Глава 6

Дверь дом открывается, на порог выходит мачеха, смотрит на меня с неудовольствием. — Приехала и торчишь возле калитки, — произносит раздраженно. — Где ты шляешься?

— Извини, я не поняла, что-то случилось? — спрашиваю с тревогой. — Что-то с папой?

— Опомнилась, — кривится Инесса.

— Пожалуйста, скажи, что с ним? Его ведь должны были выписать, я думала всё хорошо…

— Он пытался тебе дозвониться, ты не брала трубку.

— Когда? Лезу в сумочку, достаю телефон. Выключен! Видимо, зарядка села, я действительно со всеми этими нервами забыла включить ее ночью.

— Да скажи уже, что случилось!

— Роберт злился, говорил, что ты ему срочно нужна, но не объяснил зачем. Я сама ничего не понимаю. Так почему ты трубку не брала? Ты же знаешь, какие у него серьезные неприятности. Все что он сказал, это то что ты влезла в них совершенно неожиданно для него. И теперь все только хуже. Это правда? — требовательно спрашивает мачеха.

— Где папа? Я хочу с ним поговорить, — решительно направляюсь к дому.

Дико мучает жажда, мне так плохо что голова плывёт. Мачеха не преграждает мне путь к счастью, пропускает и заходит следом за мной. Направляюсь на кухню, наливаю себе стакан воды, выпиваю его залпом.

Губы слегка болят, припухшие от поцелуев Дамира. Мы правда целовались с ним? Усилием воли отбрасываю нахлынувшие картинки и воспоминания.

— Ты странно выглядишь, — произносит Инесса, оглядывая меня критично. — Ты ничего не принимаешь? Транквилизаторы? Антидепрессанты?

Никогда не упустит случая сказать обо мне какую-нибудь гадость, или подумать. Это неистребимо, я уже привыкла.

— Мне надо увидеть папу, — направляюсь к лестнице.

— Да нет его дома, пойми! Умчался куда-то, перед этим тебя искал. Ничего мне не объяснил, но из того что знаю, ясно что все крайне плохо. Каким боком ты влезла, можешь мне сказать? Потому что вытаскивать все равно мне придётся, ты это прекрасно знаешь.

По взгляду мачехи явно читается: мужа своего я вытащу. А потом с наслаждением посмотрю, как ты будешь тонуть.

— Он сам уехал? За ним никто не приезжал?

— Ты меня с ума сведёшь своими вопросами! — взрывается Инесса. — Почему я должна отвечать, когда сама хочу понять что происходит! Если ты вмешала Роберта в какую-то грязную игру, поверь, я закопаю тебя и даже цветочек на могилку ему принести не позволю. Твоя мамаша отняла его у меня на много лет, тебе я этого сделать не дам, поняла?

Все же взбегаю вверх по лестнице, распахиваю дверь кабинета отца. Потом несусь в их с мачехой спальню.

— Папа! — кричу на весь дом, не могу доверять мачехе.

— Ты больная что ли? — из своей комнаты выглядывает Лада.

Убедившись, что отца и правда нет, покидаю дом. С двумя язвительными стервами находиться невыносимо, рассказывать им о том что происходит выше моих сил. Пусть отец сам с ними разбирается. Но куда он подевался? Впрочем, у него могли быть дела. У папы есть влиятельные знакомые в криминальном мире, в органах власти. Может быть он сейчас ищет какой-то выход, чтобы помочь мне. Наверно, поэтому искал меня. В груди становится теплее. Он не бросил бы меня на растерзание, хотя в какой-то момент мне показалось, что он сделает именно это.

Заставляю себя успокоиться, возвращаюсь домой и наконец принимаю душ. Обжигающе-горячий, чтобы уничтожить запах Дамира, выжечь его из себя, чтобы не осталось воспоминаний, болезненных ощущений внизу живота.

Не проходит. Это просто невыносимо! Как можно одновременно ненавидеть и так сильно желать?

Ещё несколько раз набираю отцу. Не отвечает. Гудки идут, он в сети, но почему-то не берет вызов. Все это внушает тревогу, но понимаю — лучшее что могу сделать, это подождать. Папа объявится как только сможет.

В конце концов, принимаю снотворное, что делаю крайне редко, и проваливаюсь в глубокий сон.

Как бы ни было плохо утром, все равно нужно идти на работу. Сегодня моя очередь открывать кофейню, приходить самой первой. Привычное занятие немного расслабляет, но Ольга снова делает замечание, что я плохо выгляжу, слишком бледная. — Ты точно не болеешь?

«— Нет, со мной всё хорошо, правда. небольшие неприятности у отца, переживаю за него», — объясняю то, что не расстаюсь с телефоном. Папа не отвечает. Инесса названивает мне каждый час, сообщила что отец не пришел ночевать, и она страшного волнуется. Требует приехать и рассказать, что происходит. Моя нервозность усиливается, весь рабочий день провожу в каком-то зомбированном состоянии.

Под вечер замечаю, что напротив, в соседнем кафе целый день за одним столиком проводит мужчина. Периодически скольжу по нему взглядом, пока до меня не доходит…

Это мой вчерашний водитель, Муса! Уже перед закрытием кафе, когда не остается клиентов, кипя от ярости подлетаю к нему.

— Что это вообще за слежка?

— Не понимаю тебя. Что тебе нужно, девушка? Иди работай! — фыркает этот мерзавец.

Задыхаюсь от негодования, разворачиваюсь, иду к себе. Зачем ему следить за мной? Чего хочет этим добиться? Но вряд ли по своей инициативе. Значит, Дамир приказал?

Закончив работу, набираю Инессе.

— Он не приезжал?

— Нет! Ты сейчас приедешь и всё мне расскажешь, поняла? Только я могу спасти его, ты это прекрасно знаешь!

Сижу напротив мачехи, в их с отцом спальне. Каждое слово дается с трудом, приходится буквально выталкивать из себя фразы. В конце концов, Инесса вытаскивает из меня абсолютно все. Открыться помогает то, что сейчас она другая. Не язвит, не осуждает. Наоборот, подталкивает к откровенности, выслушивает вроде как даже с сочувствием.

Поэтому я совершенно к потоку ненависти, который обрушивается на меня после.

— Ты хоть понимаешь что творишь? — кричит мачеха. — То есть, все можно было решить просто потрахавшись с этим Дамиром? И что такого? Или у тебя пи*да золотая? Ты кем себя возомнила, сука? С чего взяла что ты какая-то особенная? Тем более, сама признаешься, что он тебе нравился раньше. Говоришь мужик не урод. Так что с твоей башкой, а? Ты подставляешь что сделала только потому что тебе хочется сыграть в брачные игры? Хочется ухаживаний, сладких слов, да? Тогда как этому мужику после тюрьмы просто поебаться хочется!

Никогда не слышала от надменной и холодной Инессы столько матерных, грязных слов и гнусных оборотов. Она долго бушует, выливая на меня потоки грязи. То, как она выворачивает ситуацию, делая меня во всем виноватой, заставляет ужаснуться, почувствовать себя настоящим чудовищем.

Она права… миллионы женщин занимаются сексом не по желанию. Кто-то за деньги, кто-то из страха. Кто-то не желая, но из любви, чтобы удержать мужчину. Кто-то спит с уродливыми, или даже вонючими… Наверное. Я не знаю! А я не смогла заняться сексом с мужчиной, в которого была влюблена. К которому даже сейчас есть влечение. Не смогла из гордости…

Да, как бы ни была груба и омерзительна сейчас мачеха, она права. Я ужасная дочь и совершенно жалкая женщина. Не умею пользоваться своим телом…

— Другая баба все бы в свою пользу обернула, заставила бы забыть этого типа, что он вообще кому-то мстить собирался. Ты оказалась в нужное время в нужном месте, отвлекла этого типа, но до конца довести не смогла. Убирайся из моего дома! Не знаю что тебе ещё сказать! Если с твоим отцом что-то случится, это будет на твоей совести. Надеюсь, будешь всю жизнь мучиться от этого. Ведь самокопание и сомнения — твои любимые занятия. Даже потрахаться нормально не можешь.

Выхожу из дома мачехи, чувствуя себя избитой. Инесса меня пальцем не тронула, а ощущение что по щекам отхлестала. Словесно выпорола, так что мутит и голова кружится.

Не представляю что делать дальше. Сидеть возле дома и ждать когда вернется отец? А если не вернётся? Ждать, когда он ещё одну ночь не придет домой? Что если его уже убили? Меня передергивает от ужаса.

Если бы я даже хотела связаться с Дамиром… Я не знаю как! У меня нет ни телефона, ни адреса. Набираю его имя с поиске, но разумеется никакой информации, кроме старых заметок из далекого прошлого.

Еду домой, провожу бессонную ночь. Глаза все время открыты, даже на секунду не могу закрыть их, потому что сразу встает картина как отец, избитый, валяется в грязи, весь заляпанный кровью.

На работу прихожу в абсолютно зомбированном состоянии. Ольги сегодня нет, она уехала по делам, иначе я бы отпросилась. Первый утренний наплыв посетителей, делаю кофе, в основном постоянным клиентам, который все время приходят в этот час перед работой. Когда поток уменьшается, готовлю кофе для себя, чтобы хоть как-то взбодриться и выдержать смену.

А потом вспоминаю…

Бросаюсь к кафе напротив, Муса расположился на том же месте. Как я сразу не вспомнила про него! Вот кто поможет. Сажусь на соседний стул, Муса разглядывает меня с неудовольствием.

— Отвези меня к нему, — произношу безжизненным голосом.

— Что? — Муса смотрит на меня с недоумением. — Я тебе такси что ли?

— Я не знаю адреса. Тот дом, из которого ты меня увозил. Отвези меня туда еще раз.

— Я тебе уже сказал, что не таксист.

— Хорошо, просто набери Дамиру. Скажи, что мне нужно с ним поговорить. Скажи что я что я на все согласна, пусть только папу не трогает. Скажи ему, я хочу приехать и сделать что он захочет. Ты передашь?

— Иди отсюда, — Муса как-то странно оглядывает меня.

Понурив плечи бреду обратно в свою кофейню. Продолжаю работу, постоянно бросая взгляды на столик за которым сидит наблюдатель. Этот мужчина мой единственный шанс связаться с Тураевым! Надо как-то убедить его… Если Муса не захочет помочь мне, другого шанса не будет… Но как уговорить его?

Спустя пару часов, вижу как мужчина направляется ко мне. У меня начинают дрожать колени, хватаюсь за стойку чтобы не упасть. Только не понимаю что чувствую. Облегчение или панический ужас?

— Я позвонил, — произносит Муса. — Тебя ждут. Прямо сейчас.

Торопливо киваю, снимаю фартук, выключаю все что нужно, позже постараюсь объяснить Ольге почему заведение закрылось раньше. Конечно, мне придется рассчитаться за это, может даже уволят за такое, но сейчас меня это не заботит. Иду за Мусой к машине понурив голову. Поверить не могу, что я решилась. Мне ужасно страшно. Я выбралась из того дома совсем недавно. Не верила в свою удачу… а сейчас иду обратно, навстречу своему палачу. Добровольно…