Глава 83

— Не отдам дочь за сопляка, который наверняка не сможет обеспечить ей достойный уровень комфорта, — гордо распрямив плечи и нахмурив брови, видимо для солидности, громко заявил конунг.

— Так, вроде, сопляки и не сватаются, — хохотнул Айварс, вступаясь за Матса. — Тут ярл руки твоей дочери просит, конунг. А уж звание ярла ты лично ему даровал и подтвердил, когда первая зима людьми подконтрольного ему острова была успешно пережита. Или ты хочешь сказать, что позволяешь одним и островов на территории своих вод управлять сопляку? А может даже и не одному? Ответь нам.

— Уел! — разразился хохотом Георг и многие его в этом веселье поддержали.

— Да и вообще, я уже сговорился с новым женихом Катары, — конунг упрямо гнул свою линию.

— Ну так не он один претендует на руку твоей дочери. Где он? — Матс звучно опёрся кулаками о ближайший стол. — Я его на поединок вызову. Кто победит, тот и станет мужем Катары.

— Не будет никакого поединка. Я уже всё решил и о дате свадьбы договорился, — поднялся на ноги конунг, стараясь выглядеть более грозно, чем было до этого.

— С чего это ты нарушаешь правила, Рагнар? — теперь и Георг понялся на ноги, показывая свою стать и мощь. — Не ты ли не так давно этими же правилами нас пичкал? А теперь что, сам в кусты? Не выйдет!

— Конунг Рагнар Вестхеймский, я вызываю тебя на поединок, — сильнее распрямив плечи, громко заявил Матс.

— Вот ещё я с сопляками не дрался, — фыркнул на это конунг, намереваясь тем самым поднять Матса на смех, вот только в этот раз даже пара подпевал его не поддержали.

— Ты не можешь отказаться, Рагнар, — напомнил ему Георг, и остальные ярлы тут же согласно загудели, напоминая об опять попранных конунгом правилах чести. — Либо сдавайся, либо принимай вызов!

— Кому сдаваться? Матсу, что ли? — расхохотался Рагнар, вот только веселье его снова поддержки не нашло. — Ладно, пошли на площадь.

Оживлённой толпой ярлы вышли из дома конунга, так и не прикоснувшись к угощениям, но никто из них не был этим огорчён, ведь их ожидало такое зрелище! Не каждый тинг конунгу кидают вызов.

— А что происходит? — рядом с Матсом пристроилась невесть откуда взявшаяся Катара.

— Да вот, иду добиваться справедливости и твоей руки, красавица, — урчаще отозвался Матс.

— Это как? — нахмурила бровки Катара, явно недопонимая что к чему.

— Я вызвал конунга на поединок, потому что он нарушил сразу несколько правил. Воин, который не уважает других и попирает правила чести, не может быть конунгом, — на ходу разъяснял Матс, умудряясь ещё и улыбаться Катаре. Вот только руки не распускал и даже не пытался прикоснуться к объекту своей мечты.

— Не надо никаких поединков, Матс, — взмолилась Катара. — А я и так выйду за тебя замуж. К чему проливать кровь?

— Надо же как заговорила, когда речь об родном отце зашла, — усмехнулся один из ярлов, толкая девчонку плечом, да так, что та едва не упала. Благо Айварс её успел подхватить. Да, девушка это не его, но это же не повод позволять ей упасть?

— Эй, аккуратнее, — прикрикнул на обидчика катары Матс, когда заметил произошедшее. — Я не постесняюсь и два поединка провести.

— Ты сперва один выиграй, — усмехнулся бугай, толкнувший Катару, но всё же отошёл подальше от Матса, Айварса и Катары.

Небольшая площадь, на одном из краёв которой врыт позорный столб, моментально заполнилась охочими до зрелища людьми. И тут были как жители этого острова, так и люди прибывших на тинг ярлов.

По правилам, раз вызов бросил Матс, то право выбора оружия, или методов сражения, предоставлялась его противнику. Рагнар выбрал бой на мечах, уверенный, что уж в этом Матс ему точно уступает. Несколько раз Рагнар именно мечом отвоёвывал себе право называться конунгом. Вот и в этот раз он выбрал оружие, что до этого приносило ему победу одну за другой, и не только в поединках на этой площади, но и в набегах.

— Все слышали, что ярл Матс бросил вызов конунгу Рагнару из-за его неоднократного нарушения правил? — громко, на всю площадь гаркнул ярл Георг.

— Да, все, — тут же раздалось со всех сторон.

— Так же напомню, что согласно правилам, тот, кто бросает вызов конунг и проигрывает, но остаётся жив, навсегда покидает земли конунга, если же выигрывает, то сам становится конунгом, — продолжил вещать Георг. А Айварс внимательно слушал. Он хоть и знал правила, но не все тонкости ему были известны. И одна из причин, по которым он пригласил в гости Георга Герхардского, как раз и было желание вызнать у него все известные ему правила и тонкости их применения.

«Бой! Бой! Бой!» — понеслись крики со всех сторон.

Айварс так же отметил для себя, что подпевалы конунга тоже жаждали боя, вернее — зрелища, и не важно, что их «любимчик» мог пострадать. Тут уж кто более сильный и умелый, тот и… конунг. Ну а мудрость приходит с опытом, так что можно считать её делом наживным.

Айварс смотрел на только на сражающихся воинов, но и за зрителями наблюдал. Чтобы потом, после поединка, знать кому и что говорить, кого и как убеждать, а может и на кого указать, обличая в нарушении правил и подлости. Но все были увлечены поединком, отчего громко подбадривали кто Матса, а кто и конунга. На стороне конунга в основном были жители его острова, а вот Катара помалкивала, смотря во все глаза на махавших оружием мужчин, и с каждой опасной ситуацией в поединке лишь сильнее сжимала руку своего личного слуги Арка. Тот же, стоя да её спиной, лишь слегка морщился, но не смел произнести ни звука, понимая, что Катаре сейчас требуется его поддержка и забота.

Покачав головой и недовольно поджав губы, Айварс отвернулся от Катары и вернул внимание к сражающимся. И вовремя. Очередной звон скрестившихся клинков осыпал искрами тех, кто стоял непредусмотрительно близко к сражающимся, а последовавший за этим громкий вскрик заставил толпу ахнуть и замереть. Поединок завершился.