Глава 43

Дверь спальни скрипнула и неспешно отворилась. Нэл обернулась и встретилась с холодным взглядом лазоревых глаз. Орин смотрел на нее лишь пару мгновений, а затем обратил взор на мага и лекаря, все еще безмолвно и растерянно наблюдавших за происходящим.

— Господин лекарь, благодарю за то, что спасли меня, — последние два слова он произнес особенно четко. — Нас не представили друг другу. Меня зовут Орин. Я заклинатель и наставник Нэларион.

— Карон, — рассеянно кивнув, представился мужчина. — Рад, что вам стало лучше, господин Орин.

— Лишь благодаря вашему искусству, — эльф ответил учтивым поклоном. — Прошу простить мою наглость, но я чувствовал бы себя совсем здоровым, отведав одного из ваших чудодейственных супчиков.

— Немедля приготовлю его для вас. Но для этого мне придется вас оставить. Вы действительно хорошо себя чувствуете, и я могу уйти?

— Да, уважаемый мастер. Ведь рядом будет Нэларион. Она обо мне позаботиться.

Услышав эти слова, эльфийка фыркнула и вновь отвернулась к окну.

Лекарь тут же покинул дом наёмников. Как только дверь за ним закрылась, маска бодрости на лице эльфа сменилась выражением глубокой усталости и обреченности.

— Подбери челюсть, Дэнир. Это действительно я, — сказал Орин, подойдя к столу и опустившись на стул.

Маг закрыл рот, звучно клацнув зубами, но еще некоторое время с подозрением косился на неожиданно помолодевшего Орина, прежде чем смог произнести:

— Какого демона, эльф?

— Долго рассказывать, — заклинатель сморщил нос. — Хорошо, что ты здесь. У меня к тебе дело.

— Нет, это у меня к тебе дело! — маг обошел стол и, сев напротив, махнул головой в сторону стоявшей у окна девушки.

— У меня нет тайн от Нэларион. Можешь говорить при ней.

— Что происходит, Орин? Когда мои люди доложили, что она улизнула у них из-под носа, я решил, что вы милуетесь в каком-нибудь уголке. Но оказывается ты при смерти, а твой телохранитель смотрит на тебя так, словно готова перегрызть горло? Не хочешь рассказать, в чем дело?

— Наши отношения с Нэларион тебя не касаются. Тебя что-то еще беспокоит?

— Да, беспокоит. Меня очень беспокоит, что Визард отзывает консулов. За последние три дня во всех королевствах закрылись посольства, как сообщалось — в связи с необходимостью смены штата. Но это еще не все. Несколько весьма уважаемых и влиятельных эльфов исчезли бесследно. Может достопочтенный глава дипломатического представительства объяснит мне, что происходит у эльфов?

Орин изобразил на лице выражение искреннего недоумения и пожал плечами.

— Я больше не глава. Король Лорин принял мою отставку. Скажу больше. В эльфийское королевство дорога мне теперь закрыта. Так что, боюсь, придется поселиться в одном из людских королевств.

— Визард готовится к войне? — Дэнир вскочил со стула и хватил эльфа за грудки. Стул упал, громко грохнув спинкой об пол.

— Визард готовится к смене власти. Но людям не стоит опасаться. Воевать с вами точно никто не собирается.

Маг еще несколько мгновений настороженно смотрел в глаза заклинателю.

— И ничего больше ты мне не расскажешь?

— Не расскажу. Лишь попрошу поверить мне в последний раз. А еще попрошу о помощи.

— Думаешь, после всего я захочу тебе помогать? — маг наконец отпустил рубашку эльфа и, подняв стул, уселся обратно, явно готовый выслушать бывшего посла.

— Уверяю, это в интересах людей. Я бы мог справиться и без тебя, но я и лопата вместе не смотримся.

— Ты можешь говорить нормально, — Дэнир стукнул кулаком по столу.

— Как тебе угодно, — Орин сплел пальцы рук и уложил на них подбородок. — Я собираюсь перекопать все кладбища в людских королевствах, чтобы найти и обезвредить всех зачарованных мертвецов. Так что, поможешь?

— Ты нашел некроманта? — неожиданно тихо произнес глава надзора. — Это он тебя так…

— Не важно, — отмахнулся эльф. — Ты поможешь?

— Думаешь, я позволю тебе в могилах без присмотра ковыряться? Кто знает, что у тебя на уме!

— Болван, — хмыкнул эльф. — Ты же все равно заклинаний не видишь.

— Ну, если что будет не так, думаю, она мне скажет, — маг вновь кивнул в сторону эльфийки. — Она не будет тебя покрывать. Правда, Нэларион? Ты ведь тоже будешь участвовать?

Эльфийка только кивнула.

— И если что-то пойдет не так, обещаю, одной могилой станет больше!

— Хорошо. Приступим через пару дней. А теперь, если позволишь, я хотел бы отдохнуть.

— Значит, через два дня я буду здесь, — кивнул Дэнир и направился к двери.

— Забыл еще кое о чем попросить, — догнал его уже на пороге голос эльфа.

— Что еще?

— Отпусти Фрею.

Две пары глаз удивленно воззрились на заклинателя.

— А ты уверен, что она не повторит попытку?

Орин покачал головой.

— Уверен. От королевского двора ее, конечно, нужно отстранить. Но держать в твоих подземельях — нужды нет. Может, в каком-нибудь городке она обретет свое счастье.

— Использовал, а теперь избавляешься? Какой же ты мерзкий, — маг презрительно скривил губы.

— Не отрицаю. Но что-то и ты не торопишься с ней под венец. А ведь Фрея тебя любит.

Маг не ответил, только грохнул дверью так, что штукатурка со стены посыпалась.

— Я могу остаться здесь еще на пару дней, пока не найду другое жилье? — спросил Орин, поднявшись со стула.

— Можешь оставаться сколько нужно, — Нэл все же удостоила его взгляда.

Не было в том взгляде ни злости, ни желания отомстить. Лишь брезгливость и презрение.

— Скай вернется только через полгода. Мы успеем закончить обучение. Как только закончим с зачарованными трупами, я исчезну из твоей жизни.

Нэл тряхнула головой.

— Как пожелаешь.

— Ты ненавидишь меня?

— Я не готова сейчас ответить, — девушка вновь отвернулась к окну.

Орин хотел спросить что-то еще, но вдруг передумал и лишь тихо сказал:

— Прости …

Эльфийка повела плечами, но ничего не ответила. Опустив голову, заклинатель молча поплелся в отведенную ему спальню.

Орин сел на кровать и закрыл лицо руками. За прошедшую ночь он потерял все. Королевство, которое считал домом, цель жизни, названного брата, девушку, ради которой готов был отказаться от всех привилегий.

Истерзанный и раздавленный, он жаждал только одного — забвения в вечности. Но взятые обязательства удерживали его в мире живых.

— Давай помогу, — Скай склонился над могилой и протянул руку эльфу, стоявшему рядом с гробом.

Уставший, перепачканный в жирной земле, заклинатель с готовностью воспользовался предложенной помощью.

Три года назад, когда вернувшийся из Академии маг примкнул к их маленькому отряду, Орин смотрел на него, как на злейшего врага. Но поменяться местами с Киртом или Нуром, ставшими членами магического надзора и зачищавшими кладбища вместе с Дэниром, даже не подумал.

Первый год эльф косился на Ская и Нэл, снедаемый ревностью. Потом успокоился, видя, что друг для друга эти двое действительно словно брат и сестра.

А потом стал частью большой семьи мага, оказавшись однажды затянутым на семейный ужин, на котором вокруг симпатичного эльфа сновали несколько рыжих девушек, бросая на него заинтересованные взгляды. Такие семейные встречи раз в пару месяцев стали традиционными. Со временем колючий и отстраненный эльф проникся этой суетливой теплотой. Даже порой беззлобно подтрунивал над сестрами мага. Но вот тоска из его глаз не уходила ни на минуту. Особенно когда он смотрел на Нэларион. За три года кровоточащая рана на сердце превратилась в грубый рубец, тянувший тупой болью каждый раз, стоило поймать ее косой взгляд.

В положенный срок закончив обучение эльфийки, оказавшееся отдельным изощренным видом самоистязания, Орин снял комнату у мастера Карона. Там же принимал трех учеников из местных ребят. Плату за обучение брал весьма скромную, но к делу относился ответственно.

И вот уже три года почти каждый вечер встречался с двумя наемниками, чтобы отправится на очередные раскопки.

— Эта последняя, — эльф звонко хрустнул позвонками, расправляя спину уже стоя на краю могилы. — Закапывай.

— Последняя на этом кладбище? — поинтересовался маг.

— Вообще последняя, — Орин вынул из кармана платок и, старательно вытерев руки, бросил его в могилу. — Дэнир со своей частью еще вчера закончил.

О чем не преминул сообщить заклинателю. Отношения между ними весьма улучшились за последний год, вновь обретя оттенок сдержано-дружеских.

— Так что мы закончили нашу работу, Скай.

— Надеюсь, ты не собираешься пропасть после этого. Матушка и сестры в тебе души не чают.

— Нет, что ты, — протянул эльф и огляделся вокруг.

Вокруг не оказалось ничего спасительного, поэтому взгляд опять вернулся к лицу мага, на котором застыло выжидающее выражение.

— Поговорил бы ты с Нэл.

Орин удивленно вздернул брови.

— О чем?

Скай хотел что-то сказать, но вдруг опустил глаза и пнул земляной ком.

— Ладно, давай уже покончим с этим.

— Можешь без меня?

— Конечно. А ты куда?

Орин не ответил, лишь обернулся и посмотрел туда, где у обрыва, на самом краю кладбища стояла и смотрела в звездное небо Нэл.

Эти долгие, и в то же время промелькнувшие словно мгновение, года были для Орина истинным благословением и наказанием. Почти каждый вечер быть рядом, говорить, но не сметь коснуться, посмотреть в глаза и чувствовать на душе груз вины.

Но сегодня всему этому настал конец. С этого мгновения и с этого места каждый должен пойти своей дорогой.

— Скай закапывает последнюю могилу. На этом наш договор заканчивается. Больше ты меня не увидишь, — Орин подошел, встал рядом и тоже устремил свой взор на ночной небосклон.

Молчание.

— Эльфы верят, что души умерших становятся звездами, — еще тише произнес он. — Прости… и прощай.

Он сделал шаг назад, уже собираясь уйти, когда Нэл заговорила:

— Это ты меня прости. То, что я сказала тогда… Все это не правда. Я никогда не считала, что ты виновен в смерти папы. Никогда не думала, что ты трусливое ничтожество. Я все это сказала в отчаянии… не знала, как заставить тебя жить. А мне было очень нужно, чтобы ты жил.

Эльф замер, боясь вздохнуть. Он ловил каждое слово, не веря ушам. Девушка обернулась. В ее глазах блестели слезы.

— Я понимаю тебя. Понимаю, что двигало тобой, когда ты искал убийцу. Я поступила бы также…

— Нет, нет, не говори так, — замотал головой эльф, едва сдерживаясь, чтобы не броситься к Нэл и не сжать ее в объятиях. — Ты никогда не сделала бы того, что натворил я. Ты не испачкала бы себя местью.

— Я не лучше тебя. Мне просто некому мстить.

Орин не знал, что ответить. Стоял с открытым ртом и хлопал глазами.

— Я не хочу, чтобы ты уходил. Не исчезай. Позволь быть рядом, быть тебе другом… — Нэл протянула ладонь для рукопожатия.

Сердце эльфа замерло, а потом пустилось вскачь, вместе с мыслями и чувствами. Он даже забыл, как говорить. Просто стоял и смотрел на Нэл. А та побледнела, увидев, что ее жест остался без ответа.

— Нет, я не хочу быть другом, — вдруг неожиданно для самого себя ответил Орин.

— Да, конечно, — она опустила руку и вздохнула. — После всего, что я наговорила, странно надеяться на другой ответ. Еще раз прости и…

— Я хочу быть твоим мужем! — выпалил Орин.

Теперь уже Нэларион стояла с открытым ртом, не зная, что сказать. Но эльф, перед которым, наконец, забрезжил светоч надежды, не собирался отступать.

— Ты выйдешь за меня, Нэл? — спросил он, опустившись на одно колено. — Хочешь церемонию под священным древом? Могу поднять старые связи в Визарде. Доставят контрабандой. Только, боюсь, придется подождать несколько дней.

— Ты с ума сошел? — промолвила девушка и всплеснула руками.

— Хорошо, как скажешь. Через несколько часов откроется городская ратуша. Можем позвать Ская, Кару, мастера Карона…

— Нет.

— Нет? Мы не пригласим мастера Карона? Но почему?

— Нет — значит, что я не выйду за тебя! — крикнула Нэл. — Зачем я тебе? Через двадцать лет я стану старой, а через сорок умру. В дневнике прежнего посла была запись, что полукровки бесплодны! Зачем тебе тратить время на меня!

Орин поднялся и задумчиво потер лоб.

— Насколько я помню, там говорилось, что бесплодными были полукровки-мужчины, и что у человеческих женщин от них не было детей.

— Ты читал этот дневник?

— Читал. Ты забыла его на подоконнике в библиотеке. Но у нас же все по-другому! И вообще, я упорный, ты же знаешь!

Щеки Нэл вспыхнули.

— Ты не исправим! — воскликнула она, пряча глаза. — Но это ничего не меняет!

— Да, прости, я не с того начал, — он шагнул навстречу Нэл. — Я люблю тебя. Хочу быть рядом каждый отпущенный тебе день. Встречать с тобой все твои рассветы. Я люблю тебя! И прошу разрешения у души Элана, которая, я верю, смотрит сейчас на нас, взять тебя в жёны. И даже если ты еще не любишь меня…

— Я люблю тебя. Люблю с того мгновения, как сняла с тебя облик. И если то, что ты сказал — правда, то я согласна стать …

Не сказанные слова утонули в нежном поцелуе.