Глава 13

— Спасайтесь! Чужаки!!!

Крики разносились на разные голоса. Сперва загомонили дети, что высыпали на берег, увидев корабль, плывущий в сторону нашего берега. Но как только с него посыпался град огненных стрел, они же и подняли шум.

Женщины и старики, быстро разобравшись в том, какая беда пришла, запускали в свои дома детей — своих и соседских.

Спрятать. Скорее!

Не до разбирательств было, надо было спрятаться за надёжными дверьми, закрыть железные запоры, что почти никогда и не использовались — свои же все, друг друга знают.

Эх, не додумались мы сразу, что в лес надо бежать, а стали прятаться в домах. Но разве вооружённых воинов-чужаков это остановит⁈

Заполыхали избы, и люди сами же и пооткрывали запоры на дверях, чтобы выбраться из огненных ловушек, которыми стали родные дома.

Мужчин днём почти не было в деревне, кто в лесу был, кто в поле, а кто и рыбачил. Последние так вообще сразу попали под удар. Так что защищать нас было некому. Только сами.

Чужакам, как выяснилось, были нужны только девушки, женщины и дети. Остальных они безжалостно убивали. Ну и тех женщин, что постарше, если сопротивлялись, тоже жизни лишали. Стариков не пожалели, хотя что они могли-то⁈

Страшно. Особенно за детей.

Ладно нас, девок, понятно зачем в полон берут. А их-то, малышей, к чему? Что они могут?

Сопротивление лишь затягивало агонию и злило чужеземцев, что из-за одежды с мехом казались хищниками. Именно так я их и видела — звери в шкуре людей. Искажённые яростью гримасы наводили ещё больший ужас на и так напуганных нас.

Спасибо хоть руки спереди связали, иначе не вышло бы за борт лодки держаться. Он хоть и низкий, но всё же лучше, чем от лёгкой качки в воду ухнуть.

— Хогоша, — довольно произнёс громкий голос воина, что втаскивал пленных на большой корабль. — За такую много выгучим. А вот с детьми больше возни будет, чем пгибыли. Но ничего, я знаю, кто их всех купит.

От озвученной перспективы быть проданной, пусть и шепелявым говором, передёрнуло, и я захотела посмотреть и запомнить лицо того, кому буду изо всех сил стараться отомстить.

Медленно взгляд пополз верх. За резкое движение можно было и оплеуху схлопотать. Было же велено смотреть вниз, на палубу. Но я не успокоюсь, пока не увижу лицо, которое буду ненавидеть.

Кожаные сапоги. Так, выше — штаны из добротной такой кожи. Меховая жилетка, надетая поверх вязанной шерстяной рубахи, доходит чуть ли не до колен мужчины. Странный меч висит на проклёпанном железом поясе, как и небольшой, но явно острый топорик. А выше…

Я даже не успела отреагировать на злобный окрик одного их охранников, как половина лица запылала огнём от пощёчины. Вот только я не та, что будет сдаваться. Вскидываю взгляд вверх и…

Капли холодной воды стекали по пухлым щекам второго побратима ярла острова Вегард, оканчивая свой путь на рукавах. Ткани на груди тоже досталось.

Мокро. Противно.

Но это всё было бы неважной ерундой, если бы не одно «но» — кто был тем самым главарём, из-за столь резкого и неприятного выхода из видения, Акке не увидел.

— Ну, ты как? — сердобольная женщина-кухарка Надья так и стояла с кружкой в руке. Уже опустевшей. И если бы не её искренняя забота о его самочувствии, Акке бы выругался. Но как можно шуметь и возмущаться, когда в глазах той, что плеснула в него водой, стояло искреннее беспокойство.

— Нормально, — ответил Акке, предварительно глубоко вздохнув, чтобы успокоить пылающий в груди праведный гнев. Ведь именно из-за заботы этой женщины он не увидел, а значит не узнал самого главного — кто похищал людей и продавал их в рабоство. — Только больше так не делай. Ты помешала…

— Да чему это⁈ — беспокойство во взгляде Надьи сменилось недоумением, а потом и обидой. — Ты побледнел, замер, взгляд стал как неживой. Даже ложку до рта не донёс. Я звала-звала, а ты не откликался. Подумала, что плохо тебе стало. А как плеснула водой-то, так ты сразу очнулся.

— У меня такое бывает, — уголки губ Акке поднялись вверх. — Иногда небо посылает мне виде́ния. Но в этот раз оно прервалось… и я не узнал самого главного.

— Ого, так ты ведун, что ли? — Надья тяжело опустилась на табуретку, будто ноги отказались её держать. — Так, может, взять да задобрить богов каким-нибудь подношением? Глядишь, и покажут ещё раз это твоё, видение.

— Если б это было так просто, я бы от жертвенного камня не отходил, — Акке не смог удержаться и рассмеялся. Понял, что на эту женщину просто невозможно сердиться.

— А, знаешь что, сходил бы ты до ведуньи нашей, — продолжила говорить Надья, после того, как прикрикнула на девушек-помощниц. Заболтались они, и чуть не упустили мясо. Подгорело бы — как потом его есть?

— Так говорят, что из ума она уже выжила, — усмехнулся Акке на совет женщины, которая всё успевала, и еды горячей ему подкладывать, и овощи для салатов крошить, и за своими подопечными приглядывать, чтобы не напортачили так, чтобы потом исправлять уже было бы нечего.

— А тебе-то что? — искреннее недоумение отразилось на пухлом лице добродушной, но очень уж эмоциональной женщины. — Ты к ней подойди с приветствием, спроси, не надо ли чем помочь, а потом и вопрос свой задай. Она у нас своенравная. Сколько помню, всегда такой была, но если увидит, что к ней с искренним добром, то может и ответить.

— Так сама же говоришь, что «может» ответить. А может и нет, — Акке отозвался только после того, как съел подцепленный кусок мяса. Последний. Решил, что вкусно, но у стряпчего лучше. Задумал познакомить их. Вот только выйдет ли толк?

— Так и боги тебе тоже не всегда отвечают. Эти, видения-то не по заказу приходят, — справедливо рассудила Надья. — Так а ей, ведунье-то, с чего тогда каждому ответы раздавать? Видит и знает она явно побольше нашего, а значит не нам с неё спрашивать. А ты всё же сходи, попытай удачу. Глядишь, и подскажет она тебе чего.

— Спасибо, Надья, — поднялся из-за стола Акке, но прежде чем уйти, поинтересовался: — Может тебе помощь какая нужна? Ты не стесняйся, говори, если чего надобно.

— Не помощь, — негромко отозвалась главная кухарка, бросив быстрый взгляд через плечо, на своих подопечных. Но те были заняты мясом и тестом. Им явно было не до Надьи и Акке, между собой тихонько переговаривались. — Мне бы про травы узнать… у вашего корабельного стряпчего. А то слышала, как воины жаловались, что у него, мол вкуснее, с его-то травами. Только поделится ли знаниями?

— А это как спрашивать будешь, — Акке подмигнул Надье. — Очень уж он до новостей охоч, и до сладкого.

— Этого у меня хватает, — довольная улыбка кухарки отразила такую же, заговорщицкую, но побратима ярла. — Позовёшь?

— Заманю, — кивнул Акке и наконец-то покинул жар кухни.

Стряпчий, когда Айварс с командой только захватили власть на этом острове, урвал себе домик в центре поселения. Бывший хозяин жилища рьяно защищал старые порядки, так что надолго в живых не задержался. А женщина в его доме была хозяйственной, но жуть какой запуганной, так что не отказала стряпчему в углу. А потом… в общем, там он и остался жить. Акке знал, что этот дом как раз по пути будет. Так что решил зайти сперва к стряпчему, потом к ведунье. Акке решил, что Надья права и попытать удачу стоит. А если при этом ещё и еда на острове станет ещё вкуснее, так как не пособить этому?