Глава 22

Кречет отвёл меня к Ведагору, который нахмурился, увидев нас. Десятник поведал о том, что произошло. Наставник промолчал, только ещё больше насупился. Мы были в просторной избе, куда каждую минуту кто-то выходил и заходил. – Эгей! – донеслось со двора, – накрывайте столы, мы вернулись! Это были Домаш Твердиславич и Кербет с малой дружиной. Началась суматоха, явился Александр, выслушать последние вести. Домаш, огромный мужик, казалось, занял собой всё пространство, он отломил кусок хлеба, жуя на ходу. – Ни маковой росинки со вчерашнего, – прошамкал воевода с набитым ртом. – Удалось? – спросил князь. – А то ж, – хохотнул Домаш, – показались мы, значится, на глаза ливонцам малым отрядом, те за нами в погоню, Кербет с другой стороны зашёл, рыцари в свои кольчужки повскакивать забыли, так хотелось им нас поймать. Метались они метались за нами по лесам, мы-то заячьими тропами уходили, ночью поди, разыщи. У самой Самолвы окружили ливонцев, немного покуражились и текать, всё, как ты велел, княже. – Добро, – кивнул Александр, – злость – худший советчик, а рыцари горды и своенравны, теперь пусть ландмейстер (прим. автора: руководящая должность Тевтонского ордена в Ливонии) попробует удержать воинов в повиновении. – Яра, ты мне нужна, – князь задал ещё несколько вопросов Домашу и Кербету и сделал мне знак рукой следовать за ним. Ведагор отправился с нами. На улице к нам присоединился Ярослав и его воины. – Куда мы идём? – обратилась к наставнику. – Учить тебя будем, как в битве себя вести. От каждого из нас много зависит. За околицей воины построились, Ярослав командовал ими, Александр направился ко мне. – Первыми идут лучники и пращники, они выманят основные силы противника в нужное нам место. Яра, будь внимательна, за ними поднимем големов, надо знать, как далеко мы сможем держаться от войска. Я вслед за лучниками поведу дружину в бой, а ты останешься. Мне нужно знать, что не пострадаешь. Мы отошли от воинов метров на сто или даже больше. Александр сосредоточился, вокруг него разлился ореол силы, наш голем, который лежал возле деревни, поднялся в воздух. – Теперь ты, – бросил мне. Я дотянулась чарами до ледяного воина, но едва могла им управлять. – Далеко! Не осилю. – Иди к нему! – приказал князь. Послушно потопала по сугробам, вскоре голем стал двигаться как надо. – Здесь хорошо! – крикнула Александру. Ярослав подбежал к нам, отсчитал шаги до дружины. – Яра, заводи голема позади воинов, следи, чтобы не придавил никого! Эта подготовка была не только для меня, но и для ратников. Им надо было научиться не боятся голема, сосредоточиться на битве. Кмети поначалу с опаской оглядывались, ещё бы, позади шагала огромная глыба льда, но потом попривыкли и больше не обращали на ледяного великана внимания. Пару часов мы бегали по полю туда-сюда, приноравливались друг к другу. Учились не только ратники, но и мы с Александром, Ярослав с Ведагором. В бою важно понимать намерения другого с полуслова, полувзгляда, там шанса на ошибку не будет. – Всё! – махнул рукой князь. – Будет! Яра, – он подошёл ко мне, – сила твоя нужна, и хотел бы я тебя схоронить подальше от битвы, да не выйдет. Когда поведу я дружину вперёд, голем станет бесполезен. Тебя будут охранять два чародея, закидай ливонцев своими шарами, ледяными кинжалами, помни, доспехи их прочны, целься в прорези для глаз. В самую гущу не лезь, держись поодаль. – Всё сделаю, как велишь. Только прикажи найти мне кольчугу по росту. – Зачем? – удивился Алескандр. – Мне в платье на сечу идти? Кого будут стараться убить ливонцы, завидев девицу на поле брани? – Ох ты, – князь почесал подбородок, – и не подумал. Сейчас тебе подберут всё, что требуется. Яромила, – Александр подошёл почти вплотную, его дыхание коснулось моей щеки, – побереги себя, ты нужна нам и… мне. – Княже, отпусти меня в Словенск, когда выкурим оттуда ливонцев, дай мне помочь своей вотчине, – я подняла на собеседника взгляд, глаза его ещё были почти белыми от бурлящей силы. – Отпущу… я обещаю, – с неожиданной горечью в голосе ответил Невский, – ступай, Яра, – он поднёс руку к моему лицу и не дотронулся, отдёрнул в последний момент, – ступай, – князь отвернулся и пошёл к воинам. Мы с Ведагором возвратились в деревню, там ко мне подошёл Кречет: – Пойдём, что ли, поляница (прим. автора: дева-воительница), подберём какую кольчужку. В избу, куда давеча приехал Домаш, принесли шлемы с бармицами и без, подшлемники, кольчуги, куяки (прим. автора: кожаная рубаха, на которую нашивались металлические пластины), наручи и поножи. – Вон все подите! – бесцеремонно выгнал всех Кречет. – Не смущайся, княжна, там, у полатей, всё примерить сможешь. Сейчас подберём, что получше. Кольчуги, даже самые маленькие, по длине больше походили на платья. Тяжёлые, собранные из сотен металлических колец, они были почти неподъёмны для меня. Ещё бы, воины у князей один другого сильнее и выше, я таких богатырей только в сказках и видала, и всё равно не понимала, как они таскают на себе такую тяжесть. – Не надо мне кольчуги, лучше куяк подберём, он и легче. – Права ты, – глянул на меня с усмешкой Кречет, – будь моя воля, здесь бы тебя оставил, только времена такие наступили, что и девицам приходится на сечу идти. Мы долго перебирали кожаные доспехи с нашитыми на них пластинами металла. Наконец, удалось отыскать куяк, который более-менее подходил мне, надела его на платье, десятник помог стянуть ремни по бокам. – Шелом нужен, – Кречет обернулся к лавке, где поблёскивала начищенными боками амуниция. – Он мне на глаза падать будет. – Беда с тобой, – как-то по-доброму проворчал десятник, – бадам (прим. автора: подшлемник) хоть примерь, мож и пойдёт какой. Перемерила с десяток подшлемников, в итоге догадалась натянуть его на свою шапку. Смотрелось, наверное, ужасающе, да и ладно, не на подиум идти, в битву. Поножи и наручи подобрали быстро. – Вот ещё, – Кречет протянул мне коричневый плащ из толстой грубой ткани, – поверх накинешь. – Я холода не боюсь, – мотнула головой. – Не только от мороза, скрыться поможет в случае чего. – На снегу будет видно меня, как ворону. Кречет усмехнулся: – Девчонка совсем. В лесу в чащу заберёшься, там и скроет тебя, к стволу прижмёшься, али под елью какой схоронишься. Я взяла плащ, Ведагор подхватил остальные доспехи, и мы вернулись в дом к Неждане. Хозяйка обрадовалась, завидев нас: – Заждались уже, – она поспешила навстречу, приняв у нас шубы, – ужин давно готов. За всей суматохой и сборами и не заметила, как на деревню опустился вечер, подмигивая нам с неба глазами-звёздами. Радость нашей хозяйки скоро стала понятна. В то время, что нас не было, в избу принесли продукты: мяса, муки, овощей, теперь семье надолго хватит. Неждана вытащила из печи горшок, полный каши с мясом, на столе, точно по мановению волшебной палочки, появились пареные овощи, душистый хлеб, пирожки с румяной корочкой: стол ломился от еды. – Угощайтесь, гости дорогие. Дети Нежданы, мальчик и девочка, пока мать накрывала на стол, забрались на колени к Ведагору в ожидании новых фокусов кудесника. – А ну марш на полати, – прикрикнула мать, – озорники! Мой желудок был пуст, но из-за волнения не могла и куска проглотить. – Ярушка, – наставник, молчавший почти весь день, обратился ко мне, – ешь, негоже слабосилком завтра идти. – Ты больше не сердишься, Ведагор Добранович? – Да не серчал я, беспокоился, – наставник улыбнулся печально, – не стоит испытывать судьбу, а если бы охальник тот не за руку схватил, а сзади поленом огрел? И чары твои не спасли бы. – Не подумала, прости, наставник. Я же среди воинов Александра, не ведала, что кто-то решится обидеть. – Ярушка, люди разные бывают, и не за всеми князь уследить может. Поберегись впредь. – Обещаю, – кивнула ему, – без Ратмира больше не буду ходить. А где же он? С утра не видно. – Ярослав его в свою дружину определил, – недовольно отозвался Ведагор. – Ратмир мой охранитель, зачем он князю? – За тем, – усмехнулся наставник, – что сердце его ретивое к тебе всё больше тянется. Не было печали. Я вздохнула, покачав головой. Тут битва на носу, а мужики всё одни и те же. Хоть в нашем времени, хоть за века до него. Зачем мне сейчас эти ухаживания? Александр мне точно не пара, где я, а где он. Поди уж с младенчества князю сосватали достойную партию. Ярослав тоже. Не тянуло меня ни к одному из них. Не до «любовей», когда думаешь, выживешь завтра или нет. – Воздухом подышу, – сказала я Ведагору, хотелось побыть одной, – я тут, на крылечке, дальше не пойду. Наставник молча кивнул. Накинув на плечи шубу, вышла во двор. Изба Нежданы стояла возле дороги, но высокие сугробы лежали на плетне, так что и людей не видать. Села на ступеньки, сбросила верхнюю одежду, холод мне не страшен. – Стой, брат! – услышала голос Ярослава и скользнула к забору, с улицы меня видно не было. По дороге размашистым шагом шёл Александр, за ним младший княжич. – Да постой же! – Ярослав догнал брата, и они остановились почти напротив меня. – Зачем тебе Яра, опозоришь ведь княжну! Уже шепотки пошли промеж людей. Али забыл, что невеста тебя дожидается? – Не причиню я вреда Яромиле, – огрызнулся злобно Невский. – А молву людскую куда денешь? Как она в Новгород вернётся, когда каждая собака будет ей вслед лаять, что, мол, князя она полюбовница! Александр понурился: – Прав ты, брат. Выкурим ливонцев, в Словенск её отправлю, дам воеводу опытного. – Отдай мне Псков, – Ярослав подошёл почти вплотную к Невскому, – я сумею её защитить. Долго длилось молчание князя. – Будь по-твоему, брат, – положил руку Александр на плечо Ярослава, – Псковские земли непросто удержать, многие на них зарятся, давно там нужна твёрдая рука. Забирай. Псков… и Яромилу. Вот оно значит как! Поделили меня братья между собой. Я снова почувствовала себя как на том пиру, кобылой на торге. Ну хорошо, князья, будет вам невеста, дайте только из битвы живой выбраться!