Глава 40

— Я очень испугалась. Не делай так больше, Тим.

Карина наклонилась над кроватью и обвела контур бровей Тимура, пришедшего несколько минут назад в сознание. Бледность после потери крови и перенесённой операции сделала черты лица фарфоровыми, хрупкими, неземными, потусторонними.

— Ты же справилась, малыш, — еле выдавил Тим, морщась от боли при малейшем движении.

Тимуру повезло. Лёгкое, печень понесли небольшой урон. Попади первая пуля чуть правее, а вторая на пять сантиметров выше… Об этом Айдар старался не думать. Страшно становиться, стоит представить. Он уже потерял однажды любимую женщину, потерять оставшегося, единственного сына… Карамышев стоял в коридоре, наблюдал за молодыми и… плакал. Стыдно. Мужчина не должен плакать, а татарский мужчина тем более. Бизнес, деньги, власть — херня. Вчера он чуть не потерял ребёнка. Пару сантиметров туда, пару сантиметров сюда и… Айдар со злостью вытер слёзы кулаком и поднял глаза к белому потолку.

— Спасибо Оль, что уберегла, сохранила его для меня…

Карина с Тимуром не заметили наблюдателя, не слышали, как он тяжёлой поступью удалился из корпуса, не видели его слабость. Они молчали, смотрели друг на друга и растворялись в своих мыслях. Рина беспрестанно молилась, хотя никогда не была верующей, но в этот раз она бубнила услышанную когда-то молитву, всплывшую так вовремя в памяти. Всю ночь, утро, день, пока Тим не открыл глаза, кляла своё маниакальное желание отомстить, не слыша здравый смысл, советы опытных мужчин. Она неслась к своей цели, почти потеряв самое дорогое, что появилось в её жизни. Пара сантиметров в одну, или другую сторону, и всё, конец. Конец ему, конец ей, конец им.

Тимур помнил, как сквозь темноту прорывалось её паническое дыхание. Мудак! Не смог сдержаться, подставил Карину под удар! Не сдержал слово, не защитил! Чувство беспомощности, безысходности, когда лежал без движения, уткнувшись лицом в ковёр, и единственная фраза, пульсирующая в голове: «Беги! Спасайся!» Это потом отец рассказал, что сделала Рина, когда она выбежала за водой, а до этого… Вязкая муть, перемежающаяся с картинками прошлого, где любимая была жертвой.

Сейчас он смотрел в её блестящие от слёз глаза, растекался в дорогом шоколаде, впитывал общую боль. И не мог пошевелиться, толком не мог говорить. Руки не слушались, тугой бинт мешал дышать, в горле раздирало от наждачной сухости, но Тиму всё равно было хорошо, лучше, чем когда-либо. Она жива. Она рядом, а это значит у них есть будущее. Их будущее. Общее на двоих.

— Карина Марковна, Тимуру Айдаровичу надо отдохнуть, — влетела пожилая медсестра, оттеснила Рину и ввела в капельницу из шприца лекарство.

Тимур попытался что-то сказать, но усталость тяжестью пронеслась по крови, закрылись веки, сознание уплыло в тишину. Рина провела рукой по расслабленной щеке, мазнула своими губами по сухим, потресканным губам и вышла из палаты.

— Его нельзя перевозить в Москву, Айдар Тахирович! Серьёзные повреждения, большая потеря крови! Хотите убить сына?! — гремел голос хирурга, проводящего операцию. — Я не для этого простоял четыре часа по локоть в крови, латая Тимура! Заберёте только через мой труп!

— Но в Москве за ним будет более квалифицированный уход и физиотерапия. Там больше возможностей, лучшее оборудование, — не отступал Айдар, перекрывая своими децибелами, насыщенный громовыми нотками, бас врача.

— Квалифицированную помощь он уже получил! — ещё больше взорвался доктор, сжимая здоровенные кулаки и недобро смотря на Карамышева. Богатенький упырь, упивающийся своей властью и возможностями, посмевший усомниться в его опыте и квалификации. — Теперь ему требуется покой, а дорога и тряска всё усложнят! Откроется кровотечение, разовьётся воспаление!

— Когда я смогу его забрать? — сдался Карамышев, недовольно испепеляя взглядом зарвавшегося мужика. Так с ним не разговаривали давно, лет двадцать пять точно. Захотелось дать в табло за наглость, но в словах хирурга был резон. Рисковать сыном Айдар не решился.

— Через две недели, не раньше, — буркнул врач, ослабив оборону, видя разумные эмоции в лице оппонента. — Уход будет не хуже, чем с столице. Ваша задача оградить Тимура от волнительных ситуаций. Больше позитива, отдых, приятные эмоции, — добавил, рассмотрев за плечом Айдара Карину, и улыбнулся. — Любовь, самое лучшее лекарство.

Карамышев проследил за взглядом хирурга, развернулся и то же улыбнулся. Как он мог сомневаться в этой девочке, считать её недостойной своего сына. Ну да. Не татарка, более того не той веры, но настолько сильная внутри, что вызывала уважение. Деньги, положение — пустое. Из них получится замечательная пара. Они подарят ему потрясающих внуков, сильных, породистых, настоящих Карамышевых.

— Тебе нужно поесть и отдохнуть, — обратился к девушке Айдар. — Предлагаю сходить в ресторан.

На выходе из больницы они столкнулись с толпой репортёров. Благодаря охране, в стены здания просочиться никто не смог, но как только на крыльце появились участники трагедии, волна колких вопросов посыпалась со всех сторон.

— Ильнар. Назначь конференцию на завтра, — распорядился Айдар, подталкивая Карину к машине. — Чем быстрее ответим на их вопросы, тем быстрее они отстанут.

В салоне он сжал похолодевшую ладошку Рины, одобрительно кивнул и откинулся на спинку сидения. Как он устал. Всё бежит, бежит, бежит куда-то. Нет времени остановиться, вспомнить, проанализировать, спокойно осмотреться по сторонам, зацепиться за что-то более важное, заметить боль Венеры, которую он причинял ей всю жизнь своим безразличием, нежеланием впустить в своё сердце. Полюбить он её уже не сможет, но дать защиту, уважение, отблагодарить за материнство, подаренное его ребёнку.

— Приехали, Айдар Тахирович, — вырвал мужчину из раздумий водитель.

В плотном кольце охраны они зашли в ресторан, заполненный немногочисленными посетителями, заняли дальний стол у окна и сделали заказ.

— Ильнар проработает ответы на возможные вопросы, их придётся выучить, — начал инструктаж Айдар. — От тебя зависит, как скоро они удовлетворят любопытство и переключатся на свежие новости.

— Долго, обычно, журналисты мусолят такие истории? — спросила Карина, надеясь услышать успокаивающий ответ.

— Скандал в богатом семействе, с убийствами, извращёнными наклонностями опекуна, ранением наследника империи Карамышева… Они выжмут всё до капли, разворошат грязное бельё, подкорректируют информацию для большей заинтересованности публики, — загибал пальцы Айдар, внимательно наблюдая за девушкой. — Есть у меня идея, как переключить их внимание с этого дерьма. Заяви о скорейшей свадьбе, допустим, через месяц. Разовьём бурную деятельность с подготовкой, заказ платья, фотосессия, популярные певцы. Попробуем заткнуть им рты приятной новостью. Завидный жених, наследник миллиардов, женится на принцессе Лемоховской империи, нашедшейся после года поисков. Чудесное возвращение, закончившееся прекрасной сказкой. Народ любит любовные истории со счастливым концом.

Карина согласно кивала головой и обдумывала, как помягче сообщить Светлане с Ильёй о последних событиях, чтобы сильно не волновать беременную женщину.