Глава 22

Как ни торопилась я домой: ждали необработанные камни, заказы, королевский подарок, однако пришлось задержаться у Энджи ещё на неделю. Рентгена здесь не было, но я чувствовала, что пинки по рёбрам тоже не прошли даром. Наверное, трещина. Двигаться могла, а вот дышать было иной раз больно.

Так что Энджи, посмотрев, как я со скоростью улитки и оханьями древней старухи передвигаюсь по комнате, запретила мне возвращаться домой и к работе.

Новость всё-таки просочилась за стены лавки. В течение этих дней ко мне приходили не только родные. Навестили Айла с хмурым Элвудом и плачущей Мией, заезжал Роберт. Привёз полную лавку продуктов, настоял на ещё одном осмотре врача и сам же его оплатил, не слушая возражений. Сообщил, что камни в его сейфе, в целости и сохранности.

Но раз уж я была вынужденной гостьей травницы, времени терять даром не стала. Энджи помогала мне спуститься в лавку, и там мы вместе занимались созданием клея. Тут же на месте я проверяла состав на прочность и другие качества. Жанин принесла мне немного камней и ненужный холст для опытов.

Составы были почти идентичны. Но вот это «почти»… То клей получался мутным, то недостаточно прочным, то сильно влиял на изначальный цвет камней. Тем не менее, мы не отчаивались. Ингредиенты у нас ещё были, и времени как раз предостаточно.

Энджи злилась:

— Разница всего в унцию, а какая пропасть в результате, — топнула она ногой, выплёскивая неудачный образец. Тот вообще пошёл хлопьями, как свернувшееся молоко.

— Ты записывай всё, не забывай, — подала ей листок с рецептом, — где-то в рецепт твоего отца вкралась ошибка, или кто-то намеренно обманул его.

— Почему люди такие? — Травница набрала воды в чистый горшок и поставила на печь, — ведь папа отдал почти все деньги за этот листок. Представляешь, какое разочарование ждало бы его?

Я усмехнулась:

— Этим вопросом люди задаются на протяжении всего времени, что существует человечество.

— Сделаем последний на сегодня и пойдём спать, — Энджи подпёрла рукой щёку, ожидая, пока согреется вода.

Дождавшись, когда жидкость стала горячей, травница, отмеряя ингредиенты, начала по щепотке добавлять то одно, то другое. Клей становился гуще, пошла уже знакомая муть, которая через пару минут исчезла. В воздухе странно запахло пряностями.

— Ты чувствуешь? — Удивлённо спросила Энджи, — будто рядом булочки с яблоками и корицей пекут.

А мне больше напоминало ваниль с лёгким ароматом кардамона.

Девушка сняла горшок с огня, чуть обмакнула палец, растерев состав по ладони:

— Смотри какой, — протянула она мне руку.

Взвесь отливала на её коже перламутром.

— Похоже, — приподнялась я со стула, — у нас получилось⁈

— Ой, не сглазь, — Энджи отлила чуток клея в плошку, — сейчас остынет, можно будет проверить.

Приготовила холст и немного размельчённых камней, от нетерпения ёрзая на сиденье и дуя на состав, чтобы остыл быстрей.

— Не торопись, — улыбнулась подруга, — никуда он не денется. И не радуйся заранее, вон их, сколько уже стоит, — махнула она головой на ряд небольших пузырьков, где были наши неудачные образцы. Вылить их было жалко, так что старались отыскать применение и им.

Мы неспешно поужинали, бросая красноречивые взгляды на горшочек. Убрав посуду и освободив стол, я взяла холст и приступила к работе. Клей ложился почти незаметно, перламутровый цвет придавал более глубокий оттенок камням, заставлял их грани сиять ярче. Что ж, дело за малым, дождаться, когда высохнет. Тут же приклеила один камень к серебряной проволоке, которую скрутила спиралью.

Полюбовалась ещё раз на свой труд и положила образцы подсохнуть.

— Теперь можно и на боковую.

Энджи помогла мне подняться, расстелила постель, напоила меня лекарствами, и мы легли спать.

Утром я встала с мыслью о том, что мне необходимо нанять помощника. Как говорится, на ловца и зверь бежит. Не успели мы с Энджи позавтракать, как в дверях показался Питер.

— Доброе утро, прекрасные дамы, — он вошёл, улыбаясь во все тридцать два зуба, — Ирэн, в городе только и разговоров что о тебе. Но ничего дурного на этот раз не слышно.

Немного расслабилась, при слове «разговор» невольно всплыло в памяти всё произошедшее.

— А я ведь ждала тебя, — улыбнулась парню.

— Меня? Интересно, выкладывай, в чём дело? — Питер оседлал стул, спинкой вперёд.

— Не буду ходить вокруг да около. Мне нужен помощник. Согласишься перейти на работу в мою мастерскую?

Парень запустил пятерню в волосы, ероша и без того торчащие пряди.

— Оставь ненужное смущение, — продолжила я, — скажи, какая сумма будет тебе интересна в качестве платы за труд. Помни, на работе мы с тобой партнёры, за пределами мастерской — друзья. Так что постараемся не смешивать деловую и личную часть нашей жизни. Ну как?

— А-а-а, — махнул рукой Питер, — согласен. Всё равно хотел уходить от своего брюзги. Опостылел, сил нет терпеть его придирки. Только уговор, вместо платы, пусть мне идёт процент от заказов.

— Ну вот, — рассмеялась я, — слышу деловые нотки. Озвучь мне цены на работу, которую ты будешь делать самостоятельно, посчитаю, какой процент с заказа смогу платить. По рукам?

— Идёт! — Питер протянул мне ладонь, которую с удовольствием пожала.

Свои секреты оставлю при себе, а вот готовить камни, холсты, тянуть проволоку и шлифовать изделия вполне сможет и мой новый помощник.

— Когда приступать, шеф? — Шутливо-деловитым тоном поинтересовался Питер.

— А завтра с утра и приходи. Хватит мне злоупотреблять гостеприимством Энджи, да и заказы не ждут.

— Это точно, — подхватил парень, — народу не терпится получить свои шедевры.

— И с тобой, моя милая подруга, — обернулась я к ней, — уговор в силе? Делим доход с клея пятьдесят на пятьдесят? Все компоненты покупаю сама, как и договаривались.

— А ты уверена, что всё получилось?

— Ну так неси, сейчас и посмотрим!

Травница достала из кладовой холст и серебряную проволоку. Я сразу взяла в руку свою металлическую спиральку. Камень сидел на ней, как влитой, играя гранями на свету не хуже алмаза, а ведь это был всего лишь небольшой, слегка мутноватый осколок султанита неопределённого зелёно-коричневого оттенка. Сейчас он лучился зеленью на гранях, внутри же мерцала звёздочка цвета гречишного мёда. Изумительно!

Проверила на прочность, камень сидел плотно, точно прикрученный на невидимый штифт.

— Ну! Что я говорила! Получилось! — От радости обняла Энджи, — только глянь!

— Как тебе удалось так огранить султанит, да ещё и мелкий осколок? — Питер взял в руки серебряную проволоку.

— В том-то и дело! Никак! Это всё клей.

— Во даёте! — Изумлённо рассматривал он камень со всех сторон.

— А картина, — протянула мне травница полотно, — только посмотри!

Мудрствовать с ней я не стала, изобразив веточку с парой листочков. Что и говорить, самоцветы сияли и переливались будто собственным светом.

— А вот теперь мы поработаем, — довольно потёрла я ладони, — Питер, будь добр, найми мне извозчика. Пора домой.

Я поблагодарила Энджи, оставив большую часть клея для продажи. Всё-таки подруге тоже нужны деньги. Мы условились, что для себя буду выкупать его по себестоимости. И подам документы на приобретение патента.

Питер проводил меня до дома и отправился обратно. Увольняться. Я же с нетерпением открыла дверь. Соскучилась по родным.

— Ирэн! — Взвизгнула Катрин, кинувшись мне на шею.

— Полегче, сестрёнка, — охнула я, схватившись за рёбра.

Следом показались Бетти и Жанин, оттеснив немного неугомонную младшую.

— Как знала, — обрадованно сказала матушка, — поставила печь твой любимый клюквенный пирог!

— Как хорошо быть дома, — раздевшись, устроилась поудобней в гостиной, в большом уютном кресле.

Бетти принесла пачку писем:

— Смотри, заказчики, справляются о твоём здоровье. Я ответила им всем, отписавшись, что ты больна.

— Правильно сделала, — кивнула ей, — первые дни и ручку бы не удержала. И у меня новость. С завтрашнего дня Питер выходит работать ко мне. Без помощника не справиться.

— Он приличный молодой человек, — кивнула Жанин.

— И симпатичный, — стрельнула глазками Катрин.

Когда пирог был распробован, а чай выпит, отправилась в мастерскую. Работа не ждала. Занялась огранкой первой партии бериллов, что были припрятаны в укромном месте. Камни удивительные. Чистые, насыщенного красного цвета с чуть фиолетовым оттенком. Вкупе с золотом они будут смотреться невероятно красиво, а главное — роскошно. Что и требуется для королевских драгоценностей. Подумав, решила остановиться на парных кольцах и браслетах. Что, если Их Величествам не понравится?

Протекция Элвуда в столице, конечно, дело хорошее. Но мне хотелось съездить самой, подтвердить письменные контракты, договориться о поставках клея для Энджи. А главное — продемонстрировать уникальный камень моего рудника.

Понятно, что такой эксклюзив не для мелких городков. Будем налаживать связи в столице.

Долго не раздумывая, отправила записку Джарвисам. Хотелось посоветоваться с купцом лично. И в качестве ответа они прислали за мной свою коляску для прогулок.

Переодевшись, отправилась к ним.

— Ирэн!

И снова объятья, от которых приходилось слегка отстраняться, тихонько морщась от боли.

— Ты написала, что у тебя дело к отцу? — Мия проводила меня в гостиную, уютно устроившись рядышком.

— Да, нужен его совет.

— Папенька скоро приедет. Поэтому мама и отправила за тобой экипаж.

Горничная подала чай, и за разговорами мы и не заметили, как в комнату вошли Айла и Элвуд.

— Рады видеть тебя в добром здравии, — поприветствовали меня супруги.

Я, не откладывая разговор, поделилась с Джарвисами своими планами и сомнениями.

Купец немного помолчал, словно прикидывая что-то в уме:

— А обратись ты к Роберту. Одной ехать опасно, тем более с драгоценностями. Он ведь не только сможет обезопасить твой путь, но и познакомить с известными людьми. Маркиз искренне добр к тебе. Ведь идея с выставкой принадлежит ему, как и с разоблачением. Роберт хорошо знаком с Лонгманом и смог просчитать его реакцию. Твоя же картина с лебедем стала просто подарком провидения. Арчибальд был сражён наповал.

Вдохновлённая предложением, покинула я дом Джарвисов, решив завтра же пригласить в гости Роберта и обсудить эту идею.