Глава 28

Она не пыталась бежать или хитрить. Спокойно выполняла все его указания. При нём же пописала на тест, положила его на край раковины.

– Нужно подождать, – пояснила на его немой вопрос во взгляде.

– Сколько ждать?

– Пару минут.

И они ждали. Вместе.

Павел видел, как дрожат её руки и мандражировал сам. Если она беременна от Яра… Что будет делать он? Павел не знал. Даже не предполагал.

Выдохнул, когда она взяла тонкими пальцами тест, посмотрела на него.

– Две полоски.

– Что это значит?

– Я беременна…

Ещё один тяжёлый выдох и ему хочется её ударить. Опять. За то, что предала, за то, что умудрилась залететь. За всё. Но он, конечно же, не станет избивать беременную женщину. Даже если она змея.

– Слушай меня внимательно, Кира. Свои лисьи повадки забудь. Попробуешь вновь хитрить или врать – пришибу. Ты будешь жить здесь пока не родишь. Потом узнаем, кто отец. А до тех пор сиди и жди того дня, когда я тебя, быть может, отпущу. Хотя это не факт.

– Я могу задать пару вопросов?

– Задавай.

– Что будет, если этот ребёнок от тебя?

– Я заберу его. А ты сможешь, наконец, освободиться от меня.

– А если ребёнок не от тебя? – задала вопрос и прикусила нижнюю губу, приготовившись к буре. Но Павел сдерживался. Он не сорвётся снова. Он не слабак, который избивает беременную женщину. Никогда таким не был и не будет.

– Если не от меня – сможешь уехать в другой город. Быть вместе я вам с Ярославом не дам. Не позволю.

– Думаешь, он будет тебя спрашивать? – спросила с грустной улыбкой. – Он не будет, Паш… Я столько раз просила его оставить меня в покое… И каждый раз в ответ лишь его ухмылка. Он не отстанет.

– Это мы ещё посмотрим, – достал сигареты, но курить не стал. Покрутил в пальцах зажигалку. – Ты думай лучше о себе. Об остальном я позабочусь сам.

Хотел выйти из её комнаты, но в дверях остановился.

– Он тебя насиловал, это правда?

– Да.

– Почему ты не сказала мне сразу?

– Я боялась. Как видишь, не зря, – снова эта горькая усмешка и горечь появляется во рту.

– Ты была готова бежать от нас обоих или только от меня?

– От вас обоих. Я хотела начать всё заново… Без принуждения и чужих планов на мою жизнь. Прости, – она опустила взгляд на свои колени, а Павел кивнул и вышел, закрывая за собой дверь.

Какой же он придурок. Слепой идиот. Как он не видел этого в ней? Как не заметил желания сбежать от него?

А что, собственно, он видел? У него под носом она трахалась с его же сыном. И он не замечал этого. Слепой и глухой идиот. Как часто они это делали? И как умудрялись скрываться? Сколько ещё он мог оставаться в дураках?

Ночью, вернувшись из бара, проходил мимо её комнаты. Остановился, прислушался. Она плакала…

Приоткрыв дверь, заглянул к ней и в груди стало до невозможности тяжело. Она плакала, обнимая подушку и раскачиваясь из стороны в сторону. Проглотил желание войти к ней и успокоить. У него нет для неё утешительных слов. И не будет. Предательство не прощают. Особенно он.

Поход в бар ничем не помог. Не вышло развеяться и забыться. Даже та девица, которую он угостил коктейлем и которая уже была готова отсосать ему в туалете кабака, не подняла настроения. Он не хотел другую. Он все ещё хотел Киру.

Вошёл в свою комнату, захлопнул дверь и стащил с себя галстук, что сжимал горло удавкой. Расстегнул верхние пуговицы рубашки, налил себе виски. Какой это по счёту бокал? Он не знал. Алкоголь не помогал. Лишь слегка заглушал боль от предательства.

Утром Павлу не хотелось вставать с кровати. Впервые за десятки лет он не торопился в офис, не хотел видеть лицо вечно улыбающейся секретарши. Впервые никуда не хотелось. Но он ещё должен разобраться с Ярославом. Павел не собирался спускать ему всё на тормозах. Щенок сильно ошибся, когда решил, что поиметь невесту отца – это забавно. Павел не собирался их прощать. Ни за что.

В офисе всё было, как обычно. Та же секретарша, тот же кулер в приёмной. Запах кофе, стоящего на его столе. И всё бы ничего, только он уже не прежний.

Ярослав пришёл вовремя. Даже не опоздал, как обычно.

Молча положил на стол ключи и заявление.

– Отпусти её.

Павел поднял на него взгляд, хмыкнул.

– А то что?

– Отец…

– Я тебе не отец. С сегодняшнего дня ты безотцовщина. Считай, что папка был лётчиком.

– Как скажешь. Но без неё я не исчезну из твоей жизни. Я её хочу себе.

Наглый сопляк. Оборзевший до крайности щенок.

– Хотеть ты можешь всё, что угодно. Но не её. Она твоей не будет. Она всё ещё моя женщина. И находится в моём доме. И будет там находиться, пока я не решу иначе. Ты понял меня? А теперь проваливай. У меня нет желания видеть тебя.