Глава 38

Но утро приготовило для меня не только этот сюрприз. Пока мы разглядывали и, в который раз, перечитывали бумаги, Катрин принесла коробку.

— Это тоже от Его Величества.

— Ну-ка, дай глянуть, — открыла ящик и не поверила своим глазам, там лежала золотая и серебряная проволока, к ним прилагался листок, где бисерным, красивым, явно женским почерком написан список драгоценностей — новый заказ от монархов.

— Ого! — Катрин заглянула внутрь, — сколько же это денег стоит.

— Много, — я захлопнула крышку и пошла вниз, убрать драгоценный подарок в сейф.

На кухне Бетти поила чаем Алекса.

— Откуда ты здесь? Почему меня не позвали?

— Твоя сестра сказала, что пришла депеша от короля, не хотел вам мешать. Новости хорошие?

— Просто замечательные. Вильгельм пожаловал мне титул баронтессы, теперь наша мастерская — официальный поставщик королевского двора!

За спиной послышался ведьмин визг, и в следующую секунду у меня на шее повисли Фанни и Айрин, к ним присоединилась и Бетти.

Эрнест вышел на шум, слушая рассказ Дэнни.

— Большая честь для нас всех работать с вами, Ирэн, — улыбнулся мастер.

— Это и ваша заслуга. Какие картины создаёт Айрин, а пайетки, что вы делаете, каждый день пользуются всё большим спросом. Так что письмо короля адресовано всем нам. И по такому поводу надо подумать о том, что можно поднять цены на наши изделия, а вам заработок.

— Погоди, Ирэн, — вмешался Алекс, — я тоже пришёл по делу, — он вытащил из портфеля кипу бумаг, — это опросные листы, их следует заполнить.

— Тогда давай устроимся прямо здесь, — придвинула стул Майрону и себе.

Все вышли из кухни, приступив к своим делам, только Бетти хлопотала возле печи, готовя завтрак.

— Скажи, Хайс в чём-нибудь сознался?

— К сожалению, нет, — покачал головой констебль, — потому и приходится разводить бумажную волокиту, готовить запросы. Но я всё равно не отступлюсь, рано или поздно его вину докажут.

— Что тогда?

— Скоту дорога одна — на виселицу, за побег по головке не погладят. Дело не в нём, наша задача доказать вину Гуслинга, а без признаний дело сильно осложняется.

— Какое признание? — В комнату впорхнула Энджи с примочками для моих рук, — что я пропустила?

На одном дыхании выложила ей все новости.

— Поздравляю, подруга! Скоро руки твои заживут, и снова сможешь творить своё волшебство, — улыбнулась она.

Ожоги почти сошли, как и обещала травница, чувствительность пальцев вернулась, только на тыльной стороне ладоней ещё оставались обгоревшие участки кожи, но и те раны хорошо затягивались, благодаря лекарствам Энджи.

— И всё-таки, — подруга споро бинтовала мои руки, — о каком признании шла речь?

— От Хайса. Он ни в чём не сознаётся.

Травница замолчала на несколько минут, призадумавшись о чём-то:

— Алекс, могу ли я довериться вам, — неожиданно спросила она.

— Всецело, вы ведь не предложите ничего незаконного?

— Как сказать… Дело в том, что есть у меня рецепт одного средства, оно заставит говорить Скота правду. Только, как вы сами понимаете, этот отвар не совсем законен и делать его запрещено. Согласны?

— Как заставить Хайса его выпить?

— Никак. Он не имеет ни вкуса, ни запаха. Добавьте в воду и ждите результат.

— Я согласен, под мою ответственность. Сам подолью ваше зелье в питьё Хайса и его подельников.

— Тогда завтра оно будет готово. Придёте ко мне с утра.

— Спасибо, Энджи, — пожала я руку подруги.

— Не за что, Ирэн. Мне впервые удалось вылезти из нищеты. Клей разбирают моментально. Лавка стала приносить неплохой доход. Мия рассказала о твоей туши, наверное, всем женщинам Грилона, меня завалили заказами. Это самое малое, чем я могу отблагодарить тебя. И одна просьба, отпусти со мной Питера. Надо будет прогуляться к лесу за травками.

— Конечно, не вопрос. А кто в лавке вместо тебя? Ты почти каждый день приходишь делать мне перевязки, неужели твоя торговля простаивает?

— Нет. — Рассмеялась подруга, — за прилавком остаётся Джек. Он оказался очень толковым парнем, быстро выучил все микстуры, сборы и настойки, теперь торгует в моё отсутствие или относит заказы, тем, кто не против за это заплатить.

— Я рада, что паренёк больше не болтается по улицам.

— О, он обустроил себе спальню в моей кладовке. Большего я предложить пока не могу, но Джек сказал, что прежде у него никогда не было своей комнаты.

Пока болтали, Энджи закончила перевязку, и они с Питером ушли. Мы же занялись бумагами, коих было немало.

Жанин уговорила Алекса позавтракать с нами, после вместе проводили его до ворот.

На выходе Майрон остановился:

— Госпожа Жанин, сегодня вечером мои родители ждут вас и Ирэн к ужину. Ваша дочь уже дала согласие.

Вот хитрюга, улыбнулась я, скорее, мне не дали шанса отказаться.

Жанин слегка смутилась:

— Мы с радостью навестим вас, Алекс.

— Отлично! — Просиял он, — тогда заеду за вами после службы.

Мы переглянулись с матушкой.

— Надо приготовить платья, — всплеснула она руками, — уже и забыла, когда в последний раз была у кого-то с визитом. Тем более, когда сватают мою кровинушку.

— Ты считаешь, это предложение?

— Милая, — улыбнулась Жанин, — по другому поводу родителей на ужин не приглашают, — идём, у нас не так много времени.

Я заглянула на стройку, где рабочие возводили каменные стены нашего будущего особняка. Полюбовалась сделанным. Митчел махнул мне рукой сверху. Сегодня укладывали перекрытия второго этажа, и он лично руководил процессом.

А дома поднялся гвалт, сёстры наперебой советовали, что надеть и как причесаться. К счастью, пожар не добрался до спальни сестёр. Пока я была в отключке, мужчинам удалось потушить пламя. Одежда не пострадала, хоть и прокоптилась. Но Бетти смогла отстирать всё, и наряды были теперь как новые.

— Надень своё бальное платье, — ходила за мной по пятам Катрин.

— Нет, слишком вычурно. Лучше выбрать наряд попроще.

Когда с одеждой разобрались, я достала из сейфа две парюры. Первую, из отборных гранатов, для Жанин, вторую — простое колье с жемчугом, браслет и серьги для себя.

— Ирэн, они же приготовлены на продажу, — матушка отложила коробку с драгоценностями.

— Ничего страшного. Мы с тобой сапожники без сапог, делаем такую красоту, не имея даже золотой цепочки. Один раз можно и шикануть.

Жанин открыла футляр, где переливались кроваво-красные камни:

— Против такой красоты сложно устоять, — улыбнулась она.

Бетти, наш неизменный парикмахер, занялась причёсками. Матушке собрала высокий узел, затейливо уложив его на затылке. Мне же оставила половину волос распущенными:

— Такое богатство и прятать грех, — заметила она, расчёсывая спадающие до поясницы шёлковые пряди.

К шести мы были готовы. Жанин украдкой хлебнула успокоительной настойки, нервно ходила по кухне, переставляя бокалы с места на место. Я сидела за столом вместе с сёстрами, наблюдая за ней.

— Мама, присядь, — не выдержала Катрин, — волнуешься больше, чем Ирэн.

— Ох, права доченька. В первый раз иду на сватовство.

— Мне кажется, ты опережаешь события, — сказала рассудительная Бетти, — может, это просто знакомство. Алекс и Ирэн слишком мало знакомы для предложения руки и сердца. И потом она теперь может согласиться выйти замуж за маркиза. Мезальянса не будет.

Только сейчас я вспомнила о Роберте, за чередой суматошных дней было не до него. Лерой опять пропал и не давал о себе знать.

— Понимаешь, мне не хочется за него замуж, — ответила я сестре.

— Мне казалось, он тебе нравится.

— Как хороший друг, не более. Алекс. Совсем другой. С ним легко, будто мы знакомы всю жизнь.

— Это любовь, — улыбнулась матушка, обняв меня за плечи.

За спиной раздалось тихое покашливание. Мы обернулись и только заметили смутившегося Алекса. Интересно, давно он тут стоит?

— Экипаж ждёт нас у ворот, — покраснев, сказал мужчина, — мы можем ехать.

Я встала из-за стола, заметив восхищённый взгляд мужчины, который буквально пожирал меня глазами. Тут уж краснеть пришлось мне, щёки запылали. Майрон подал руку Жанин, как и положено.

Скоро карета подвезла нас к небольшому симпатичному особняку. На крыльцо вышли убелённые сединами супруги Майрон: миловидная невысокая женщина с добрым лицом и чуть полноватый господин.

— Отец, мама, позвольте представить вам баронтессу Ирэн Колман и её матушку Жанин Колман.

— Госпожа Жанин, — обернулся к нам Алекс, — мои родители Милтон и Аманда Майрон.

Я заметила, как Аманда теребит в руках платок, нервничали все.

— Что же мы стоим на пороге, — спохватилась Аманда, — проходите в дом.

Из маленького холла попали в гостиную, где уже был накрыт стол к ужину. Поначалу разговор не клеился, родители присматривались друг к другу, я ловила на себе взгляды Милтона, чуть настороженные. Однако Алексу удалось разговорить Жанин, и к беседе присоединились его родители. Вечер прошёл замечательно. Аманад и Милтон оказались милыми людьми. Майрон-старший был неплохим адвокатом, он помнил дело моего отца, и они быстро нашли общий язык с Жанин на почве воспоминаний.

Мы собрались возвращаться домой уже ближе к одиннадцати, Алекс попросил задержаться и вышел из комнаты, вернувшись через минуту.

— Госпожа Жанин, в присутствии своих родителей прошу у вас руки вашей дочери, Ирэн, — он протянул мне открытую коробочку, где сверкал небольшим бриллиантом перстенёк. И не было его в мире красивей.

Оглянулась на матушку, и та, улыбнувшись, кивнула мне.

— Я согласна, — колечко заняло своё место на пальце, а наши родители, уже не смущаясь, бросились обнимать нас обоих.

На следующий день неожиданно с визитом заглянул отец Алекса — Милтон. Мы занимались с Питером подборкой гранёных камней для украшений Вильгельмины, его приход застал меня врасплох.

— Добрый день, господин Майрон. Что-то случилось?

На душе стало тревожно. Неспроста отец Алекса приехал, не сообщив заранее.

— Добрый день, Ирэн, — поздоровался он, — извините, что нагрянул вот так, без приглашения. Однако мне хотелось поговорить с тобой и Жанин наедине.

Мы выпроводили всех из кухни и устроились за столом.

— Видите ли, — начал беседу Милтон, немного помолчав, — о вас известно в городе, дорогая Ирэн, что вы наследовали рудник и мастерскую своего отца. К тому же получили титул. И я хотел бы предложить вам брачный контракт.

Меня удивил его поступок, неужели боится, что я оставлю Алекса без гроша? Обернулась на матушку, и в глазах той читалось недоумение вкупе с лёгким разочарованием.

— Слушаю вас, господин Майрон.

Милтон вытащил бумаги:

— Наша семья отнюдь не бедна, однако, как вы, наверное, знаете, титул лишь красивая приставка к фамилии. Потому мне не хочется, чтобы вы думали о том, что Алекс женился на вас из-за денег или об этом судачили в городе. Посему я позволил себе подготовить бумаги, где говорится, что ваша мастерская и прииск остаются за вами.

— Ничего не понимаю, разве это не так?

— Ирэн, Жанин говорила о ваших…м-м-м, проблемах с памятью. И потому я и составил этот брачный договор. Иначе всё ваше имущество после свадьбы отойдёт мужу, то есть моему сыну.

— О! Вот как! Не знала, — с души словно камень свалился, решила уже, что Милтон будет защищать деньги своего сына, а тут всё наоборот, — но я доверяю Алексу.

— Вы молоды, — улыбнулся Милтон, — и не можете предусмотреть всего. Если с моим сыном что-то случится, то наследуют его дети, не имея таковых, имущество отойдёт по мужской линии, понимаете?

— Тогда должна поблагодарить вас, господин Майрон, — взяла бумаги, начав читать.

Матушка предложила гостю чаю. Я заметила, как посветлело её лицо. Не каждый день о тебе заботится посторонний человек.

Договор был составлен предельно просто и прозрачно.

— Подписать нужно сейчас?

— Да, — кивнул Милтон.

— Алекс знает о нём?

— Конечно. Я обсудил с ним всё с утра.

— Вы замечательный человек, — Жанин присела рядом с Майроном, — теперь я не сомневаюсь, что Ирэн попадёт в хорошую семью.

Но Милтону пришлось задержаться. Надо было прописать моё приданое. Так было положено. Мы посчитали примерную сумму, добавили в договор и на том расстались.

Если у меня и были переживания о предстоящем замужестве, то последние из них развеялись. Мне повезло и с женихом, и с семьёй, в которую предстоит войти.