Глава 6. Драконья Смерть

Медленно, словно специально оттягивая время или опасаясь спугнуть (напугать – Дракона?!), Артур скользнул рукой за пазуху и вынул узкий длинный, немного похожий изогнутостью на серп, нож. В тусклом лезвии странно четко отразились отблески раскаленного драконьего тела, искры крупных звезд – казалось, те спустились рассмотреть происходящее поближе – снега́ академического парка, вернувшихся людей, бледное лицо Артура, горящие глаза и огненная расщелина усмехавшейся пасти Дракона…

И одинокая девушка неподалеку, по-прежнему стоявшая с прижатой к груди книгой. Целительница Ида жестами и окликами безуспешно пыталась привлечь внимание студентки: лесовичка по-прежнему сосредоточенно наблюдала за двоими, стоявшими в самой сердцевине цветка.

…Из тайных магических архивов подняли клинок, созданный еще на рассвете времен рорским отступником-гномом и названный по своей функции Драконья Смерть. Вручали его Артуру торжественно, полноценной делегацией древних и не очень, но очень-очень могущественных чародеев – в присутствии ректора Яшмовой Академии и предполагаемой будущей жертвы. Пусть знает, что ожидает, когда – если! – вдруг попробует обратиться! Мы даем твоему сегодняшнему другу и заступнику право применить это оружие в любой опасный момент… А клинком может поразить лишь тот, кого Дракон подпустит близко.

Его близкий друг…

И момент настал.

– Нортон, что ты медлишь! – предусмотрительно издалека командовал попечитель. – Бей его! Бей, пока он не напал первым!

Дракон, как будто это ему приказали, переступил с лапы на лапу – плиты площади заходили ходуном как тряское болото – и сделал один осторожный длинный шаг по направлению к Артуру. Второй. Нортон по-прежнему не двигался, и… Ох! Люди вскрикнули как один, когда Дракон бросился вперед, обрушиваясь на… на то место, где только что стоял его друг.

Лесовичка все так же сосредоточенно наблюдала за происходящим. Казалось, ее нисколько не волнуют ни качавшаяся под ногами земля, ни крики, ни метавшиеся по колоннаде человек и Дракон. Ни даже своя собственная безопасность – ведь пару раз хлещущий, как у разозленного кота, драконий хвост мелькнул от нее в какой-то паре дюймов, горячий ветер взметнул расплетшиеся волосы и заставил зажмуриться. Но Мира лишь попрочнее расставила ноги и крепче прижала к груди присмиревший Словарник.

…Происходящее напоминало ту эпичную тренировку в зале с незвано явившимся Змееволком: погоня, увертки, нападение, вспышки, раскаленный воздух…

Вот только друзья тогда были на одной стороне.

«Новорожденный», похоже, пока еще не слишком умело управлялся с собственным телом и силой, потому что умудрился угодить в ловушку – пытаясь дотянуться до слишком верткой добычи, нырнул между колонн и застрял. Артур (не сразу) остановился. Оглянулся на возмущенно взревевшего противника – ворочаясь, тот сначала попытался освободиться, потом и вовсе повалить колонны, а когда не удалось ни то ни другое, принялся в ярости грызть мрамор: во все стороны полетели осколки и крошка.

Запыхавшийся, мокрый и закопченный парень некоторое время смотрел на Дракона – то ли переводя дух, то ли соображая, что теперь делать, пока настойчивые понукания попечителя не заставили его очнуться. Отставив Драконью Смерть на вытянутой руке в сторону (и ведь не потерял, не выронил ни разу во время своего забега!), Артур медленно двинулся к пойманному в мраморную ловушку. Хлеща хвостом, Дракон уперся всеми четырьмя лапами в колонны – те зашатались, но устояли; кто бы ни был древним строителем, он сумел рассчитать и драконью «нагрузку».

– Да что ж ты делаешь! – заорал не своим голосом Валенрод. – Заходи сзади, бей сзади, он же тебя так сожжет!

Опять получив подсказку, Дракон дыхнул огнем, правда, попал не в Артура, в плиты перед ним, заставив остановиться, но лишь на мгновение; парень аккуратно перешагнул жидкую лужу мрамора, увернувшись от следующего огненного… не пламени – плевка. Третья попытка поджечь недавнего приятеля закончилась окончательной неудачей: Дракон поперхнулся и закашлялся черным дымом с искрами пополам.

И с огнем-то у него тоже проблемы, отстраненно отметила Мира, еще Дракон называется!

Словно услышав ее, тот тут же попытался скогтить старосту, но Артур вовремя отскочил, и обрушившаяся лапа расколотила вдребезги один из лепестков цветка. Что за беспорядок!

Черный Дракон притих, наблюдая одним глазом за приближавшимся парнем.

Артур переложил клинок из руки в руку и обратно. Сказал угрюмо:

– Я ведь тебя предупреждал… Предупреждал же?

– Да что ты там с ним разговоры разговариваешь? – чуть не рыдал за границей площади попечитель. – Бей скорее! Твоего приятеля больше нет! Его нет!

– Нет? – спросил Артур у Дракона. – Нет же?

Дракон моргнул безресничными кожаными веками.

– Бей!

– Заткнитесь, – устало сказал Артур. – Просто – заткнитесь.

– Нортон! Ты знаешь, что будет, если ты не убьешь его! Я приказываю!.. я приказываю тебе исполнить свой долг… кхе… кхе…

Попечитель наконец-то сорвал голос, и в парке стало удивительно тихо – лишь посвистывал среди колонн снежный ветер, потрескивало что-то догорающее. Дракон тоже не двигался – всё смотрел.

Артур оглянулся. Встретился взглядом с лесовичкой: в глазах ее цвета зеленого меда впервые не было тепла и улыбки, словно некто, поселившийся внутри, критически изучал его, и парень поскорее отвел взгляд. Онемевший попечитель с остальными приезжими магами усердно кивали ему и махали руками, подсказывая, куда и как именно следует нанести удар. Вон и охранники поддерживают; Симон даже направился к старосте по шатким плитам… на помощь, надо полагать.

Взор Артура задержался на госпоже ректор. Марго стояла неподвижно, зажав обеими ладонями рот, смотрела огромными фиолетовыми глазами.

Красивая. Какая же ты красивая…

С глубоким вздохом он развернулся к Черному Дракону. Тот тоже смотрел на него неотрывно – не шевелясь и не моргая, – даже когда Нортон широко замахнулся рукой для удара.

Нет.

Броска.

Нож отлетел в сторону – далеко в сугроб за пределы площадки, – а Артур начал умирать.

…Многомудрые волшебники подстраховались: коли Нортон добровольно взял на себя обязанности драконоубийцы, он не должен внезапно передумать, когда дойдет до дела. Потому и наложили на него заклятье самоумерщвления, буде тот не поступит как должно. Мы ни в коем случае не желаем юноше зла, это же простой психологический момент, объясняли хмурившейся госпоже ректор: зная, что ждет его в случае отказа от выполнения своего обещания, он, разумеется, выберет собственную жизнь…

Кто же знал, что Артур выберет другое!

Тяжело дыша, сквозь все застилающую пелену он смотрел, как бежит и бежит к нему госпожа ректор, ни на дюйм не делаясь ближе, словно плывет в леденеющем воздухе, как, спотыкаясь, поскальзываясь, падая, спешит следом целительница… зря, совершенно зря Марго привела ее, на что-то надеясь, Ида не сможет помочь ни ему, ни Криспину… Плывущим, мутнеющим взглядом нашел лесовичку и попытался ей улыбнуться: прости, девочка, что чуть его не убил…

И умер.

Мира глубоко вздохнула вместе с расширившимся и сдувшимся гармошкой Словарником. Взглянула на Дракона. Тот вновь начал извиваться и биться, пытаясь выбраться из своего мраморного силка – охранники поодаль настороженно следили за ним, сжимая совершенно бесполезные боевые жезлы и ножи. Попечителей не было видно: побежали поскорее докладывать, что задуманный план по контролю над одним-единственным недодраконом провалился?

А в это время нежданно оставшийся в живых Дракон сообразил наконец, что освободиться ему можно лишь одним способом. Мерцание вновь скрыло огромное черное тело, и на плиты площади между колонн рухнул человек.

Еле-еле поднялся, хватаясь за закопченные недавним пламенем колонны. При каждом шаге его неимоверно мотало из стороны в сторону, но он все же добрел до склонившихся над Артуром женщин и только тут упал на колени. Пару раз попробовав заговорить, прочистил горло и сухо каркнул:

– Как… что?..

Мельком глянувшая на него Ида продолжила накладывать исцеляющие заклинания, руки ее беспрерывно метались по телу Артура, надавливая тут, растирая там. Придерживавшая парня за плечи Главная Ведьма, совершенно не обращая внимания на Криспина, шептала усиливающие заклинания формулы, отдавала свое тепло и силы. Тай осел на пятки, оскалившись, уставился на белое лицо друга. Приняв какое-то решение, вскинул руку, приказал не глядя:

– Ко мне!

Словарник вывернулся из рук лесовички и, трепеща страницами, пролетел по воздуху в раскрытую ладонь студента. Тот принялся поспешно перелистывать страницы в поисках нужного слова: теперь-то, после освобождения от заклятий и обращения, он сумеет прочесть свою Драконью книгу!

И спасти друга.

Подволакивая онемевшие от неподвижности ноги, Мира подошла, чтобы видеть всё собственными глазами.

И пропустила приближение Валенрода, все это время разыскивавшего и наконец нашедшего отлетевший в снег клинок Драконьей Смерти. Лишь в последний момент успела обернуться, метнуться, заслонить собой Криспина Тая.

Мужчина еле остановил замах. Выругался, попытался обогнуть, потом оттолкнуть лесовичку, не вышло – Мира вновь заступила ему дорогу. Рыкнул:

– Пошла вон отсюда! Да что вы все только смотрите, кто-нибудь, живо уберите от меня девчонку!

Послушались сразу трое – охранники, наконец получившие четкий приказ, что им в данной ситуации делать… что они могут сделать, и кто-то из гостей, метнувший в девушку боевое заклинание.

Но оно с пронзительным визгом отрикошетило от внезапно возникшей мерцающей зелеными искрами пелены, отгородившей мраморный цветок. Запахло листвой, свежей травой, цветами. Летом посреди зимы…

Незнакомо сильный и звучный женский голос прозвенел над площадью, колоннадой, самим Академическим парком; даже хлопотавшие над Артуром на миг вскинули изумленные лица.

– Пуща принимает этого Драконочеловека под свои ветви! С сего мгновения никто не смеет причинять ему вред!

Никогда не встречавшийся с лесовичкой ранее Валенрод совершенно не впечатлился:

– Будешь еще пугать меня своими школярскими трюками, ты, недоучка! Сгинь немедленно! Пропусти, кому говорят!

С ничего не выражавшим лицом недоучка вскинула руку, и господин попечитель пролетел через колоннаду, причудливо повторяя собственным телом в полете все ее изгибы, и ухнул где-то далеко в снег. Вытянув шею, Мира с некоторым беспокойством поглядела ему вслед (не убился? хотя и поделом бы – вздумал Дракона убивать и против ее Пущи идти!) и присоединилась к троице спасателей.

От новоявленного Дракона толку пока было мало: не обращая внимания на суматоху за своей спиной, Тай еще порывисто листал Словарник подрагивающими пальцами. Мира поглядела-поглядела и поинтересовалась:

– Какое слово ищешь-то?

– Если б я знал! – хрипло отозвался Криспин, не отрываясь от книги.

Поня-ятно! Лесовичка перекинула через плечо взлохмаченную массу своей косы, прицельно, с ойканьем, выдернула сразу несколько волосков и, приподняв голову Артура, быстро обернула их вокруг шеи парня: тот вздрогнул и глубоко, прерывисто вздохнул. Расставшись со следующими, Мира обмотала по очереди его запястья. Целительница, с открытым ртом следившая за действиями студентки, внезапно воскликнула:

– Зеленый волос!

Лесовичка глянула на замершего с заложенным в книгу пальцем Криспина, призналась виновато:

– Ну да, есть у меня немножко… Теперь читай, что ты там нашел!

– Я – нашел? – Парень-дракон глянул в услужливо открывшийся Словарник. – Ну да, нашел… – И, как Мира ранее, сначала проговорил слово мысленно, потом шепотом, потом вслух: – Живи. Живи. Живи!

Бледное лицо Артура, на котором скрестились все взгляды, дрогнуло, исказилось, словно от боли, и староста выдохнул, не открывая глаз:

– И нечего… так орать…

Вот тогда закричали, загомонили все! Охранники хлопали друг друга по спине, госпожа ректор еще крепче обняла-обхватила Артура за плечи, укачивая его, как ребенка; Ида плакала не скрываясь; Мира озабоченно ощупывала собственную голову, переживая, не оставила ли сгоряча где проплешины; Криспин обессиленно осел-сгорбился с книгой на коленях…

И никто не видел, как всеми позабытая колдунья-попечительница, переняв эстафету своего поверженного напарника и уроненное им оружие, с неожиданной силой и сноровкой метнула Драконью Смерть в беззащитную спину Тая…