Глава 26

Моноцикл летел по трассе, следуя введённому в автопилот маршруту, давая мне возможность глазеть по сторонам. В этом мире Ирха не стоило светить, а потому он сам благоразумно спрятался в рюкзак, почти заглушив своё фоновое излучение. Оставленный им минимум не давал возможности общения, так что я впервые за всё время своего путешествия осталась практически одна.

Странное ощущение: привыкнув к бурчанию, язвительным комментариям и поучениям своего механического друга, сейчас чувствовала себя одинокой, потерянной и… удивительное дело, скучала. С другой стороны, мне стоило привести мысли в порядок, а эмоции взять под контроль, потому я была даже благодарна своему путимерному навигатору за молчание.

Долгая дорога по “звёздному мосту”, соединяющему сердца влюблённых, подходила к концу, и стоило быть реалисткой, Пересвет мог как не вспомнить меня, так и просто отказаться, заявив, что любит другую. Впрочем, имелся ещё и третий вариант развития событий: в городе, который вырастал передо мной, я могла искать Пересвета до второго пришествия и умереть от старости, так и не встретив любимого.

Трасса плавно переходила в эстакаду, вознося меня на высший уровень крупного транспортного развязочного узла. Я успела насчитать десять ярусов, когда открывшаяся панорама привлекла моё внимание. От увиденного перехватило дух, и я чуть не потеряла баланс, крепче вцепляясь в руль: мегаполис протянулся от края и до края горизонта.

Огромные футуристические высотки соревновались в необычности стиля и оформления. Их соединяли дороги, по которым перемещались одиночные транспортные средства. Но не это поразило меня, здесь имелись воздушные транспортные коридоры, по которым сплошным потоком двигались летающие объекты всевозможных конфигураций.

Наверное, так будет выглядеть Земля, лет эдак через пятьдесят, если ничего не изменится. И от понимания этого становилось тошно: нет, не от вида транспортных развязок и высоток, убивали, распространяемые двигателями разных систем, вонь и гарь, от которых нечем было дышать. А ещё реклама.

Она была везде, навязчивая, лезущая в глаза, ввинчивающаяся в мозг, агрессивно призывающая покупать всё и вся, назойливо нашёптывающая на ухо и кричащая на каждом шагу, яркая и наглая… На Земле я считала, что её слишком много, но проезжая сквозь очередную лазерную проекцию, перегораживающую дорогу, поняла, что не хочу вот такой же мерзости на своей планете.

Думать в такой обстановке, а тем паче приводить мысли в порядок, а эмоции брать под контроль не получалось, поэтому я предалась разглядыванию “красот”, тем более что уже не реагировала так остро на женитьбу Пересвета, как в первое время. Нет, боль так и осталась, она глухо ныла глубоко в сердце, однако позволяя дышать, трезво думать и жить. И сейчас это было самое важное.

Дорога плавно вливалась в улицы города, и вот мой моноцикл уже мчался в плотном потоке машин. Мысленно благодаря Тарха Перуновича за введённый в агрегат маршрут, перестала крутить головой по сторонам, сосредотачивая всё внимание на поездке: попасть в аварию в конце пути, когда уже виден финиш, не хотелось.

Проплутав часа четыре по моему внутреннему ощущению, выехала на небольшую площадь на окраине города. Мой “железный конь” ещё какое-то время продолжал двигаться, но его мотор заглох, и я поняла, что это и есть место, куда меня послал Светлый Иерарх.

Оглядевшись по сторонам, заметила такие же моноциклы и свернула к ним, решив, что прятать вещь нужно на видном месте, ну или среди похожих. Так что эта стоянка была идеальным местом для заметания хвостов. Почему прятать, не объяснила бы и себе, меня, вроде бы, здесь никто не ищет? Как бы то ни было, избавившись от улики, отошла к местным бутикам, якобы рассматривая витрины. На самом же деле даже не заметила, что там выложено, я, как заправский шпион, проверяла в зеркальном отражении, не следит ли кто за мной. Почему-то именно в этом мире меня начали посещать такие мысли, возможно, из-за того, что Тарх Перунович предупредил, что никому нельзя доверять, но всё было чисто, и я успокоилась, раздумывая, где искать Пересвета. Мыслей не было, а вот есть хотелось довольно сильно, и вопрос, что делать дальше становился актуальным.

Среди снующих по своим делам людей моё внимание привлекла пара, только что показавшаяся на площади. Огненно-рыжая красавица с хищным выражением лица и в красном обтягивающем комбинезоне показалась смутно знакомой, поэтому я так и осталась у витрины, рассматривая девушку в отражении. Со стороны могло показаться, что я буквально очарована товаром, выложенным на всеобщее обозрение, но меня мало волновало, как выгляжу для прохожих. Чуть нагнув голову, чтобы отражение стало более чётким, разглядывала знакомую незнакомку.

— Где я найду людей на “Хищника” после того, как ты убила всю команду? Даже отъявленные головорезы не горят желанием стать мертвецами…

Голос мужчины чем-то напоминал Пересвета, но был более низким и хриплым, услышав его, от неожиданности вздрогнула и уставилась на собеседника огненной красотки. Меня потряхивало от переполнявших мыслей и эмоций, они скакали от полного отрицания до узнавания, страх и эйфория попеременно накатывали, то вознося душу в небеса, то бросая её в бездну отчаяния.

Закусив губу и не позволив сделать хоть какое-то движение, смотрела в зеркальную поверхность витрины и выискивала родные и любимые черты лица в приближающемся мужчине. Да, они с Пересветом были похожи как братья: такие же высокие, сильные… И если бы не шрам на лице незнакомца, я приняла бы его за любимого. Впрочем, нет, их нельзя спутать. Глаза — зеркало души, и даже если душа спит, её отражение можно увидеть. Сейчас же мне показалось, что я увидела саму Смерть. У мужчины, приближающегося к магазинчику, был холодный равнодушный взгляд убийцы. Как можно спутать его с синими очами Пересвета, в которых плескались тепло и любовь?

— Мне всё равно, где ты их найдёшь, — голос огненной красотки мог заморозить, — через десять дней мы стартуем, и у Пересвета должен быть полный комплект на корабле.

— Но, Ребека…

— Я для тебя госпожа!..

Я не успела моргнуть и глазом, как не достающая до плеча мужчины девушка, одной рукой схватила того за горло и сдавила. Глаза незнакомца тут же закатились, и он захрипел, собираясь отдать богу душу. Красотка, видимо, совладав со своим характером, и, не желая терять, даже не знаю, кем приходится он для неё, отпихнула мужчину от себя.

— Не забывайся, Дон! А теперь пошёл вон!..

Сцена, происходившая на глазах посторонних, была дикой и мерзкой, но никто из прохожих не обратил на неё внимания, словно такое отношение одного человека к другому в этом мире было нормой. Но происходящее на площади помогло мне вспомнить и этот голос, и эти пальцы: огненная фурия, ведьма. Спасибо, Светлые боги, что помогли найти ту, кто позарилась на чужого суженого. Вот только теперь передо мной встал новый вопрос: как к ней подобраться?

Мужчина, сжав кулаки, уходил прочь, а я смотрела в его напряжённую, неестественно прямую спину и понимала, не хотела бы иметь такого врагом. Почему-то была уверена, что он мог убить Ребеку, но по какой-то причине не сделал этого. Чужая загадка манила, однако предаваться домыслам не стоило: ведьма целеустремлённо направлялась ко мне. Паника моментально всколыхнулась в душе, заставив непроизвольно переступить с ноги на ногу, но бежать было уже поздно, и я приготовилась к нападению.

— Что мнёшься на пороге? Ты или входи, или пошла прочь, — яростно прошипела девушка, отталкивая меня с дороги.

Колокольчик тонко тренькнул, впуская её внутрь, и я непроизвольно шагнула за ней вслед. Что это было с моей стороны: дурость, спонтанное решение или озарение? Кто его знает, но раз уж мы столкнулись, то нужно выудить как можно больше информации об этой стерве.

Магазинчик внутри больше походил на лавку старьёвщика или сельпо в какой-нибудь глубинке: здесь были и рукомойники, и посуда, и зеркала, и какие-то пакеты то ли с крупами, то ли с чем-то сыпучим… Обходя по кругу всё это “великолепие”, прислушивалась к разговору Ребеки и хозяина лавки.

— Что нового из светлых артефактов появилось у тебя? — холодный надменный голос девушки заставил старьёвщика подобострастно склониться.

— Ничего, госпожа. Где же взять эти артефакты? Они теперича недешевы́, а те, что попадают мне в руки — сломаны. Убедись сама, весь мой товар здесь, ничего не прячу, всё сразу выкладываю.

— Не прибедняйся, Плюх, я знаю, что твой корабль вчера приземлился. Так что он привёз? — продолжала настаивать фурия, демонстрируя свою осведомлённость.

Сделала себе заметочку, что Ребека любит, чтобы её называли госпожой. Небольшой штрих, много говорящий о характере девушки, но ни на шаг не приближающий меня к пониманию, как попасть в её дом. Прикинуться простушкой и напроситься на постой?..

Видимо, я слишком сильно задумалась, раз услышала недовольный окрик хозяина лавки:

— В этом ведре всегда чистая родниковая вода. Будет. — добавил он, странно хмыкнув, то ли горло прочистил, то ли грязное словцо скомкал. — Если сумеешь дыру заделать. Будешь брать — бери, а нет — пошла прочь!

Даже вздрогнула, приходя в себя, от столь неприкрытого хамства. Только недавно меня привечали светлые боги, а теперь на собственной шкуре ощутила разницу между их миром и хлебосольством Пекельного. Видимо, мне был необходим именно такой пинок, после которого мозг наконец заработал, и появилась идея. Теперь, главное, правильно отыграть свою роль, чтобы ведьма поверила и не заподозрила чего лишнего. Глянув по сторонам, решила, что здесь больше нечего делать, всё что нужно я уже услышала и увидела.

Отрицательно качнув головой, опустила её пониже и выскользнула за дверь, тут же отступая в тень: здесь подожду фурию. Ведьма не заставила себя долго ждать, я даже не успела соскучиться и как следует осмотреться на площади, когда она выскочила из дверей закипающим чайником. Это было совсем нехорошо, хотя…

— Госпожа… — я шагнула ей наперерез, заставляя от неожиданности остановиться.

У ведьмы было такое лицо, что думала, она убьёт меня на месте, но фурия сдержалась, а я, постаравшись сделать наивное личико, затараторила:

— У меня случайно оказался с собой артефакт, светлый. Я, конечно, не знаю, нужен он вам или нет… Я думала заложить его на время в лавку, но решила, что сперва переговорю с вами… — многозначительно замолчала, давая ей возможность заглотить приманку, и это сработало.

— Да?.. — фурия больше не собиралась нападать, наоборот, её лицо словно разгладилось, с него исчезли следы гнева и появилась заинтересованность. — И что же это за артефакт? Работающий?

Как назло, все подарки вылетели из головы, пришлось лихорадочно вспоминать: а что у меня, действительно, есть.

— Серебряное донце да золотое веретёнце, — облегчённо выдохнула, вспомнив свой первый подарок. — И, да, госпожа, — это слово как будто застревало в горле, и мне приходилось с силой заставлять себя произносить его, — оно в полном порядке, рабочее.

— Сколько ты хочешь за него? — голос фурии враз стал тише, она с подозрением осмотрелась по сторонам.

— Продать не могу, — вздохнула с сожалением, видя, как на миг в глазах ведьмы проскользнуло изумление, а следом на лицо упала тень раздражения, — это же светлый артефакт, — надеюсь, получилось сыграть недоумение, — могу подарить, но только за услугу.

— Чего же ты хочешь? — фурия смотрела холодно, цепко, сейчас она пыталась решить верить мне или нет, и этот момент был самым важным и опасным в моём расчёте.

Не смогу убедить, шанса подобраться к Пересвету больше не будет. Я не актриса, но сейчас играть обиду и растерянность и не нужно.

— Дело в том, что я прилетела сюда к наречённому, но оказалось, он уже женился. А у меня кроме него здесь никого знакомого нет, да ещё и деньги пропали. Папенька же прилетит за мной только через четыре дня, — голос дрогнул, так и не пролитые слёзы предательски подступили к горлу. — Добрая госпожа, пустите к себе в дом на постой, а я вам за это серебряное донце да золотое веретёнце отдам.

Фурия окатила таким осязаемым взглядом презрения, что захотелось провалиться от стыда сквозь землю. Но я только сильнее опустила голову, мне нельзя показывать свои истинные чувства, она не должна понять кто перед ней. Пусть презирает и думает, что я лохушка, мне это только на руку.

— Хорошо, — медленно проговорила она. — Следуй за мной. Предупреждаю, у меня нет рабо… тников, поэтому раз будешь жить со мной и моим мужем, станешь готовить и убираться, — она не спрашивала, а ставила перед фактом.

Ну да, другого я и не ожидала.

— Да, госпожа, — всхлипнула, сама того не ожидая, видимо, нахлынувшие переживания сильнее ударили по нервам, чем я думала, но в данный момент это маленькое проявление эмоций было только в плюс.

Мне поверили, а это главное! Свернуть гадине шею можно и потом, сейчас необходимо добраться до Пересвета, и смогу я это сделать, только притворяясь слабой и наивной простушкой. На войне, как говорят, все средства хороши, поэтому я старательно прятала глаза и шла на шаг позади широко шагающей “хозяйки”. Заодно смогла оценить её фигуру в обтягивающем и вызывающе красном комбинезоне. Вздох сам собой вырвался, да уж, с такой тягаться сложно, настолько хороша была чертовка. И зачем ей мой Пересвет? Любого ведь могла найти и не силой взять…

По сравнению с этой сногсшибательной красавицей, я смотрелась серой мышью. Откуда-то появилось несвойственное мне желание опустить руки и уйти, но я лишь крепче сцепила зубы и постаралась не отставать от своей работодательницы. Мда-а-а… этот мир явно плохо на меня влияет…

Мы не слишком долго шли, пару раз свернув в переулки, оказались на небольшой улице с невысокими коттеджами. Никогда бы не подумала, что в суперсовременном мегаполисе с высотками, уходящими за облака, может быть тихий пасторальный островок покоя.

Как хозяйка отпирала замок, я так и не поняла, лишь услышала тихий щелчок, и дверь открылась. Переступив порог, молча разглядывала футуристическую обстановку, я-то рассчитывала увидеть что-то под старину, раз мы пришли в особняк, а не на верхний этаж высотки в шикарный пентхаус, но просчиталась: всё было каким-то суперсовременным, но кричащим о роскоши и достатке.

— Твоя комната под лестницей, — мне ткнули пальцем в нужном направлении. — Здесь же на первом этаже кухня и столовая. На третий этаж тебе хода нет, если хочешь жить, — обходя по периметру большую прихожую и открывая двери, поясняла ведьма. — На втором — наши с мужем комнаты, туда можно подниматься для уборки, когда нас не будет дома…

Переступая порог и осматривая обстановку, ожидала увидеть Пересвета, но, увы, его либо не было дома, либо он на втором этаже, куда мне сейчас хода нет. Но у меня четыре дня, будем надеяться на лучшее.

— Показывай артефакт, — хозяйка дома стояла у кухонного стола и с нетерпением постукивала ноготками с впечатляющим маникюром звёздного неба по столешнице.

Не собираясь демонстрировать ей всё, что имею в рюкзаке, быстро сдёрнула его с плеча и сунула руку, в надежде нащупать искомое. Удивительно, но серебряное донце да золотое веретёнце будто само в руки легло. Сразу же затянув горловину рюкзака, положила артефакт на стол и, недолго думая, активировала его на золотую нить. Глаза фурии полыхнули жадностью.

— Твои четыре дня в моём доме оплачены, — её голос прозвучал хрипло, а я лишь кивнула, комкая в повлажневших руках платок богини Карны. — Надеюсь, ты умеешь готовить. На вечер у нас с мужем запланирован романтический ужин, ты уж постарайся, — взгляд фурии бегло прошёлся по моей фигуре и одежде. — Ты же к жениху ехала, должна понимать, что такое романтический ужин?

Сглотнув, кивнула, смотря в пол. Надеюсь, она не видела моей реакции, а если и видела, спишет на моё разбитое сердце, ведь меня только что бросили, по моей же легенде. Вот только реальность была таковой, что я стою в доме перед женой моего любимого и должна приготовить им ужин. И не простой, а романтический… Как же больно!