Глава 11

— Итак, — Орин расхаживал по лаборатории, заложив руки за спину. — Ты ничего не знаешь о магии заклинателей.

Нэл сидела верхом на колченогом стуле, закинув руки на спинку.

— Почти ничего, — уточнила она.

Эльф остановился напротив девушки и, наклонившись, посмотрел ей в глаза.

— Ты ничего не знаешь о магии заклинателей. Использование не преобразованной магической энергии — это вообще самоубийство! На твоего учителя стоит донести, куда следует.

— Это куда? — тут же заинтересовалась Нэларион.

Но вместо ответа наставник вновь продолжил ходить из угла в угол. Ей осталось только пожать плечами.

— Думаю, тебе известно, что на свете существуют истинные маги, такие, как твой отец.

Девушка кивнула спине наставника.

— И заклинатели, такие как я, — Орин резко развернулся, дойдя до стены, и направился обратно.

Нэл вертела головой, следя за его скитаниями по лаборатории, и шея ее уже порядком устала.

— Среди людей истинные маги встречаются редко, а заклинатели и того реже. — Продолжил эльф, совершенно не интересуясь тем, слушают его или нет. — И в большинстве своем они вроде твоего прежнего учителя: шарлатаны и бездари. Поэтому услуги эльфийских заклинателей пользуются в людских землях невероятным спросом. Мы заряжаем световыми заклинаниями лампы, зачаровываем оружие, чтобы не тупилось и не ржавело. Наши амулеты могут замедлить старение, помочь скорейшему заживлению легких ран, подарить здоровый сон.

Обернувшись, эльф увидел удивленный взгляд Нэл.

— Да, мы можем и не такое. А вот человеческие заклинатели почему-то остановились на уровне примитивной боевой магии и, как ты выразилась, шарахают силой по глиняным горшкам. Мы можем сделать так, чтобы нашими чарами пользовались немаги, с помощью определенных слов или жестов. На этом же уровне нашими заклинаниями могут пользоваться истинные маги, но их структуры они не видят и не чувствуют. Понятно?

Вновь молчаливый кивок в ответ.

— Это, кстати, основное отличие заклинателей предметов от истинных магов. Такие, как твой отец, не нуждаются в зачарованных портальных вратах, бумажных амулетах или артефактах с заклинаниями перемещения. Но я могу дать такой амулет кому-нибудь, и его обладатель может сам переместиться в точку, указанную в заклинании.

Чем дольше Нэл слушала наставника, тем больше удивлялась. Если все то, что говорит Орин, правда, то ей действительно есть чему у него поучиться.

— Правда, без истинных магов мы не можем обойтись. Они заряжают носители магией, из которой мы потом плетем наши заклинания, — заметив напряженно сдвинутые брови ученицы, наставник попытался объяснить более доходчиво. — Можно сказать, истинные маги продают нам шерсть, которую мы вычесываем, прядем, а затем вяжем носки. Есть возможность расплетать старые заклинания и ваять из них что-то новое, но бесконечно такое делать нельзя. Как и нити, чары со временем истираются, теряют первоначальную гибкость, могут давать сбои. Поэтому нам иногда приходится обращаться к истинным за новой порцией «шерсти».

— А непосредственно на живое существо можно наложить чары?

— Ты опять про своих кьяхт? — Орин обреченно вздохнул. — Кьяхты считаются неразумными животными. Да, на них можно. Что касается разумных существ — эльфов, гномов, людей — любое заклинание, подчиняющее волю, даже несмотря на то, что способно подействовать далеко не на каждого, запрещено под страхом смерти.

— Это какое же?

— Например, приворот. Так что не вздумай использовать его на своем друге, — Орин назидательно пригрозил пальцем.

— Кто же меня ему научит, если оно под запретом, — усмехнулась девушка.

Не то, чтобы она рассчитывала узнать точное имя такого сумасшедшего. Но решила начать с малого. Выяснить, возможно ли, что кто-то способен рискнуть жизнью и обратиться к запретному знанию. Спрашивать напрямую про некромантию Нэл пока не решилась.

— Хватит странных вопросов, — отмахнулся наставник. — Сегодня у нас мало времени для занятий. После полудня у нас представление нового консула новому королю и вручение верительных грамот,а вечером торжественный прием. И, как телохранитель, ты сопровождаешь меня.

— И что же мне делать там?

— Тихонько постоишь в сторонке у какой-нибудь колонны. Полюбуешься на роскошь дворца, придворных. Ты же кроме своей глуши не видела ничего.

Посол не пытался скрыть насмешку. Но эльфийка даже бровью не повела. Виновата ли она в том, что высочайшим указом ей запрещено перемещаться по Визарду и единственное место, куда можно было выехать, это соседний захудалый городишко в людских землях.

Слегка раздосадованный тем, что шутка не возымела должного эффекта, Орин развернулся и направился к длинному столу, уставленному разнообразными сосудами и колбами.

— Итак, вот твое задание на сегодня, — в руке наставника оказалась видавшая виды сковорода.

От удивления Нэл покачнулась на стуле, забыв о его изъяне, и чуть не свалилась.

— Отец просил сделать из меня хлопотливую домохозяйку? — встав с ненадежного стула, она подошла к эльфу, с недоверием косясь на древнюю кухонную утварь. — Или это какое-то новое оружие заклинателей?

Орин перевел взгляд с девушки на сковороду, а потом обратно.

— Нет, обычная сковорода, — он пожал плечами. — Наша кухарка жалуется, что на ней еда пригорает. Для начала наша задача отчистить ее.

— То есть мы и кастрюли чистим, — Нэл смотрела на него, как на умалишенного.

— Это не кастрюля, — серьезно ответил наставник. — Хотя и их тоже чистим. Вообще, хватит болтать. Для начала научу тебя брать силу из накопителя и плести простенькое заклинание.

Небрежно кинув сковороду на стол, эльф направился к высокому шкафу, который стоял за спиной Нэл.

Приоткрыв одну створку, вынул стеклянную сферу и, вернувшись к столу, поставил ее рядом с многострадальной посудиной.

Нэл внимательно присмотрелась к прозрачному шару. На первый взгляд он показался ей пустым. И на второй тоже, как в прочем и на третий.

— Это накопитель, — пояснил наставник, уловив выражение недоумения на ее лице. — Он наполнен чистой силой. Ты, должно быть, видела такой у своего прежнего учителя.

Эльфийка отрицательно покачала головой, не отрывая взгляда от сферы. Орин картинно закатил глаза.

— Точно пожалуюсь на него кому надо, — вздохнул он.

Девушка пропустила его слова мимо ушей и несмело протянула руку к сфере, ожидая натолкнуться на преграду из стекла. Но пальцы, не встретив препятствия, прошли внутрь шара и коснулись чего-то пушистого и теплого.

« И правда, как шерсть», — удивилась девушка.

Эльф встал за спиной. Его рука проникла в сферу следом, и накрыла тыльную сторону ее ладони. Нэл было дернулась, чтобы убрать руку, но вспомнила, для чего это нужно.

— Чистая сила чувствуется по-другому, — не дожидаясь вопроса, сказала она. — Она более весомая, плотная… что ли. Но она безлика, одинаковая. Заклинания же будто имеют свой рисунок. Словно ведешь пальцами по гравировке на нагруднике или щите.

— О да, у тебя очень чувствительные пальцы, — томно протянул Орин, щекоча ухо теплым дыханием.

Девушка с большим трудом удержалась, чтобы не заехать локтем в живот наставнику.

— Отцу расскажу, — рыкнула она.

Не известно, что подействовало на эльфа — эта угроза или напрягшаяся спина ученицы — но разговор тут же свернул в серьезное русло.

— Ты права. Заклинания отличаются как на вид, так и на ощупь. И, поскольку первое тебе недоступно, будем пробовать обходиться вторым. Было бы неплохо заполучить амулеты разных заклинателей, — задумчиво протянул он.

— Зачем?

— А затем, что плетение чар разных заклинателей, несмотря на единый костяк, отличается. Это как почерк. Даже если попытаться изменить, какие-то линии и завитки все равно останутся, — голос эльфа вдруг стал глухим, словно его обладатель о чем-то задумался.

— Мне это зачем знать?

— Тебе нужно понять, как ощущаются одни и те же чары у разных заклинателей. Ну да это потом, — его пальцы, соскользнув с пальцев девушки, словно подцепили что-то. Он потер это что-то между подушечками большого и указательного пальцев. Затем, перехватив это нечто невидимое правой рукой, продолжил левой что-то…скатывать. Нэл удивленно дернула бровью. Действительно, будто нить прял.

— Дотронься, — ткнулся подбородком в плечо, побуждая к действию.

Нэл наугад вытянула руку и коснулась того, что Орин держал растянутым между пальцами правой и левой руки. Так и есть. Тоненький жгутик, явственно покалывающий кончики пальцев.

— Держи. Попробуй дальше сама.

Эльфийка едва успела перехватить освободившуюся нить. Продолжила вертеть в пальцах. Получалось не так тонко и изящно, как у наставника, но все же через несколько мгновений она держала нить вполне пригодную для плетения простого заклинания.

— Для первого раза весьма неплохо, — Орин поднырнул своими руками под ее, отодвинул накопитель, а на его место водрузил сковороду, — а теперь отдай мне чары и положи свои руки на мои.

Кисти посла были немногим крупнее, чем у самой девушки. Она удобно расположила пальцы поверх пальцев эльфа и прислушалась к ощущениям. Первые несколько мгновений ничего не чувствовалось кроме тепла чужих рук. Но постепенно, по мере неспешного движения пальцев наставника, сплетающего заклинание, девушка смогла почувствовать нехитрый узор, похожий на спираль. Орин тщательно уложил ее на черную от гари поверхность сковороды, а затем провел указательным пальцем по ободку. Девушка почувствовала, как в ладонь толкнулось что-то горячее и колючее. Нэл охнула. Нагар тут же пошел трещинами и пузырями.

— Ну вот и все. Теперь ее легко можно отмыть. Отнеси на кухню, — раздраженно произнес эльф и убрал руки.

Ощущение чужого присутствия за спиной тут же исчезло. Девушка растерянно уставилась на черные ошмётки. Что-то пошло не так?

— Нужно подготовиться к вручению грамот. Я уже отдал распоряжение приготовить торжественный наряд для тебя. Мой телохранитель должен выглядеть соответствующе, — донеслось уже из коридора.

Нэл тряхнула головой, прогоняя оцепенение, и, прихватив посудину, направилась на кухню. О странном поведении посла она решила подумать позже.