Глава 9

Илья

Визит Лукьянова с компаньоном — дело предсказуемое, правда, я думал, что ради приличия он выждет хотя бы пару месяцев. Ошибался. Видимо, с годами настойчивость Егора только растет, вместе с неумением проигрывать, полагаю.

Так или иначе, я отлично понимал, зачем он приехал, а еще понимал, что визит этот был лишь началом неизбежной череды наших встреч, которые сперва будут проходить, как было принято говорить, «по-хорошему», а потом… Ладно, до потом, может, и не дойдет, хотя, опять-таки, зная Лукьянова, несложно понять, что он будет биться до последнего.

Самое смешное, что предмет войны совершенно не стоит тех ресурсов, которые будут вбуханы. Я отлично понимаю, что Егору этот несчастный заводик на хрен не сдался. Если отберет — закроет и разгонит всех к чертовой матери. А еще я понимаю, чего Лукьянов в курсе моих планов на это производство. И насчет расширения, и насчет зарубежных инвестиций, поэтому биться он будет с удвоенным усердием.

Просто так исторически сложилось, еще со школы. Опыта в подготовке подстав для меня у Егора хоть отбавляй, причем с нашим взрослением рос и уровень подлянок. Ладно, не буду прикидываться святым, это была совсем не игра в одни ворота, но даже это не мешает считать Лукьянова мудаком.

Скажу больше, если бы в мире существовал университет мудаков, Егор закончил бы его с отличием, а потом бы с успехом продолжил работать по профессии. Однако этим характеристика моего давнего знакомого не ограничивалась. Лукьянов был до невозможности обаятельным.

Нет, конечно, я не тот человек, который должен размышлять на тему мужского обаяния, но, черт возьми, именно оно заставляло практически всех представительниц противоположного пола истекать слюнями и приносило Егору кучу бонусов. Как в личной жизни, так и в делах.

И вот теперь этот обаятельный мудак сидел в моем кабинете и втирал мне что-то о готовности выкупить завод прямо сейчас, как я и говорил, «по-хорошему».

Я не знаю, на чьем счету в этом растянувшемся на десятилетия соревновании сейчас преимущество, знаю лишь то, что последняя значительная победа за мной, а это значит, что Егор просто так не отстанет. О решимости моего заклятого приятеля говорило и присутствие Андрея.

Что из себя представлял компаньон Лукьянова? Хотя, компаньон — не самое подходящее слово, ну да ладно, не буду цепляться к словам. Если кратко — его же собственную копию, не лицензионную, правда. Менее успешную, менее обаятельную, менее решительную. Но со своей задачей — преклоняться перед Егором — Андрею удавалось справляться на ура.

Но все это лирические отступления. То время, когда наша войнушка могла считаться безобидной, уже давно закончилось, поэтому я не видел никакого смысла оттягивать неизбежное и решил сразу же четко обозначить свою позицию. Тем более, что ребята в столице уже вовсю работали, чтобы прикрыть все слабые места.

Все было серьезно, однако маленький бонус в виде охреневшего лица Лукьянова я себе позволить мог.

Именно поэтому я очень надеялся на Анну. Что творится в голове у этой девушки — вопрос, который ответа не имеет, однако сейчас настал тот момент, когда ее безрассудность могла доставить мне несколько десятков приятных моментов, оставалось лишь надеяться, что она поняла меня правильно.

На предложение пообедать Егор с Андреем согласились с легкостью. Практически синхронно поднялись со своих мест и зашагали в сторону приемной, где нас уже ждала моя помощница, одетая в…

А черт его знает, что это было такое. Возможно, салаты на ее блузке мутировали и превратились в этот кислотный мешок… От мыслей о том, как девушка встретила моих глубоко уважаемых гостей, с трудом сдержал усмешку, не хватало еще лишиться единственного возможного союзника.

Союзника, который, как оказалось, может быть совсем не колючим, да и целуется… Так, об этом тоже не стоит. Не сейчас.

Анне, кстати, нужно отдать должное. Несмотря на свой абсолютно абсурдный прикид, помощница держалась так уверенно, как будто появление на рабочем месте сперва в салате, а потом в токсичного цвета кофте (это же кофта?) было обычным делом для ее должности.

— Анна Львовна, все готово?

— Да, Илья Владимирович. — девушка натянула на лицо милую улыбку. — Я забронировала столик.

— Отлично. — понять по лицу помощницы, серьезно ли она нашла в этой дыре нормальное место или все же поняла меня правильно, было невозможно, ладно, скоро узнаю.

— Только есть небольшая проблема. К сожалению, наш служебный автомобиль в сервисе, мне пришлось быстро искать замену…

Узнаю я эту интонацию… А еще отлично помню, что никакого служебного автомобиля у нас и в помине нет…

Лишь бы не улыбнуться.

— Думаю, это не страшно. Егор? Андрей?

— Совершенно не страшно.

— Да, все в порядке.

— Вот и отлично. — кивнула Анна и указала в сторону выхода. — Нас ждут возле входа.

Аня

Я по-прежнему была не уверена в правильности сотворенного на скорую руку беспредела, однако последние слова Ильи Владимировича все же дали понять, что, скорей всего, я на верном пути. Ну, в крайнем случае, не станет же он меня увольнять за еще один испорченный день? Он уже привыкнуть должен, в конце концов, тем более, что в этот раз без наркоманов.

Правда, смущал меня в подобном развитии событий и еще один факт: в принципе, против Егора я ничего не имела. Не знаю уж, какие конкретно отношения связывали босса с этим мужчиной помимо конкуренции, но мне лично он ничего плохого не сделал.

Наверное, я бы еще долго могла мучиться сомнениями, но все решила одна фраза уже на выходе из приемной:

— Потрясающая кофточка, Аня.

На голос Егора я обернулась, даже улыбнуться постаралась настолько сладко, насколько могла, попутно думая о том, что еще пару минут назад я была готова его пощадить, однако теперь он посягнул на святое — кофту тети Гали, спасшую меня от салатного восстания, поэтому теперь дорогие гости однозначно получат максимальную программу развлечений.

Конечно, успех моего плана был более чем сомнительным, проблемы могли начаться уже на улице, но мне повезло. Выяснилось, что Егор и его компаньон то ли на такси приехали, то ли водителя своего отпустили, хотя шансы на то, что они сядут в подобранный мой транспорт…

— Это что за херня? — от недоумевающего тона Андрея (кажется, так его зовут), едва не рассмеялась.

Нельзя смеяться! Нельзя! Держи лицо, Аня, серьезное лицо!

— Простите… — постаралась проговорить как можно более смущенно. — Я же предупредила, что у нас некоторые проблемы со служебным автомобилем…

Да, блин! Если Илья Владимирович не перестанет ухмыляться, я спалюсь. Как бы ему намекнуть, что я вижу его улыбку. Чтобы как-то отвлечься, перевела взгляд на обшарпанную «Газельку» с потертой надписью «Ритуальные услуги».

Сейчас, смотря попеременно то на гостей шефа, то на наш люксовый транспорт, я понимала, что шансов затолкать их в салон равны нулю, если не уходят в минус. Однако я недооценила тот дух соперничества, который существовал между моим начальником и Егором.

Было понятно, что Илья Владимироович включился в игру. Он пожал плечами и подошел к машине, уверенно взялся за ручку и потянул ее. Та, правда, не поддалась, но босс сделал вид, что так и задумано. Дождался дядю Валеру, владельца этого шикарного транспорта, который рывком, сопровожденным звонким «Ох, бл***!», распахнул перед мужчинами дверь салона, через несколько секунд водитель, правда, сообразил, что в данный момент является обладателем автомобиля представительского класса, и поспешил исправиться:

— Прошу, пожалуйста. — немного замялся и добавил. — Там, это, лавки есть. И гроб подвинуть можно. В нем, это, никого.

После чего кивнул зачем-то и вернулся назад в кабину.

Шеф представлял собой эталон решимости, с вызовом посмотрел на Егора, а затем скрылся в салоне. Второй мужчина, недолго думая, последовал примеру начальника. Теперь компанию мне на улице составлял лишь Андрей, который продолжал с отвращением пялиться на машину дяди Валеры.

— Егор, ты че реально на гробовозке ехать собрался?

— Ой, не тяни кота за яйца, Андрюха, садись уже. — донесся из автомобиля голос его компаньона.

Кажется, Егор в их паре был большим авторитетом, потому что спустя буквально несколько секунд третий мужчина начал покорно загружаться в «Газельку». Вот и отлично.

На всякий случай, заглянула и проверила, нормально ли все устроились. А что, уютненько у них там… Шторки бархатные, кисточки обшивки золотистые, гробик бордовенький.

— Я не буду мешать вашим переговорам, поеду с водителем. — проговорила, как будто так и надо, после чего выпрямилась и захлопнула дверь. К счастью, та покорилась мне с первого раза, даже к помощи дяди Валеры прибегать не пришлось.

Заняв место в кабине рядом с водителем, оглянулась назад. Шторка, разделявшая наши места с салоном, конечно, звукоизоляцией похвастаться не могла, но от лишних взглядов спасала, поэтому, нагнувшись, на всякий случай, поближе к дяде Валере, проговорила.

— Поехали по Парковой, а?

— Анька, — взревел в ответ мужчина, показывая свое негодование. Пришлось быстро приложить палец к губам, а потом и вовсе сложить ладони в умоляющем жесте, к счастью, такая сцена на папиного старого знакомого впечатление произвела, громкость голоса он понизил. — Там же ж дороги вообще нет.

— Я знаю, дядь Валер. — кивнула и продолжила шепотом. — И про то, что подвеска у вас никакущая я тоже знаю, поэтому и прошу.

Кажется, мои слова никакого эффекта на мужчину не произвели, того и гляди, еще у виска покрутит, пришлось воспользоваться козырем.

— Я вам тысячу заплачу!

— Ох, ладно, Анька, что с тобой делать. — все же согласился дядя Валера, вызвав у меня широкую улыбку. — Гости твои хоть поездку переживут? Сама же про подвеску сказала.

— Ой, да какая разница. — усмехнулась. — Переживут, нет… У вас для любых случаев машина подходящая.

— Ну и юморок у тебя. — рассмеялся в ответ мужчина, после чего завел двигатель.

Ну, простите, Илья Владимирович, сами же попросили, чтоб с полной гостеприимностью. А где ее еще проявлять, как не на Парковой? В городе ведь каждая собака знает, что по этой улице проехать с комфортом можно только на танке.

Так что, лучше бы пристегнуться. Жаль, что в салоне ремней нет…

Ремень безопасности, если честно, спасал не сильно, он больше декоративный элемент напоминал, это на переднем-то сиденье, о том, что происходило сзади, я даже думать не хотела, но, по крайней мере, судя по громкому мату, там хотя бы все оставались живы.

На самом деле, изначально я хотела попросить дядю Валеру прокатить нас по Парковой дважды, но уже на середине улицы поняла, что даже я с трудом переживу поездку в одну сторону, чего уж говорить о находящихся в салоне мужчинах.

Интересно, а выпустить их на свободу стоит ради собственной безопасности у дяди Валеры просить, или все-таки рискнуть? Водитель, в отличие от меня в случае чего и втащить может, мне же остается рассчитывать лишь на благородство (мужчин) и нормальную физическую форму (мою). Ну, чтобы убежать, если дела будут совсем плохи.

Ладно, что это я раскисла? Спокойно, Ань, это всего лишь три, возможно, озверевших столичных мужика… Обычное дело. Да и что там было-то, маленькие ямки да пригорочки…

Успокоить себя как-то не получалось, перед глазами то и дело возникали дурацкие картинки — то Егор с похоронным веночком на шее, то Илья Владимирович с траурной лентой в зубах. С Андреем ничего интересного, правда, представить не удавалось — лежит себе, наверное, укрывшись лавкой, тихо плачет и громко матерится.

Но, короче, ради собственной безопасности, открыв дверь, использовав гайд дяди Валеры по тому, как распахнуть ее с первого раза, отскочила на пару шагов, даже сумку вперед выставила. Ну, мало ли что.

Первые секунд десять из салона никто не появлялся, я уже даже успела подумать о том, что, возможно, стоит вызвать бригаду скорой помощи, вдруг у них там все конечности переломаны, и они даже выбраться не могут. Правда, даже такое опасение не заставило меня заглянуть внутрь «Газельки», все же инстинкт самосохранения работал нормально.

Однако медики не понадобились. Илья Владимирович (без ленты, кстати) выкарабкался на свободу первым, я, если честно, испугаться успела, пока он поправлял пальто и не обращал на меня внимания (может, он там на ровной дороге уже киллера успел заказать по мою скромную душу), однако, едва подняв голову, мужчина коротко улыбнулся и даже подмигнуть успел.

Я ему, правда, никак ответить не успела, следом за шефом появился Егор, коротко взглянул на своего конкурента, видимо, сделал вывод о том, что выглядит он невыносимо бодро, и решил последовать его примеру. Что ж, мне сейчас их соперничество на руку, это вообще-то только трансфер был, до основной части мероприятия мы еще не добрались.

Последним из машины вывалился Андрей, ну, тут все предсказуемо — кислое лицо с брезгливым выражением, ряд коротких ругательств и испачканная в пыли куртка. Так вот, кто по салону летал. Хотя, да, все логично.

Так, лицо!

— Надеюсь, поездка доставила вам не слишком много дискомфорта. — блин, почему меня еще не номинировали не «Оскар»?

— Все в порядке. — ой, не только меня. Ладно уж, давайте с Ильей Владимировичем за лучший дуэт.

— Ага. — Егор, конечно, жизнерадостностью начальника похвастаться не мог, но отвечал достаточно ровно.

Что касается Андрея… Кажется, его мнение никого не интересовало, но ради приличия контрольную нецензурную фразу он все же выдал.

— Ладно, — проговорила, когда компаньон Егора закончил. — еще раз прошу прощения, надеюсь, что обед загладит ваше, полагаю, не слишком хорошее впечатление от поездки. — после чего указала жестом в нужную нам сторону.

Знаете, до этого мне казалось, что я успела познакомиться с полным спектром эмоций мужчин, которых сопровождала. Как оказалось — нет.

Интересно, а на лице Андрея… Это паника сейчас?

— Ну что же вы стоите? — поинтересовалась как можно более заботливо, я ж тут, как-никак, гостеприимность проявлять должна. — На улице-то не май месяц, пройдемте внутрь, замерзнете.

Стараясь подать столичным гостям пример, сделала несколько шагов в сторону выбранного заведения, однако практически сразу поняла, что следом за мной никто не идет.

Странно…

На всякий случай взглянула на вывеску, ну, мало ли, после вчерашнего что-то перепутала… Да нет, все как надо — потертые буковки, «ю» не горит. Вывеска гласит о том, что «рюмочная «Надежда» открыта с двенадцати дня до полуночи. Подпись снизу — «со своими спиртными напитками не входить», в самом низу заметка от руки — «увижу — вломлю п…ры». Я даже почерк узнала — Пашка, оранник, мой бывший одноклассник, совсем со школы не изменился.

Интересно, что же мужчин смутило тогда?

Неужели перегнула?

В поисках ответа посмотрела на босса. Вот же! Пока я тут уже себе сцены кровавой расплаты за содеянное рисую, он чуть ли не ржет!

— Простите, Анна Львовна, задумался, — проговорил шеф, поймав мой взгляд. — Рад, что вы привезли нас именно сюда. — И теперь в сторону гостей. — Девушка дело говорит, пройдемте внутрь.

Ладно, на самом деле все шло даже лучше, чем я могла представить. На этом моменте самые оптимистичные картины в моем воображении рисовали картину, где Илья Владимирович вписывал в мою трудовую книжку запись о том, что его бывшая помощница официально признается неадекватной и с позором изгоняется со двора. С предприятия, в смысле.

Однако я недооценила шефа. Снова. Либо у меня начались галлюцинации, потому что тот самый человек, который выглядел, как мой начальник, конкретно сейчас держал дверь рюмочной, ожидая, пока Егор пройдет внутрь.

Про Андрея стоит рассказывать, или сами догадаетесь? Ладно, это уже становится скучно даже мне. Он по-прежнему ныл, матерился и, удивительно, что еще на шею Егору не кидался, чтобы тот пожалел его.

— Анна Львовна! — Надежда Степановна, моя бывшая учительница русского языка и литературы, уже приближалась к нам, грациозно снуя между рядами столиков.

О том, какой черт дернул эту милейшую женщину сменить поприще, уволиться из школы и открыть рюмочную, я не знала. Мало ли, у всех свои тараканы, да и сейчас это было к лучшему. Ну, где бы я еще такое колоритное место за двадцать минут откопала?

В заведении у Надежды Степановны собирался весь городской бомонд. Алексей Федорович с новых домов всегда притаскивал гитару. Гитара эта, кстати, в различных ситуациях выполняла различные функции. Это вам и музыкальный инструмент, и удобный поднос, и средство самообороны, если нужно.

Самый знатный городской рыбак, дядя Жора, не смел посещать рюмочную без очередной порции рыбы, приготовленной по особому рецепту. Он ее даже в тине один раз мариновал. Поговаривают, что рюмочную после этого случая три дня проветривали.

Еще был Иван Федорович, наш трудовик со школы, вот к нему хозяйка заведения была особенно строга. Не может наизусть «Я помню чудное мгновенье…» прочитать — водку не получает. И никаких поблажек.

В общем, публика обычно собиралась яркая и колоритная, даже жаль стало, что будний день, да и время еще за полдень не перевалило, однако, как обещала Надежда Степановна, теплый прием нам был обеспечен.

— Добрый день! — поприветствовала учительницу, искренне надеясь, что и она поняла меня правильно.

— Ваш столик готов. — мило улыбнулась женщина, мгновенно вызвав непонимающее «чо» от не слишком трезвого мужчины, сидевшего на ближайшем к нам стуле. Мужчина этот практически незамедлительно схлопотал от хозяйки заведения папочкой с меню по затылку и, видимо, пришел к выводу, что дальнейшие его реплики не так важны.

Мы же заняли соседний столик. Чтобы вы понимали, тут все было по канонам — пластиковые столы, пластиковые стулья, пластиковая посуда (нашего производства, естественно), в общем, стиль соблюден. Пластиковый стиль.

— Вам как обычно? — едва мы заняли свои места, спросила бывшая учительница.

Что такое «как обычно» кроме Надежды Степановны не знал, пожалуй, никто. Именно поэтому Илья Владимирович вопросительно посмотрел на меня, я — на хозяйку рюмочной, а она… Она даже бровью не повела. Пришлось согласиться.

— Конечно!

Согласиться и уже через несколько минут охренеть, когда на столе перед нами материализовалось четыре пластиковых стаканчика и четыре стопки. Владелица заведения пояснила:

— Ерш — наш традиционный аперитив. — после чего одну за другой вылила стопки водки в стаканы с пивом. — Хорошего дня!

И ушла, оставив нас наедине с конкурентами босса.

К этому моменту абсурдность ситуации достигла предела, Егор уже не пытался подыгрывать Илье Владимировичу, однако последнюю его инициативу все же поддержал, ее поддержал даже Андрей, чего уж там. Поднял стакан вслед за остальными, чокнулся со всеми и в полной тишине сделал пару глотков.

Я не знаю, сколько дальше могло продолжаться молчание, наверное, до тех пор, пока Надежда Степановна не выкинула бы очередной перл, подав, допустим, шоты из самогона с соленым огурцом, или на что ее фантазия там горазда. Все-таки опыт в двадцать лет работы в общеобразовательной школе…

Однако никакие навыки моей бывшей учительницы не пригодились. Когда Илья Владимирович заговорил, даже мне поежиться захотелось, никогда не видела его таким… Серьезным, что ли, грозным.

— Я знаю, зачем ты приехал. — он обращался исключительно к Егору, Андрей… Ну, вы поняли. — И я тебе сразу могу дать свой ответ.

— Вот так сразу? — Егор усмехнулся.

— Вот так сразу. — шеф передразнил его интонацию и вновь вернулся к официальному тону. — Я не продам тебе фирму. Не продам, не отдам. Ни по-хорошему, ни по-плохому. Надеюсь, ты уже сумел догадаться.

— Ты наживаешь себе лишние проблемы.

— Нет, Егор, это ты наживаешь себе лишние проблемы. — и именно в этот момент совершенно случайно проходившая мимо дочка Надежды Степановны совершенно случайно переворачивает на конкурента босса тарелочку (пластиковую, ясен пень) с квашенной капустой.

— Ой, я такая неловкая…

Судя по взгляду Егора, Алене нужно бежать. В принципе, она это и делает, удаляется настолько стремительно, насколько вообще может удаляться человек без сверхспособностей.

— Ты реально думаешь, что вот этот сельский цирк тебе поможет? — заклятый враг начальника уже даже не пытается (к радости Андрея, которому от предвкушения конфликта только ножками осталось начать сучить) скрыть раздражение.

— Я думаю, что наша теплая встреча, — Илья Владимирович делает упор на два последних слова, перефразируя слова Егора про цирк. — Только выбесит тебя, ничего кроме.

Умно. Двух зайцев одним ударом. Во-первых, весь персонал и немногочисленные посетители рюмочной уже видят в Егоре врага. Во-вторых, пыл оппонента босса, которого ткнули носом в слабость, заметно поубавился.

— Тебе пи**ец. — лаконично заявляет Егор, после чего… Воу-воу! Смотрит на меня. — А на твоем месте, я бы подумал, чью сторону занимать. Хорошенько подумал. 152e1bc

После чего, коротко кивнув Андрею, который моментально подрывается следом, выходит из рюмочной. Оставляя за собой легкий шлейф квашенной капусты. А я… А что я, за меня уже все Надежда Степановна решила.

— Садитесь, давайте, я вам горячее приготовила.

Теперь приходится уже ловить на себе сомневающийся взгляд Ильи Владимировича, ладно, стоит развеить сомнения:

— У Надежды Степановны лучшие пельмени в городе, серьезно. Мы после школы половиной класса к ней на поесть напрашивались, фиг знает, как она нас еще терпела.

— С трудом терпела, Аннушка, с трудом. Ждите, сейчас Аленка принесет. И пива нормального принесет, поудобней устраивайтесь. Вы не за рулем хоть?

Отвечаю за двоих я, уже даже не пытаясь спрятать улыбку:

— Нет, нас там транспорт ждет во дворе, туда и обратно заказывали.

— Вот и славно. — бывшая учительница смотрит на нас, как на идиотов, но ничего больше не говорит, когда мы с шефом начинаем смеяться в полный голос.