Глава 24

— Позволишь войти? — уточнил Готфрид у ведуньи, открывшей дверь на стук.

Хульда пару мгновений рассматривала незваного гостя, будто раздумывая — впускать или нет. И всё же открыла дверь шире, разворачиваясь спиной к воину нового ярла, проходя в глубину дома.

— Заходи уже, и дверь прикрой. Или хочешь избу мне выстудить? — недовольно пробурчала старушка, суетясь у очага.

— Я не ругаться пришёл, Хульда, а мирно поговорить, — Готфрид уселся за стол, где были разложены травы и стояла ступка. — Присядь, удели мне немного своего времени. Будь добра.

— Ладно, раз по-доброму хочешь поговорить, — немного оттаяла старушка, всё же отодвигая травы и ставя перед Готфридом кружку с дымящимся отваром, что пряно пах травами и ягодами малины. — Что узнать хочешь?

— Чем тебе жена ярла не угодила? Она же только приехала, а ты вон как против неё настроена. Что не так, Хульда? — воин взял в руки кружку, поднёс к носу и, вдохнув аромат, улыбнулся. Малиновые нотки напоминали Готфриду далёкое детство. Оно не было безоблачным, но всё же тогда всё было проще. А вот сейчас сложности так и сыпались, будто откуда-то они сбежали и примчались прямиком на остров Вегард.

— Попомни мои слова, — крючковатый палец старушки взмыл вверх, останавливаясь на уровне глаз, где погрозил. — Много непокоя принесёт она с собою.

— С непростым характером эта девушка, да, — покивал Готфрид, делая глоток чуть подостывшего отвара. — Но мы плыли почти неделю, и с каждым днём она вела себя всё лучше и лучше. Так, глядишь, и совсем исправится. А уж с нашим-то ярлом, это всего лишь вопрос времени, ну и методов её укрощения.

На последней фразе Готфрид не сдержался и хохотнул, представляя, как именно будет его друг Айварс воспитывать свою новоиспечённую жену.

— Характер-то это ладно, — отмахнулась Хульда. — Я про другие неприятности говорю. Иногда со мной говорят духи, показывают туманное будущее, или уже давно свершившееся прошлое, которое имеет власть над настоящим до сих пор. Новый ярл, видать, позабыл уже, что искал невесту, молил духов помочь. И духи помнят об этой просьбе. Думаешь, они позволят так легко менять решения? Неспроста не зажигался костёр в жертвенном круге.

— Так я слышал, что у вас тут два дня дождь нещадно лил, вот и отсырело всё — как уж тут пламени заняться? — отозвался на последнюю из сказанных фраз ведуньи Готфрид, намекая, что разгадал хитрость, что старуха пыталась выдать за истину. — А что до невесты ярла, то ты же сама и сказала, чтобы перестал её искать — всё равно не найдёт её уже.

— Я не так говорила, — пробурчала Хульда. — Я сказала, что бесполезно её искать дальше. А не что она не найдётся.

— А ты, оказывается, мастерица играть словами, — прищурился Готфрид, делая ещё пару глотков. Очень уж интересный вкус был у напитка. — Не советую тебе из ярла или ирли врагов для себя делать. Он хоть и старается к тебе щадяще относиться, но и у его терпения есть границы, и лучше бы тебе к ним не подступать. Те, кто рискует, потом очень жалеют.

— Смотри, как бы он не пожалел потом, что не послушал старую Хульду, — недовольно поцокала языком ведунья. — Не знает новый ярл того, что я ведаю.

— Так ты расскажи, что знаешь. Я передам, — Готфрид не спешил уходить, хотя праздничный обед, который, разумеется, перетечёт в ужин, скоро уже должен будет начаться. Но выяснить, по возможности, как можно больше у ведуньи — намного важнее, чем не пропустить начало праздника. Место его всё равно никто занять не посмеет, да и Айварс с Акке этого не допустят.

— Не будет с этой чужачкой покоя ни ярлу, ни людям нашего острова, — взялась перечислять Хульда. — Лишнее внимание привлечёт, но не мужа своего, и это тоже грозит неприятностями всем на нашем острове. Да и не умеет она ничего из домашних дел. Будет нам людей своими привычками баламутить и ярла от дел его отвлекать, своё мнение навязывая. А это разве можно, чтобы баба поперёк слов своего мужика говорила или думала? Вот то-то же!

Снова крючковатый палец взметнулся вверх и невесть кому погрозил.

Готфрид, если и спорил с ведуньей, когда изредка к ней заглядывал, всё же разговаривал с ней уважительно, поэтому она его и не прогоняла, видимо, получая своеобразное удовольствие от их беседы. А может ей просто было скучно и одиноко, а тут молодой, симпатичный мужчина приходит, разговоры с ней заводит. Да, всегда со своей выгодой, но уж такая её доля.

— А ещё она тайну ярла узнает, — усмехнувшись своим мыслям, смотря сквозь Готфрида, заявила старуха.

— У всех есть тайны, — фыркнул на это побратим ярла. — И рано иди поздно о них кто-нибудь да узнаёт. Но это не повод, чтобы гнобить только прибывшую девушку, которую ярл для себя выбрал.

— Не особо-то он выбирал, —очередная усмешка старухи должна была, по идее, вывести Готфрида из себя и заставить уже уйти. Вот только он будто и не торопился никуда, да и компания его вполне устраивала, в которой он сейчас отвар с удовольствием прихлёбывал. — Уж скорее взял, что досталось. Выгода, не спорю, есть от именно этой невесты, а выбирать ему не пришлось, не из кого было. Мне-то уж сказки не рассказывай.

— Ярлу я твои слова передам, Хульда, — покивал Готфрид. — Но ответь честно — ты и дальше собираешься жене ярла вредить, да ему поперёк дороги становиться?

— Что могла, я уже сделала, — туманно ответила ведунья. — Дальше пусть боги наставляют этих упрямцев на верный путь. А у меня других дел полно.

— Стало быть, помешал тебе. Ну, уж прости, — громко вздохнул Готфрид, отставляя опустевшую кружку и поднимаясь на ноги. — И всё же, ярл просил передать, что и ты на праздник приглашена. Если пожелаешь — приходи.

— Ладно, иди уже, — отмахнулась Хульда, взглядом указывая на выход из своего дома. Вот только Готфрида было не обмануть — приятно ей было озвученное приглашение. И даже если она и не явится на праздник, он надеялся, что отношение к Орике у старухи-ведуньи хоть немного, но потеплеет.