Глава 34

На следующий день устроили выходной. Все вымотались, пока делали срочные заказы. Теперь они были отправлены, как положено, и можно передохнуть.

С утра Фанни и Айрин пристали ко мне с просьбой прогуляться по Грилону.

— Девочки, — как могла, отговаривала я их, — мне неспокойно. Вдруг с вами что-то случится? Обидит кто.

Я даже рассказала про нападение в переулке, после которого восстанавливалась несколько недель. Но и это их не остановило.

— С нами будут Эрнест и Дэнни, — канючила неугомонная Фанни, — Ирэн, не будь букой. Ничего не случится.

— Она права, — поддержала подругу Айрин, — не можем же мы сидеть взаперти, как монашки. Тем более что пойдём не одни.

Я сдалась, выдав несколько стерлингов из запасов Жанин на мелкие расходы. Гулять по городу без гроша в кармане — сомнительное удовольствие.

— Раз так, иду с вами. Схожу к Энджи, узнаю, как у неё дела.

— И я с тобой, — отозвался Питер.

— Чудесно, — улыбнулась я другу, — отправляемся прямо сейчас. Все собраны?

Девушки радостно закивали.

На полпути разошлись, мои мастера направились в парк, мы же к травнице.

Вид подруги меня обеспокоил. Энджи сидела в лавке, грустная и расстроенная. Настолько, что не заметила меня, пока я не потрясла её за плечо.

— Вид у тебя, словно кто-то умер, — встревожился Питер, глядя на травницу.

Та лишь махнула рукой и грустно вздохнула.

— Энджи, рассказывай. Что произошло?

— Ирэн, тебе и своих забот хватает. Ничего особенного, разберусь.

— А вот мне, — подмигнул ей Питер, — забот маловато. Давай, выкладывай.

Девушка робко улыбнулась:

— Вчера оплатила пошлину за торговлю. Денег почти не осталось, а клей продаётся плохо.

— Погоди, а кто вообще знает, что ты им торгуешь? — мы не обсуждали это с подругой.

— Я оповестила своих клиентов.

— Старушек, что ходят за средствами для суставов? К тебе идут за лекарствами, а больные люди думают лишь о здоровье. Поверь, они, выйдя из лавки, напрочь забыли, о чём ты им говорила. Сделаем так. Бумага у тебя есть?

Травница удивлённо кивнула.

— Неси.

Я взяла несколько листов, разорвала их пополам и написала рекламные объявления.

— Зачем это? — Энджи рассматривала написанное.

— Затем. Сейчас нам Питер отыщет нашего друга Джека, того самого бродяжку, что помогал нам раньше, и мы отдадим ему объявления. Пусть расклеит по улице ювелиров.

— Дельная мысль, — парень не стал задерживаться, отправившись на поиски.

— А ты, — я взяла в руки бутыль с готовым клеем, — отыщи несколько маленьких склянок.

— Это ещё для чего?

— Вечером отнесёшь их богатым торговцам, отдашь бесплатно. Пусть попробуют, сами прибегут со своими деньгами, вот увидишь. На двери повесь большую надпись «Здесь покупает клей ювелир Ирэн Колман». Имя моё становится известным в Грилоне, должно помочь.

Скоро заявились Питер и Джек. Я сунула в руки мальчишке несколько пенни:

— Расклей на самых видных местах по всей улице.

— Да, госпожа, — отсалютовал Джек и убежал.

— Ирэн, как мне самой это не пришло в голову, — растерянно глядела на меня подруга.

— Говорят, одна голова хорошо, а две лучше, — улыбнулась я, — ничего, наладим мы тебе торговлю. Послушай, по поводу Джека. Мальчишка всегда не прочь заработать пару медяков. Давай-ка справим ему одёжку получше, пусть разносит готовые заказы, сборы и настойки в богатые дома, естественно, за отдельную плату.

— Ты гений, — рассмеялся Питер, — скажи, откуда берёшь такие идеи?

Я выразительно постучала себя пальцем по лбу, не сдержав смеха.

— Кстати, об идеях. Энджи, есть у тебя вазелин, кусок угля и щепочка?

Брови травницы полезли вверх:

— Боюсь даже спрашивать зачем?

— Вот и не надо. Просто принеси мне.

Возвращаясь в Грилон, я задумалась о косметике. Как ни крути, любой девушке хочется выглядеть ещё лучше. Карандаши Эстер навели меня на мысль о создании своей линии косметики. Однако мне этим заниматься некогда, да и не хочется. А вот подруге пригодится.

Девушка разложила передо мной требуемое.

— Истолки его в пыль, — протянула я ей уголь. Сама взяла из горшочка немного вазелина, переложила в маленькую баночку. Затем ножом расщепила кончик деревянной палочки, получилась импровизированная кисточка. Не ахти какая, но на раз хватит. Главное — объяснить принцип.

Энджи подала мне угольную пыль, я смешала её с вазелином.

— Садись передо мной.

С опаской поглядывая на чёрную массу, девушка опустилась на стул. Взяв щепку, нанесла на ресницы получившуюся смесь. Не знаю, откуда это помнила, что первую тушь делали именно таким способом: смешивая угль и вазелин.

Даже к моему удивлению, эксперимент удался! Чёрная пыль подсушила на ресничках вазелин, и тушь застыла как надо.

— Сходи, посмотрись в зеркало, — отправила подругу в её комнату.

Через минуту та кубарем скатилась по лестнице:

— Ирэн, что это за чудо? Мои глаза, мои ресницы! Они длинные и такие густые!

— Это называется тушь для ресниц. Как делать, ты видела. Давай-ка я отнесу её Мие и Айле, если им понравится, то разойдётся по всему Грилону.

— Ты мой ангел-хранитель, — прослезилась подруга, тут же заморгав, — тушь потекла.

— А вот плакать теперь нельзя, — рассмеялась я, аккуратно стерев потёки, — ты лучше подумай и потом мне скажи, какие краски есть в виде порошка. Мы с тобой ещё кучу нужного понаделаем. Женщины на тебя молиться будут. С кисточкой только надо решить.

В лавку заскочил Джек:

— Я всё расклеил!

— Друг мой, — улыбнулась я ему, — ты вовремя. Сбегай, будь добр, к хорошему плотнику и закажи маленькую расчёску.

Оторвав клочок бумаги, нарисовала щёточку, которой раньше наносили Ленинградскую тушь.

Джек почесал затылок, повертел рисунок так и эдак и умчался, пожав плечами. Я же отыскала плотный кусок картона, сделала из него маленькую коробочку и переложила тушь туда.

— Вот смотрите, — продемонстрировала друзьям, — удобно и аккуратно. Энджи, сделай ещё пару-тройку таких. И вот о чём я подумала: попробуй ещё использовать обычную сажу из печки, поглядим, как будет лучше.

Питер, обалдев, наблюдал за мной:

— Я с тобой отвыкаю чему-то удивляться, но косметика из мусора. Да-а-а-а.

— Но но но, — подняла палец, — не из мусора, а из природных материалов.

Мы, переглянувшись, расхохотались.

Задерживаться дольше не стали, отправились домой. У меня тоже были свои идеи по поводу оформления картин, хотелось обсудить их с Эрнестом, пока тот не занят.

В мастерской стоял шум и гам, Айрин с Фанни, полные впечатлений от прогулки, бурно что-то обсуждали.

— О, Ирэн, Питер! И вы вернулись, — Эрнест сидел за верстаком с дымящейся кружкой в руках.

— Как провели день?

— Скучновато у вас, — поморщился Дэнни, — городок маленький.

— Посмотрите на него, — упёрла руки в бока Айрин, — аристократу мало развлечений. Можно подумать, в Кингсворте у тебя их было полно.

— Не ссорьтесь. Рядом с Ирэн вам скучать не придётся. Это я гарантирую, — рассмеялся Питер и рассказал, как прошёл наш день.

— Мы тоже хотим тушь! — Заявили девчонки в унисон, — Ирэн, и нам сделай.

— Нет. Вам я куплю. Не будем лишать Энджи заработка.

С кухни выглянула Жанин. В последнее время готовить стали здесь, комната тут была больше и таскать из дома ничего не надо. Ужинали мы все вместе.

— Все в сборе? Хорошо, — улыбнулась матушка, — пора за стол.

Айрин и Фанни так рьяно обсуждали косметику, что к разговору тут же присоединились сёстры. Пришлось Питеру вновь повторить всю историю.

— Я поражаюсь, — облизала Катрин ложку, — ну, откуда ты всё это придумываешь? Невозможно же просто так догадаться смешать вазелин и уголь, да ещё на глаза намазать. Признавайся, где ты такое видела?

Пожала в ответ плечами:

— Сама не понимаю. Ощущение, что мой мозг, потеряв память, старается заполнить место любыми знаниями. Может, где видела или читала.

— Говорят, — присоединилась к нам Жанин, — что наша душа, когда мы спим или находимся долго в забытьи, как ты во время болезни, путешествует по другим мирам и иногда можно вспомнить, об увиденном там.

— Мама, — фыркнула от смеха Катрин, — ты всё ещё веришь в сказки.

— Как знать, — ответила я, — иногда даже самые невероятные сказки становятся былью, и оживают легенды.

Ты права, матушка, только не душа Ирэн путешествовала, а моя пришла в этот мир. Я всегда была уверена, что у матерей есть особое чутьё, способность угадывать правду, какой бы она ни была. Жанин лишь подтвердила это своими предположениями.

— Даже если так, — рассмеялся Питер, — то ты очень удачно посетила неведомые миры. Твои идеи — просто находка для нас.

— И у меня есть ещё одна, — улыбнулась я, — мне нужен ваш совет, Эрнест.

— Верите? — Громким шёпотом, сделав испуганное лицо, сказал Питер, — я иногда её побаиваюсь, — и сам тут же прыснул от своей шутки, — ну, подруга, чем удивишь нас на этот раз?

— Помнишь, как я оформила волосы Мии на портрете золотой проволокой?

— А как же, — кивнул парень.

— Хочу сделать маленькие чешуйки из золота и серебра, представляешь, как они будут смотреться на картинах и украшениях? Ими даже можно будет расшивать одежду.

— Ух ты-ы-ы, — Фанни опёрлась щекой на руку, — должно получиться очень красиво. И дорого-о-о-о.

— Ага, — поддержал её брат, — золото ещё никто на платья не навешивал. Богачи будут в восторге.

— Что ты, Дэнни, — перебил его Эрнест, — есть золотые и серебряные бусины.

— Так они тяжёлые, — парировал рыжик, — обшей ими всё платье и упреешь через пять минут от веса. А чешуйки лёгкие должны получиться, можно сверху донизу ими обвешаться.

— А Дэнни прав, — кивнул старый мастер, — что вы хотели узнать у меня, Ирэн?

— Как нам их сделать. Я поначалу думала, чтобы раскатывать из золота тонкий лист и вырезать, но тогда будет много отходов. Их, конечно, можно тоже пустить в дело, однако, мне кажется, стоит поискать другой вариант.

— И вы правы, — поддержал меня Эрнест, — делаем проволоку, режем и плющим каждый кусочек под прессом.

— Дельная мысль, — кивнула ему, — сейчас и опробуем, если вы не против.

— Мы все за, — наперебой ответили мои ювелиры.

— Интересно же, — Фанни подскочила из-за стола, убирая посуду.

— Ирэн, — обратилась ко мне задумчивая Айрин, — ведь ты можешь открыть собственную ювелирную школу. Для этого надо иметь хотя бы один патент, у тебя же их с каждым днём прибавляется. А чем большим количеством собственных техник владеет мастер, тем дороже обучение.

— Ну нет, — рассмеялась я в ответ, — может, в старости. Пока мне не хочется учить кого-то, даже за большие деньги. Интересней творить самой. Вот увидите, наша мастерская ещё прославится на всю страну.