильно в воздух, князь, – мой воин был почти готов, ну и работёнка. – Скажи как надо, – Александр сосредоточенно наблюдал за собранным големом. – Как соберу всего, только туловище поднимай, ноги должны по земле ступать. Сможешь? – Сдюжим, – лихо улыбнулся князь. Дружинники начали оглядываться на нас, пока не получили нагоняй от десятников. Ещё бы, зрелище фееричное! Мы едем, а по бокам, прямо в воздухе над дорогой, несутся кубы льда и земли, собираясь в неведомое чудище. Вскоре мой голем был готов. – Давай, князь, поднимай его, почувствуй тело воина, как своё! – азартно крикнула я. Ледяной ратник задёргался, кувыркнулся в воздухе, взлетел вверх и опустился на ноги, едва касаясь земли. В санях как управлять големом? Я-то приноровилась дублировать все движения, а где тут ходить, тем более бегать. Неловко перебирая ногами, всё же заставила монстра кривобоко затрусить вдоль дороги. Это тоже надо исправлять. Одно дело, если голем на поле боя, а ты в засаде, другое, рядом с ним ходить. Первый же воин вражеский убьёт. «Думай, Яра, думай»! Чуть прикрыла веки, сосредотачиваясь на ощущении голема, стараясь направлять его силой одной только мысли. Воин завалился набок. – Яромила, гляди в оба! – окликнул князь. Открыв глаза, увидела, что Ратмир едва не попал под летяще-бегущего голема, по спине поползли мурашки, не хватало ещё убить кого-нибудь. – Ну же! – подбодрила я саму себя. Сила всколыхнулась внутри, смерчем взвилась и растеклась по венам. Тут же глаза голема вспыхнули багровым пламенем, и воин неспешно пошёл вдоль дороги ровно, почти как человек. Я направила его вперёд, заставив двигаться подальше от людей. На каком расстоянии смогу им управлять? Голем пошёл быстрее, потом побежал. – Держишь? – спросила Александра. Глаза князя побелели, он молча кивнул, сосредоточившись на деле. – Вперёд! – кровь вспыхнула точно динамит в каком-то диком запале. Я вскинула руки, отправляя голема ещё дальше от нас. Князь ловко держал его, от шагов ледяного воина стоял гул, ходуном ходила земля. Дружинники смотрели со страхом, но строя не нарушили, только лица побледнели от испуга. Голем почти бежал, уносясь вперёд, глаза, горящие сквозь толщу льда, и впрямь смотрелись зловеще, я усилила свои чары, и воин покрылся ледяными шипами, вид его стал демонически страшным. Он удалился уже почти на полсотни метров. – Стой, Яра! – закричал князь. – Хватит, не удержу! Остановила голема, вдруг кони дёрнулись и сани мотануло, Александр схватил меня за талию, чтоб не выпала на дорогу. Я почувствовала биение его сердца, белые глаза с чёрными провалами зрачков оказались совсем рядом, горячее дыхание опалило кожу. Князь прижал меня сильнее, но не от испуга, что упаду. В его глазах горело желание, которое знакомо любой женщине. Я отпрянула, забыв о големе, и тот кубарем покатился по земле.