ГЛАВА 21

Завтрака не случилось. Злющая, как фурия, Марта гремела чемоданом, стаскивая его с лестницы. Ревущие тройняшки шагали за матерью, в один голос умоляли ее остаться, но женщина была непреклонна.

– Быстро обулись! – рявкнула она на детей, уже в гостиной.

Я сбежала вниз за ними:

– Уезжаете? – спросила с любопытством и радостью.

– Да! Ноги моей больше здесь не будет!

– Поезд уже ушел, – поморщилась я. Останутся ведь, как есть останутся. Нельзя этого допустить. – Но я могу оплатить вам кэб до Вэйердака. Поездка будет не очень комфортной, зато быстрой.

– Где найти кэб? – взгляд Марты потеплел.

Я быстро сбегала наверх, за деньгами. Отсчитала женщине сорок фунтов и объяснила, что на вокзале есть услуга перевозки вместе с почтой, а сегодня как раз день, когда из Глэйворка отправляют почту в Вэйердак.

Марта вытолкала своих сыновей за дверь под дождь, следом вышла сама и грохнула чемоданом о порог.

Деток мне было жалко. Они не виноваты в дурости своей мамы, но до вокзала идти недалеко, промокнуть не успеют.

Несколько минут я провожала гостей взглядом через окно, пока они не скрылись за поворотом.

– Рэй очнулся? – прозвучал за спиной полный надежды голос Юлии.

– Нет. Зато Марта уехала. Это хорошо, потому что моему мужу нужны покой и тишина.

– Она узнала о том, что было ночью?

– Не уверена. Думаю, она столкнулась с оборотнем, когда тот искал меня или… тебя. Он наверняка приходил. Да еще и этот ребенок кикиморы…

– Марта расскажет все, – Юлия в ужасе открыла рот. – Надо ее остановить!

– Не расскажет, успокойся. И ты тоже не сможешь, и Торин. Глэйворк окружен защитной стеной, стирающей память частично. Даже то, что я сейчас сказала, ты не вспомнишь, когда уедешь из Глэйворка.

Юлия медленно опустилась на софу у окна:

– Так нельзя. Я должна все помнить, Ави! Как я смогу доказать, что в Глэйворке ничего мистического нет, если забуду, что хотела утаить это?

– Да, – вздохнула я, садясь рядом с девушкой, – это проблема. Надеюсь, что когда Рэй придет в себя, он сможет нам подсказать, что делать. Сама я забыла почти все, когда уехала из Глэйворка. Вернулась, и Рэю пришлось рассказывать мне все заново.

Мы помолчали какое-то время, рассеяно наблюдая за косыми струями дождя. Непогода разыгралась сегодня, главное, чтобы завтра было сухо и тепло. Мне идти через тайгу неизвестно куда, не простыть бы.

Торин улыбнулся нам, спускаясь по лестнице. Разжег огонь в камине и попросил перенести завтрак в гостиную. Нам с Юлией готовить не хотелось, поэтому просто пожарили яичницу с тонкими слайсами бекона, заварили мятный чай.

Гостиная наполнилась теплом и уютом. Слышался только звон вилок о тарелки, булькал чай, когда наливали его в кружки. Все было чудесно, но не хватало Рэймонда. Мысли о нем прогоняли мой аппетит, и приходилось жевать через силу. Мне нужно есть, иначе не смогу дойти до дома Ротема. От голода и усталости уже слегка подрагивали руки, и кружилась голова.

– Надеюсь, Марта и дети в порядке, – сказала я, доев свой завтрак. – Предлагаю поспать, ночь была… непростой.

– С удовольствием легла бы кровать, – прошептала Юлия, наверное, вспоминая подвал.

Торин поцеловал жену в висок. Я пожелала им приятного аппетита снова и ушла в свою комнату.

Мне пришлось зажечь свет – солнце из-за туч и так не давало достаточно освещения, а с началом дождя в доме стало еще темнее. Глаза слипались, но я прилегла на краю кровати и вытащила из-под подушки черную книжечку с записками служанки. Почитаю перед сном, может, в это время Рэй проснется?

Я закинула одну руку на подушку мужа, придвинулась к нему вплотную. Едва слышным шепотом начала читать вслух:

– Сегодня был странный день: сначала нас всех ошарашило внезапно выглянувшее солнце, а сразу за этим разразилась гроза. За всю жизнь в Глэйворке я никогда не видела дождя и грозы одновременно с солнцем…

Я перелистнула страницу, пробежалась взглядом по ровным строчкам. Служанка описывала погоду, природу, животных. Ничего необычного, но природе и ее силе уделялось много внимания.

– К вечеру прибыл профессор Майир. Говорит, он приехал из далекого Аброссима. Я не знала, где находится этот город, но потом Ротем сказал мне, что он на севере. Неудивительно, что профессор Майир бросил все и сбежал – на севере жуткие морозы, частые сходы лавин и всегда, даже летом, горы покрыты снегом.

Мне показалось, что Рэймонд пошевелился. Я оторвала взгляд от книжечки и присмотрелась к мужчине. Его грудь вздымалась медленно и тяжело, но Рэй дышал, и это не могло не радовать. Совесть мучила меня, я понимала, что сегодняшний день может стать роковым для моего мужа, но ничего не могла с этим поделать. Если я сейчас пойду в тайгу, но обратно могу не вернуться, и не смогу помочь Рэю. Мне нужно дождаться утра.

Прочистив горло, я продолжила читать, но уже с последних страниц:

– Ротем не говорил, что любит меня. Мы развлекались, ласкали друг друга, и все на этом. Я была согласна на короткие интимные отношения, и не была готова к беременности. Ротему дети тоже пока не нужны. Он не говорил этого, но я думаю, что зелиген не может быть рад ребенку, зачатому от ведьмы…

Я осеклась. Ведьмы?! Служанка пишет, что она ведьма? Рэймонд явно пропустил эту строку, иначе не захотел бы отдавать записи Юлии и Торину.

– Я сказала Ротему, что беременна от конюха. Ротем позволил мне остаться в замке и выделил отдельную комнату для будущего ребенка. Но я знаю, что, когда сын появится на свет, Ротем поймет, что дитя похоже на него. Я должна уйти, но не сейчас. Дождусь родов.

Следующие страницы я судорожно читала молча. Перечитывала раз за разом, то и дело возвращаясь к началу повествования.

Из прочитанного я выяснила, что ведьма, служащая хозяину тайги, понесла от него. Родила в замке, а среди ночи взяла ребенка и отправилась короткой тропой в город. Она писала, что знает о том, что ночь ее ухода будет ночью зачистки. Если она пойдет короткой тропой, то зачистка ей не навредит, и при этом никто не хватится ее отсутствия. Ротем не станет догонять ее в то время, когда тайга беснуется. Ротем контролирует зачистку и не может отвлекаться на что-то другое.

Я закрыла книжку. Переваривала информацию долго, и сонливость пропала. В голове крутилась какая-то мысль, но никак не желала оформиться. Мне казалось, что я вот-вот схвачу ее и пойму, почему записки ведьмы показались мне важными, но мысль ускользала каждый раз.

– Почему? – спросила я задумчиво у самой себя. Перевела взгляд на мужа и…

Я потеряла дар речи. Дернулась в сторону, отбросила книжку. Закричала, но изо рта не вырвалось ни звука.

Рэймонд, мой любимый Рэймонд исчез, а на его месте в кровати шевелился сгусток тьмы.

Я моргнула, не веря своим глазам, и тьма превратилась в Рэя. Почти сразу тело мужа вновь расплылось, становясь полупрозрачным и темным. Тень шевелилась, обращалась то в Рэймонда, то в саму себя. Так продолжалось несколько минут, в течение которых я почти не дышала. Хотела позвать Торина, но не могла сдвинуться с места.

Вскоре все закончилось. Рэймонд принял свой облик, щеки его порозовели, дыхание стало мерным.

– Рэй? – позвала я. На четвереньках подползла к нему, натянула одеяло на мужчину по самый подбородок. – Ты меня слышишь?

Никакой реакции в ответ.

Ждать до утра было нельзя. Несмотря на то что Рэймонду, кажется, стало лучше, меня пугало его внезапное превращение в зелигена. Черт его знает, со всеми жителями Глэйворка бывает такое или нет, но необходимо было выяснить. Может, он так умирает, и это его душа покидает тело?

Оделась потеплее, накинула на плечи найденный в кладовой объемный плащ с капюшоном, надела тяжелые ботинки Юлии. Попросила Торина присмотреть на Рэем, пообещала вернуться и вышла в дождь.

Дом Ротема мне самой не найти, это было понятно. Но вчера кикиморы помогли, может, и сейчас не откажут? Не стану просить их проводить меня, пусть просто укажут дорогу.

Спустя несколько часов я стояла у болота. Рэй говорил, что туристическая тропа ведет к той части топи, в которой кикиморы давно не живут, но именно здесь прошедшей ночью мы встретили их.

Я бродила вдоль берега, время от времени выкрикивая:

– Помогите мне!

Не знаю, сколько еще прошло часов, но тайгу уже заволокла ночная темень, и не было видно ни зги. Разве что очень слабый лунный свет сочился сквозь серую дымку на небе.

Булькнула грязь. Над болотом появилась голова кикиморы. Я опустилась на колени и сложила руки в умоляющем жесте:

– Помогите. Я ищу Ротема, хозяина тайги.

Кикимора приблизилась. Долго смотрела мне в глаза черным, невидящим взглядом, а потом вытянула руку влево.

– Мне идти туда? – спросила я.

Ответа я не дождалась. Болотное существо скрылось в грязи и больше не появилось.

– Туда так туда, – со вздохом я поднялась на ноги.

Шла вдоль берега, не сворачивая. Перескакивала через тонущие в зловонной жиже травяные кочки, и когда случайно оступалась, возвращалась на берег и брела дальше.

Взглядом я выхватила огни над рощицей из молодых деревьев. Крепкая высокая стена была сплошь увешана факелами с живым огнем, а над ней возвышался замок. Громадный, величественный. Мне пришлось задрать голову, чтобы увидеть пик одной из башен.

– Дошла, – прохрипела я неверяще.

Ворота скрипнули отворяясь. Двое высокорослых мужчин подхватили меня под руки, и я даже не думала сопротивляться. Весь день я топала своими ногами, так что сейчас готова была даже забраться одному из охранников на плечи.

Они привели меня в замок, протащили по полупустым коридорам, а в конце одного из арочных туннелей запихнули в просторную комнату. Мужчины безмолвно встали за спиной.

Я бегло осмотрелась: столы, стеллажи с книгами, факелы… Объемное кресло напротив входа вдруг развернулось.

– Авелина?! – Ротем был явно удивлен. Хозяин тайги обратился к своим людям: – Где вы ее нашли?

– У ворот, мой господин, – глухо отозвался один из охранников.

– Уходите, – Ротем махнул рукой, прогоняя слуг как надоедливых мух. – Я знаю эту девочку, она не за мной пришла.

– Вообще-то, за вами, – мои губы дрожали от холода. Плащ давно промок, в ботинках хлюпало. Кожу я почти не чувствовала, настолько замерзло все тело. – Моему мужу, Рэймонду, плохо. Оборотень покалечил его.

Пока я рассказывала все, что произошло, Ротем сидел молча и недвижимо. Но как только я закончила говорить, поднялся с места.

– Я провожу тебя в комнаты, где ты сможешь отдохнуть и привести себя в порядок…

– Мы должны помочь Рэю! – воскликнула я в ужасе, решив, что Ротем отказал мне.

– Я приведу его сюда еще до того, как ты успеешь принять душ, – усмехнулся Ротем. – Поднимайся, идем.

Я поверила ему. Да и был ли у меня выбор? Ротем показал, где есть свободные покои, и попросил привести себя в порядок, чтобы Рэй не испугался меня, когда очнется. Хозяин тайги вел себя расслабленно, но я видела в его глазах растерянность.

В шкафу нашлось старомодное, но безумно красивое платье – пышное, из темно-зеленого бархата, с воланами на рукавах и высоким воротником. Мне не из чего было выбирать, так что надела его после душа, а свою промокшую одежду постирала и оставила в ванной сохнуть. Есть не хотелось, но служанка принесла поднос, полный еды, и я заставила себя пожевать булку с маслом.

Ротем обещал, что приведет Рэймонда, еще до того, как я успею помыться. Обманул. Вот уже час я ходила из угла в угол по спальне и ждала, заламывая руки.

Ротем появился в комнате неожиданно. Возник из воздуха черным облаком и с хлопком принял облик человека. На руках, как легкую игрушку, он спокойно держал моего мужа, завернутого в одеяло.

– Хрустальный водопад хочешь посмотреть?

Я растерянно кивнула.

– Подойди.

Я взглянула в лицо Ротема. Он не шутит? Да не похоже, что это шутка… Дотронулась до его локтя рукой.

За долю секунды произошло что-то, чего я не смогла уловить взглядом. Из груди словно выбило весь воздух, комната расплылась перед глазами, и уже через миг мы втроем находились в пещере.

Звон капели, шум воды. Я моргнула, привыкая к темноте, обернулась на грохот водопада и замерла с открытым ртом. Вода лилась прямо с потолка, светилась мягким, голубоватым сиянием, а из недр небольшого озерца звучала едва различимая за шумом воды мелодия.

– Хрустальный водопад, – ахнула я, шагнув к нему. – Не верю своим глазам, он на самом деле существует!

– Ага, – Ротем цокнул языком недовольно: – И лет триста назад одному из исследователей удалось до него добраться, а потом и сбежать от погони. Воды он с собой не успел набрать, но благодаря сонному вину сумел сохранить воспоминания о водопаде и растрепать о нем по всему миру. С тех пор водопад охраняется особенно тщательно.

– Сонное вино? – не поняла я. – Не то ли самое, что пользуется спросом в Глэйворке?

Ротем осторожно снял одеяло с Рэймонда и шагнул к водопаду.

– Оно. Рэй рассказал?

– Да. Мы воспользовались им однажды. Но он не говорил, что вино нейтрализует действие защитной стены.

– Хорошая вещь, на самом деле, но в правильных руках. Им пользуются такие, как ты – те, кто навсегда проникся духом Глэйворка и остался в нем жить. Не родившись в Глэйворке, ты каждый раз будешь забывать все, что видела, когда выезжаешь за пределы города, но вино… Я даже не помню, какая из моих прабабушек написала тот рецепт, но берегу его как зеницу ока.

Ротем шагнул в озеро и скрылся под водой вместе с Рэймондом. Я упала на четвереньки, заглянула в воду, стараясь разглядеть мужчин в белоснежной пене.

Какое-то время ничего не происходило, но потом вода забурлила еще сильнее, выплеснулась на берег, окатила меня волной.

Рэймонд появился первым. Хватая ртом воздух, он выполз из озера, упал на живот и перевернулся на спину. Мужчина хрипел, откашливался, сплевывал воду. Следом за ним, более спокойно, появился Ротем. Стянул накидку, бросил ее на берег.

– Рэй? – позвала я тихонько, не зная, стоит ли вообще ему сейчас мешать.

– Подожди, – попросил Ротем. – Человек из потустороннего мира вернулся, дай ему в себя прийти.

– Откуда?..

– Умер он, – вздохнул Ротем. – Но сейчас ожил. Сложно это понять? Понимаю. Даже не пытайся, просто прими как факт. Думала, волшебная вода Хрустального водопада – панацея от всего? Увы, она лишь помогает переродиться и стать другим. В случае с Рэймондом, конечно, проще: он уже носил в себе сущность зелигена, получил ее, видимо, от меня. В жизни бы не подумал, что мой друг окажется моим сыном… Удивительная она, эта жизнь. Иногда преподносит такие сюрпризы, что самых сильных сбивает с толку.

– От… что?! Я ничего не понимаю, Ротем!

– Ай, – старший зелиген отмахнулся. – Расскажу потом.

Пока Рэй приходил в себя, мы увели его в малый каминный зал. Мой муж не обращал на меня внимания, и это страшно пугало. Может, он забыл, кто я?

Служанки принесли горячий чай, вино со специями, закуски. Я носилась по залу в ожидании, когда Рэю станет лучше. Он снова был закутан в одеяло, лежал на диване и дышал через раз.

– Авелина, – слабым голосом позвал меня Рэй.

Я бросилась к нему:

– Я здесь, здесь! Как ты себя чувствуешь?

– Ави, – муж закашлялся, потом с трудом улыбнулся. – Если я когда-то снова попаду в ситуацию, подобно той, что произошла, и не выживу, то хочу, чтобы ты знала: я люблю тебя. Думай что хочешь. Можешь отвергнуть меня и уйти, подать на развод хоть сейчас. Причину развода тоже можешь указать любую, мне плевать. Я люблю тебя. Все то время, что я блуждал в потустороннем мире, жалел только о том, что не признался тебе в своих чувствах раньше.

– Кхм, – Ротем привлек наше внимание, давая понять, что мы тут не одни.

Рэй улыбнулся ему:

– Спасибо, что спас.

– Не мог не спасти родного сына, – вздохнул Ротем с усмешкой. – Никогда детей не хотел, и тут, пожалуйста, сразу взрослый! Боги меня прокляли?

– Ты не веришь в богов, – растерянно произнес Рэй. – Я твой… кто?

– Сын, как бы дико это ни звучало. Девчонка-ведьмочка, что служила мне двадцать семь лет назад, твоя мать. Она солгала мне, сказала, что забеременела от конюха, но конюх был обычным человеком. Ты же зелиген. Дух тайги, наследник тайги, ее хранитель. Как хочешь называй. Ты мой сын и преемник, увы.

Я ошарашенно обернулась на Ротема. Моргнула дважды, присмотрелась к гладкой коже без морщин внимательнее:

– А вам… лет пятьдесят?!

– Пятьдесят три, если точнее. Ну а что? Хрустальным водопадом я могу пользоваться когда хочу, он ведь мой.

Мужчина вскинул подбородок и опустился в кресло с прямой спиной.

На Рэя смотреть было страшно. Я ничего не ответила ему на его слова о любви, а еще он вдруг обрел отца. Мой муж сел, дотянулся до бокала воды и осушил его залпом.

– Мы читали записки вашей ведьмы, – сказала я Ротему. – Не спрашивайте, как и где нашли их, долгая история. Она писала, что забеременела от вас, но я и подумать не могла, что вы… О боги, это в голове не укладывается.

– Я же не должен тебя слушаться и все такое? – хрипло рассмеялся Рэймонд, обращаясь к отцу. – Мне двадцать семь, не пять.

– Да брось, – фыркнул зелиген. – Я не питаю отцовских чувств к тебе. Ты мой друг, был им и останешься. Разве что после моей смерти тебе придется принять тайгу в свои руки. Прости, но с этим я ничего сделать не могу. Тайга призовет тебя, когда умрет ее хозяин, то есть, я.

– Как вы узнали, что он ваш сын? – задумчиво спросила я. – Водопад подсказал?

– Родинки. У Рэймонда три родинки на спине, образовывающие треугольник с равными сторонами. Такие же есть и у меня. Несложно сложить два и два, и прийти к выводу, что ведьмочка понесла от меня, а не от конюха. Жаль, погибла, глупая. В ту ночь я был занят зачисткой и не мог знать, что она сбежала. Как она погибла, не знаю. Может быть, разорвали мертвецы, когда пытались удирать от режущей сети. Сейчас это уже не важно.

– Да и для меня, – тихо отозвался Рэймонд. – Устал я терять и обретать родителей. Не удивлюсь, если еще через пару недель кто-то другой назовет меня своим сыном.

Мужчины расхохотались. Я непонимающе смотрела на них и думала: как можно веселиться в такой момент?!

Чуть позже мы с Рэймондом ушли в покои. В приглушенном свете масляного фонаря мужчина переоделся в выданный ему Ротемом комплект одежды, я сделала то же самое – мне служанка принесла ночное платье. Мы молчали довольно долго, пока муж не выдержал:

– То, что я сказал тебе в зале…

– Я люблю тебя, Рэймонд Нэш, – перебила я его и с улыбкой добавила: – И призналась тебе в этом еще раньше – когда ты лежал полумертвый на белоснежном постельном белье в нашей с тобой комнате. Белье придется выбросить, ты запачкал его кровью и грязью…

Я несла чепуху, и Рэй прервал меня поцелуем. Горячие губы коснулись моих, выбивая из моих легких воздух. Слабыми руками я обвила мужа за шею и ответила на поцелуй… в этот раз осознанно.