ГЛАВА 18

Я с нетерпением ждала ночи и момент усыпления тройняшек. Они утихомирились всего на несколько минут, когда обедали, а потом вновь принялись носиться по лестнице и коридорам. Наверное, я имела право попросить Марту успокоить своих детей, но понимала, что это бесполезно.

На ужин к пирогам не спустились ни я, ни Рэй, и мы надеялись, что Торин и Юлия составят компанию Марте, чтобы она не пришла за нами.

Я лежала на диване, рассматривая ничем не примечательный потолок. Рэймонд притащил толстый плед из спальни и лег рядом с диваном. Мы нетерпеливо ждали время сна.

– Хотела сказать, что Марта не похожа на подставное лицо Дорбена, но вспомнила, как она без стука вошла в наши покои, – пробормотала я, когда тишина уже стала неловкой.

– Ни за что не поверю в такое совпадение. Марта приехала по просьбе моего дяди, я уверен. Он наверняка заплатил ей, а кто откажется от лишних фунтов?

– Ты прав. Но прошло уже два дня, осталось всего пять, и мы попрощаемся.

– Надеюсь, пяти дней ей хватит, чтобы понять, что мы любим друг друга по-настоящему.

Рэймонд, конечно же, шутил. Но отчего-то мои щеки опалило жаром, и я улыбнулась пятну на потолочной доске. В голове мелькнула мысль, что мне бы хотелось услышать слова любви снова, и, наверное, только от Рэя. Почему-то сердце неприятно щемило, когда я думала о том, кто станет моим настоящим мужем. Я представляла и Карона Эдельвейса, пусть и красавчика, каких свет не видывал, но жестокого и бездушного. Хватит с меня бездушных мужчин. Больше ни одного не потерплю рядом с собой.

А вот Рэймонд не такой. Он добрый, милый и заботливый. Повезет его будущей жене.

– Ты уже думал о том, когда женишься по-настоящему? – спросила я так тихо, что муж мог и не услышать вопрос из-за непрекращающейся истерики в коридоре за дверью.

– Всегда боялся этих мыслей. Мне не на кого было равняться: мои родители разошлись. Отец сходил с ума по матери, а мать жила в свое удовольствие отдельно от нас. Сейчас-то я знаю, в чем причина ее ухода, но на протяжении двадцати лет я думал, что любовь в браке – вымысел из книжек для девочек.

– И у тебя даже не было никого на примете, кто мог бы стать твоей супругой?

– Была одна, – улыбнулся Рэй. – Нам было по десять лет, мы познакомились в школе, в которую меня в очередной раз перевел отец. Я не мог ужиться с одноклассниками, из-за чего часто менял школы. В последней, где и закончил обучение, познакомился с Лилией – хрупкая блондинка, дочка мясника. Мы встречались целых две недели, а потом она сказала, что я скучный, и ушла к Варону, парню из старших классов.

– Ты… – я проглотила ставшее ненавистным слово “девственный”, и спросила: – У тебя никогда не было интимной близости?

– Была, конечно, но одноразовая. Я после Лилии не любил никого, а девушкам в академии, где учился после школы, отношения были и не нужны. Мы развлекались, не более того.

– Где ты учился? – нахмурилась я. – Насколько помню, в Вэйердаке всего одна академия… Мы что, учились в одном учреждении?!

– Да, но в разное время. Я старше тебя на семь лет, Ави, – усмехнулся Рэй. – Вероятно, ты поступила в академию через два года после моего выпуска. Почему выбрала профессию лекаря-алхимика?

– Чтобы спасать умирающим молодых мам, – я проглотила вставший в горле ком и тихонько вздохнула. – Моя мама погибла через год после родов, и если бы в столице был хороший лекарь-алхимик, этого бы не случилось. А ты? Какую профессию выбрал ты?

– Инженера. Судя по тому, что написано в моем дипломе, я умею проектировать дирижабли, но по факту последний мой проект, из-за которого я провалил экзамен и мне пришлось его пересдавать, взорвался прямо перед приемной комиссией.

– И ты ушел работать в компанию к отцу?

– Да. Обучение в академии мне было не нужно, но отец хотел, чтобы я получил диплом. Я получил его, забросил на верхнюю полку шкафа и забыл до нашего с тобой разговора… Сейчас вот пытаюсь вспомнить, как он вообще выглядит.

– Здорово, наверное, летать на дирижабле, – вздохнула я мечтательно. – Даже до того, как мой папа разорился, мы не могли себе позволить путешествие этим видом транспорта.

– Правда? – Рэймонд приподнялся на локтях, нашел взглядом мои глаза. – Ты ни разу не летала дирижаблем?

– Ни разочка. Но после того как ты сказал, что он может взорваться, я и не хочу, – я рассмеялась, вздрогнув при мысли, как меня разносит на клочки над столицей. – Ужас какой!

– Только если его проектировал Рэймонд Нэш, – муж подхватил мой смех.

За разговором мы не заметили, как за окном стемнело. Детишки с воем и слезами отправились в свою комнату, и вскоре затихли уснув. Марта пожелала нам добрых снов, крикнув из коридора, а следом хлопнула дверь в покои Торина и Юлии.

Мы, нехотя, тоже собрались готовиться ко сну. Пока я расправляла кровать, Рэй проветривал комнаты.

Из гостиной донесся чей-то голос. Смутно знакомый, немного хриплый. Я выглянула из-за двери и во все глаза уставилась на мужчину, сидящего на подоконнике.

– Авелина, – гость с улыбкой отвесил мне поклон головой.

– Она выезжала из Глэйворка, – тут же сообщил Рэй, и незнакомец понятливо хмыкнул. Муж обернулся ко мне: – Я говорил о хозяине тайги, Ави. Знакомься снова – Ротем.

– Авелина, – зачем-то представилась я, хотя Ротем уже знал мое имя. В груди неприятно царапнуло: неужели я, каждый раз, как буду выезжать из Глэйворка, по возвращении стану знакомиться со многими заново?

– Повторишь? – попросил Рэймонд мужчину, и тот кивнул:

– Хочу напомнить о туристической тропе, о которой я ранее говорил. Она готова, и предлагаю, чтобы вы завтра прогулялись по ней, отметили какие-нибудь важные для себя детали, составили буклеты для туристов. Если снять с Глэйворка флер мистики, то людям просто станет неинтересно шататься по моей тайге. Я устал от них.

С последними словами глаза Ротема потемнели, и мне не нужно было объяснять, что может последовать за его усталостью. Я его даже понимала: никому не понравится, что по его дому ходят и что-то вынюхивают незнакомцы.

– Мы проверим ее, – кивнул Рэймонд. – Вход где?

– Сразу за огородом, налево от куста черники. Эта тропа единственная, которая не будет меняться по воле моего настроения, ходить по ней можете безбоязненно, но не советую сворачивать с нее. Тебе, Рэй, и твоей супруге, бояться нечего, а вот туристов нужно будет контролировать. При любом их желании заглянуть в сторону населенного болота или пещер, мои слуги не станут церемониться. – Ротем перекинул ногу через подоконник на улицу: – Доброй вам ночи.

Он спрыгнул, и в тот же миг в воздухе повисло черное пятно. Я с открытым от ужаса ртом бросилась к окну, выглянула наружу, но пятно уже исчезло.

– Тень?! Та самая? – зашептала я Рэю.

Муж кивнул. Мой ужас сменился восторгом – я увидела зелигена из легенд! И видимо не в первый раз, что окончательно повергло меня в ступор. Наверное, я не хочу больше испытывать это ужасное чувство, когда из памяти некто вырвал целые куски. Но чтобы этого не произошло, дорогу из Глэйворка придется забыть.

Утро выдалось бурным. По плану, – нашему с Рэймондом плану, – мы должны были выйти еще на рассвете, а вернуться к ночи. Вдвоем. Но когда собирались, поняли, что этому не бывать.

Первым нас заметил один из мальчишек, имени которого я не знала. Да что уж, я не знала, как зовут и двух других. Ребенок топал в уборную, когда мы с мужем на цыпочках вышли из покоев.

– А вы куда? – взгляд зеленых глаз сделался обиженным.

– По делам, – ответил ему Рэймонд, в очередной раз проверяя, все ли уложил в рюкзак. – Иди спать, мама потеряет.

– А я не знаю, где мама…

Тяжелые шаги Марты раздались со стороны лестницы. Женщина, явно не ожидая, что кто-то в такую рань ее сможет увидеть, тащила с собой полную миску вчерашних пирожков.

– Ой, – Марта крепче прижала к себе миску, – а вы чего не спите?

– По делам уходим, – ответила я.

– А куда?

– В тайгу.

– В тайгу?! – глаза Марты загорелись.

Мы с Рэем встревоженно переглянулись: сбежать быстро или очень быстро?

Спустя полчаса мы стояли во дворе дома, выстроившись в линию: я, Рэй, Торин, Юлия, Марта и трое ее сыновей. Утро давно перестало быть томным. Мои мечты о чудесном дне наедине с мужем рассыпались прахом, когда Марта завизжала столь радостно, что разбудила горе-исследователей и своих детей. Торин и Юлия, услыхав, что мы идем в тайгу, оделись за несколько минут. Тройняшки пытались возмутиться раннему походу, но мать их грозно приструнила.

Рэй тоже был не в лучшем расположении духа. Может быть, и ему хотелось провести этот день в тишине и покое? Мы могли бы, наверное, сказать всем, что не возьмем никого с собой, но они бы все равно увязались следом и, того гляди, сошли с тропы.

Я рвала ногами густой туман, дрожала от сырости и пронизывающего ветра. Шагала молча, не жалуясь, но Рэймонд время от времени успокаивающе гладил меня по плечу.

– Все будет в порядке, – шепнул он. – Мы быстро пройдем всю тропу, может быть, даже ночевать в тайге не придется. Да и дети вскоре устанут, закатят истерику, и Марте придется вернуться с ними домой.

– Юлия с Торином все еще ищут доказательства присутствия в Глэйворке мистических существ. Они точно не повернут назад.

– С ними мы как-нибудь разберемся.

– Только не как в прошлый раз! – испуганно выдохнула я. – Я помню, что они уснули, а потом мы куда-то долго шли. Ничего больше не помню, только жуткую усталость! Кажется, у меня до сих пор ноют ступни после того похода.

– Как в прошлый раз не будет. Давай-ка мне свой рюкзак…

– Он не тяжелый, – солгала я, пожав плечами. От лямок наверняка останутся следы на коже.

– Ты взяла с собой пакет картофеля, крупу, рыбу и две банки тушеного мяса, – Рэй многозначительно хмыкнул. – Я говорил ведь, что идем всего на один день.

– Целый один день! Да я проголодаюсь через… Вот, уже проголодалась.

Я обернулась, чтобы посмотреть, на каком расстоянии от нас идут остальные члены внезапной экспедиции, и увидела свой дом в просвете деревьев. Ладно, придется потерпеть, рано еще делать привал.

Тройняшки носились друг за другом, обгоняли нас с Рэем, возвращались к своей матери, теребили Юлию за руки. Юлия взглядом умоляла меня помочь ей, и мне пришлось сделать вид, что я не замечаю ее отчаяния. Торин зевал, и во время зевков его под весом рюкзака уносило в сторону, тогда он хватался за стволы кедров и несколько секунд стоял с закрытыми глазами.

Марта шагала без остановок, все также крепко прижимая к себе миску с пирогами, которых за короткий отрезок пути стало вдвое меньше. Взгляд женщины я чувствовала на себе чаще, чем хотелось бы. Она точно следила… Хотя ведь так оно и есть – Марта следит за нами.

Вспомнив об этом, я прилипла к Рэймонду:

– Марта смотрит, – сквозь зубы, но с улыбкой прошептала я.

А сама млела от тепла, исходящего от тела мужа через его плотную куртку… Так глупо, наверное, я вела себя, но ничего не могла с собой поделать. Меня неудержимо влекло к Рэймонду. Хотелось трогать его, гладить по волосам и… вернуться к разговору о поцелуях и “ни к чему не обязывающей близости”.

Наивная дурочка Авелина. Что тебе было непонятно в первый раз?

Туман под нашими ногами редел. Деревья обступали со всех сторон плотной стеной, и тем нелепее выглядела ровная, широкая тропа, по которой мы шли. Такой тропы не может быть в густой, огромной тайге, но, надеюсь, что наши будущие туристы не обратят на это внимание. Вообще-то, я даже начинала видеть смысл в предложении Ротема: логично сделать из Глэйворка туристический город, а не место, в котором каждый норовит отыскать сокровища гномов или лапу оборотня. Когда люди поймут, что ловить здесь нечего и некого, то станут приезжать просто, чтобы подышать свежайшим лесным воздухом, поплавать в обычных озерах и полюбоваться роскошным водопадом. Если водопад и озеро будут на нашем пути, конечно.

– О чем задумалась? – поинтересовался Рэй, когда визг мальчишек затих, распугав едва проснувшихся птиц.

– Думаю, как здорово, что Ротем все это придумал. Наконец-то люди перестанут пропадать в этой тайге. Вот только как они найдут дорогу к замку хозяина, чтобы попроситься к нему в услужение?

– Ротему рабочие не бывают лишними, он сам найдет тех, кто его ищет. Не так много людей знает о хозяине тайги, а те, кто наслышан и поверил в его существование, уже работают на него.

– Ну, хорошо, если у нас все получится, – улыбнулась я. – Моя гостиница будет полна ленивых отдыхающих, а не безумных ученых.

Когда я обдумывала эту мысль, то уже понимала: все будет именно так. Вот только что мне стоит пережить до того, как я навсегда отыщу в своей жизни успокоение, даже не представляла. Шла, прижимаясь к будущему бывшему мужу, и довольно улыбалась вековым деревьям.

Малышня мешала сосредоточиться, и медитации у меня не получилось. Я запомнила и нарекла тройняшек по цветам их костюмов: Зеленый, Серый, Синий. Потому что даже если бы знала их имена, то ни за что не смогла бы различить по лицам, а вот по костюмам – запросто.

Синий гонял зайца. Бедное животное по насмешке судьбы выскочило из кустов на тропу, прямо под ноги мальчишке, и тот с визгом кинулся за ним. Заяц растерялся настолько, что бежал по дороге, не додумавшись свернуть в кусты.

Серый доставал Юлию рассказом о том, как Зеленого тошнило всю дорогу в поезде, и что он даже описался. Зеленый плакал из-за того, что брат его позорит. Завязалась драка, и чистые костюмчики мальчишек запачкались в пыли.

Рэймонд в какой-то момент остановился у невесть откуда взявшегося указателя – деревянная стрелка показывала, что нужно повернуть направо, и на ней крупными буквами было написано: “Водопад”.

– Водопад! – ахнула я. – Ротем предоставил нам целый водопад! Он с обычной водой?

– Разумеется, – кивнул Рэй, попутно делая заметки в блокноте. – У него и сделаем привал.

– Ура, привал, – безэмоционально я похлопала в ладоши. Устала так, что даже на радость сил не осталось.

– От водопада далеко не уходим – если я правильно помню, то совсем рядом с ним начинается топь. Ну а в ней кикиморы, водяные, и другие неприятные существа. В ближайшем участке болота они давно не живут, но кто знает, вдруг появятся, услышав шум?

– Боги, – я поежилась. – До последнего надеялась, что про кикимор ты шутил.

– Вовсе нет. Просто не отходи от меня слишком далеко.

– Я переживаю за тройняшек. Ты посмотри на них – попробуй хоть одного из них заставить сидеть спокойно. В мальчишках будто демоны беснуют.

– Следить за ними – забота их матери, но и мы, конечно, обязаны взять шефство. Нехорошо получится, если сюда мы пришли в количестве восьми человек, а назад уйдем впятером.

Я обернулась на Марту. Женщина доедала последний пирожок и оглядывалась по сторонам в поисках места, где можно было бы оставить миску, чтобы не тащить ее дальше. На сыновей она обращала внимание не больше, чем на пыль под ногами, а те, сгруппировавшись, что-то обсуждали шепотом.

Через некоторое время я услышала шум воды и невольно ускорила шаг. Водопады в своей жизни еще не видела, но любовалась ими на картинках. Вживую он оказался еще прекраснее!

Мы вышли на просторную местность, где с невысокой скалы вниз хлестал поток воды. С рокотом она пенилась, ударясь о камни, текла с журчанием между ними и покрывала большую часть места, в котором нам следовало сделать привал.

– Купаться! – заорал Синий, на ходу раздеваясь.

– А можно? – испуганно спросила я у мужа.

Рэймонд кивнул. Тройняшки, избавившись от костюмов, ринулись в озерцо. Вода наверняка была ледяной, но мальчишкам оказалось все равно. Они плескались, ныряли, счастливо хохотали и брызгались. Я отметила, что детям для радости нужно немного: всего лишь немного воды, чтобы искупаться, а вот взрослым… Каждого из нас мучили тысячи различных вопросов, все мы думали о прошлом и будущем. Да о чем угодно, только не о настоящем. Взрослые не умеют наслаждаться моментом и всегда портят его, размышляя о проблемах.

Тряхнув головой, я заставила себя прогнать ненужные мысли. В конце концов, если сегодня я буду радоваться тому, что вижу, мир не рухнет.

Палатки мы с собой не брали, потому что намеревались вернуться домой уже к ночи. Рэймонд расстелил на камнях толстый плед, распотрошил мой рюкзак и выбрал из него то, что могло бы составить нам завтрак. Из своего достал объемный котелок для каши и второй, поменьше, для чая.

– А я печенье взяла, – сказала Юлия, голодным взглядом покосившись на наш провиант. – Объединимся?

– Конечно, – улыбнулся Рэй. – Авелина обо всех подумала, когда набивала рюкзак продуктами.

– Я просто сразу подозревала, что мы пойдем не вдвоем, – фыркнула я.

Пока разводили костер и готовили, я поглядывала на костюмы тройняшек. Ведь если их одежда здесь, значит, и сами мальчишки где-то рядом?

Мне даже в голову не пришло, что в утреннем холоде, царящем в тайге, ребята могут отправиться гулять в неглиже! Марта была занята готовкой, Торин и Юлия – разговором, а Рэймонд делал какие-то заметки в своем блокноте и голову не поднимал.

Когда я поняла, что перестала слышать смех мальчишек, то поднялась на ноги. Грохот водопада перекрывал звуки шагов, и тройняшки незаметно улизнули. Их костюмы все также лежали рядом с нашим пледом, а вот мальчишки словно испарились.

Я уже открыла рот, чтобы сообщить об этом Рэймонду, как в просвете деревьев мелькнула рыжая голова, а потом еще две. Тройняшки бежали к нам, и один из них сжимал в руках что-то, что очень громко верещало.

Рэй тоже это услышал и мигом подскочил. Марта запричитала, принялась ругать сыновей, но как-то лениво. Торин и Юлия кинулись к детям первыми, следом мы с Рэем.

– Смотрите! – заляпанными грязью руками, мальчик протянул нам… ребенка. Серого, с черными глазами. Дитя было похоже на человеческое, но таковым не являлось. – Мы нашли его вон там, за деревом. Мам, можно, мы себе оставим?!

– У нас будет питомец! – кричали мальчишки, тискали серокожего малыша, а тот заливался плачем.

Рэймонд забрал ребенка трясущимися руками. Я видела, как побледнело лицо моего мужа, как задрожали губы. В его глазах сверкали молнии, и Рэй явно безумно злился, но грубить тройняшкам не стал.

– Идите к матери, – тихо попросил он.

Торин потянулся рукой к находке. Малыш заорал пуще прежнего, а Юлия умилительно сложила руки на груди:

– Дитя кикиморы, Торин! Это же дитя кикиморы! Если мы привезем его домой, то отец непременно получит повышение! Такое существо за человеческого ребенка не выдашь, уж точно.

Рэймонд быстрым шагом скрылся за деревьями, оставив нас без объяснений. Юлия на мгновение замешкалась, но быстро сообразила, что повышение ее отца вот-вот унесут к болоту, и бросилась за моим мужем. Мы с Торином переглянулись и бегом отправились за ними, оставив Марту с детьми одних. Впрочем, они находились в разрешенной зоне, с ними ничего там не случится, чего нельзя было сказать о нас.