Глава 9

Райенна

Быть принцессой, когда на троне сидит твой сводный брат – та еще сказочка с несчастливым концом.

Я сидела под замком в северной башне уже третий день. А все из-за того, что метко бросила сафьяновой туфелькой в физиономию своего так называемого жениха. Попала прямо в обрюзгшее лицо, четко в цель. Мой венценосный братец Дорган тогда визжал, как резаный кабан, обещал выпороть меня розгами и велел запереть. Видите ли, своим поведением я посмела подвергнуть сомнению его королевское решение!

А на что он рассчитывал? Что я радостно и с песней побегу под венец, когда он решил отдать меня этому мерзкому, потному советнику Щаппелю?

Если бы отец был жив, он бы ни за что не подложил любимую дочь под это старое чудовище. Но теперь правит мой сводный брат, а это совершенно другой расклад. Моя мать была второй женой короля, и ради нее мать Доргана в свое время отправили на эшафот. Вполне логично, что к нежной братско-сестринской любви этот исторический факт не располагал. При жизни отца я чувствовала себя прекрасно: полная свобода, до седьмого пота обучалась фехтованию, обожала скачки и танцы. Но стоило Доргану дорваться до престола, как каждый его приказ был направлен на то, чтобы сломать меня. И этот брак должен был стать финальной точкой.

В замке тяжело провернулся ключ. Дверь распахнулась, и Его Величество Дорган Первый вальяжно ввалился в комнату.

– Ну что, Райенна? Подумала ли ты о своем неподобающем поведении? – с издевкой протянул он.

– Да, Ваше Величество, – с готовностью ответила я, покорно опустив глаза в пол.

– Вот и славно!

Дорган сделал приглашающий жест, и в комнату протиснулся грузный советник Щаппель. Он плотоядно потирал свои мясистые ручонки, сверля меня сальным взглядом. Видимо, уже предвкушал первую брачную ночь. Меня чуть не стошнило.

– Тогда немедленно готовим свадьбу, – отрезал брат.

– Я сказала, что подумала о своем поведении, – резко вскинула голову я, с вызовом глядя ему в глаза. – Так вот: я не согласна участвовать в этом гнилом фарсе.

Лицо короля пошло красными пятнами, на висках вздулись вены.

– А я не спрашиваю твоего согласия, девчонка! Твое дело – раздвинуть ноги и ублажать моего советника!

– Так сам этим и займись, Ваше Величество! Твой советник ждет не дождется, – выплюнула я.

Я даже не успела моргнуть, как тяжелая, унизанная перстнями рука наотмашь ударила меня по лицу. В ушах зазвенело. Вполне заслуженно, надо признать – за такие дерзкие речи монарху можно и жизни лишиться. Голова гудела, щека горела огнем, предвещая знатный синяк.

– Какая же ты сука неблагодарная! – Дорган окончательно вышел из себя. Он схватил меня за ворот платья, тряхнул, как тряпичную куклу, и с силой швырнул на каменный пол.

– Стража! – рявкнул он. – Тащите ее вниз!

– А как же я, Ваше Величество? – суетливо забеспокоился Щаппель, семеня следом.

– Подпишем бумаги, а потом сразу в храм. Протащишь ее через Арку, а дальше забирай эту дрянь куда хочешь и делай с ней что угодно. Но между нами все остается в силе, как договаривались!

– Конечно-конечно! Выполню в лучшем виде, – закивал советник.

Двое дюжих стражников подхватили меня под руки и волоком потащили по лестнице. Я извивалась, вырывалась, пиналась, но сил справиться с двумя бронированными бугаями у меня, конечно, не было.

Когда им надоело получать от меня синяки, они грубо связали мне запястья за спиной и заткнули рот жестким кляпом.

Меня доставили в главный храм Горгота как вещь. В центре зала уже пульсировала магией огромная каменная Арка Бракосочетания, ожидая свою жертву.

Меня подтащили прямо к древнему артефакту. Молодой жрец в легком ужасе попытался возмутиться: завел песню про добровольность союза перед богами, но Дорган грубо оттеснил его, пригрозив, что храм лишится всего королевского финансирования, если он не заткнется и не зафиксирует ритуал.

– Давай, иди вперед, женушка! – мерзкий голос Щаппеля раздался над моим ухом, и он с силой пихнул меня в спину.

Я уперлась каблуками в гладкие плиты, пытаясь затормозить, сопротивляясь до последнего вздоха. За это получила еще один болезненный тычок. Потеряв равновесие, я полетела прямо сквозь Арку. Щаппель торопливо шагнул следом.

Пространство вокруг вспыхнуло золотистыми искрами, по телу пробежал горячий разряд, и на моем запястье мучительно проступила въевшаяся в кожу брачная руна. Магия подтвердила заключенный союз.

Все. Это конец. Я стала законной женой этого урода.

– Ты моя! И я могу делать с тобой все, что захочу! – мерзко, слюняво захохотал мой муж, хватая меня за плечо.

Меня передернуло от омерзения. Как я докатилась до такой жизни?

Он начал сально нашептывать мне на ухо какие-то гадости про то, что сделает со мной ночью, но его слова внезапно утонули в оглушительном, тревожном набате. Зазвонил главный колокол цитадели.

Народ в храме заметался. Снаружи раздались дикие крики, и вскоре под высокие своды хлынул поток паникующих людей. В поднявшейся давке Щаппеля отшвырнуло от меня.

Меня вмяли в угол. Из-за кляпа я не могла даже закричать. Внезапно ко мне пробился тот самый молодой жрец. Он быстро присел рядом и коротким ножом разрезал веревки на моих запястьях.

Сплюнув омерзительный кляп, я торопливо растерла затекшие руки.

– Что происходит?! – крикнула я сквозь шум.

– Враги! Арлингейдцы ворвались в город! Они уже в замке! – в панике пролепетал он.

– А где король?

Про своего новоиспеченного мужа я даже не спрашивала. Сдохнет в давке – туда ему и дорога. Жрец лишь истерично пожал плечами и растворился в толпе.

Тяжелые двери храма с грохотом распахнулись. Внутрь, неся смерть, ворвались чужие воины в черных доспехах. Началась кровавая бойня. Арлингейдцы безжалостно рубили мужчин и гвардейцев, но женщин и детей пока не трогали. Трясущиеся фрейлины вжимались в стены, заходясь в плаче.

А я вдруг увидела, что искала. У самого входа, неестественно вывернув шею, лежал Щаппель. Мертвее не бывает.

– Однако… Быстро же я стала вдовой, – мрачно усмехнулась я.

Рядом со мной рухнул мертвый гвардеец. Я не раздумывала ни секунды. Выхватив из его слабеющих пальцев добротный меч, я перехватила рукоять поудобнее и бросилась вперед.

Первый удар пришелся точно под мышку зазевавшемуся арлингейдцу. За ним последовал второй, третий… Никто из захватчиков просто не ожидал от хрупкой девицы в пышном, хоть и изодранном платье такой смертоносной прыти.

Но мое везение закончилось слишком быстро.

Передо мной выросла тень. Высокий, пугающе мощный мужчина с глазами цвета грозового неба. Я бросилась на него, но он играючи, тремя короткими ударами выбил клинок из моих рук, словно у ребенка.

Я царапалась и кусалась, орала, что как принцесса обещаю ему все казни мира. В какой-то момент мне показалось, что под моими ногтями блеснула чешуя, но в пылу драки было не до того.

Этот хам устало вздохнул, грубо заломил мне руки, снова связал их, а затем проделал то же самое с моими ногами. Сорвав с какой-то рыдающей леди шелковый шарф, он безжалостно заткнул мне рот.

Кипя от ярости и собрав последние силы, я попыталась то ли пнуть его, то ли сделать шаг назад, чтобы ударить головой. Связанные ноги подвели меня, и, потеряв равновесие, я завалилась на спину.

Мое тело по инерции пролетело прямо между резных колонн.

Я с ужасом поняла, где именно я стояла все это время.

Огромный захватчик с глухим ругательством шагнул следом за мной, прямо сквозь арку, и легко подхватил меня на руки, поднимая с пола.

На золотые искры вокруг никто не обратил внимания, не до этого было.

Мой пленитель закинул меня на свое широкое плечо и начал раздавать приказы страже, требуя запереть меня в самой высокой башне. А я, вися вниз головой, ошарашенно скосила глаза на свое запястье.

Старая руна Щаппеля исчезла вместе с его смертью. На ее месте плоть обжигало новое, изящно вьющееся клеймо брачного союза.

Я перевела взгляд на широкую спину арлингейдца. Этот самоуверенный, грубый наглец только что отдал приказ заковать меня в кандалы, даже не подозревая о том, что секунду назад по всем законам магии он официально на мне женился. Какой идиот.