Глава 16

Тарглан

Ее изгибающееся строптивое тело не выходило у меня из головы. И этот запах… От него я терял рассудок, внутри все горело первобытным пламенем. Мне до одури хотелось вернуться в спальню и просто взять ее, но я сдерживал себя. Я желал, чтобы эта гордая стерва сама начала меня умолять.

– Ваше Величество! – резкий голос генерала вырвал меня из красочных, порочных фантазий.

Я моргнул, фокусируясь на карте, разложенной на столе в кабинете.

– Да. Что ты сказал? – рассеянно переспросил я.

– Мятежники, мой король. По донесениям соглядатаев мятежники собираются в подпольные кучки. Что-то планируют.

Я снисходительно хмыкнул:

– Я бы очень удивился, если бы это было не так. Покойный Дорган перед смертью хвастался, что у него остались какие-то верные псы. Но что может сделать кучка вооруженных вилами отбросов против настоящих драконов?

Я вальяжно откинулся на спинку резного стула и с хрустом потянулся.

– В любом случае вам стоит удвоить личную охрану, – настаивал генерал.

– Не переживай за меня. Лучше скажи: наши люди уже заняли все ключевые посты в столице? Что-то осталось неучтенным?

– Еще не назначены сборщики податей в дальних провинциях, но это уже мелочи. К концу недели все будет готово.

– Отлично. Я хочу поскорее вернуться домой. Я вполне могу править Горготом из Арлингейда. Дракону не составит труда быстро перелететь через хребет, наказать виновных, если тут что-то случится, и вернуться к ужину. На этом все?

Генерал с поклоном кивнул.

– Тогда оставь меня. Нужно еще завершить кое-какие бумажные дела.

Когда за офицером закрылась дверь, я поднялся со стула и медленно подошел к огромному портрету на стене. На нем королевская семья Горгота выглядела такой лицемерно-счастливой и нерушимой. Я презрительно фыркнул.

Не успел я сделать и шага обратно к столу, как в кабинет без стука ввалился всклокоченный, смертельно бледный лейтенант стражи.

– П-простите, Ваше Величество… Принцесса… Пленница из главной башни… сбежала!

– Что-о-о?! – Мой рев сотряс стены кабинета.

Меня будто одновременно опалило пламенем и швырнуло в ледяную воду.

– Какие-то люди в черных плащах пробрались по стене башни в покои. Перерезали глотки стражникам у дверей. Она сбежала с ними…

Я не дослушал. Не мог дать ей уйти. Только не Райенне! Эта дерзкая девчонка сжигала меня изнутри, манила, жестоко опьяняла.

Я выскочил в коридор, снося на ходу какого-то слугу, взлетел по винтовой лестнице на крышу донжона и прямо в прыжке с парапета мгновенно обратился в полномасштабного дракона. Мои огромные крылья с грохотом рассекли ночной воздух, а яростный рев, в котором смешались человеческая злость и животный инстинкт собственника, был слышен, наверное, за множество верст.

Звериная сущность десятикратно усилила все мои чувства. Запахи, звуки, потоки ветра… Теперь я потерял все человеческое, превратившись в идеальную машину для охоты.

Черный дракон стрелой догонял маленьких копошащихся внизу беглецов. Я почти прижал крылья к чешуйчатому телу, перейдя в стремительное пике. Безошибочно взял след. Ее запах приближался. Густой смешанный лес. Они пытались спрятаться там, под кронами деревьев. Но она там. Я чувствовал этот дурманящий аромат вперемешку с запахом ее страха. И зверел все больше с каждой секундой. Райенна принадлежала мне. Только мне!

С оглушительным треском ломая вековые сосны, я рухнул в самую чащу. Земля содрогнулась от удара.

Вот они. Жалкие беглецы. И она среди них. В ее широко распахнутых зеленых глазах плескался животный ужас.

Я немедленно скинул чешую и обратился в человека. Не хотел нечаянно раздавить или разорвать ее пополам размашистыми движениями огромного ящера. А десяток вооруженных мечами мятежников для меня, полукровки, давно не проблема.

Не дав им опомниться, я бросился в толпу. Ловким блоком выбил меч у первого и перерезал ему горло его же клинком. А дальше все понеслось стремительно, в кровавой полутьме. Лезвие мелькало, как серебряная молния. Нападавшие ломались и падали, словно тряпичные куклы. Я был жесток. Неоправданно, демонстративно жесток. Безжалостно резал, крошил кости, легко вгонял оружие в податливую живую плоть. Брызги горячей крови, смешиваясь с грязью, летели в разные стороны, пачкая мне лицо.

Наконец с последним героем было покончено. Вырвав меч из груди хрипящего горготца, я медленно поднял искаженный яростью, пылающий взгляд на Райенну.

Она дернулась и, развернувшись, со всех ног помчалась в ночную чащу.

Секунду я просто смотрел ей вслед, давая фору, а затем рванул. Тонкие девичьи ноги, путающиеся в подоле, не были созданы для бега по бездорожью. Я настиг ее за считаные мгновения. С рычанием я прыгнул, повалив ее на землю, и мы кубарем покатились по склону оврага.

– Отпусти! Ты чудовище! Ты…

Я не стал слушать этот бред. Резко поднявшись, я вздернул ее на ноги и жестко перехватил за локти. Мы начали отчаянно бороться.

И внезапно она замерла, с ужасом глядя куда-то мне за спину.

– Тар! – только и успела вымолвить Райенна, распахнув глаза.

Но я уже и сам все понял. Я кожей почувствовал вибрацию тетивы и услышал смертоносный свист. Не рассуждая, я одним движением дернулся в сторону, увлекая ее за собой и закрывая тело Енны своим. Почти успел. Тяжелая арбалетная стрела, выпущенная недобитым лучником из кустов, болезненно рассекла мне плечо до кости.

Я не почувствовал боли – только слепую, сметающую все ярость. Мысленно призвав мощь Четырех Ветров, я прямо на ногах обратился в дракона. Втянул в огромную грудь побольше ночного воздуха и сплошным потоком кипящей магмы опалил того лучника вместе с кустами, в которых он прятался.

Затем я развернулся, бережно, но крепко подхватил хрупкое человеческое тело когтистыми лапами и грузно взмыл в небо.

Райенна пронзительно визжала в моих когтях. Но мне было плевать. Главное, что я снова осязал в руках свою добычу. Свой драгоценный, строптивый трофей. Свою женщину.

Рухнув на крышу башни, я вернул человеческий облик. Закинул брыкающееся тело девушки на здоровое плечо и понес вниз, в спальню. Бросил ее на центр широкой кровати, наотмашь сорвал шнур с балдахина и грубо связал ей запястья. А потом тяжело навис сверху.

Райенна крупно дрожала. Ее кожа, и без того бледная, на фоне растрепанных черных волос казалась прозрачной, как первый снег. Взгляд метался, полный ужаса.

– Ты просто зверь… Ты больной, кровожадный зверь… – как в бреду шептала она.

– Да. Я зверь, – процедил я. – Если ты еще хоть раз попытаешься от меня сбежать, тебя постигнет точно такая же участь, что и твоих спасителей. Я разорву их всех. Из-за тебя.

– Тогда просто убей меня сейчас! – Она вдруг перестала дрожать и отчаянно, с вызовом подалась ко мне, едва не столкнувшись со мной носом. – Давай! Я не буду твоей жалкой игрушкой! Ты монстр, Тарглан! Животное, не знающее пощады!

Мир вокруг меня окончательно схлопнулся до размеров ее гневных зеленых глаз. Я не видел ничего, кроме ее приоткрытого рта. Грубо и жадно впился в ее губы, вминая ее затылком в подушки.

Сначала она отчаянно сопротивлялась: извивалась под моим весом, отворачивала лицо, пыталась укусить, глухо мычала проклятия… А потом вдруг сломалась. Ее напряженное тело обмякло и горячо, податливо прильнуло ко мне. Она ответила на поцелуй. Я кожей чувствовал, как бешено колотится ее сердце о мои ребра, как стремительно нарастает между нами обжигающий жар.

Я оторвался от ее губ, тяжело дыша.

– Ты желаешь меня, Райенна. Я это чувствую.

– Нет! – выкрикнула она, отворачиваясь.

– Врешь. Если бы я был тебе противен, ты бы не стала предупреждать меня о стреле в лесу. Тот болт пробил бы мне шею.

– Я… я и не спасала тебя! Это вышло случайно!

– Снова трусливая ложь!

Я захватил ее рот поцелуем, но на этот раз не злым и наказывающим, а глубоким, чувственным, влажным. И она больше не пыталась вырваться. Наоборот, подалась навстречу.

– Скажи, что хочешь меня, – потребовал я, спускаясь поцелуями по ее шее.

– Ты проклятый зверь… – выдохнула Райенна.

Она больше не кричала. Она шептала. Ее взгляд помутнел.

Я приподнялся на локтях, безжалостно разорвал остатки ее изодранного лифа и стал целовать ее грудь, оставляя на нежной коже собственнические красные отметины. Этот контраст сводил меня с ума.

Райенна начала дышать часто и мелко. С ее губ сорвался первый, неконтролируемый стон.

– Скажи это, Райенна.

– Нет… – все еще из упрямства сопротивлялась она. Но ее голос стал неузнаваемо хриплым и сорванным.

Я не останавливался. Ласкал ее губами и руками до тех пор, пока тихие стоны не стали громче, призывнее. А затем резко прекратил и отстранился.

– Скажи.

Девушка отчаянно замотала головой по подушке, упрямо сжимая губы и зажмурившись.

Я начал ее мучить. Это была моя игра, моя месть за ее побег. Я доводил ее почти до самого пика наслаждения – и безжалостно замирал, ждал, давая ей остыть, а затем снова вел к самому краю пропасти. Безотчетные стоны перерастали в несдержанные вскрики, ее голова металась по влажной подушке, раскидывая спутанные темные локоны, а стройные ноги мелко дрожали от перенапряжения.

Но я не сдавался. Упорно не давал ей заветного облегчения. Это походило на бесконечную борьбу. Сумасшедшую, изматывающую, невероятно возбуждающую. Сладкую пытку для нас обоих.

– Прошу… боги, Тарглан, прошу тебя! – наконец, сломленная, жалобно взмолилась она, выгибаясь дугой.

– Скажи это полностью, моя принцесса, – навис я прямо над ней, жадно вбирая в себя ее расфокусированный, затуманенный похотью взор.

– Я желаю тебя… Зверь! Я тебя желаю!

Победно усмехнувшись, я подарил ей глубокий поцелуй в ее истерзанные, припухшие губы и наконец вошел в нее.

И тут же замер, наткнувшись на тончайшую преграду. Райенна болезненно вскрикнула и судорожно изогнулась подо мной.

– Ты… невинна? – ошеломленно шепнул я.

Она лишь смущенно, коротко кивнула, отводя глаза.

Ярость во мне окончательно угасла. Никогда раньше я особо не задумывался о той боли, которую причиняю девушкам в первую ночь. Я брал то, что мне приносили. Но именно с этой колючей, дикой Райенной мне вдруг до зубовного скрежета захотелось быть бережным.

Ее связанные над головой руки мешали мне. Я желал ощутить на своей спине их тепло, их жадные прикосновения. Одним рывком я разорвал узлы.

Сразу же ее хрупкие, тонкие пальцы мертвой хваткой впились в мои лопатки, царапая кожу. Как же это было сладко. Она чуть привстала навстречу мне, сама потянувшись к моим губам. Я мягко, но властно прижал ее обратно к постели.

– Я хочу, чтобы ты дальше продолжала сама, – хрипло велел я.

Слегка приподнялся на локтях, давая ей небольшое пространство для маневра, и глубоко вздохнул, сдерживая собственное нетерпение. И Райенна поняла. Превозмогая дискомфорт, она начала двигаться. Сперва робко, а потом все быстрее: Райенна подавалась мне навстречу, желала меня и требовала большего. Это возбуждало сильнее любых изощренных ласк. Ее еще недавнее, гневное «нет» прямо сейчас, на этой кровати, перерастало в безумное, всепоглощающее вожделение.

Девушка буквально сгорала в моих руках. Вся ее былая строптивость и ненависть бесследно растворились, сменившись дикой, ненасытной жаждой наслаждений. Нежные, осторожные покачивания перерастали в страстные, глубокие и жадные толчки. Это лишало меня последних крупиц рассудка.

Я чувствовал, как стремительно и неотвратимо приближается экстаз. И у меня, и у нее.

Еще несколько глубоких, рваных скольжений – и ее спина выгнулась дугой. Райенна протяжно сорванно застонала, запрокинув голову.

Зарычав, я прижал ее к себе, навалился всем весом и впитывал ее дрожь, чувствовал невыносимый жар ее разгоряченной плоти и стук сумасшедшего сердца о мою грудь.

– Скажи, что тебе сейчас хорошо со мной, – тяжело дыша, хрипло потребовал я.

– Да… – слабо, но искренне выдохнула она мне в шею.

Все. Она моя. С этой секунды я ни за что на свете ее не отпущу. Моя Райенна. Мой самый драгоценный трофей и мое личное, персональное проклятие. Мой рай и мой ад. Моя абсолютная сила и единственная, бесконечная слабость.

Я лежал на ней, навалившись тяжестью своего тела, и пытался восстановить собственное дыхание. Зарылся лицом в шелк ее густых, пахнущих ночным лесом волос и жадно вдыхал ее аромат. А она не отталкивала меня. Ее маленькие ручки умиротворенно водили пальцами по моей спине, очерчивая черные драконьи метки, и она невесомо касалась губами моих плеч.

Я чуть приподнялся, оставив долгий, благодарный поцелуй у нее на виске, и просто молча смотрел на нее. Райенна лежала с закрытыми глазами, полностью расслабленная, умиротворенная. Наслаждающаяся моментом. И наблюдать за этой ее слабостью мне нравилось больше всего на свете.

– Мой зверь… – полусонно, едва слышно прошептала она, прижимаясь щекой к моей груди.

– Дикарка, – счастливо хмыкнул я, покрепче обнимая свою истинную королеву.