Глава 25

Спустя какое-то время мы с Иваном снова поднимались по трапу на борт корабля. Капитан, заметив нас, нервно заходил по палубе. Конечно, он спешил! Из-за нас он и так уже изрядно отстал от графика: сначала эта история со спасением Анны, потом вынужденная стоянка в Кулише, теперь еще и побег Юли! Но перечить мне он не мог — слишком уж высокопоставленной особой я оказался. После рассказа Анны о том, кто она на самом деле, мне пришлось раскрыть и свое инкогнито. А с императором, как известно, не спорят.

— Так, — решительно произнес я, взглянув на всех присутствующих. — Мы сойдем на берег в этом городе. Девушка пропала, а нам обязательно нужно ее найти. — прокомментировал ситуацию специально для капитана. Он кивнул, принимая такое объяснение. Беспокойство за Юлю явно отразилось на его лице. — Иван, сходи за вещами, и идём к городскому главе. Поднимаем военных и начинаем искать Юлю. Я немедленно отправлю сообщение в столицу — здесь это сделать будет проще и быстрее. Пусть пришлют отряд гвардейцев. И графа Жданова тоже нужно оповестить, а то он в своей тайной канцелярии совсем перестал выезжать «в поля». Княжна в это время на этом корабле добирается до Бярска, там её уже встретят и проводят в столицу. Позже будем думать, что делать дальше.

— Господа, боюсь, вам придется немного изменить свои планы, — раздался тихий, но твердый голос Анны. Мы с Иваном удивленно обернулись. Княжна стояла у самого трапа, опираясь рукой о перила. Вид у нее был хоть и болезненный, но решительный. — Я не останусь на корабле одна. Без вас.

— Но, княжна… — начал было капитан, но она остановила его жестом.

— Прошу вас, не называйте меня так. Не здесь. И не сейчас. — Она подошла ближе и остановилась перед нами. В ее глазах читалась тихая уверенность. — Я все слышала и все поняла. Вы — император, верно? — Она посмотрела на меня внимательным, изучающим взглядом. — Мы с вами уже встречались давно в Кирате. Вы еще тогда были совсем юн и приехали к нам с дипломатической миссией. Вместе с вашим отцом.

Я нахмурился, пытаясь вспомнить тот визит в Кират, и вдруг меня словно током ударило. Точно! Мне тогда было лет тринадцать, не больше. Мы действительно ездили в Кират с отцом. И я видел маленькую княжну, совсем еще ребенка с огромными, серьезными глазами.

— Да, я помню вас, — сдержанно поклонился я.

— Отлично, — улыбнулась Анна. — Так что давайте не будем усложнять ситуацию. У вас два варианта: либо я схожу на берег вместе с вами, понимаю, что дело важное, либо без вас я на этом корабле не останусь. Ни за что!

Я уже открыл было рот, чтобы объяснить ей, что она не в праве мне указывать, но тут заметил, как в ее глазах заблестели слезы. Она пошатнулась, словно вот-вот упадет в обморок.

— Дмитрий, — прошептала она, и голос ее дрожал. — Мне… мне просто очень страшно. После того, что мне пришлось пережить… Я… я не могу оставаться среди чужих людей. Просто боюсь! Я и тогда-то в каюте только потому успокоилась, что узнала вас. Прошу, поймите меня.

Аааааааа, как все не вовремя!

— Хорошо, — вздохнул я, понимая, что спорить бессмысленно. — Пусть будет по-вашему. Иван, забирай вещи. — Я обратился к капитану: — Господин капитан, мы не станем задерживать вас дольше необходимого. Вернемся в город. И начнем поиски Юли.

Капитан, видимо, обрадованный тем, что мы наконец-то оставим его в покое, тут же кинулся выполнять мои распоряжения. Он позвал одного из матросов и отправил его за лекарствами для Анны.

Иван вернулся довольно быстро, неся в руках нашу небольшую сумку. Мы и не успели толком распаковаться, так что собираться было недолго. Забрав сумку, я подошел к борту и остановился, глядя на темную, мутную воду реки.

— Ну и что ты обо всем этом думаешь? — спросил я Ивана, когда капитан удалился, и мы на короткое время остались на палубе одни.

Я любил посоветоваться со своим кузеном. Некоторые считали его, скажем так, не самым умным человеком на свете, и он часто посмеивался над такими суждениями. Я-то знал, что за его внушительной внешностью скрывается острый ум и недюжинная смекалка. Иван умел смотреть на вещи с неожиданной стороны и часто давал мне ценные советы. Да и вообще одна голова — хорошо, а две — хорошо-хорошо. Несмотря на тяжёлую ситуацию, которая сложилась, не ухмыльнуться я не мог.

— Сложно всё. Княжну одну на корабле оставлять нельзя, но и бегать с нами она не может. Поэтому предлагаю поручить заботу о ней градоправителю. Юлю искать надо, она явно угодила в какую-то беду. Только где её искать пока непонятно. Будем разбираться. — оптимистично добавил он и хлопнул меня по плечу с такой силой, что я с трудом удержался и не присел. Шутник!

Не прошло и пяти минут, как Анна, одетая в простое, но хорошо сидящее на ней платье, которым с ней поделилась одна из пассажирок, появилась на палубе. Вид у нее был спокойный и уверенный — словно она ничуть не сомневалась в правильности своего решения. Мы быстро спустились по трапу и направились в сторону города. На этот раз капитан не стал нас провожать, видимо, решив, что чем скорее уберёмся с его корабля, тем будет лучше.

Свежий речной воздух, казалось, благотворно подействовал на Анну: с ее лица сошло напряжение, в глазах появился блеск. Она с интересом осматривалась по сторонам. Мы не спеша шли по узким, мощеным булыжником улочкам. Как бы мне не хотелось действовать быстрее, но княжна была еще очень слаба и торопить ее было нельзя.

Через полчаса мы уже стояли на пороге дома, где проживал городской глава. Двое военных, охранявших вход, попытались было нас остановить, но, увидев массивный золотой кулон — один из символов императорской власти, — который я достал из-под рубашки, тут же приняли почтительный вид и проводили нас в дом.

Дом городского главы поражал своей роскошью. Высокие потолки, украшенные лепниной, дорогие ковры на полу, тяжелые бархатные шторы на окнах. Все говорило о том, что хозяин дома живет на широкую ногу. Нас провели в гостиную и предложили подождать.

Ожидание было недолгим. Через несколько минут в кабинет вошел невысокий, тучный мужчина в длинном шелковом халате и ночном колпаке. Вид у него был довольно сонный.

— Чем обязан такой чести? — пробасил он, и замер, решая можно ли при таких гостях усесться в кресло и с любопытством разглядывал нас.

Предоставив Ивану рассказывать о том, кто мы такие, какая помощь нам нужна, я напряжённо смотрел в окно, где уже вовсю зарождался новый день.